Сказки о мастерах

- В Иран нужны визы. Я выясню по Интернету все подробности, - Ира

поправила модные очки, – И, конечно, деньги, – она достала из сумочки

пачку «зелёных» - Позавчера дали премию, за сданный проект. Очень

кстати. Здесь пять тысяч. Понадобится, добудем ещё.

- Нужно ли лететь в Иран? – спросил Яков Григорьевич. – Дело деликатное,

по официальным каналам его не пробить. На Востоке всё решают личные

отношения. Без посредников нам не обойтись.

В Баку живёт мой пациент, Семён Ильич. Когда-то я удачно вытащил его

с того света. Думаю, начинать надо с него. Я полечу в Баку с Варенькой.

- Что ты, папа! В твоём возрасте, и при твоём здоровье, - ахнула Оля.

- Перестань причитать, – оборвал её отец. - На то, что бы выручить Анто-

на, моего здоровья хватит. Я врач, и за свои слова отвечаю… Переговоры

предстоят сложные, и мне их вести легче, чем Варе. Так что, не спорь!

- Семён Ильич, это тот толстяк с медовой улыбкой, что в прошлом году

привёз тебе корзину роскошных фруктов, коньяк и чёрную икру, – спросила

Ира.

- Он самый. У Семёна в Баку один из лучших ресторанов, «Виноградная

гроздь». И он там знает всех.

- Яков Григорьевич дело говорит, – включился Борис, муж Ирины. – От-

пускать Варю одну в те края опасно. Могу и я поехать с ней, но, пожалуй,

Якову Григорьевичу будет легче чего-то добиться. Стариков на Кавказе

уважают.

- Значит, решено, – Ольга прихлопнула рукой по скатерти. – Папа летит в

Баку с Варькой. Туда и визы не нужно. Подумай, дочка, в чём поедешь. В

джинсах лететь не следует. Найди платье поскромнее, ниже колен, с длин-

ными рукавами. И тебе нужен платок, типа хиджаба. В чужой монастырь

едешь, доченька.

Варя сидела молча, только глаза переводила. Кивнула головой:

- Так тому и быть. Интересно, есть ли сегодня самолёт до Баку? Мамочка,

Петьку оставляю на тебя. Справишься? Пойду собираться.

Варя умело уложила все вещи в свой большой рюкзак.

– Не спорь, деда! Я же походница… Он лёгонький. Всего килограмм

двенадцать. Ты своё уже оттаскал. Теперь - неси ответственность. - Она вру-

чила дедушке кейс с билетами и деньгами.

- О колокольчике без нужды лучше не вспоминать, – заметил Яков

Григорьевич.

- Ясное дело, – Кожаная сумочка с реликвиями, спрятанная на груди,

согревала Варе сердце и добавляла надежды.

215

***

Приземлились в Баку около полудня. В ресторане ещё шла уборка, но

Семён Ильич увидел их сразу и кинулся навстречу с распростёртыми

объятиями:

- Яков Григорьевич! Какие гости! – он провёл их в свой кабинет. Тут же

статная, чернобровая красавица (похоже с Украины) внесла большой поднос

с коньяком и с разнообразной закуской, – Перекусите с дороги. Это ваша

внучка? Ни за что бы не узнал, - Семён Ильич посмотрел Варе в лицо, -

Боюсь, вы сюда не отдыхать приехали. Проблемы?

- Он куда умнее, чем старается выглядеть, – подумала Варя

Услышав историю Антона, Семён Ильич не удивился, но улыбаться

перестал.

- В Ардебиле? Значит, у Ахмед Хана. У него много наших ребят. Он

платит за лечение видных боевиков в дорогих больницах Турции и Европы,

вот они и везут ему русских рабов, выплачивают долг… Хозяин смолк на

мгновение, потёр лицо руками, - Ахмед Хан – очень большой человек.

Можно сказать, князь. Под Ардебилем у него огромное имение. Лучшие

агрономы работают. Систему орошения в Израиле проектировали! Круглый

год его тяжелыые рефрижераторы везут свежие овощи и фрукты до

Волгограда. Оттуда, уже самолётами, на север. У Ахмед Хана двоюродный

брат владеет большим рынком в Перми. Племянник – рынком в Воркуте.

Оборот на много миллионов. Неужто, вы в Москве о нём не слышали?

