Таблетка от понедельника

Бонапартий

Мрачный Наполеон опустился на стул и уставился перед собой в пространство.

— Где я ошибся?

— Сир, — Арман де Коленкур, чтобы поддержать павшего императора, положил ему руку на плечо, — не время думать о прошлом…

— Нет, — Наполеон хлопнул себя по колену, — именно сейчас! Когда же? Бородинская битва? Можно ли её переиграть лучше?

— Никто не сможет провести это сражение лучше.

— Может, весь поход в Россию? Как думаете, Арман? Если бы я отменил его?

— Нам всё равно пришлось бы воевать с ними, сир. Боюсь, с тем же результатом. Вот если бы они были на нашей стороне…

— А что, это мысль! — император внезапно улыбнулся. — У меня как раз есть сохранение там.

— Что вы сказали, сир? Я не понима…

— Неважно!

Наполеон провёл перед собой рукой. В воздухе вспыхнули огненные письмена: «Save», «Load», «Preferences», «Exit».

— Что это? — Коленкур вздрогнул.

— Сейчас мы всё исправим, — Наполеон ткнул в слово «Load» и выбрал строку с датой 1788. Прежде чем всё исчезло, рука императора указала на слова «Difficulty level — Easy».

p.s. В 1812 году любимый ученик Суворова генерал русской армии Наполеон Карлович Бонапарт, в православном крещении принявший имя Николай, взял Стамбул и объявил о возвращении Собора Святой Софии в лоно православия. За что был награждён орденом Андрея Первозванного и титулом князя Босфорского. А столичные повара создали в честь великого полководца особое угощение — торт «Бонапартий».

Караван

— Обалдеть!

Юрка моргнул, но удивительное явление не пропало. Через метель по шоссе двигалась вереница верблюдов. Огромные животные покачивались, флегматично что-то жуя, словно ступали не по воронежскому снегу, а по пескам Сахары. На первых трёх гигантах, между горбов, сидели всадники в цветастых одеждах.

Схватив форменную шапку, Юрка выскочил из машины. Хлопнул дверцей с надписью «ДПС» и бросился к голове колонны, размахивая полосатой палочкой.

— Стой!

Первый всадник поднял руку, останавливая процессию, и спустился на землю. Юрка заметил, что мужчина одет слишком легко, замёрз и с трудом держится на ногах от усталости.

— Что происходит? В такую погоду, с животными!

— Простите, страж, — у мужчины был странный восточный акцент, но голос звучал чисто и властно, — мы вынуждены торопиться. Срочное дело, нельзя опаздывать.

— Так ведь холодно. Верблюды…

— Они мороз переносят лучше жары, — мужчина улыбнулся.

— А вы сами? Подождите минутку.

Юрка сбегал в машину и принёс термос. Два других всадника тоже спустились на землю и с благодарностью приняли кружки с горячим чаем.

— Куда вы?

— Вифлеем.

— М-м-м, — Юрка наморщился, — не помню такого города.

— Это маленький городок, — улыбнулся старший из всадников.

— Давайте я по навигатору посмотрю, чтобы вы не заблудились.

— Не стоит, мы знаем дорогу.

— Спасибо, — младший из всадников пожал руку инспектору, — мы поспешим, хорошо? Мы обязательно должны успеть в срок.

Они стали садиться обратно на верблюдов.

— Вот, возьмите, — старший всадник положил в руку Юрке сделанную из фольги ёлочную игрушку — восьмилучевую звезду. На память.

— Спасибо!

Он долго ещё махал рукой каравану, уходящему в метель. Даже через снег было видно, что они уходят точно в направлении сияющей над горизонтом звезды. Юрке захотелось, чтобы они точно дошли до своей цели. Почему-то это было важно, важнее всего на свете.