Глава третья

Это была ложь.

Она никогда не могла ненавидеть Джейса, даже после того, как он отверг ее любовь ради погони за деньгами.

А ведь она хочет этого. Она должна научиться ненавидеть Джейса. Именно сейчас, когда он снова причиняет ей боль. И ее единственная защита — ненависть. Гордость ее уязвлена поведением Раймонда, в сердце — незаживающая рана из-за обиды на нее отца. Но стоит Джейсу проявить хоть чуточку тепла, и она может снова растаять.

Да, она должна защитить себя от страшной магии Джейса. Обхватив себя руками, Дэниэль вернулась в гостиную его дома и медленно опустилась на пол. Ей хотелось привести в порядок свои мысли.

Кольцо, подаренное Раймондом, она опустила в карман. Эта глава ее жизни закончилась. Но отсутствие на пальце бриллианта весом в два карата отнюдь не избавляет ее от неприятностей. Просто одни неприятности уступили место другим.

И тем не менее она как бы примирилась с ними, словно заранее предчувствовала, чем закончится их с Джейсом разговор. Как бы она ни хорохорилась, ей придется выйти за Джейса. Если они научатся проявлять друг к другу терпимость, у них может сложиться вполне сносная жизнь. В это верилось с трудом, но нужно же ей было убедить себя в том, что они могут быть счастливы.

И Дэниэль принялась массировать затылок, пытаясь унять головную боль.

Приехав сегодня на ранчо Джейса, она не могла разглядеть выражение его лица — оно было скрыто широкополой шляпой. Но она и без того знала: в его глазах — боль и обида. Их выражение несколько изменилось, только когда он пытался ее приласкать, да и то ненадолго.

А какие ночи она проводила в этом доме, на широченной кровати, в объятиях Джейса!

Он был нежен и заботлив, тогда она была нужна ему. Впервые за много лет Дэниэль забыла об одиночестве, преследовавшем ее после смерти матери.

И вдруг почему-то нежность, внимание, забота исчезли. Она испытала тогда такую боль, что постаралась оградить свое сердце от новых страданий и решила никого больше не любить. Никогда.

Спустя какое-то время она подумала, что дружеские отношения тоже могут сделать ее счастливой. Она выйдет замуж за Раймонда, и все в ее жизни будет хорошо. Но тут вмешался Джейс. Как обычно. И сейчас она очень боится, как бы ей не потерять навсегда покой.

Джейс обычно добивался в жизни всего, чего хотел. Она убедилась в этом, читая присылаемые отцом газеты, в которых мелькали сообщения о деловых успехах Джейса.

И Дэниэль, лежа на ковре в гостиной Джейса, закрыла глаза, пытаясь отогнать от себя нахлынувшие на нее видения прошлого, но напрасно.

Ей тогда было девятнадцать лет, она впервые выступила в роли хозяйки дома и делала все, лишь бы отец остался доволен.

Прием был большой, со множеством гостей, которых прежде Дэниэль никогда не видела. Это были знакомые отца, его деловые партнеры.

Получившая хорошее воспитание, Дэниэль всем приветливо улыбалась, пожимала руки и без конца обменивалась с гостями ничего не значащими замечаниями. Вечер тянулся томительно долго. Ей было скучно, хотелось спать, она еле стояла на ногах. И вдруг почувствовала на себе чей-то взор.

По ее телу пробежали мурашки, ей показалось, что ее кто-то ласково гладит по спине.

Она резко повернулась, встретила упрямый взгляд голубых глаз и забыла обо всем на свете. Ноги налились свинцом, на нее навалилась слабость, ей стало жарко. Потрясенная тем, что незнакомый мужчина так магически на нее действует, она на полуслове прервала светскую болтовню и, не извинившись, отошла в сторону.

И тут ей вдруг захотелось выпить, чего раньше с ней никогда не бывало. Схватив с подноса проходившего мимо лакея бокал шампанского, она направилась с ним к двери в сад. Незнакомец сразу же оказался рядом, и Дэниэль поняла, что ей от него не избавиться. Хотя, честно говоря, у нее и желания такого не было.