- Думаю, нам нужно как можно скорее встретиться с Ахмед ханом. –

заметил Яков Григорьевич. – Не могли бы Вы, Семён Ильич, свести нас с

ним?

Хозяин подумал. – Нелёгкое дело. У него в Баку два своих ресторана. Ко

мне, в «Виноградную гроздь», он не заходит. Для Ахмед Хана – я мелкая

сошка. Придётся вам ехать в Ленкорань. Там у моего свояка, Исаака

Шапиро, тоже ресторан. Исаак тесно связан с Ахмед Ханом. Скупает для

него ранние овощи и фрукты по всей округе. Он вас и познакомит. Там

Ахмед Хан бывает куда чаще, чем в Баку.

- Как же он переезжает через границу, – удивилась Варя.

- Какая граница, – рассмеялся Семён Ильич. – Вся погранохрана, с обеих

сторон, у него в кармане! Вы поаккуратнее с ним, Яков Григорьевич. Крутой

мужик!

- Как нам туда добраться? Хорошо бы, поскорее. Внучка нервничает.

- Зачем спешить? У нас торопиться не принято. Ну, - улыбнулся хозяин, -

красивая женщина ждать не любит… Пойду, взгляну.

Скоро он возвратился. – Вам повезло. Хорошая оказия. Мой добрый

приятель, Иван Алексеич, сейчас кончит обедать и поедет в Ленкорань.

Часа за три-четыре по шоссе домчит… Не на поезде же вам тащиться. -

Семён Ильич огорчённо пожал плечами. – Я-то надеялся, вы у меня

погостите. Ладно. Даст Бог, на обратном пути. Дело больно серьёзное.

Исаак вас хорошо примет, я ему позвоню.

216

Иван Алексеич поразил Варю. Ну, просто русский купец 19-го века:

борода лопатой, костюм тройка, и даже золотая цепочка поперёк живота…

Он уже расплачивался. Официант отнёс Варин рюкзак, аккуратно уложил

его в багажник новенького, мощного внедорожника. И они поехали.

За городом машина набрала скорость. Купец лихо обходил попутные

тачки.

– Похоже, Нефритовый колокольчик нас не оставил,- подумала Варенька.

- В первый же день узнали, кто держит в рабстве Антошку. Станет ли этот

Ахмед Хан с нами разговаривать, - Она хотела поговорить об этом с дедом,

но Яков Григорьевич уже крепко спал, откинувшись на подголовник. –

Устал, бедный! Тяжело ему приходится. Старик, а старается, вида не пока-

зывает. Но я-то вижу.

Варе не спалось. Страх: - А вдруг всё сорвётся в последний момент? – и

надежда на встречу с Антошкой держали её в напряжении.

- Вы здесь давно живёте, Иван Алексеич? – спросила она, что бы отвлечься.

- Старообрядцы перебрались на Кавказ ещё при Екатерине Великой, –

гордо ответил купец. – Больше двухсот лет! Укоренились. Живём неплохо.

Грех жаловаться. Со всеми ладим…

Знаете, барышня, Ленкорань это сказочный край. Субтропики. Горный

хребет закрыл долину от холодных ветров. По два урожая в год снимают.

Слава Богу, торговать разрешили! Зимой и ранней весной наши овощи и

фрукты – золотое дно… Конечно, лучшее скупает Ахмед Хан. Но и нам

хватает.

Переехали мост через Куру. Хорошее шоссе кончилось. Снизили ско-

рость. Дорога становилась всё хуже. А перед посёлком Масаллы, на шесте

посреди дороги увидали «кирпич».

- Паводком мост снесло, – озабоченно заметил Иван Алесеевич, сворачивая

направо. - Ничего, тут объезд недалёкий. Только бы через реку по старому

мосту перебраться… Едва держится. А там уже до самой Ленкорани хорошо

поедем.

Лэндкраузер уверенно переваливал через лужи и ухабы. Дед ухватился

двумя руками за ручки и весело поглядывал на Варю, - Каково! Качает, как в

бурю!

Встречный тракторист махнул им рукой:

- Вертай к броду, Алексеич! Развалился мост! Вода нынче низкая, твоя

тачка легко пройдёт.

Повернули к реке. Мелкая, но стремительная горная речка шумела,

тащила с собой камни.

- Спаси и сохрани нас, Никола Угодник, – Иван Алексеевич озабоченно

перекрестился и медленно повёл машину через брод.

