Глава 21. Это меняет все

Я слышала голоса и даже узнавала Кирилла, но глаза открыть не получалось. Слова тоже не доходили до разума, но понимала, что интонации Нечаева далеки от спокойствия и уверенности, которые он обычно источал. Когда удалось разлепить веки, с трудом рассмотрела того, кто был рядом. Мужчина в годах. Спокойное, приятное лицо. Надеюсь, это не Господь встречает меня. Протянув руку, я снова увидела свою кровь и опять зажмурилась.

— Похоже, ей плохо от вида крови, — проговорил незнакомый голос. — Давай уберем все и обработаем. Банеоцин? Отлично. Бинт вскрывай тоже. Мить, отвезите Максима Павловича к нам в офис. Я подъеду чуть позже, потолкуем с ним.

— Может не стоит? Подставляешься, дядь Гриш. Стерн — моя забота. Мне с ним и разбираться. — Кирилл.

— Ничего, — мерно продолжал мужчина, словно из тумана или облака. — Твой Максимка по уши в дерьме. Вряд ли будет на меня заявы писать. Ему светит попытка похищения, проникновение, грабеж средь бела дня. Сам будет в ногах валяться, чтобы решить дело миром. Посидит ночку у батареи и быстро поймет, что воровать девочек — плохо. Чего он тут у тебя искал? Неужели деньги?

— Документы, думаю. Я фирму хочу разделить, а он не в восторге.

— Ясно.

— Это же не нормально, что она в обмороке?

— Ты меня спрашиваешь? Я мент, Кирь, а не доктор.

— Понятно все с тобой. Вызову доктора тогда.

Голоса стихли. Или я снова провалилась в беспамятство, пока не услышала:

— Вроде все. Дай ей нашатырь понюхать.

Мне в нос ударил резкий запах. Я дернулась, заморгала. Перед глазами тут же оказался Нечаев.

— Хей, заяц, привет, проговорил он ласково.

Я моментально вспомнила все, что случилось, схватила его за руку.

— Кир, прости, — затараторила я. — Прости меня. Он сказал, что ты велел… А потом я назвала код. Прости. Я испугалась. Не знала что делать.

Мысли путались, но язык бежал впереди паровоза.

— Чи-чи-чи, — зашипел на меня Нечаев, укладывая обратно на диван. — Лежи, зай. Не прыгай. Давай куртку снимем. Ты ведь не собираешься от меня убегать ближайшее время, м?

Я попыталась усмехнуться, но изо рта вырвалось какое-то хныканье. Неуклюже приподнявшись, я помогла ему вытащить собственные руки из куртки. Взглянула на ладони, которые были в бинтах, снова всхлипнула, вспомнив кровь струями.

— Эй-эй, Ась, не отключайся.

— Вида крови не переношу, — объяснила я. — Особенно своей.

— Вот и я, — поддержал Кир, добавив, — особенно твоей.

— Говорил я тебе, — услышала я незнакомый мужской голос, — а ты обморок, сотрясение. Паникер.

Мотнув головой, я увидела в кресле ворчливого дядьку лет шестидесяти. Это его я за Бога приняла. Морщины выдавали возраст, но глаза были цепкие и яркие. Невольно поежилась, встретившись с ним взглядом.

— Ась, это Григорий Иванович. Добрый друг нашей семьи, — представил его Кир.

— А, знаменитый дядя Гриша, — дошло до меня.

— Знаменитый, — хохотнул Москвин. — Не известнее вас, барышня. Кирюха, как первый раз о тебе сказал, я сразу понял — пропал. Женится.

— И женюсь, — насупился Нечаев не очень вдохновленный болтовнёй дядьки.

— Как ты достал с этой женитьбой, Кир, — заворчала я, усаживаясь на диван, пытаясь не упираться руками.

— Ну-ка лежи. Нечего скакать. Сейчас врач уже будет.

— Какой еще врач? — заскулила я. — Я просто упала.

— Пусть тебя осмотрят и возьмут анализы?

