Сказки о любви и не только

Глава 1 (3)

Наконец, имея смутную возможность добраться в город, собираюсь.

Укутавшись, аки якут на охоту, кладу на объект моих мучений таблетку злобного анальгина, и выдвигаюсь в путь. Была мысль вызвать такси, да только, боюсь, что в Яндексе нет отчаянных, кто за мной поедет.

Не успеваю повернуть из деревни на дорогу, как за мной раздаётся рев трактора.

— Доброго дня, соседушка, — басит чей-то голос. — Я — Семён, лесничий. Вы у меня ещё дрОвы покупали по осени.

Семён... Ах, да, мужчина хорошо за пятьдесят. По наружности не алкоголик, с дровами здорово подсобил, потому что уже колотые привёз по цене кадок. Я ему потом ещё пирог приносила, со смородиной.

— Добрый день, Семён Давидович!

— Да можно просто Семён, красавица. В город?

— Угум, флюс.

— То-то я гляжу, укуталась так, только глазюки и торчат. Запрыгивай, до поворота на трассу подкину.

А день начинает мне нравится. Конечно, трястись на старом красном Белорусе приятного мало, но все лучше, чем по сугробам прыгать. Тем более, температурный минус очень даже кусается. С радостью поднимаюсь в кабину. Надо будет в бабы Нины ещё сыворотку прикупить, сделаю капустник в благодарность Семену.

К сожалению, моё везение заканчивается ровно на повороте на трассу. Остановка наглухо занесена снегом, поэтому от гуляющего ветра и спрятаться негде. Рейсовый автобус ушёл как час назад, а ближайший будет аж вечером. Маршруток не видно, попутку ловить бесполезно, смельчаков в такую погоду немного, потому что слишком большой риск аварий.

В голове возникает мысль вернуться домой. Но здравый смысл говорит о том, что если флюс пойдёт в гортань, то тридцатка станет моим концом. Не хотелось бы.

Примерно с час пританцовывая, судорожно думаю о том, как бы избавиться от ноющего зуба. Может и мне кредит взять, поставить весь рот металлокерамики? Ну и что, что свои на месте? Вот на кой мне такие приключения? Нелля Шахбозян с прошлой работы как раз в тридцать зубы себе сделала...

— Снеговик, тебе куда? — совсем рядом раздаётся насмешливый приятный баритон.

И как назло, чёртов анальгин перестаёт действовать. Неудивительно, что он запрещён во многих странах. Толку — как от козла молока...

— Мне ф штолицу. Ф Денфа-флюс, — произношу еле ворочая языком.

— Игорян, да у нас тут Снегурочка! — фыркает другой голос.

Затем из машины вылезает одно громадное тело со шрамом на брови и начинает перчатками отряхивать с меня снег.

Блин, а я и не заметила, что метель поднялась... Ох ты ж черт! Поднимаю глаза на машину. Мамочки. Чёрный внедорожник с тонированными окнами. А так можно? Хотя, судя по примерной стоимости машины...

— Всё, падай, подвезем, — гогочет верзила.

"Не садись!” — шепчет мне не то внутренний голос, не то паранойя, но зуб начинает болеть ещё сильнее, и, кажется, давление в десне усиливается.

Несмело залезаю назад, рядом усаживается бугай со шрамом.

— Могла бы и ноги обстучать, — ворчит на меня.

— Вадик, отстань от девушки, — чуть обернувшись, отвечает водитель.

Буквально на секунду возникает ощущение, что я где-то видела этого человека. Но додумать не успеваю, потому что у сидения рядом с водителем прорезается голос.

— Агу, — произносит некто мне неизвестный.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