До желанного берега осталось совсем мало, когда крупный булыжник

саданул машину в правое переднее колесо. На берег всё-таки выбрались.

- Тудыть твою мать! – выругался купец. – Новенькую тачку, и в ремонт!

Делать нечего. Придётся тут заночевать. Дядя Ираклий – мой кунак, нас

примет хорошо. А утром вызову машину из Ленкорани.

217

Двухэтажный, добротный дом Ираклия стоял близко, на крутом берегу.

Вокруг – каменный, высокий забор, но ворота настежь. Худой, высокий

старик, с седыми усами что-то мастерил у сарая.

- Гамарджоба, батоно Ираклий, – приветствовал его Иван Алексеевич. –

Принимай гостей! Нынче со мною знаменитый московский хирург, Яков

Григорьевич, и его внучка, Варенька.

- Гость в дом – Бог в дом, – широко улыбнулся старик. – Всем места хва-

тит. Жаль, сыновья в дальний рейс уехали, вернутся не скоро. А то бы такой

пир устроили! Дома только мы с внуком остались, ну, не считая женщин.

Из сарая вышел вихрастый, смуглый мальчик, лет десяти.

- Датико! Проводи дорогих гостей на второй этаж, покажи их комнаты.

Умывшись и переодевшись в любимые джинсы, Варенька зашла к деду.

- Я покемарю минут десять, – просительно заметил он.

- Ложись, я тебя укрою, – Варя в который раз позавидовала уменью деда

среди дня мгновенно уснуть ненадолго, и встать совершенно свежим. Потом

спустилась вниз.

Большая комната была сразу и кухней, и столовой, и гостиной. В одном

углу тахта и большой телевизор, в другом у плиты хлопотала старая хозяйка.

Матери помогала младшая дочка.

Варя залюбовалась молоденькой девушкой: Какая фигурка! Тонкое

лицо, чёрные высокие брови и огромные, темные глаза газели! Красавица…

- Ладно, Нино, дальше я и сама управлюсь, – Старая Мария с любовью

поглядела на девушку. – Ступай, развлекай гостью.

Нино присела на тахту рядом с Варей.

– А вы и вправду в Москве живёте? – Девушку живо интересовали и

московские моды, и музеи, и театры… Ведь всё это она видела только в

телевизоре. Кинотеатр в посёлке давно не работал.

Провинциальная девочка, неполных шестнадцати лет, просто очаровала

Варю. В ней совсем не чувствовалось рисовки, старания казаться кем-то,

словом, того выпендрёжа, что Варя так часто видела среди своих подруг.

Простота и чувство собственного достоинства – то, что Варенька ценила в

людях больше всего.

Гостей позвали ужинать. Яков Григорьевич, отдохнувший и посве-

жевший, с удовольствием оглядел праздничный стол: - Смотри, цыплята -

табака! И лобио. И зелень, - тихонько шепнул он Варе. – Люблю кавказскую

кухню… Жаль, многое мне уже нельзя. Но, как говорила моя мама, если

нельзя, но очень хочется, то немного можно.

Хозяин сел во главе стола, пододвинул бочонок с вином. Справа – гости и

женщины. Слева – ребятня: Датико и ещё четыре внучки, от 4-х до 12-и лет.

Ираклий торжественно разлил розовое домашнее вино в тонкие стаканы,

и поднялся, что бы сказать первый тост.

Но тут в дверь постучали. Вошёл немолодой, солидный мужчина,

вежливо поздоровался, разгладил полуседые усы.

- Селям, Али Саид! Садись с нами,– пригласил его хозяин. – Видишь, у

меня гости.

218

Али Саид вежливо отказался: - Очень важный дело, - И начал долгую,

торжественную, явно, заранее приготовленную речь, по-азербайджански.

Заметив, как потемнело лицо у хозяина, как плотно сжались его губы,

Яков Григорьевич тронул соседа за локоть:

- О чём он? Переведи, пожалуйста, Иван Алексеич!

- Махмуд Заде свата прислал, – ответил купец тихонько. – Просит Ирак-

лия отдать ему младшую дочь. Лысый толстяк! Да он девочке в отцы

годится. У него в доме уже две жены есть.

Худо дело! В Массалы Махмуд Заде полный хозяин. Четверо уголов-

ников, его подручные, открыто ходят с оружием, что хотят, то и творят.

И жаловаться некому: старший брат Махмуда - начальник Полиции, а

Прокурор женат на его сестре.

