Тени Реальности: Полночь

- Да. Спасибо, отличное мясо. Я хотел взять, но как-то экономил. - Стало заметно, что ему легче выговаривать слова. Видимо, тоже допинг хорошо принял.

Жду, когда он утолит голод и начнёт рассказывать, задумчиво водя кончиком короткого острого когтевидного ногтя по изрезанной столешнице. В голове пока что плавали алкогольно-кровяные пары.

- Так вот. До Катастрофы я был инженером. И занимался некромантией, для себя. Ну как все тогда делали, кто имел скрытую склонность... - Он снова вгрызся в остатки мяса, время от времени, судорожно запивая его гнилью из своей кружки.

Доев всё с тарелки, он скрипнул костями, откинувшись назад:

- И вот... Когда всё произошло - я попал под удар химии. Начал искажаться. Вместе с женой. Но мне не хотелось умирать или стать бессмысленной тварью. Я постоянно делал некромантию. Много людей пришлось... - Он качнул головой, затрещали позвонки. - Но времена были такие. Когда Центральный Диктат добрался до южных районов Столицы - я оставался в разуме. Но жена... Она никогда не практиковала. А ты понимаешь, нельзя дать другому. Она уже стала такой, как... Неважно.

- Тебе ещё повезло... Наверное. - Пожимаю я плечами, и добавляю с грустью. - Моя жена и почти все родственники погибли во время Удара.

Алексей бьёт костью руки по столу:

- Суки! У всех жизнь к чертям. Нашёл бы тех, кто развязал эту войну... Сожрал бы, пусть и стал бы после этого гулем!

Я не удивляюсь его вспышке. У самого раньше были похожие мысли. Но мне приспособиться всё же было легче, чем искаженному с гулем на руках, поэтому я уже привык. И давненько, пожалуй. Даже радость в своём положении нахожу.

Наконец, он взял себя в руки и продолжил:

- Значит, ты меня понимаешь. Когда Диктат пришёл - я сразу предложил свои услуги. Сначала меня Генетики, потом Менталисты мучили. Но всё прошёл. Я уничтожил пять логов гулей. И провёл отряды Очистки и Энергетиков по заводскому району. После этого был принят на службу. Вот и работаю. Что тут рассказывать - как ты, пожалуй, и работаю. Служба Контроля же... Только управления разные. Чтобы быть нормальным - мне надо только ритуалы проводить. Хотя бы раз в квартал. Вот мне приговорённых к смерти отдают. За это вычитают часть золота из оклада. Сам понимаешь, бухгалтерия...

- Ага. Бухгалтеры - вечны и беспощадны. Их ни одна Катастрофа не остановит. - Заливаюсь булькающим смехом.

Он вторит мне согласным хрипом.

- Жену мою хотели... утилизировать. Но я дал расписку. Если она нанесёт вред любому гражданину - я сам её упокою и лишусь половины оклада за год. Должен сам за ней следить постоянно. Повезло, короче. Хорошо быть начальником отдела, есть выгоды. - Он задумчиво кряхтит, со скрипом прокручивая свою опустевшую кружку по столешнице вокруг своей оси.

- Да, история у тебя. - Киваю, в знак восхищения его волей и мужеством. - А не ты ли участвовал в программе реабилитации частично искажённых?

- Я добровольно отдался на опыты Менталистам и Генетикам тогда. Ты прав. Кроме меня ещё три таких было. Ну и есть, до сих пор, само собой. - Он грустно хрипнул. - Думал, вдруг жене потом удастся помочь... Не вышло. Если искажение пошло - его можно только приостановить на имеющейся стадии. Чтобы сохранить же разум... Ирония судьбы - надо было быть некромантом до начала искажения. Единственный вариант, сохраняющий ментальную оболочку биополя. Иначе - никак. А жена всегда на меня орала за то, кем я был в прошлой жизни...

- Не грусти. - Снова искренне замечаю я. - Всё к лучшему.

- Ты прав. Я каждый день себе это говорю. Особенно, с тех пор, как упокоил своё первое гнездо на службе. Там были мои тёти и дядька. Они были уже гулями. - Со скрежетом передёрнув плечами, он улыбнулся своими остатками лица. - Спасибо тебе, иногда хочется выговориться нормальному собседнику.