Он коснулся ее плеча.

— Вы не против, если я присоединюсь к вам, мэм?

От этого глубокого низкого голоса у нее возникло ощущение, словно по ее коже пробежала струйка мягкого песка.

Она обернулась, медленно, даже нехотя, как будто понимая, какие угрозы таит для нее его взгляд. И, вобрав в себя как можно больше воздуха и стараясь сохранять спокойствие, произнесла:

— Чем могу вам помочь, мистер… мистер…

— Фаррел, мэм. Джейс Фаррел.

Джейсу было тогда двадцать два года, он был полон решимости, которая передалась и ей, заставив верить, что все возможно.

Взяв Дэниэль под локоть, он вывел ее в сад, в укромный уголок, защищенный деревьями от посторонних взоров.

Она оперлась об изгородь и стала ждать продолжения.

В отличие от большинства мужчин, с которыми она раньше знакомилась, он не стал оглядывать Дэниэль с головы до ног и не отрывал взгляда от ее глаз. Как будто надеялся прочитать в них ее мысли и чувства, проникнуть в ее душу, не тратя времени на легкомысленную болтовню.

Дэниэль тоже смело взглянула ему в глаза. Пусть не воображает, что она его боится. Хотя в глубине души понимала: ей нужно бежать от него, и как можно быстрее.

— Еще до конца этого месяца вы будете спать со мной.

Девушка задохнулась от негодования. Да он не иначе как спятил. Она попыталась отодвинуться от него подальше, но помешала изгородь.

— А до конца года станете моей женой.

Ей бы расхохотаться ему в лицо или выплеснуть на него шампанское. Вместо этого ее охватило волнение, кровь быстрее побежала по жилам.

— Мистер Фаррел, я…

— Понимаю. — Он улыбнулся. — Я чересчур лаконичен. Но я всегда знаю, чего хочу. — Он перестал улыбаться и придвинулся к ней так близко, что едва не коснулся ее губ, обдавая теплым дыханием ее лицо. — Вас я хочу. Значит, вы будете моей.

Он не поцеловал ее. Только провел пальцем по ее губам и отстранился. А у Дэниэль появилось ощущение, что она попала в ловушку.

Весь вечер он от нее не отходил, тактично избавляя от длинных разговоров, сопровождал на кухню, где она наблюдала за приготовлением блюд, следил, чтобы ее бокал не оставался пустым. Пальцы его руки деликатно касались ее спины, направляя в нужную сторону. А ей все было мало, хотелось, чтобы он дотрагивался до нее еще и еще.

Впоследствии она во всем винила шампанское, хотя понимала, что оно тут ни при чем. Дело в самом Джейсе. Он излучает опасность. И ее тянет поиграть с огнем.

Вечер близился к концу. Он отвел ее в сторону. Перегородив ей путь к отступлению, лукаво улыбнулся и спросил:

— Вы позволите, мэм, предложить вам чашечку кофе?

В этот момент она поняла, что погибла.

* * *

— Вы позволите, мэм, предложить вам чашечку кофе?

Дэниэль не сразу сообразила, что эта фраза ей не приснилась, а произнесена Джейсом, который стоит рядом с ней с чашкой в каждой руке.

Она обежала взглядом черную кожаную мебель в довольно скромной комнате. Она лежит на ковре в гостиной, принадлежащей закоренелому холостяку, в доме Джейса, за бревенчатыми стенами которого завывает ветер.

И она только что заявила хозяину этого дома, что ненавидит его.

Дрожащими пальцами она ухватилась за чашку, как за спасательный круг, и поспешно отпила из нее. Быть может, кофеин поможет ей отвлечься мыслями от прошлого.

Его не вернуть. Оно осталось далеко позади. Этого нельзя забывать. Между нею и Джейсом никакой любви быть не может, во всяком случае — взаимной. Она выходит за него замуж с определенной целью, то есть заключает деловое соглашение, а значит, должна соблюдать дистанцию между собой и Джейсом. Это единственный способ не потерять рассудок.

