Современная теория империализма и раскол коммунистического движения - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Яна Юльевна Завацкая (Линия раскола) #1

Линия раскола

24 февраля 2022 года коммунистическое движение Германии, Европы и России внезапно разбил паралич.

На самом деле ничего неожиданного в этом нет: диалектически перешла в новое качество масса тех аспектов, о которых следовало договориться уже много лет назад. Военная операция, которую Россия начала на Украине, поставила нас всех перед вопросом: на чьей мы стороне? Как мы оцениваем эту ситуацию? Что мы должны сказать трудящимся?

Все эти вопросы следовало решить раньше. Мир давно уже полыхает, война идёт повсюду, ничего нового. Речь идёт не об оценке какой-то одной страны, и далеко не только об одной России. Сама общая теория империализма в последние годы зашла в тупик. Ясное и однозначное понимание империализма куда-то делось.

Правда, это касается не всех коммунистов. Например, у Коммунистической партии Греции (КПГ) никаких проблем не возникло, поскольку она уже давно разработала новую теорию империализма, и, похоже, для КПГ это — надёжный инструмент, позволяющий правильно оценить любые мировые события. Благодаря большому авторитету КПГ на международном уровне многие партии и отдельные коммунисты попали под влияние упомянутой теории, она им даже кажется единственно возможным «продолжением ленинской теории империализма на новом уровне».

Вкратце: согласно развиваемой КПГ теории «империалистической пирамиды», империализм — это стадия капитализма, которой каждая страна достигает в отдельности, когда внутри неё появились монополии и возник экспорт капитала. Фактически это означает, что каждая или почти каждая современная капиталистическая страна одновременно является империалистической. Поскольку экономические потенциалы стран не равны, образуется общая «пирамида»: государства на вершине пирамиды господствуют над другими, в основании пирамиды находятся самые бедные страны (тем не менее, также империалистические).

Василис Опсимоу (член ЦК КПГ) в своей статье «Ленинская теория империализма и её искажения» жёстко критикует многих «оппортунистов», которые сомневаются в данной теории. К примеру, он пишет:

«Для всех этих потуг характерны постоянные отговорки и напускание мути, типичный признак оппортунизма, который Ленин критиковал в своё время. Они не только отказываются учить уроки истории, но и уходят от основ революционной диалектики, конкретного анализа конкретных обстоятельств, и возвращаются к окаменевшим формам „современной“ меньшевистской реформистской стратегии» [1].

В принципе, эта цитата приведена лишь с одной целью: показать, в каком тоне КПГ в принципе ведёт дискуссию, и как оценивает коммунистов, которые осмеливаются сомневаться в теории КПГ.

Товарищ Опсимоу пишет об «оппортунистической болтовне, которая якобы признаёт империализм как новую стадию капитализма, но различает в „системе“ империализма „империалистические“ и неимпериалистические страны» (выделение моё — Я. З.). Кроме того, он жёстко критикует практические следствия такой позиции: возможность национального освобождения и сотрудничества с национально ориентированной буржуазией в угнетённых странах.

В дальнейшем мы снова будем обращаться к статье тов. Опсимоу. Сейчас же мы посмотрим, кто эти «оппортунисты», которые осмеливаются делить страны на империалистические и неимпериалистические.

Хронологически первым таким «оппортунистом» является… В. И. Ленин. Тов. Опсимоу и сам замечает, что в своём знаменитом труде по империализму Ленин выделяет колонии и различные виды зависимости (на примерах Аргентины и Португалии)[2]. Но ведь сегодня-то всё иначе! Однако мы можем посмотреть и другие работы нашего классика. Например, в речи на Ⅱ Конгрессе Коминтерна Ленин уточняет:

«Во-первых, что является самой важной, основной идеей наших тезисов? Различие между угнетёнными и угнетающими нациями. Мы подчёркиваем это различие — в противоположность Ⅱ Интернационалу и буржуазной демократии. Для пролетариата и Коммунистического Интернационала особенно важно в эпоху империализма констатировать конкретные экономические факты и при решении всех колониальных и национальных вопросов исходить не из абстрактных положений, а из явлений конкретной действительности.

Характерная черта империализма состоит в том, что весь мир, как это мы видим, разделяется в настоящее время на большое число угнетённых наций и ничтожное число наций угнетающих, располагающих колоссальными богатствами и могучей военной силой»[3].