— Анализы? Кииииир, — я захныкала.

— Ладно, детки, вы тут лечитесь, а я поехал. Нужно потолковать с Максимом вашим. Ась, ты заявлять на него будешь? Или мы в тихом кругу разберемся? — выдал Москвин.

Я взглянула на него, на Кирилла.

— Сама решай. Захочешь — пойдем в полицию на общих основаниях.

Я поморщилась, переставляя, чего это все будет стоить.

— Не думаю, что он решился бы мне что-то сделать. Но…

— Я могу сделать так, что ты о Стерне больше никогда не услышишь. У нас все козыри на руках, и он вряд ли будет сопротивляться, — заверил меня Григорий Иванович.

— Я ему без надобности, — призналась я Москвину. — Ему нужны были документы какие-то.

Услышав это, Кир длинно и красочно выругался.

— В общем, с Максимом мы потолкуем. Пусть пока в офисе поживет. Звони, Кирюх, когда удобно будет.

— Хорошо.

Не успел Нечаев договорить, раздался звонок в дверь.

— Это лекарь, наверно. Я открою. Бывайте, детки.

Мы не успели ответить, а Москвин уже вышел.

— Лекарь? Кир, зачем? Я же просто упала, — начала я тараторить.

Не выношу врачей. Кирилл что-то говорил и об анализах. Неужели можно заказать все это домой, как пиццу? Ужас.

- Откуда мне было знать, что Стерн ничего с тобой не сделал, — возмутился Нечаев в ответ.

— Можно просто спросить.

— Ага, только ты была в отключке, зай.

— Ну, вот сейчас я в порядке.

— Так давай доверимся специалисту, чтобы знать точно.

— Почему ты все за меня решаешь? — повысила я голос, разозлившись.

— Почему ты все время со мной споришь? — не уступал Кирилл.

— Потому что ты бесишь.

Он открыл рот, чтобы ответить, но… передумал и рассмеялся. Я гордо задрала нос, чтобы не улыбаться.

— Так люблю тебя, Аська, — проговорил Кир, ослепляя меня лучезарной улыбкой. — Скучал по тебе безумно.

Он взял мое лицо в ладони, погладил щеки пальцами, подался вперед. Я зачарованно замерла. Наши губы почти соприкоснулись, но поцелуй спугнул бодрый голос:

— Врача вызывали, Кирилл Александрович?

Кир, поморщился, нехотя отстранился, отпустил меня. Я увидела… чертова Дерека Шепарда из Анатомии страсти. Таких красивых врачей не бывает, ей-богу. Сначала меня похищает Стерн, потом спасает Кир, а в итоге еще будет осматривать знойный красавец. Это какое-то кино, честное слово.

Нечаев встал и поприветствовал горячего доктора рукопожатием, переходящее в объятия с ритуальным похлопыванием по спине.

— Рад видеть, Миш. Сто лет…

— Так точно, приятель. А живем в двух шагах друг от друга, — откликнулся врач, тут же переходя к делу. — Жаль только, что повод не самый веселый. Ванная, Кир. И полотенце.

Они ушли на минуту. Из ванной доносились голоса, смех. Кажется, эти двое были хорошими приятелями.

— Анастасия, так? — поинтересовался доктор, возвращаясь.

Он присел на стул, который моментально поставил к дивану Кирилл.

— Так, — кивнула я. — Но лучше Ася.

— А я Михаил Сергеевич. Можно просто Миша, — он подмигнул.

— Бодров, флиртовать с моей невестой не обязательно, — огрызнулся Кирилл.

— Как это не обязательно? Очень даже обязательно, — возмутился живущий по соседству доктор.

— Я тебе не невеста, — вставила я мстительно, находя особенный кайф видеть, как Нечаев закипает.

— Он держит вас тут силой? Заставляет пройти обследование?

— Вообще — да. Почти.

— Ася! — Кирилл возмутился.

— Если вы против, я не имею права… — начал Михаил, подняв руки.

Кирилл выглядел так, словно его сейчас удар хватит. Я решила быть паинькой.