Джейс поставил свою чашку на стол и повернулся к камину.

— Не желаешь ли продолжить наш разговор?

— Нет, — отрезала она.

Джейс с подчеркнутым равнодушием пожал плечами.

— Буран усилился. Может, тебе лучше заночевать здесь? Не хотелось бы, чтобы твой автомобиль застрял в заносах. Тебя потом нелегко будет откопать.

Провести несколько дней за городом — что может быть лучше! Но только не с Джейсом.

Когда три месяца назад отец приехал к ней и попросил помочь ему, она лишилась сна. До этого ее жизнь текла спокойно и размеренно. Она работала в инвестиционной фирме в Денвере, постепенно поднимаясь по служебной лестнице. Жить вдали от дома было нелегко, но ей необходимо быть готовой к тому дню, когда отец пригласит ее работать в его компании, занимающейся инвестициями в сельское хозяйство, рестораны и банки.

Она смотрела, как Джейс разжигает камин. Какая у него широкая, могучая спина! Когда накануне Джейс обнимал ее, ей казалось, что одиннадцати лет разлуки и не было. Несмотря на то что прошло столько лет, ей никак не удается уговорить свое тело не желать Джейса. На нее снова нахлынули воспоминания, но она подавила их.

Но не все. Одно упорно не желало отступать.

Когда-то он заявил, что женится на ней. Но не женился, потому что не собирался этого делать. Он обманул ее, для того чтобы получить необходимые ему для ранчо деньги. Она не подозревала, что он водит ее за нос.

Влюбившись в него, она жила мечтами об их будущем и не замечала мелочей, выдававших его истинные намерения.

Эти воспоминания причиняли ей жгучую боль.

Сейчас от той прекрасной волшебной сказки не осталось и следа. Они, разумеется, поженятся, но ни о какой любви не может быть и речи. Джейсу она нужна всего лишь как женщина, а ей нужен он целиком.

Дэниэль закрыла глаза. Да простит ее Бог, но иначе она поступить не может. Иного пути выручить отца нет. Последние сутки она напряженно искала другой выход, но тщетно. Единственный рыцарь, способный прийти на помощь ее отцу, Джейс, был закован в непроницаемую броню, скрывающую его истинные намерения и чувства.

— Предсказания твои не сбылись, — прошептала она.

— Какие предсказания?

— Мы не стали в течение года мужем и женой.

— Зато на следующей неделе ты все-таки легла в мою постель.

Это была правда, но как горько ее слышать!

Он чиркнул спичкой, разжигая газету для растопки камина с такой же легкостью, с какой когда-то разжигал ее желания. С ним она познала мир новых для себя чувств. Ее первый любовник, он добросовестно посвятил ее во все тайны любви, научил наслаждаться своим телом… а также и его.

Помнит ли он об этом? Мучится ли по ночам бессонницей, умирая от желания быть с ней рядом? Первая их ночь была волшебным блаженством. Но волшебство не может длиться вечно. Его губит холодный свет реальности.

— То есть сбылось лишь одно из твоих предсказаний.

— Дорогая, но ведь сейчас мы все же вступаем с тобой в брак.

— Да, но этот брак не настоящий. Мы не любим друг друга.

Она отпила кофе и чуть не сожгла себе язык. Может быть, это сделает ее более осторожной, чтобы не сгореть в очередной раз в пламени страсти.

— Вполне настоящий.

Он уселся на пол рядом с ней, вместо того чтобы опереться спиной о стену, как поступило бы большинство людей на его месте. Но Джейс редко вел себя так, как большинство людей.

Дэниэль сжимала в руках чашечку с кофе, выжидая, что будет дальше. Джейс — она ощущала на себе его взгляд — пристально смотрел на нее, но она упорно не поднимала на него глаз. Прошло несколько томительных секунд, он придвинулся к ней поближе, и она почувствовала жар его тела даже сквозь одежду.

