— А ты чего меня раздражаешь? — постаралась я вновь перебраться на диван. — Все, пусти, ты мешаешь мне смотреть фильм, — скинула я с себя его руки, быстро сообразив, что Лекс позволил мне это сделать.
К середине фильма мое смущение немного спало. За ним исчезло раздражение, и очень захотелось снова оказаться ближе к парню, но я стоически держалась. Так и не вникнув в должно быть довольно интересный сюжет, я с тоской вздохнула, когда кино закончилось, и Лекс выключил телевизор.
— Чай? — вспомнил он про то, что мы так и не поели, и я согласно кивнула. — Предлагаю игру, — вернулся Орлов с двумя чашками. Я открывала соевый соус, примерялась к тому, какие суши хочу первыми, и совсем не ожидала, что мы будем во что-то играть.
— Что, карты на раздевание? — скептично посмотрела я на парня.
— Какая ты испорченная девочка, — насмешливо поцокал он. — Так и скажи, что голым меня увидеть хочешь.
— Иди ты, — закатила я глаза, отказываясь снова смущаться. Ну что за бестолочь, а? Он вообще умеет быть серьезным?
— Умею, Дашенька, — рассмеялся Лекс, снова включая что-то на телевизоре и заставляя меня гадать, обладал ли он телепатией, или это я свои мысли вслух озвучила? — Итак, игра, — выбрал он иконку ютуба. — Я сейчас включу шутки, и первый кто засмеется, проиграет три вопроса, — кажется, не сомневался в моем согласии Орлов. Потому что уже ввел название и выбрал нужный ролик.
— Почему мне кажется, что ты мухлюешь? — с подозрением отнеслась я к тому, что Лекс точно знал, что искал.
— Потому что я мухлюю, — ничуть не смутился он. — Испугалась?
Парень так откровенно бросал мне вызов. И мне бы остановиться, задуматься, но я не удержалась. Оценила его насмешливый взгляд, и решила что во чтобы то ни стало не засмеюсь первой. А затем задам три самых каверзных вопроса, которые только придут в мою голову.
Повернув меня лицом к себе, Лекс нажал «play», и чуть склонив голову, внимательно следил за моей реакцией. Шутки были странными, немного забавными, но я спокойно держалась. Во всяком случае, на первых пяти было весело, но терпимо, а с каждой новой шуткой градус моего веселья повышался, и не смеяться становилось все труднее.
«Бабушка перешла дорогу не на тот цвет. А попала на тот», — это было так глупо, что мне не верилось, что мне было смешно.
«Вчера мы с дедом смеялись до потери пульса. Дед выиграл», — я облизнула губы, отчаянно отказываясь проигрывать. Следила за тем, как подрагивали губы брюнета, и уговаривала его сдаться.
«Сиамские близнецы решили на вечеринке оторваться», — Лекс так иронично изогнул бровь, что я еле сдержалась. На видео звучал смех, и мне очень хотелось к нему присоединиться. Поерзав, я поджала по себя ноги, и покачала головой. — «Ну уж нет, брюнетик, так легко я не сдамся», — послала ему мысленный сигнал. Удержалась еще на паре шуток, практически чувствуя себя победителем. А затем услышала две финальные, и проиграла.
«Если вы покупаете ворованные вещи у наркоманов, значит, вы одеты с иголочки», — абсолютно абсурдно моему мозгу шутка показалась дико смешной, и мне пришлось закусить губу, и похлопать себя по коленям. Улыбку скрыть уже не удавалось, радовало лишь то, что улыбался и Орлов.
«Как зовут Павла, у которого нет девушки? Рукопашка». — Что? Рукопашка? Смех прорвался против моей воли. Подтверждая идею о своей испорченности, я громко рассмеялась, закрывая лицо руками, и гадая, кто вообще придумал эту чушь?
— Черт, а ты стойкая, — присоединился к моему смеху Лекс. — Но ты проиграла, — притянул он меня к себе. — Готова отвечать на вопросы?