Батоно Ираклий слушал свата молча, не перебивал. Наконец тот кончил.

Хозяин негромко ответил по-русски:

- Один раз я уже отказал Махмуду Заде. Скажи ему: Ираклий своего слова

не меняет. Захочет взять Нино силой, так у меня то же Калашников есть, да

и стрелять ещё не разучился. А убьёт меня, что ж, скоро вернутся сыновья,

отомстят.

Махмуд Заде совсем стыд потерял. У меня ж гости в доме.

- Гостей наши дела не касаются, – резко ответил Али Саид. – Иван Алек-

сеич и его друзья могут свободно уйти. Их никто не тронет. Подумай,

Ираклий! Против кого идёшь? Нино в доме у Махмуда Заде будет как сыр

в масле кататься. А твоих сыновей он не боится.

Давай лучше сговоримся добром. Ведь пожалеешь!

- Я свое слово сказал. Уходи.

Купец торопливо выбрался из-за стола.

– Я в ваши дела не лезу, – бормотал он. – Нас эти разборки не касаются.

Пойдёмте, Яков Григорьевич! Раз Махмуд Заде сказал, что нас не тронут,

значит можно идти. Подождите, уважаемый Али Саид! Мы быстренько…

Варе стало мучительно жалко Нино. Она обняла дрожащую девочку,

прижала к себе:

- Неужели мы их бросим? Дедушка! – взмолилась она.

Яков Григорьевич задумался. Позорно бросить в беде радушного

хозяина и хорошего человека. И девочку жалко.

- Я врач. Моя помощь может понадобиться. Мы остаёмся. Идите, Иван

Алексеевич.

Хозяин задвинул за ушедшими железный засов:

- Мария! Уводи детей и женщин в подвал. Без моего приказа не высо-

вываться…

Обрадованная Варенька зашептала Нино: - Не бойся! Всё будет хорошо.

Колокольчик нас выручит.

Старик достал из стенного шкафчика АКМ с потёртым прикладом, два

рожка, скреплённых голубой изолентой. Привычно зарядил автомат.

219

- Брюхатый пёс! Не дал поужинать спокойно…- Из того же шкафчика

вынул охотничью двустволку, горсть патронов, протянул Датико. – Следи за

задней дверью. Да под пули не суйся!

- Не тревожься, дедушка, – кивнул мальчик, - Всё сделаю как надо!

Яков Григорьевич растеряно оглядел комнату: - А мне что делать? Вот

оно! – на ковре, над тахтою висела старенькая трёхлинейка. – Может, к ней и

патроны есть?

Батоно Ираклий усмехнулся в седые усы: - Нежданного помощника Бог

послал! Где-то были патроны, – Он пошарил в ящике стола достал замас-

ленный мешочек. – Не зря её батя с фронта привёз. Пригодилась… А Вы

стрелять-то умеете? Я когда-то служил на границе с Ираном, прошёл там

хорошую школу.

- В молодости – случалось, - На втором курсе приятель записал Яшку в

стрелковый кружок. Тренер у них был хороший. Через год Яков настрелял

на третий разряд. Правда, после института оружия в руки не брал.

Хозяин осторожно выглянул в узкое окошко:

- Ах, суки поганые! Бревно тащат. Дверь хотят вышибить.

Он поднял автомат и выстрелил. – Дело пошло всерьёз! Пусть знают, -

На улице раздался истошный вопль. По окнам застучали длинные очереди. –

Одному-то я ножку укоротил, – засмеялся Ираклий. – Теперь будут осто-

рожнее.

- На что они надеятся, - спросил Яков Григорьевич.

- Их пятеро. И патронов у меня всего два рожка. Пустяки! До утра

продержимся. А там кто-нибудь сообщит брату в соседнюю деревню, придёт

помощь. Только бы они не вздумали поджечь дом! Терраса деревянная,

вспыхнет, как порох. Вот тогда будет совсем худо.

Может Вы, Яков Григорьевич пройдёте на второй этаж? Оттуда и видно

лучше…

По второму этажу гулял сквознячок. Старик огляделся. Во дворе пока

пусто. А перед воротами стоят два джипа. И высокий парень, согнувшись,

сливает бензин из бака в канистру!

- Поджечь решили! – ахнул Яков Григорьевич. – Беда. Надо что-то делать.

Из дальнего джипа вылез лысый толстяк. Брюхо перевесилось над

ремнём, как у беременной бабы. К нему тут же подскочил один из братков,

почтительно склонил голову.

