Тайна комдива

«ГРОМ ПОБЕДЫ»

Глубокой ночью отряд будёновцев захватил станцию Суковкино. И захватил так тихо и неожиданно, что белые даже не успели проснуться. А начальник гарнизона, молодой штабс-капитан, накричал на неизвестно откуда появившегося командира, когда тот вежливо попытался разбудить его. Тогда Дундич крикнул: «Красные!»

Этот окрик сразу поднял офицера. Увидел он перед собой человека в папахе со звездой, задрожал и стал говорить, что сочувствует красным, давно хотел сдаться в плен, да не было удобного случая.

Выслушал его Дундич и велел одеваться да поспешить в аппаратную, к телеграфу.

В зале ожидания будёновцы обезоруживали сонных беляков.

Дундич приказал одному бойцу скакать в штаб армии и доложить Будённому, что станция в руках красных.

В аппаратной Дундич спросил у телеграфиста:

— Откуда телеграмма?

— Со станции Касторной, — едва слышно пролепетал телеграфист.

— Что там?

— Спрашивали, что у нас нового, а теперь волнуются: почему молчим?

— Отвечайте, господин штабс-капитан, — повернулся Дундич к офицеру. — Скажите, что красные напали неожиданно, вы отбиваетесь, но вам нужна срочная помощь. Пусть пришлют полк.

Штабс-капитан осмелел и начал медленно диктовать телеграфисту.

Через несколько минут с Касторной спросили:

— Кто у аппарата?

Начальник гарнизона назвал себя.

— А он кто? — спросил Дундич.

С далёкой Касторной ответили: «С вами говорит начальник штаба полковник Архангельский. Ждите помощь. Их превосходительство высылает в ваше личное распоряжение бронепоезд „Гром победы“».

— Сколько у нас времени? — спросил Дундич у штабс-капитана.

— Около часа.

Дундич попросил бойца Казакова пойти к товарищам и сказать, чтобы все нацепили белогвардейские погоны; а у кого нет, пусть возьмут у пленных. Сам Дундич надел шинель и папаху штабс-капитана. Когда разведчики переоделись, на станцию приехал Первый полк Конной армии.

Семён Михайлович увидел Дундича в погонах штабс-капитана и сразу догадался, что этот отчаянный серб что-то задумал. Дундич рассказал Будённому о плане захвата бронепоезда. Семён Михайлович, довольный находчивостью разведчика, похвалил:

— Молодец, Иван Антонович. Только чин у тебя дюже маленький. Белые ещё не захотят тебе подчиниться.

— Парадом будете командовать вы, товарищ командарм.

— Так у меня нет генеральских погон, — смеётся Будённый.

— Да белые выполнят любой приказ красного командира, — уверенно сказал Дундич.

Запросили ещё раз Касторную о бронепоезде. Оттуда подтвердили, что помощь уже в пути.

Скоро из-за поворота показался бронепоезд. Сначала он шёл быстро, но потом сбавил скорость и к станции подходил осторожно, будто опасаясь чего-то. Стволы пушек были повёрнуты в сторону вокзала.

Белых удивила тишина и порядок на станции. Никаких следов недавних сражений. На пустынном перроне стоят несколько солдат и штабс-капитан.

Бронепоезд тяжело вздохнул и остановился. В одном вагоне медленно открылась тяжёлая дверь. На перрон спрыгнул капитан. Он козырнул молодому штабс-капитану и спросил:

— Где красные? Что подняли панику? Что делать моей команде?

Дундич убрал руку от папахи, неторопливо доложил:

— Атака красных отбита. Команде построиться на перроне.

— А что дальше? — нетерпеливо спросил приехавший капитан.

— Не могу знать. Все дальнейшие приказания вы получите от командующего.

— Он здесь? — удивился капитан.

— Так точно. В вокзале.

Капитан подошёл к вагону и крикнул:

— Все на перрон!

С грохотом открылись железные двери. Солдаты выскакивали из вагонов. Строились. Дундич скомандовал:

— Направо! Шагом марш!

Когда капитан вошёл в здание вокзала и увидел Будённого, он понял, в какую ловушку попал. Однако было поздно. Под дулами винтовок и наганов конармейцев команда бронепоезда дружно сложила оружие.

Бронепоезд «Гром победы», подаренный белым генералом лично Дундичу, как шутили будёновцы, долго ещё служил верой и правдой Первой Конной. И у красных он действительно был громом победы.