- Не за что, приятель. - Улыбаюсь. - Ты хороший человек. Ну что, ещё по одной, а?

Тот хрипит, выражая полное согласие. Хорошо, когда соседи нормальные. Есть с кем пообщаться и можно не бояться, проходя мимо очередного этажа по дороге на работу. По крайней мере, теперь я знаю, что можно не бояться ходить мимо второго этажа.

- Кстати! - Мои мысли вынесли меня на затронувшую меня тему. - Изменённый ко мне сегодня в квартиру пробрался, представляешь? Они же и таких как ты трогают. Поэтому будь поаккуратнее. Говорят, вновь эпидемия пошла, Стена дала брешь. У нашего управления будет много работы. А потом и вас подтянут, из очистки.

- О, как... - Хрипнул Алексей. - Надо, значит, жену постоянно в комнате запирать, и хороший охранный на дверь купить и повесить. А то изменённые даже гуля сожрать могут... Спасибо, сосед.

- Ты представь. - Внезапно озвучиваю, пришедшую мне под алкогольно-кровяным кайфом, мысль. - Ещё сорок лет назад никто и представить себе не мог: искажённые, изменённые, демоны, даже сам Диктат... Это же просто бред сумасшедшего - весь наш мир. Если б кто даже книжку написал... Фантастика, да, так это называлось. В дурдом бы автора посадили. А теперь... - Запутавшись, машу рукой, замолкая.

Искажённый кивает, хрипнув:

- Мне тоже такие мысли в голову приходили. Только про Диктат вслух думать не стоит.

- О, да. Я с Менталистами тоже общался по службе. - Скривившись, соглашаюсь с Алексеем. - Тоже то ещё порождение постапокалиптического разума. Ладно, закроем тему.

- Ты прав, Мел. Проверки уже достали.

Лениво раздумываю, чем бы вновь прервать молчание, пока мы разливаем новые порции напитков в кружки. Мне в голову приходит новый вопрос:

- А как жену твою звали... зовут?

- Да, она уже давно не откликается на своё имя. Раньше ещё как-то реагировала, когда я её звал. Знаешь, такой отблеск понимания. Имя у неё, действительно, редкое было. Странное по меркам старых времён. Её так в честь какой-то прабабушки назвали, что ли. - Задумчиво произносит мой новый приятель. - Алуайа. Никогда вот до Катастрофы не интересовался откуда такое имя. А когда пришло в голову... Уже было поздно. Очень сложно спрашивать у гуля.

- Не периживай, Алексей. - Приподнимаю руки. - Извини, что такие воспоминания тереблю.

Внутри меня возникают странные ассоциации. Как будто это имя мне что-то может говорить. И, словно бы, этот участок нашего разговора сфотографировался на плёнку где-то внутри меня. Очень странное ощущение. Хотя, я, скорее всего, просто перепил.

- Да, знаешь, сосед. - Отхлёбывая из кружки, замечаю я. - Кажется, мне уже хватит. Перепил... Надо бы домой собираться.

Мой взгляд расфокусировано падает на ополовиненную бутыль вина.

- А вино оставь себе. Может ещё кого угостить надо будет. Или я к тебе на следующих выходных загляну, если ты не против, а?

Алексей отрывисто бросает:

- Да я тоже уже слишком много выпил. Лишнее в голову лезет. А заглядывай ко мне каждые выходные, действительно. Будем по-человечески расслабляться.

Скрепив прощание крепким рукопожатием, я выбираюсь из его квартиры и, покачиваясь, поднимаюсь по лестнице к себе на четвёртый этаж. Хорошо же я набрался. Даже сам того не заметил. А вообще-то уже - ну, просто в стельку пьян. Завтра же на работу! Отосплюсь до утра, да.

Из последних сил, стоя на расползающихся ногах, отпираю дверь. Очень старательно закрываю её изнутри, досконально проверяя все замки. И почти бегом, заплетающимся шагом, добираюсь до разваливающейся тахты у себя в комнате, заваливаясь на неё. Отсыпаться... Давно я так не пил. Сознание мгновенно отключается, отправляя меня в сон без любых образов. Последним усилием, устраиваюсь чуть поудобнее, чтобы мне в спину не упиралась торчащая пружина. И всё, проваливаюсь...