— Так на чем мы остановились? — Дэниэль облизала губы и вновь отпила кофе.

Он пожал плечами, уставившись на пламя в камине.

— Ты сказала, что ненавидишь меня и все, что я делаю. Ну что ж, спасибо за откровенность.

Что означают эти слова и тон, каким они были произнесены? Дэниэль задумалась. Но тут ей вспомнился отец, его бедственное положение, и она сказала то, что, по ее мнению, более всего отвечало его интересам:

— Мне не следовало этого говорить. Мне жаль, что так вышло.

— Нет, ты ни о чем не жалеешь.

Вот так. Следует вести себя осторожнее, ведь он читает ее мысли, прежде чем она успевает произнести их вслух. Дэниэль начала лихорадочно соображать, что ему сказать. Так и не дождавшись ее ответа, Джейс вышел из комнаты, оставив Дэниэль наедине с ее колебаниями.

Несколько минут спустя он вернулся и кинул ей что-то на колени.

— Кольцо. Без него никакое бракосочетание невозможно.

Дэниэль удивленно посмотрела на него.

— Ты сохранил его? — едва слышно прошептала она.

— Брильянтики такие крохотные, что продавать его не имело смысла. Вот я и сохранил кольцо, как напоминание о том, что могло со мной произойти, не будь я бдителен.

Радость уступила место обиде, и Дэниэль закрыла глаза.

— Примерь его. Думаю, оно будет как раз.

Дэниэль сжала губы. Ей хотелось закричать, сделать ему больно. Но ведь он выйдет победителем из любого словесного поединка, а она лишь испытает очередное унижение.

Но в глубине души она затаила обиду. Что ж, их брак — необходимость. Чем бы он ни обернулся, это единственный способ спасти отца.

Кроме того, она знает: если Джейс чего захочет, он этого обязательно добьется. А сейчас ему очень хочется владеть ее телом.

— Не окажешь ли мне эту честь? — Она протянула ему кольцо, надеясь, что он сам наденет его ей на палец.

— Уж не встать ли мне для этого на колено? — усмехнулся он.

Дэниэль выдавила из себя улыбку.

— Было бы весьма мило, но я не смею настаивать, тем более что однажды ты уже выступал в этой роли.

Да, ночь, когда он купил ей это кольцо, была самой романтичной в ее жизни. Она часто вспоминала о ней, и эти воспоминания согревали ей душу. Теперь ее ночи по крайней мере не будут одинокими, и это уже счастье.

Он выхватил у нее кольцо и осторожно надел ей на палец. И медленно, словно давая ей возможность отстраниться, склонил голову к ее лицу. Но прежде чем их губы соприкоснулись, он произнес:

— Ты моя, Дэниэль. И я никогда тебя никому не отдам.

Дэниэль не сразу нашлась что ответить. Мешала его близость. И она сказала то, что меньше всего подходило к ситуации:

— Ты ведь поможешь моему отцу, правда?

Джейс замер. Она физически ощутила, как он разозлился, и сразу пожалела, что испортила такой важный момент напоминанием о цели своего замужества.

Она пыталась вырваться из его объятий, но тщетно. Он держал ее крепко, ожидая ответной реакции. Началось настоящее единоборство — он требовал, она не повиновалась. Дэниэль твердо решила настоять на своем. Она не будет добросовестно исполнять выпавшую на ее долю роль, не получив от него соответствующих заверений.

Джейс в конце концов оторвался от нее. Тяжело дыша, он откинулся назад, так, чтобы видеть ее лицо, и приподнял бровь.

— Уже отказываешь мне в том, что принадлежит мне по праву?

— Во-первых, мы еще не женаты, — твердо возразила она. — А во-вторых, я тебе ни в чем не отказываю.

Она встала с пола и направилась к камину, чтобы быть от него подальше.

— Мы договорились, что я стану твоей женой и буду спать в твоей постели. И только. — Она закрыла глаза, чтобы не видеть его. — Но после бракосочетания, никак не раньше.