— Я не против, Михаил Сергеевич. Полагаю, с Кириллом Александровичем лучше не спорить. Легче согласиться на осмотр, чем убедить, что со мной все в порядке.

Я кокетничала от души, а Бодров мне подыгрывал. Кирилл изо всех сил старался не реагировать, но все равно периодически рявкал на доктора. Я обомлела, когда Нечаев заявил, что нужно сделать забор крови. Понятия не имею, что он собирался там увидеть. Скорее всего, просто включилась программа в голове и частью ее были анализы. Он даже заставил пописать в баночку. Это было чертовски унизительно и портило мне весь флирт и Бодровым.

А Кирилл выглядел донельзя довольным. Думаю, будь у его друга в наличии переносной аппарат узи, меня бы и им исследовали с головы до пят. Я возмущалась, но не противилась.

— Все в порядке с вами, Асенька. Порезы швов не требуют, но руки поберегите. Результаты анализов завтра утром. Думаю, они тоже в норме. Я сам наберу Кирилла Александровича.

Он попрощался.

Кирилл проводил Бодрова до ворот, а вернулся, убирая мобильный в карман.

— Поесть хочешь? — спросил он, присаживаясь рядом.

Я неопределенно передернула плечами.

— Сначала расскажи, как узнал, что я с Максимом.

— Твой телефон, зай. Ты набрала меня.

- Правда? Я думала, что не успела отправить вызов. Стерн выбил телефон.

— Я слышал, как вы говорили. Сразу понял, что он тебя обманом заманил. Позвонил Москвину, чтобы по геолокации пробил мобильный, но еще раньше сработал отклик на охранной системе дома.

Я выдохнула со свистом, поражаясь собственной наивности.

— Прости. Я такая дура. Он сказал, что у тебя проблемы. Я в суматохе ничего не поняла, не спросила, сразу рванула, села в машину почти чужого человека. — Подняв глаза на Кирилла, призналась: — Знаешь, я думала о тебе. Наверно, поэтому и помчалась, сломя голову, при первом упоминании.

— Маленькая, — прошептал Кирилл, убирая волосы мне за уши. — Прости, что так вышло. Никогда в жизни бы не подумал, что Макс дойдет до такого.

— Ты все-таки отделяешься, да?

— Угу.

— И уезжаешь?

— Да.

— Когда?

— Не знаю. Наверно, после новогодних каникул. Были сложности, но теперь не думаю, что Максим продолжит вставлять мне палки в колеса.

— Понятно.

Я опустила глаза. В этот момент мне невероятно сильно захотелось уехать с ним. Все дни, что были без Кирилла, показались пустой тратой времени, бессмысленными и серыми. А вот сейчас мы рядом — и это правильно. Что будет, когда он уедет? Меня грела мысль, что он хотя бы где-то рядом. Но скоро Нечаева не будет в этом городе. В этой стране. На этом континенте. С губ рвались признания и просьбы, но я совладала с собой и не проронила ни слова. У меня еще шок, наверно. Нервы, эмоции. В таком состоянии нельзя ничего решать.

Кирилл, видимо, понял и принял мое молчание, он сменил тему.

— Пойдем, накормлю тебя. Мария, кажется, сегодня собиралась семгу с овощами готовить. Ты же любишь?

Я кивнула и отправилась за Киром на кухню. Пока ели, перебрасывались какими-то общими фразами. Я хвалила еду, а он Марию Константиновну. Спросила, откуда знает доктора. Оказалось, что они учились в одной школе. Михаил не так давно открыл свою клинику. Я даже не стала уточнять. Было и так ясно, что Кир ему помог. Именно поэтому он не постеснялся вызвать друга к себе.

Едва мы поели, открылась дверь, и в гостиную влетели Алла с Женей. Сестрица Кирилла тут же взялась причитать и ощупывать меня, требуя полного отчета о случившемся, понося Нечаева через слово, что это все его вина. Женька мялся, явно стесняясь, но волнуясь не меньше. Я сразу поняла, что эта парочка здесь не просто так. Взглянула на Кира. Мне даже спрашивать не пришлось.