Глава 11.

Делаю глубокий вдох, затем медленно выпуская, с присвистом, воздух через сжатые зубы. Распахнув глаза, автоматически тянусь за сигаретой из очередной початой пачки, часто моргая, чтобы окончательно вернуть картинку в норму. Я больше не в жутенькой Тени, я снова в уютной квартирке. Да, давно меня не заносило в такие мрачные дали.

Я осознаю, какой ответ я получил. Странный, невозможный, неприятный, отвратительный. Но не хочу об этом думать. Пусть моё подсознание сначала успокоится от полученной информации. И тогда я уже нормально подумаю. Может быть, из-за того, что я подозревал то невероятное, что было начертано на управляющей големом пластине - мой разум отказывался расшифровать эту подпись самостоятельно? Возможно.

Кстати, очень интересно, что все Тени которые мне доводится посещать - такие... неприятные. Либо все не генеральные линии вероятностей Древа Реальности такие упадочные и Реальность отсеивает из себя все апокалиптические возможности на задний план, в Тени. Либо это моё подсознание реагирует на мой мрачный, на самом деле, внутренний мир и впускает меня только в самые сумрачные варианты. На самом деле, это тема отдельного исследования... Кхм, что-то я увлёкся. Не диссертацию же писать на данную тематику. Но всё же любопытно, надо будет как-нибудь в свободное время и, при этом, когда у меня будет желание на изучение окружающей магической сферы бытия - подумать над этим. Чем Архонт не шутит - может и гримуар какой на эту тему напишу, действительно.

Сколько времени я провалялся? Подбираю валяющиеся среди прочего хлама на столе карманные часы и, прищурившись, разглядываю циферблат. Ого, как я и думал - уже далеко за полночь. Третий час идёт. Значит, время для позднего ужина настало. Тем более, на кухне много листочков, которые можно терзать своими параноидальными выводами и мыслями.

Кое-как поднявшись на ноги, пошаркивая по линолеуму ногами, от внутренней скопившейся усталости, прикладываю пальцы к глазам. Честно говоря, мне даже не хочется думать. Слишком много всего на меня свалилось. И, главное, никак не хочет отпускать. Предательства, смерти, постоянные хождения в Тени. Нет бы просто запустить какую-нибудь старую игрушку на компьютере и посидеть спокойно. А потом поспать, без всяких снов, и проснуться бодрым и полным сил. Почему это настолько нереально, а?

Добравшись до кухонного стола, я уныло подвигаю к себе один из ещё не исписанных листов и начинаю записывать, продолжая дымить сигареткой. Во-первых, на бумагу ложится вывод о том, что именно моя Алуайа меня предала и зачем-то стравливает с Кланом, для нашего взаимного самоуничтожения. Если виденное в Тени должно трактоваться именно так. Но простора для толкований не остаётся.

Во-вторых, мне совершенно непонятно за что она решила меня предать. Лишь она, из всей моей родни, сохраняла мне полную верность и ценила нашу древнюю дружбу. Только пару недель назад она вытаскивала, пыталась, по крайней мере, из этой отвратительной истории с сектантами и мстящим Кормато...

В-третьих - как? Как она могла создавать големов? Как она могла связываться с моим кузеном, говорить с ним по мобильному "устройству связи", как выражался мой покойный страж - если она не имеет тела?

Записав всё это, я обессиленно роняю голову в подставленные ладони и смотрю на столешницу. Крошки, кстати, надо бы смести. Почему мне ничего никогда непонятно? Могут ли карты дать хоть какой-то ответ? Пожалуй, надо собраться с силами, откинуть навалившуюся на меня тяжёлую мизантропию и заняться поиском этих самых ответов. Прямо сейчас.