— В таком случае я могу спокойно лечь спать один. — Он стал подниматься по лестнице, но на третьей ступеньке остановился. — Я-то думал поухаживать сегодня ночью за тобой, чтобы тебе впредь было легче принять решение. Но ты права — зачем смешивать удовольствие с бизнесом? — Он сделал многозначительную паузу. — Думаю, ты помнишь, где у меня комната для гостей.

И он ушел, оставив Дэниэль наедине с ее сомнениями и мыслями. Ее тут же пронзило сожаление. Их брак возможен лишь при соблюдении определенных правил поведения, которые им предстоит установить.

Она подняла руку, чтобы откинуть волосы со лба, и перед ее глазами сверкнул бриллиант. Когда она надела его впервые, это кольцо было для нее символом счастливого, беззаботного будущего. А кольцо Раймонда казалось ей, скорее, залогом обеспеченности и надежности. Но сейчас кольцо Джейса, вновь оказавшееся на ее пальце, напомнило ей о том, что она потеряла и уже не обретет никогда, хотя об этом лучше не думать.

Она медленно поднялась вслед за Джейсом по лестнице. За стенами дома завывал ветер, напоминая Дэниэль о ее одиночестве. Поднявшись наверх, она остановилась перед закрытой дверью спальни Джейса. Правильно ли она решила? Вообще-то совершенно неважно, ляжет она в постель к Джейсу до бракосочетания или после него, но в данной ситуации это имеет для нее большое значение. Она должна сохранить некоторую самостоятельность, иметь возможность влиять на их отношения, и сегодняшний случай как раз из числа тех, когда она может проявить волю.

Преодолев искушение постучать в дверь Джейса, она направилась в комнату для гостей, холодную и неуютную. Кушетка с домотканым покрывалом да несколько стульев — вот и вся обстановка. Но ведь и гостей у Джейса, насколько она помнит, бывало немного.

За все годы их разлуки она никогда не слышала о его романах. Если и были такие, он умел держать их в тайне. Дэниэль на миг представила себе другую женщину в его объятиях, в его постели, и ее пронзила острая ревность. Между тем Джейс был страстным мужчиной и требовательным любовником, вряд ли он все эти годы жил праведником.

Встречи с ним, его ласки она помнит так отчетливо, словно это происходило вчера. Если сейчас все повторится, она не должна превращаться в его послушную рабу. Во что бы то ни стало надо отдалить физическую близость, убедив Джейса, что для начала им необходимо получше узнать друг друга.

Вокруг стояла мертвая тишина, нарушаемая завываниями ветра за стенами дома. Дэниэль знала, что заснуть ей сейчас не удастся. И она решила сделать еще одну попытку выяснить с ним все до конца.

Боясь передумать, Дэниэль стремительно пересекла лестничную площадку, робко постучала в дверь Джейса, но ответа не последовало. Тогда Дэниэль подала голос:

— Нам необходимо поговорить, Джейс!

Молчание.

— Утром поговорим, — услышала она.

— Нет, Джейс, сейчас. Пожалуйста!

Наконец он пригласил ее войти.

Она замерла на пороге, пораженная. За годы ее отсутствия здесь ничто не изменилось. На кровати по-прежнему домотканое покрывало, та же дубовая мебель, те же безделушки.

Джейс, обнаженный до пояса, прикрытый лишь простыней, выглядел необычайно мужественно. Как тогда. В точности как тогда.

У нее даже перехватило дыхание. И так захотелось сбросить с себя одежду и нырнуть к нему в постель, почувствовать тепло его тела, жар его желания. Но она сразу подавила искушение. Отдаться ему сейчас — значит нанести себе непоправимый вред.

Джейс скрестил руки на груди.

— Что случилось? Ты не можешь подождать до утра?

— Мне не хочется, чтобы вечер закончился ничем. Давай поговорим, постараемся прийти к согласию.

Он со вздохом провел руками по волосам и слегка пожал плечами.

— Но мы ведь уже говорили, Дэни. Что еще ты хочешь мне сообщить?

