Зверь более точного определения, в данный момент, нельзя было лучшего наименования для меня придумать.
Обезумел.
Озверел, когда мне позвонили из дворца, и охрана сообщила, что девочка выпрыгнула из окна и в настоящее время перелезает через ограждения.
Незамедлительно приказал осуществлять визуальный контроль за ней.
Никаких действий к беглянке не предпринимать.
Сам её задержу.
Не помня себя, выехал из своей резиденции.
В мозгу пульсировали слова, – как могла, да как посмела.
Подъезжаю к дворцу и наблюдаю, весьма занимательную картину: девочка спешно осматривается по сторонам и ловко спрыгивает с забора.
Дальше как в тумане..
Опомнился, только когда я прижал её своим телом к земле и услышал свой приговор, звучавший как вопрос, – вы признаёте себя зверем?
Поднимаюсь с земли, грубо хватаю её.
– Быстро пошла обратно и без глупостей. Ты себе и так уже заработала такое количество наказаний, за всю жизнь не расплатишься, – прорычал, преисполненный желанием, наказать как можно более жёстко и сладострастно.
Толкаю её вперёд и вижу, что идёт Марина прихрамывая.
Игнорируя её возражения, подхватываю её на руки и несу в сторону дома.
Волна желания охватывает меня, стараюсь успокоиться.
Заношу беглянку в гостиную и укладываю на диван.
– Что болит? – спрашиваю Марину.
– Нога, – стонет девочка и вытягивает поражённую конечность.
Аккуратно задираю штаны, ощупываю нежную кожу, немного нажимаю на щиколотку.
– Больно, – сквозь слёзы, произносит она, – не надо трогать, больно ...
– С..а, – вырывается у меня крепкое возмущение. – Больно? Да ты могла себе шею свернуть и вообще ничего уже не чувствовать.
Беру телефон и набираю номер своего личного врача.
Договариваюсь о встрече.
– Ну всё успокойся, – заботливо произношу я и присаживаюсь рядом с Мариной на диван, – сейчас приедет доктор и осмотрит тебя.
Девочка вжимается в диван и отводит взгляд.
– Боится. Правильно делает, – мысленно утверждаю я.
Пусть отвечает за свои поступки. В конце концов, я вовсе не варвар или кровожадный убийца. Предлагаю девочке, все возможные блага, о которых может только мечтать обычная девушка с незаурядной внешностью.
Смотрю на Марину и понимаю, что девочка очень даже миленькая. Аккуратный носик, светлая кожа, белокурые, шелковистые волосы. Но обычная внешность, даже, можно сказать, что вполне стандартная.
– Чёрт, но цепляет она меня не по-детски, – признаюсь, самому себе. – Марина как прекрасный ангел. Хрупкое создание, которое словно магнит притягивает к себе. В этой девушке есть какая-то загадка, непостижимая тайна. И будь я проклят, если не раскрою её.
Злость немного проходит. На смену приходит чувство сострадания к малышке.
– Я не хочу, чтобы тебе было больно… Но за свои поступки, Марина, нужно отвечать,- констатирую факт и сурово хмурю брови, опуская их к глазам.
– Хотел, чтобы всё было по-хорошему, – искренне сказал я, –
– Зачем нужен доктор? – злобно произносит девочка и огненным взглядом смотрит на меня, – давайте убейте и закопайте на территории прекрасного сада возле дворца.
– Нет, милая – начинаю злиться от её презрения и ненавистного взгляда, – лёгкой смерти можешь не ожидать. Я буду убивать тебя медленно… страстно… Ты будешь умирать каждую ночь. Утром возрождаться и снова умирать. Лаская твоё тело. Целуя твои губы, буду доводить тебя до состояния потери связи с реальностью. Ты увидишь звёзды утром, тебя поглотит свет ночью.
Двери гостиной открываются, и на пороге появляется доктор.
***
Доктор заканчивает осмотр и заявляет, что нога не сломана, а это всего лишь растяжение.
Открывает свой врачебный чемоданчик и передаёт мне мазь.
– Это необходимо втирать утром и вечером на повреждённое место на ноге.
— Хорошо, доктор. Спасибо, — произношу и пожимаю руку. — Вас проводят.