Невозможно яснее выразить мысль, что именно различение между меньшинством империалистических государств и большинством угнетённых наций (к которым относятся не только колонии, но и зависимые государства) — это большевистское отношение к вопросу.

В той же речи Ленин говорит и о союзах с буржуазией зависимых стран:

«…Мы, как коммунисты, лишь в тех случаях должны и будем поддерживать буржуазные освободительные движения в колониальных странах, когда эти движения действительно революционны, когда представители их не будут препятствовать нам воспитывать и организовывать в революционном духе крестьянство и широкие массы эксплуатируемых. Если же нет налицо и этих условий, то коммунисты должны в этих странах бороться против реформистской буржуазии»[4].

То есть, по Ленину, союзы с буржуазией отнюдь не исключены, хотя и предполагают всегда конкретную оценку того, выгоден или вреден такой союз для рабочего класса.

В дальнейшем позиция коммунистов не изменилась. В ⅩⅩ веке эта позиция в принципе вообще не подвергалась какому-либо пересмотру — разве что буржуазной наукой, которая, разумеется, не желала принимать подобную точку зрения. Сталин в этом смысле также был учеником Ленина и поддерживал движения национального освобождения. Для него разделение стран на империалистические и зависимые было само собой разумеющимся. Это проявлялось не только в речах и работах, но и в практической политике. Например, он до 1927 года рекомендовал коммунистам работать совместно с буржуазным Гоминьданом, и даже после предательства со стороны национальной буржуазии и жестокой расправы с коммунистами СССР вначале порвал с Гоминьданом, но в 1937 году снова восстановил с ним отношения и поддерживал как КПК, так и Гоминьдан. Можно найти много высказываний Сталина по поводу буржуазного национального движения в Китае. Например, вот что он говорит по поводу возможности в будущем революционного правительства Китая:

«У будущей революционной власти в Китае будет то преимущество перед правительством, что она будет властью антиимпериалистической.

Дело не только в буржуазно-демократическом характере кантонской власти, являющейся зачатком будущей всекитайской революционной власти, но дело, прежде всего, в том, что эта власть является и не может не являться властью антиимпериалистической, что каждое продвижение этой власти вперёд означает удар по мировому империализму,— стало быть, удар в пользу мирового революционного движения»[5].

Ищем дальше «оппортунистов», которые, согласно тов. Опсимоу (КПГ), не все капиталистические страны считают империалистическими.

Дальнейшие «оппортунисты» — это, например, ведущие лидеры Кореи и Кубы, которые, несмотря на это, умудрились возглавить социалистические революции. Ким Чен Ир говорил о неоколониализме в отношении стран, которые только что освободились от колониального гнёта. Например, вот что он писал в 1960 году о Республике Корея (Южной Корее):

«В связи со старой колониальной политикой японского колониализма лицо Кореи было лицом зависимой колонии, но сегодняшняя Южная Корея, жертва неоколониальной политики США,— это колония под маской „независимого государства“»[6].

Согласно Ким Чен Иру, колонии были преобразованы в зависимые государства, и колониальное ограбление продолжается в скрытой форме: империалисты экспортируют капитал и задерживают развитие национальной экономики. Что может быть интересно в отношении Украины, они «превращают их в свои военные базы»[7].

Но КНДР в любом случае, с точки зрения КПГ, является «ревизионистской». Может быть, коммунисты Кубы придерживались другого мнения?

Вот что писал Че Гевара:

«…Мы должны помнить, что империализм, последняя стадия капитализма — это мировая система, и для победы над ней необходима конфронтация мирового масштаба. Стратегическая цель нашей борьбы — уничтожение империализма. Участие наших народов, народов отсталых и эксплуатируемых стран, должно неизбежно вылиться в разрушение баз снабжения империализма, в пресечение его контроля над нашими угнетёнными странами: странами, откуда империализм сегодня черпает свои капиталы, черпает дешёвое сырьё и дешёвых специалистов, где есть дешёвая рабочая сила и куда направляются новые капиталы как орудие господства, направляются оружие и прочие средства, призванные содействовать сохранению нашей тотальной зависимости»[8].