- Махмуд Заде! – догадался дед.

Толстяк отошел на пару шагов, и, повернувшись к акации, принялся

расстёгивать ширинку...

- Сейчас я твою Заде слегка нашпигую, - хмыкнул Яков Григорьевич.

Удобно устроился перед окном, положил ствол на подоконник, тщательно

прицелился и нежно, как когда-то учили, спустил курок.

Толстяка как подбросило! К рухнувшему хозяину сбежались под-

ручные.

- Пора спускаться, - решил старик.

Внизу его встретил обрадованный хозяин:

220

- Ай, молодец! Ты ж ему прямо в ж… угодил! Что будет!

- Раненому нужна помощь, – решительно сказал Яков Григорьевич, вешая

винтовку над тахтой. – Пока найдут другого врача, он кровью истечёт.

- Что ты сказал? - ахнул Ираклий, высоко подняв кустистые брови.- Ле-

чить его надо! Какой мудрый человек! Всё наоборот повернул!

Ближе, чем в Ленкорани, врача нет. Да и там – коновалы. Придётся его в

Баку везти.

Поклянётся Махмуд Заде, что откажется от Нино и что мстить не будет,

тогда ты его и вылечишь. А о том, что это ты сам ему в задницу попал, мы

никому не скажем.

Хозяин подошел к окну и громко заговорил по-азербайджански…

После долгих переговоров с Али Саидом раненого внесли в дом и

уложили на покрытый чистой простыней обеденный стол. Варенька

принесла дедов несессер. Яков Григорьевич всегда брал с собой набор

необходимых инструментов, стерильные шприцы, пару ампул новокаина.

Пригодились и две автомобильные аптечки.

Тщательно вымыв и протерев чачей руки, дед приступил к операции.

Внучка ассистировала…

Разыскать без рентгена застрявшую в мягких тканях пулю, а, главное,

извлечь осколки тазовой кости, было совсем не просто. К счастью, жизненно

важных органов пуля не задела.

Как же мандражил Яков Григорьевич, приступая к операции! Ведь

двадцать лет не брал в руки скальпеля… Но его лицо оставалось совершенно

спокойным, а руки привычно делали своё дело. Варенька всегда боялась

крови. Но тут было не до страха! Она старалась изо всех сил! И дед даже

похвалил её: - Почти как бабушка Лёля…

Дед справился! Не посрамил звания московского хирурга!

- Завтра раненого можно эвакуировать в стационар.

Всю операцию Али Саид пристально следил за каждым движением

хирурга. Не пропустил, заметил: - Пуля-то винтовочная!

Теперь он рассыпался в благодарностях:

- Ай, спасибо, доктор! Огромное спасибо! Нэ тревожьтесь, вызовем вер-

толёт, отправим Махмуда Заде в Баку, к самым лучшим врачам…

Но дед уже не слушал. С трудом он поднялся в свою комнату и не

раздеваясь рухнул в постель.

- Адреналин кончился, – сказал он Вареньке.

Варя разула деда, бережно укрыла одеялом:

- Как же измучился! А держался, как молодой.

Утром, ещё до завтрака, приехал Илико, младший брат Ираклия. Из

побитой бежевой «Газели» с автоматами наперевес выпрыгнули два его

сына.

Батоно Ираклий обнял брата: - Поспешил на помощь. Спасибо, спасибо.

Правда, мы тут сами отбились. Махмуду Заде не повезло: заработал пулю в

задницу. К счастью, у меня в гостях оказался Яков Григорьевич, знаменитый

221

хирург. Прооперировал его, можно сказать, спас. Махмуда увезли в Баку, в

госпиталь.

У Якова Григорьевича важное дело в Ленкорани. Отвези его со внучкой

к Исааку.

***

Исаак Ильич с женою встретили гостей на крыльце своего уютного,

увитого виноградом, домика.

- Мы тут только вдвоём остались. Сын, Боря, нынче - известный

программист, в Москве свою фирму имеет. - сказал он с гордостью. - Там и

внучки растут. Жалко, внука ещё нет.

Гостей усадили завтракать.

- У нас говорят, - вкрадчиво заметил Исаак Ильич – Махмуд Заде пытался

умыкнуть красавицу Нино, дочку старого Ираклия. Будто бы и стреляли…

- Было такое.