— Побудь с ними. Ладно, Ась? — проговорил Нечаев с вопросительной интонацией, словно у меня был выбор.

Сам Кир потянулся за пальто, которое валялась на кресле.

— А ты куда?

— Пообщаюсь с Максимом.

Отпихнув в сторону Алку, Кир взял меня за плечи.

— Знаю, ты не в лучшем состоянии, но, пожалуйста, реши сейчас, будешь ли заявлять на Стерна.

— Я… я не знаю, Кир.

— Надо знать, Ась. От этого зависит то, как я с ним буду общаться у Москвина. Не стану скрывать, что меня намного больше устроит решить все без допросов и судов. Могу пообещать, что Стерна ты больше никогда не увидишь.

У меня ноги подкосились от такого заявления.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты же не убьешь его?

Кир хмыкнул.

— Нет, зай. Конечно, нет. Но сделаю все, чтобы он не возвращался в город. А может и в страну. Я не настаиваю, Ась. Ты решаешь.

Я представила, что начнется, если заявлю в органы, и тут же затошнило. Вариант Кирилла показался идеальным. Думаю, Нечаев и Москвин разберутся со Стерном намного лучше.

— Делай все, что считаешь нужным, проговорила я, взвесив все за и против.

Женька легонько кивал за спиной Аллы, соглашаясь с моим решением. Кирилл погладил меня по волосам, ласково ущипнул за щеку. Захотелось, чтобы поцеловал. Но он только пообещал:

— Все будет хорошо.

И ушел.

Алла с Женей тут же начали допрос. Пришлось выложить все, что было и в подробностях. Во всяком случае, то, что я помнила, и сама узнала от Кирилла. Оказывается, он им почти ничего не сказал. Просто просил приехать побыть со мной, потому что я испугалась Макса.

Алла возмущалась и негодовала, слушая мой рассказ. Женя многозначительно молчал, изредка морщился и качал головой. Когда я начала в третий раз описывать подробности, поняла, что с меня достаточно. Время было уже позднее. Я переживала из-за Кирилла, а Алла начала действовать на нервы своим неутихаемым щебетом. Сославшись на усталость, я отправилась наверх. Друзья сказали, что тоже лягут, только чая выпьют. Я была им очень рада. Особенно тому, что Алла с Женей будут ночевать в доме, а не во флигеле.

Не сомневаясь ни минуты, я пошла в спальню Кирилла. Нашла там чистую майку, надела и улеглась в кровать. Сон не шел, хотя мне было совсем не страшно. Постель Нечаева — словно возвращение домой. Только вот в голову все равно лезли мысли. Я то заново переживала события со Стерном, то вспоминала предложение Кирилла и наши Пражские каникулы. Снова и снова в голове вспыхивали сомнения. Как я здесь буду без него, если даже одной в кровати мне одиноко, хоть вой. Очень хотелось все забыть, простить, согласиться выйти за Кира и уехать с ним. Обида и боль никуда не делись, но значительно притупились. Сильнее меня ранили мысли о разлуке. Едва я думала, что мы можем никогда не увидеться больше, слезы наворачивались на глаза.

Наверно, так бывает. И я смогу пережить, перетерпеть. Боль тоже утихнет, притупится, захочется улыбаться кому-то, быть с кем-то. Может быть, выйти замуж, нарожать детей. Но в темноте ночи, под ласковым, тёплым одеялом мне хотелось, чтобы этим кем-то был Кирилл Нечаев. Только он.

Подавляя эти мысли, сдерживая слезы, я то и дело отключалась. Кажется, спала по несколько минут. Просыпалась и прислушивалась, надеясь, что Кир вернулся. Поняла, что он дома только, когда почувствовала, как прогнулся матрас. Нечаев снял и положил на тумбочку часы, забрался ко мне под одеяло, крепко обнял, прижимая к себе.