— Давай свои вопросы, — с трудом успокоилась я. Потянулась за немного остывшим чаем, сделала глоток, и снова рассмеялась. — Рукопашка, — никак не отпускала меня эта глупая шутка. — Где ты это только откопал?
— Ребята показали, — пожал плечами Лекс. — Мы что-то отмечали, были пьяные, и ржали вообще над каждой шуткой. Так что, Даша, я буду у тебя первым? — незаметно перешел он к своему выигрышу, заставив меня откинуть голову на спинку дивана и глубоко вздохнуть.
— Да, Лекс, ты будешь первым, — смотрела я в потолок. — Давай второй вопрос, — уже готовилась я к тому, что придется объяснять, почему до двадцати так и не занялась сексом, но Лекс меня удивил.
— Расскажи про того парня, который тебя обидел, — как-то слишком серьезно попросил он, развеяв веселое настроение.
— Ты про Вову, что ли?
— Не думаю, что про Вову, — покачал головой Лекс. Потянув меня за руку, приблизил к себе и заставил посмотреть в глаза. — Ну же, Даш, я ведь знаю, что сразу тебе понравился, но ты так отчаянно бегала от меня, словно боялась. А девочки обычно боятся, если до этого их уже кто-то обидел, — как всегда был проницательным Орлов.
Вспоминать об Андрее не хотелось. Рассказывать о том, какой доверчивой дурочкой я оказалась — тем более. И в то же время я помнила, что совсем недавно Лекс поделился со мной куда более болезненной историей про Лесю, и как это было важно для меня.
Я говорила несколько отстраненно, старалась улыбаться, прислушивалась к своим чувствам и понимала, что меня давно отпустило.
— Неприятно узнать, что твой молодой человек встречается сразу с двумя, — поморщилась я, заканчивая историю. — И довериться после этого очень сложно, — замолчав на какое-то время, я рассеяно разглядывала квартиру, а затем заставила себя улыбнуться, и посмотреть на Орлова. — Мы договорились с Никой, что если такое еще раз повториться, то мы возьмем лопаты, и закопаем бабника в лесочке, — поиграла я бровями. — Боишься?
— Нет, — усмехнулся брюнет, снова перетянув меня к себе на колени. — Я не настолько отбитый, чтобы связаться сразу с двумя девочками. Это ж сколько терпения и нервов должно быть… Шучу, — ахнул он, от моего «ласкового» удара, тихо рассмеявшись, и бросив, что и в самом деле не понимает, как можно творить такую хрень.
— Лекс, — тихо попросила я спустя какое-то время, — не играй со мной, хорошо?
— И в мыслях не было, Даш, — очень нежно коснулся он моего лица. — Я вляпался в тебя по уши, Андреева, — усмехнулся он. — Сам не понимаю, как это произошло, но что есть, то есть.
«И я в тебя», — не смогла вслух признаться я, но судя по глазам Лекса, он и сам все понял. Решив побыть галантным, поднес к моему рту суши, и пока я жевала, задал третий вопрос.
— Останешься у меня сегодня?
Я чуть не подавилась от неожиданности. На дворе стоял поздний вечер, мои вещи крутились в стиральной машинке, а за окном все еще лил дождь. Лекс наблюдал за моей реакцией, а я чувствовала одновременно желание и легкую панику. Остаться на ночь… в смысле с ним? В одной постели?
— Я даже уступлю тебе спальню, — легко считал мои мысли парень. — А завтра закину на встречу, и заодно познакомлюсь с любовником, — комично поиграл он бровями, заставив меня рассмеяться.
— Ты такой дурак, знаешь? — покачала я головой.
— Ты не оставляешь попыток убедить меня в этом, — подмигнул Лекс. — Так что, Даш, останешься? — внимательно посмотрел он на меня, и снова не понимая, зачем я это творю, я ответила «да».