- А правда ли, что один старый московский хирург прострелил Махмуд

Заде ж…, а потом сделал блестящую операцию и спас ему жизнь?

От удивления дед даже вилку выронил:

- А вы-то откуда всё это знаете? Ираклий обещал никому не расска-

зывать.

- Старик Ираклий никому и слова не сказал, – засмеялся Исаак Ильич. –

Здесь же не как в Москве! Вы сколько лет в столице живёте, а с Борей,

небось, ни разу и не встречались. А в Ленкорани всё про всех известно.

И уж Али Саид не упустил случай опозорить своего шефа на всю

округу… Он под Махмуд Заде давно подкапывается.

Однако вам нужен Ахмед Хан, - посерьёзнел хозяин. – Ближе к вечеру он

приедет, и будет у меня. Я вас сведу. Не простой человек. Постараюсь его

подготовить.

В начале шестого Исаак Ильич проводил их до своего ресторана и сам

усадил за столик в углу. По белоснежным, накрахмаленным скатертям и по

камчатым салфеткам в бронзовых кольцах Яков Григорьевич определил:

ресторан высшего класса.

Подали шашлык из осетрины, черную икру, фрукты.

- Вино, хоть и местное, но очень хорошее. – заметил Исаак Ильич. –

Отдыхайте. Когда будет нужно, я подойду.

В зале было пусто. Мэтр вежливо провожал посетителей на террасу.

Сидели долго. Варя нервничала, то и дело трогала на груди кожаный ме-

шочек, проверяла: на месте ли.

- Что ты ему скажешь, дедушка?

- Не знаю. Надо хоть увидеть этого Хана. Не спрашивай, внучка. – попро-

сил дед.

Но вот в зале появился высокий человек в чёрном костюме, с явно

славянской внешностью. Внимательно оглядел ресторан. Подошел к их

столику, посмотрел им прямо в лицо. По его знаку зашли четверо, с

короткими автоматами, встали по четырём углам зала.

- Охрана серьёзная, – отметил Яков Григорьевич.

222

Ахмед Хан вошел вместе с Исааком Ильичем, сел за столик у дальней

стены. За ним встали ещё два охранника. Босс сидел вольно, до коньяка и

фруктов, стоящих на столике, не дотрагивался. Внимательно слушал, что

ему тихонько говорил стоящий рядом Исаак Ильич.

Яков Григорьевич старался не пялиться на Хана, но краем глаза всё же

подробно разглядел его.

Лет тридцати, подтянутый, стройный, Ахмед Хан выглядел вполне

европейским джентльменом, если бы не буйная шевелюра и кавказские усы .

Исаак Ильич пару раз кивнул в их сторону.

- О нас рассказывает. Как же мне держаться с этим Боссом,- думал дед. –

Видел я таких, среди больших комсомольских начальников. С ним надо

держаться на равных. Не угодничать и не заискивать.

Его подозвали.

Поздоровавшись, Яков Григорьевич отодвинул стул и сел, не дожидаясь

приглашения.

Ахмед Хан какое-то время молча разглядывал старика.

- Скажи, отец, ты сознательно метил в ж… Махмуду Заде?

Яков Григорьевич улыбнулся: - Убивать не хотел.

- А оперировать в деревенском доме было очень трудно?

- Не слишком. Сложно было найти пулю без рентгена. А так – простая

операция. И внучка хорошо ассистировала…

- Это она там сидит? – Ахмед Хан помолчал. – Нэ могу понять, зачем ты

вмешался в эту разборку? Ведь мог уйти…

- Не по-мужски бы это было: бросить в беде радушного хозяина. Да и

девочку стало жалко. У меня внучка чуть старше…

Босс кивнул: - Ладно. Так какое у тебя дело ко мне?

Яков Григорьевич достал свадебную фотографию Антона в новеньком

офицерском мундире, протянул Хану: - У тебя работает муж моей внучки.

Мы хотим его выкупить.

Босс глянул на карточку: - Есть такой. - Лицо его вдруг резко изме-

нилось. Стало жестоким, подозрительным, - Откуда ты узнал об этом? Кто-

то из моих людей меня продал? Сколько ты заплатил за информацию?

Говори!

- Ни копейки. – Якова Григорьевича прошиб холодный пот, но он про-

должал говорить спокойно, не меняя голоса. – Я узнал об Антоне абсолютно

случайно, можно сказать, чудом. Никто из твоих людей к этому не

причастен. – Он помолчал. – Я не лгу.