Прошаркав ногами по полу, снимаю с холодильника мешочек с Таро и, отодвинув весь хлам в сторону, выкладываю карты на стол. Перетасовав колоду, вынимаю одну и гляжу на смотрящих на меня "Влюблённых". Интересный ответ на мой толком не сформированный, но очевидный мысленный запрос. Вроде как, это означает, что за всем стоит Алуайа. Прямой вопрос - прямой ответ Старшим Арканом. Но с другой - противоречие. У "Влюблённых" слишком позитивный контекст в данном случае. "Мир, дружба, морковка". Она подставляет меня - любя? Или как? Надо сделать полный расклад.

Тщательно раскладываю карты по столу, рубашками вверх. Завершив это действо, переворачивая их, не удерживаясь от удивлённого вздоха. Нет, карты часто отвечают Старшими Арканами... Но чтобы все девять карт в готовом узоре...

И теперь бы понять. Что-то сейчас я не могу уловить логической связи. Кроме одного - Алуайа на все то процентов связана с происходящим. И, при этом, она не питает ко мне злобы, ненависти или желания убить, совсем наоборот - как и всегда она испытывает ко мне самые позитивные чувства, которые возможны для древнего существа, не имеющего возможность воплотиться.

Странно. И, есть у меня смутное подозрения, что уточнения не слишком помогут. Не могу врубиться. Сокрушённо вздохнув, складываю карты в колоду и убираю в мешочек. Надо поесть, попить кофе. Позвонить своим, узнать когда там назначено прощание с Иваном. Заодно, выяснить скоро ли вернётся супруга.

Как плохо, что ничего не получается понять своим излюбленным и простым способом. Опять наощупь. Как и с девочкой... Кстати! Есть ли связь? Сколько я об этом думал, и чуть не забыл спросить.

Вновь схватив Таро, делаю несколько быстрых раскладов, любуясь на череду Старших Арканов подряд. Судя по всему, здесь работают не банальные щиты и барьеры, но некие следы, запутывающие правду и ложь. Но главное - понять можно. Связь есть. Мало того, всё происходящее завязано на несостоявшуюся жертву недобитых нацистских преступников. Вокруг неё целый тугой узел противоречий, которые разрешатся так или иначе. Пока весы замерли в ожидании. Понять бы ещё, что именно творится... Но мой кузен охотится в первую очередь за ней. На нём паутина полулжи, навешенной кем-то для сокрытия правды - гораздо слабее. Конечно же, он не давал своего согласия на своё сокрытие... Значит и установленная дамой защита - слабее.

И ещё - вновь выходит некий предатель из моего редеющего за последние недели окружения. Как бы существующий, но при этом и нет. Как такое может быть? Он ещё не решился меня предать? Раздумывает над предложением? Или его вынудят некие обстоятельства? Не могу понять, снова!

Да что ж ты будешь делать. И кто может меня предать? У меня и знакомцев-то из-за событий нового времени, так сказать, становится всё меньше. А если перебирать всех? Попытаюсь. Вываливаю на стол карты. По одной на каждого моего приятеля или товарища.

Глухо. Нет ответа. Что ж, пора сворачивать оккультно-шпионскую деятельность. Всё равно ничего толком я не добьюсь. Где там моя пицца? Пока я чертыхаюсь и мрачно разогреваю полуфабрикат, мои мысли тоскливо вращаются вокруг новой загадки. И - даже не одной.

***

Вытаскиваю зубами сигарету из пачки, отворачиваясь от промозглого ветра, кидающего в лицо противную мелкую морось. Пытаюсь прикурить, щёлкая колесиком, но ветер тушит огонёк. Вторая же рука безнадёжно занята зонтом, подрагивающим под порывами воздушной стихии.

Отвратительная погода и настроение - аналогичное. Наконец, удаётся на секунду поймать тут же потухшее пламя и сделать несколько быстрых и глубоких затяжек, чтобы раскурить цилиндрик, плотно набитый табаком. Во рту почувствовался чуть горчащий дым, и с тихим треском сигарета начала тлеть.