— Да, господин Арман, девочке сейчас нужен покой. Обеспечьте Марине его, пожалуйста, — констатировал доктор.
В знак согласия лишь молча качнул головой и посмотрел в сторону Марины.
– Девочка так ненавидит и боится близости со мной, что готова в ночи бежать навстречу неизвестности, – посещает меня печальная мысль. — Калечит себя. Кто дал право подвергать свою жизнь опасности.... Она, её тело и душа принадлежат мне. Я и только я решаю, что делать с моим драгоценным объектом желания, — неукоснительно убеждаю себя.
— Марина, — ласково произношу я.
Понимая, что девочка и так напугана, да и набегалась.
– Устала, – громко произношу я и с нежностью смотрю на свою мышку-малышку.
— Поднимайся, я отнесу тебя в спальню, — не прошу, требую.
Девочка напряглась, как будто стала один оголённый нерв. Хотел помочь подняться, но она отшатнулась от меня, как будто мои руки обожгли её кожу.
— Марина, — с нотками раздражения проговариваю я, — ты сама не дойдёшь.
— Хочу помочь подняться только и всего. Я тебя не трону.
Мысленно добавляю, — пока не трону.
— Обещаете, — не отрывая своих огромных глаз, от меня произносит она.
— И за недоверие, и за непослушание, и за.... , девочка за всё будешь наказана. Долго и сладко удовлетворяя все мои желания. Относительно тебя у меня много планов, – непринуждённо размышляю я, продолжая молча наблюдать за крошкой.
— Обещаю, – произношу вслух и нежно добавляю, – ну что иди на ручки.
— Я вам верю, принц, – произносит Марина.
Протягивает свои ручки и охватывает плечи. Поднимаю её с дивана и понимаю, что данное ей обещание трудно будет сдержать. Желание целовать губы, ласкать тело, наконец, сорвать цветок невинности, разрывает меня на части. Свежи воспоминания оральных ласк этой девочки, но и помню реакцию малышки на меня. Полностью сухая…, даже намёка на возбуждения не было. Впервые не смог вызвать страсть в женщине.
— Наверно, старею, – с долей усмешки, проговорил себе под нос.
– Давай, малышка. Отдыхай, — укладываю девочку на кровать. — Снимай костюм, можешь и бельё снять. Не против.
— Вы обещали, — непонимающе начинает моргать и мотать головой.
— Я обещал. Я исполняю, — произношу.
Опять зараза малолетняя посмела усомниться в моих словах.
Безапелляционно заявляю, — но, спать сегодня буду с тобой. Своё слово держу, — сажусь на кровать и провожу ладонью по личику красавицы,
— А вот тебе веры нет.
— Буду в костюме, — прокричала Марина и жалобно простонала, — не заставляйте снимать, пожалуйста.
— Ну, хорошо. Возьми ночную сорочку, — передал одежду для сна и отвернулся.
— Одевай быстро,- скомандовал я, – иначе помогу.
Мои слова подействовали на Марину. Когда развернулся к ней, она лежала в кровати, укутавшись с головой одеялом.
— Нет, ты ещё совсем ребёнок. Девочка, — произнёс я, — пора взрослеть.
Закончил фразу, а сам подумал, что скоро поспособствую её становлению женщиной. Раскрою тайные желания, заставлю желать меня не только телом, но и душой. Мышка-малышка познаёт удовольствие от плотских утех. Поймёт, что такое настоящий мужчина и как приятно отдаваться своим страстным порывам.
Сбрасываю рубашку и штаны, ложусь рядом с Мариной. Притягиваю её ближе к себе. Даже сквозь одеяло, крошка ощущает эрекцию, внушительное мужское достоинство упирается ей в попу.
— Спи, это реакция здорового организма мужчины на женщину, — успокаивающе произношу я.
Говорю спи, а сам хрен усну. Не её я так наказываю, а себя, ночным стояком.....
Вдыхаю пьянящий аромат тела. Зарываюсь носом в её длинные мягкие волосы. Буйное воображение ярко демонстрирует тело девочки. Аппетитные формы. Изящные изгибы. Ощущая мягкое и нежное тело, которое такое сексуальное и страстное, при этом чистое и невинное.