Сказки о любви и не только

Глава 3 (3)

Естественно, именно сегодня лифт решил не работать, но я-то дама привыкшая, поэтому бодро добралась до своего восьмого этажа, даже почти не пропотев и не слишком высунув язык. Обернулась на Ына, а ему хоть бы хны. Может он китаец? Это они везде шустро прошмыгнут… Ну нет! Имя не то!

— Не пугайся, Шой. У меня дома кот, — пропустив гостя вперед, предупредила.

— Не удивлен, — буркнул себе под нос кореец.

— Прости?

— Говорю, вот я вместе с сестрой — собак развожу, чихуа-хуа. Поэтому сразу понял, что у вас дома собаки нет.

Чихуа-хуа? Для еды, что ли? Это же мелкие крысята. Кстати, а может у соседки снизу были вовсе не хомяки? От странного предположения стало немного не по себе. ситуацию усугубил факт отсутствия дома Сэма. Иначе он бы себя уже обозначил.

— И что теперь? — переминаясь с ноги на ногу, спросил Ын Бай.

— Ну как что? А теперь я хочу твою морковку. Иначе для чего это все?!

— Мою что?! — выпучив глаза, завопил кореец.

Кстати, на удивление высокий и крепкий. Белая с какими-то иероглифами футболка красиво обтягивала торс.

— Морковку, — чуть запнувшись ответила, снимая пиджак.

Шой громко сглотнул, а я ощутила, как припекло в районе груди. Посмотрела на Ына, Он так и продолжал держать пакеты в руках. Обернулась к зеркалу. Ну вашу мать! Я ж блузку не надевала, потому что забыла пуговицу пришить, на груди оторвалась. В банке. Было неловко. И вот сейчас, стоя перед посторонним мужиком в одном, пусть даже новом и красивом бюстике, мне стало так же неловко. Комплекция у меня средняя, жирок равномерно распределен по фигуре, но в элечку я влезаю, выдохнув.

Я решила быстренько прикрыться, но схватив пиджак, тут же выронила его на пол. Наклоняясь, чтобы поднять, услышала предательский треск, видимо, черед юбки настал… Юбка клеш, державшаяся на поясе, благодаря одной лишь пуговичке, упала к моим ногам, стоило мне чуть разогнуться, чтобы прикрыть грудь руками.

Мое черное исподнее, мало что прикрывающее, хотелось сжечь сразу, как только кореец угостит меня морковкой. Плевать уже на тот ужин.

— Я… — начала было попытку оправдаться, не смея поднять глаза гостя, как тут же раздался грохот.

— Ладно! — переступая через сбежавшую дыню, произнес Ын Бай и, приподняв пальцами мой подбородок, впился губами в рот.

Мгновенно стало и жарко, и холодно, потому что толпы мурашек забегали по коже. Поцелуй стал глубже, объятия теснее, а кореец — еще желаннее. Правда, о морковке я уже практически не думала, потому что животом отчетливо ощущала иной… корешок. И казалось это многообещающим. Впрочем, Шой не подвел. Быстро сориентировавшись в моей двушке, безошибочно нашел кровать в спальне, туда меня и бросил, прямо в туфлях.

Сам кореец долго ждать себя не заставил, скинув майку и джинсы вместе с обувью и носками. Черные заниженные боксеры дали возможность плоти лично приветственно мне помахать. Выглядел Шой крайне аппетитно.

За окном давно наступила ночь, а я все никак не могла насытиться, мне было мало. Кореец отвечал тем же желанием. Лишь под утро я устало вспомнила о продуктах, на что Ын ответил, что давно все убрал.

Проснулась я в пустой постели, словно бы, ничего и не было. Плохо! Очень плохо! А если мне этот Шой квартиру обнес? Да и Бог с ними, с богатствами! Но я ведь снова хотела… Морковку. Корейскую.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