— Ты вернулся, — пробормотала я. — Все хорошо?

— Да, — откликнулся Кир. — Максим не побеспокоит тебя больше. Он подписал все документы, доверяя мне полную власть над компанией. Я оставил ему символические дивиденды. Сможет прожить на них вполне. Дядя Гриша лично проводит его на самолет.

— Ладно, — выдохнула я. — Наверно, это хорошо.

— Не сочти меня за кусок дерьма, но я теперь единственный владелец компании. Чертовски приятно избавиться от балласта в виде Макса. Хотя я предпочел бы решить с ним дело миром, а не вот так вот…

Я усмехнулась.

— Да ладно. Подумаешь. Всего-то упала и вазу разбила. Обращайся, если нужно будет довести до ручки еще какого-нибудь партнера.

— Шуточки, — фыркнул Кир. — К тому же мой партнер теперь Андреев. Вряд ли он будет действовать методами Стерна.

— О, Женя преданный фанат. Он тебе слово поперек не скажет.

— Я бы так не сказал, но…

Я придвинулась к нему теснее, вжимаясь попой в пах. Хотелось втереться в него, чтобы буквально склеиться. Господи, как я жила без этого? Как я буду жить без этого?

Кир тяжело вздохнул, не договорив.

— Что? — спросила я, уловив его смятение.

— Неужели нужен был психованный Стерн, чтобы опять заманить тебя в мою постель?

В его голосе было столько тоски и горечи, что я чуть не заревела. Повернувшись к Кириллу лицом, я уткнулась носом ему в грудь.

— Так скучал по тебе, зайца. Люблю тебя, Аська.

Я зажмурилась, уговаривая потоки слез не рваться наружу.

— Люблю тебя, — откликнулась сдавленно, еле слышно.

Он положил ладонь мне на затылок. Я боялась, что сейчас потянет за волосы, заставляя смотреть в глаза. Даже в темноте у меня не было сил противостоять его пронзительному взгляду. Но Кир просто ласково погладил меня.

— Это снова ничего не меняет? — спросил он печально.

— Я не знаю, — ответила честно.

— Ладно, — он громко зевнул. — Давай спать.

— Угу, — согласилась я, устраиваясь удобнее в его объятиях.

На миг стало не важно, что было и что будет. Я полностью растворилась в Кирилле, его тепле, заботе, любви. В этот самый момент значение имели только мы. Убаюканная этим блаженством, я почти сразу погрузилась в сон.

Проснулась я от пристального взгляда. Еще глаза не открыла, а знала, что за мной наблюдают. Конечно, это был Нечаев. Он лежал на боку, подперев щеку кулаком, уперевшись локтем в подушку, и смотрел на меня.

— Это раздражает, знаешь ли, — сразу же высказалась я, — когда так откровенно глазеют.

— Я не видел тебя тысячу лет, — упрекнул он в ответ, — так что терпи.

— Всего лишь несколько недель.

— Почти вечность.

Горло снова стянуло невидимыми ремнями. Кир смотрел, явно ожидая от меня каких-то слов, решений. Он дал мне время, и оно стремительно подходило к концу. А я все еще не знала, что сказать.

— Есть хочу, — выпалила, вставая с кровати, чтобы избавиться от его прожигающих до самого сердца углей.

Оказалось, что Женя и Алла уже уехали. Стрелки на часах стремились к полудню. Я пропускала занятия в универе, но это мало волновало сейчас. Намного больше будоражил вид Кирилла за стойкой. С голым торсом, в свободных домашних штанах, растрепанный и спокойный, как удав. Он подыгрывал, более не беспокоя меня ни словами, ни взглядами. Уткнулся в ноут. Он одновременно жевал тост с маслом, задевал омлет, который чуть подогрел, и отвечал на письма по работе. У меня засосало под ложечкой. Я отвыкла от такого уютного Нечаева. Да и, пожалуй, не видела Кира таким. Утром он все делал быстро обычно, всегда торопился. А сегодня вот не поехал в офис и, кажется, даже не страдал из-за этого.