Список подобных высказываний можно продолжать бесконечно.

Кроме того, необходимо заметить, что успешные или почти удавшиеся революции ⅩⅩ столетия в большинстве своём, в отличие от русской революции (где тоже были свои особенности, о которых мы здесь не будем упоминать), в основном руководствовались именно идеей национального освобождения. Группа Фиделя Кастро и его революционная армия не были марксистскими, состояли по преимуществу из крестьян (рабочий класс Кубы был ещё небольшим и слабо развитым), там были лишь отдельные коммунисты (например, Че), и лишь после победы революции под влиянием СССР Куба стала социалистической (что, конечно, способствовало её дальнейшим успехам). В Китае, Вьетнаме и Корее мотивы национального освобождения были сильнее выражены в народных массах, чем деятельность пролетариата по построению социализма. Тем не менее, компартии этих стран смогли возглавить национальное движение. Можно по-разному оценивать эти явления, но вот отрицать их нельзя. И подобных фактов в мире, разумеется, гораздо больше, чем можно здесь привести.

Таким образом, в ⅩⅩ веке в коммунистическом движении не встречалось даже сомнений в том факте, что существуют империалистические страны («горстка стран», по Ленину), и что они именно потому являются империалистическими, что другие страны становятся их жертвами. Именно такая точка зрения была принята в СССР и ГДР.

Эта позиция в отношении неоколониального угнетения была само собой разумеющейся на протяжении всего ⅩⅩ века. И в коммунистическом движении ФРГ мы не встречаем каких-то других представлений. Так, Михаэль Оперскальски описывает ситуацию в ⅩⅩⅠ столетии, как гегемонию США и вновь возникшей империалистической силы — Европы, возглавляемой ФРГ[9], эти силы стремятся обеспечить себе дешёвые ресурсы других стран. Позже Оперскальски упоминал также и другие империалистические центры, к которым он относил Японию и Россию. Кроме того, речь шла об антиимпериализме. Антиимпериалистическая борьба рассматривалась в коммунистическом движении как его важнейшая составная часть. Автор данной статьи ранее была членом не существующей сегодня Коммунистической Инициативы, где М. Оперскальски и Ф. Флегель входили в состав руководства. В то время, в 2008—2015 гг. мы поддерживали Сирию как антиимпериалистическое государство, и критиковали «равноудалённость», когда некоторые коммунисты, например, во время «зелёной революции» в Иране в 2009 году, считали необходимой смену режима. Мы понимали, что Иран, безусловно, является правоконсервативным и антикоммунистическим государством, но на тот момент Иран занимал антиимпериалистическую позицию. Во время греческого кризиса мы критиковали действия ФРГ против народа Греции и боролись против информационной подачи в СМИ этих действий как «помощи ленивым грекам». Для нас, коммунистов ФРГ, это была очевидная атака империализма ФРГ против Греции.

Теперь выясняется, что коммунисты Греции в принципе отвергают понятие антиимпериализма и считают империалистическими все страны с капиталистической экономикой, полагая, что они отличаются друг от друга количественно, по своему хозяйственному потенциалу, но не качественно. Поскольку КПГ на международном уровне пользуется большим авторитетом, её теорию разделяют и другие партии (например, также очень сильная Компартия Турции). Часть коммунистов ФРГ также попала под это влияние и отвергает теперь антиимпериалистическую борьбу, если только эта борьба не является прямо социалистической и пролетарской. В различных дискуссиях автор этой статьи даже слышала, что Венесуэла и Никарагуа — также империалистические страны, ведь там господствует капиталистическая экономика. И это были высказывания очень опытных и ведущих членов коммунистических организаций.

В связи со всем вышесказанным, можно резюмировать, что точка зрения, предложенная КПГ, является совершенно новой, и её нельзя назвать развитием ленинской теории империализма на новом уровне. Более того, чтобы принять «теорию пирамиды», необходимо будет отказаться от революционного опыта Кубы, Кореи, Китая, Вьетнама и Советского Союза.

Отсюда следует, что противоречие в коммунистическом движении вызвано вовсе не различными оценками какой-то одной страны или одной войны — оно гораздо глубже и серьёзнее.

И именно это противоречие вначале должно быть разъяснено. Лишь потом можно говорить о России, Украине или любой другой стране.