Ахмед Хан пристально смотрел ему в лицо. – Может и не лжешь.

Предположим. Но какой выкуп ты можешь предложить мне? Десять штук

баксов? Ну, двадцать. Смешно. Это будет мне в убыток.

- Миллион. – сказал Яков Григорьевич.

- Баксов или евро? – удивился Ахмед Хан.

- Как скажешь.

- Силён старик! С тобой можно иметь дело. – Босс засмеялся. - Миллион

евро были бы сейчас очень кстати. Когда деньги?

223

- Надо позвонить в Улан-Батор. Надеюсь, дня через три деньги будут…

- Ишь ты! В Монголию! Добро. Считай, отец, сговорились. В четверг

вечером я буду в Баку. Постарайся успеть…

- Постараюсь. Будем ждать вас в ресторане «Виноградная гроздь».

- У Семёна? Идёт. Товар я привезу.

Ахмед Хан встал, и вышел.

***

В среду вечером рейсом из Астаны прилетел профессор Церен. Рядом с

ним шел старый, седой монгол, с каменным лицом.

– Наш спонсор, Бачу Ильчидей. – представил его Церен.

Старик только кивнул молча. Он не произнёс ни одного слова, пока не

увидел нефритовый колокольчик.

- Церен, неужто он подлинный? Не подделка, – спросил Ильчидей по-

русски.

- Дотроньтесь до него.

Старик осторожно коснулся реликвии кончиками пальцев. Его каменное

лицо расплылось в блаженной улыбке: - Ом мани падме хум…

Вчетвером они ждали Ахмед Хана в отдельном кабинете. Молчали.

Варенька страшно нервничала: - А вдруг он не приедет? Или не привезёт

Антона? – И ещё раз трогала нефритовый колокольчик, стоящий посередине

стола.

Ахмед Хан пришел около восьми. Церемонно поздоровался. За ним,

тенью, шел начальник охраны.

Яков Григорьевич открыл кейс с купюрами: - Миллион. Проверьте…

Босс вынул пачку из середины, провёл пальцами по краю: - Не кукла?

Порядок.

Начальник охраны вышел из кабинета и скоро вернулся. За ним шёл

Антон. Худой. Страшный. В новом, плохо сидящем костюме.

Варенька кинулась на шею мужу. – Живой! Антошка! Мой Антошка…

Ахмед Хан взял кейс. – С вами приятно было иметь дело, Яков

Григорьевич… - И вышел.

- Куда же теперь поедет мой колокольчик? – спросила Варя.

- В Индию. Почтенный Бачу Ильчигей сам отвезёт его в подарок Далай-

ламе…

2008

224

О г л а в л е н и е

Сказки о Мастерах

Мастерица Кларисса …………………………………. 3

Мастер Жан …………………………………. 16

Сапожник Нахум ………………………………….. 32

Петушок на шпиле …………………………………..43

Сказка про Усто Керима, горшечника ………………51

Мастер Ганс …………………………………. 63

Сказка про Ивана Плотника ……………………………80

Король и его денщик ………………………………….. 88

Другие Сказки

Пойдём в Дибл Добл …………………………………..106

Ведьмина внучка …………………………………. 117

Три сестры …………………………………..160

Адам и Ева …………………………………. 170

Нефритовый колокольчик ……………………………205

225

Document Outline

1970.

Мастер Жан

1975г.

Сапожник Нахум

Петушок на шпиле

Мастер Ганс

Сказка про Ивана Плотника

АМИНЬ.

Король и его денщик

Пойдём в Дибл Добл!

Под старым вязом сидел полуголый человек в позе лотоса. Он так сидел уже давно, больше недели, погруженный в транс, не чувствуя ни холода, ни голода. Человек надеялся, что на этот раз он, наконец, достигнет Нирваны, сольётся с Бесконечностью…

Не вышло… Не смог полностью отрешиться от внешнего мира. Связи с Бесконечностью не получилось. В мозгу копошились медленные, вязкие мысли. Всё чудилось, что большая, жирная крыса, похожая на поросёнка, с длинным розовым хвостом, бродит где-то рядом. И норовит лизнуть большой палец на правой ноге… И в этот раз ничего не получилось! Наверно, прав был Эдди, его отчаянный старший брат. Он всегда называл его растяпой и неудачником…

Мастерица Кларисса …………………………………. 3