Дэниэль сунула в карманы джинсов руки, которые вдруг стали ей мешать.

Он ждал ответа. Но она молчала, стараясь не рассердиться и не забыть, что ей нужна его помощь.

— Джейс, я не могу по желанию включать и выключать свои чувства. То, что между нами было, прошло. Мы должны по-другому строить наши отношения. Для нас сейчас главным должна стать дружба, а не секс.

Он отбросил простыню в сторону, вскочил с кровати и подошел к ней. Их разделяло всего лишь несколько дюймов. Дэниэль заставила себя отвести взгляд от его обнаженной груди.

— Ты полагаешь, что мы можем жить вместе, оставаясь лишь соседями?

Дэниэль медленно кивнула, отлично сознавая, что она лжет и ему, и себе.

— А я за это уплачу долги твоего отца? Лишь за то, чтобы приобрести себе друга?

На сей раз она не нашлась что ответить.

— Ты полагаешь, что можешь прожить всю жизнь, не имея рядом человека, который тебя целует? Который разжигает в тебе желания, так что ты стонешь и кричишь от восторга, когда твоя страсть находит выход?

Она глядела на него в упор, не в силах отвести глаза. А в голове ее проносились воспоминания — Джейс гладит ее, ласкает, она начинает сходить с ума от желания. Ее бросило в жар.

— Что ж ты молчишь, Дэни? Ты можешь обойтись без этого?

Она попыталась отодвинуться от него.

— Мне не нужно… — залепетала она, но закончить не смогла: она не могла лгать ему.

— Не можешь, Дэни. Как и все мы, смертные. — Он схватил ее за плечи и сильно встряхнул. Голос его сорвался на шепот. — Признайся, что я прав.

— В браке существует не только секс. Мы можем быть преданными супругами и хорошими друзьями, даже если будем спать в разных постелях.

Он рассмеялся.

Смех гулко отозвался в просторной комнате. Ей захотелось ударить его, но не было сил поднять руку. Он не имеет права так унижать ее, смеяться над ней.

Дэниэль попыталась вырваться из его рук. Джейс улыбнулся еще шире.

— С меня довольно! — закричала она.

— Дэниэль, ты — сама наивность, — ответил он.

Овладевшая ею злость придала ей сил, она вырвалась, лихорадочно осматриваясь вокруг себя, лишь бы не глядеть на обнаженную грудь Джейса.

— Я не хочу здесь оставаться. Попытаюсь пробиться сквозь метель.

Вот тут бы ей и уйти, но она, не совладав с искушением, бросила на Джейса прощальный взгляд. Он молчал. Держа руки на бедрах и опустив голову, он глубоко задумался.

Это было столь необычно, что Дэниэль замерла на месте.

— Что с тобой, Джейс?

— Ничего особенного, Дэни. Прости меня. Мне не следовало говорить то, что я сказал.

Джейс просит у нее прощения! Впервые за время их знакомства! Ошеломленная, она лишь смотрела на него, не в силах произнести ни слова.

А когда она наконец открыла рот, собираясь ему ответить, Джейс приблизился и приложил палец к ее губам.

— Оставайся, Дэни. Мы станем мужем и женой, а об остальном подумаем потом.

Признавая наконец свое поражение, она кивнула в знак согласия.

Между тем она умирала от желания, от желания ощутить его силу, его уверенность в себе, энергию, почувствовать себя любимой, его избранницей.

— Ты будешь сегодня спать со мной? — спросила она.

Его ответ был для нее потрясением.

— Не могу, — тихо произнес он, кивнул головой на прощание и отступил в глубь комнаты. Она чуть не целую вечность глядела на него, борясь с собой, но, одержав эту маленькую победу, вышла из комнаты и захлопнула дверь.

Что она наделала! Ее стараниями ситуация стала еще хуже. Ей казалось, что она в состоянии контролировать былое чувство к Джейсу, свести их прошлое лишь к физическому акту и не вспоминать о любви.

Ничуть не бывало. Она этого не может.

Загрузка...