— И часто ты теперь прогуливаешь работу? — спросила я, понимая, что он не первый раз вот так вот пренебрегает появлением в офисе.

— Бывает. Зама воспитываю. Пусть привыкает без меня справляться.

— Ммм, — протянула я, чтобы хоть что-то сказать на это.

Опять всплыла тема отъезда, которую уже невозможно было игнорировать. Я все еще не знала, что со всем этим делать, поэтому прикинулась бревном, что плывет по течению и ждала, когда Кир сам начнет.

Похоже, он решил сначала доесть и доделать дела, но его оторвал мобильный.

— Да, Миш, привет. Готово все?

Похоже, доктор Бодров решил опять же лично уведомить о результатах.

Кир нахмурился. Я моментально напряглась.

— То есть, как ты не можешь мне сказать? Не чуди, Бодров, я же сам тебя вызвал. Говори, как есть. Перепугал уже до смерти. Что там такого тайного в Аськиных анализах?

Минуту Кир только слушал, и я видела, что он закипает.

— Миш, завязывай, — зарычал угрожающе Нечаев. — Плевал я на законы и этику. Что с Асей? …твою мать!

Ругнулся он так громко, что я аж подскочила. Тут же Кир сунул мне в руки телефон.

— На. Он только тебе скажет.

У меня волосы даже в запущенной зоне бикини зашевелились. Что там может быть такого? Пронеслись все варианты. Один краше другого. От сифилиса до спида. Я никогда не сдавала анализы на вич и зппп. Что если болезни протекали в пассивной форме, и я уже давно чем-нибудь веселым заразила Кира. Кровь отхлынула от лица, а завтрак наоборот попросился вверх.

— Алло, — пропищала я. — Михаил Сергеевич?

— Да, Ась. Пришли результаты анализов. Я должен сообщить тебе их лично, чтобы ты могла сама решать, говорить ли Кириллу. Советую сейчас выйти в другую комнату.

Я затравленно уставилась на Нечаева. Он то ли слышал, то ли понял. Кир фыркнул. Сгреб ноут и умчался в кабинет.

— Я слушаю, Михаил Сергеевич. Что там? Я чем-то болею? Не томите, пожалуйста.

— Господь с тобой, Ась. Все у тебя в порядке. Ты молодая, здоровая барышня.

У меня отлегло. Я облегченно выдохнула.

— Что же тогда? К чему все эти секреты?

— Я вчера не очень понял характер ваших с Кириллом отношений. Но вы точно не женаты, поэтому это в первую очередь новости для тебя. А там уже будешь сама решать. Ты беременна. Срок маленький. Несколько недель. Мы делали полный анализ. ХГЧ однозначен.

Я так и села. Хорошо, что на диван, а не до пола.

— О, боже, — вырвалось тут же.

— Поздравляю, — кисловато выдал Михаил.

— Спасибо.

Мы помолчали немного. Бодров начал прощаться:

— Собственно, у меня все. Я бы позвонил тебе лично, но Кир оставил только свой номер. Если что, у нас в клинике прекрасные акушеры-гинекологи.

— С-спасибо. Буду иметь в виду, — ответила я на автопилоте.

— Всего хорошего, Ась. Береги себя.

— Спасибо. И вам всего доброго.

Я сама сбросила звонок, на ватных ногах пошагала в кабинет, чтобы отдать Кириллу телефон.

— На стол положи, — буркнул он обиженно, не глядя в мою сторону, не спрашивая ничего.

— Кир, — позвала я его.

Нечаев поднял голову, отрывая взгляд от монитора.

— Что? — выпалил резко.

— Кирюш, я беременна.

Если все утро я ежилась от взглядов Кирилла, то сейчас захотелось провалиться сквозь землю. Но пол подо мной никуда не девался. Я стояла словно приклеенная. Нечаев смотрел на меня так, словно пытался заглянуть внутрь, прожечь рентгенов, увидеть горошину, которая по уверениям врача превратится в нашего ребенка.

Загрузка...