Оборачиваюсь обратно, лицом к могиле. Всего десяток человек вокруг. Все кто близко знал Ивана. Двумя компаниями от могилы - слева и справа. Слева я и мои знакомые. Магический фронт, блин. Справа - его знакомцы по бизнесу, которых ни я, никто другой из наших практически не знали. Незнание это, впрочем, было взаимным. Знакомцы из той компании что справа все как на подбор. Тихие, на лица надвинуты кепки или шляпы, руки в карманах джинсов. Понятно, через них же он крутил свои мутные схемы, в том числе и по реализации товара, который удавалось раздобыть у меня и уже моего, "левого" круга, его общения.

Из всех них я знаю только одного - его зовут Елисей. Бизнесмен, через склады которого он прокручивал свой товар. Я даже более-менее в курсе их расчётов. Ещё бы, Ели (он предпочитает, как я понял, именно такое сокращение своего редкого имени) обращался ко мне пару раз, по совету Ивана, чтобы узнать о "проблемных точках", как он выражался. Ничего интересного - взаимоотношения с налоговой, органами, партнёрами и врагами по его бизнесу. Явно отдающему полулегальностью. Ну, мне-то что? Ответил, получил деньги. Один раз выпил за знакомство.

Все стояли молча, глядя на свежую землю, укрывшую гроб. Надо кому-то что-то сказать, ведь так? Никто не хочет? Может быть, мне выйти, речь сказать? А то совсем напоминает какой-то дрянной фильм про итальянскую мафию...

Только я делаю было шаг, как выходит Ели и, удержав зонт от порыва ветра, поморщившись, начинает говорить.

Говорит он верные вещи. Они были бы приятны Ивану. И как умело он обращает все скользкие моменты в описания его достоинств. Заодно, хотя и все присутствовавшие были в курсе, естественно, обходя и подробности его занятий. Слушаю его краем уха, раздумывая. Какая всё же страшная смерть... Даже не хочется представлять как это произошло. Подробности рассказа о его кончине, свидетелем которой была Артамонова, напрочь отбили мне аппетит на неделю, как минимум.

Затягиваюсь поглубже, задержав воздух в лёгких. Никотин всасывается в кровь, вновь разгоняя мысли. Они как раз сидели, выпивали коньячок и обсуждали важный вопрос - за сколько он возьмёт новые штуки, которые в процессе своей работы... скажем так... нашла Артамонова. Как всегда торговались долго, ожесточённо, с жестикуляцией и закатыванием глаз. Когда внезапно Иван, начав было подносить ко рту новую рюмочку с огненным напитком, закатил глаза уже по настоящему. И из его рта хлынул поток жёлто-бурой гадости.

Артамонова, к её чести, пыталась его откачать. Как обычными средствами, так и своими колдовскими штучками, у неё богатый репертуар. Но, как она успела рассказать: "удар был такой силы, что мне нечего было латать, жизнь просто вытекала из него". Удивительно, по её словам, было то, что он продержался так долго, целых полчаса. Да ещё и постоянно держался за одно из колец, снятых им с верховного магистра той самой секты.

Смерть взяла своё, когда он просто захлебнулся той жижей, что выходила из его нутра через горло. "Скорая", приехавшая через часа полтора только развела руками, списав всё на необычное отравление.

Интересным было другое. То, что лежало у меня в кармане. То самое кольцо, которое он не отпускал даже после своей смерти, держа его мёртвой, какая тавтология, хваткой, всю свою агонию. Перед тем, как окончательно отдать концы, он успел шепнуть Артамоновой: "передай его Ярту... Он поймёт - зачем... В коробочке! Обязательно...". Больше он сказать ничего уже не смог, начав биться в припадке.

Собственно, наша общая подруга и коллега, вырвав, после непродолжительной борьбы, из его холодных пальцев кольцо, кинула его в найденную у него в квартире маленькую чёрную лаковую коробочку, обшитую изнутри бархатом, и передала мне.

Я честно разглядывал, очень аккуратно, кстати, не прикасаясь, а то мало ли что будет, некромантский перстень. Но единственное что смог обнаружить - удивительно повышенный фон энергий в нём. Решив, что изучу подробнее после его похорон, я упаковал его обратно и отправился на кладбище.

Теперь же, пока Ели рассказывал нам о том, каким хорошим человеком был покойный, и что у него никогда не было врагов и конкурентов - умалчивая только о том, почему их не было - я продолжал размышлять над кольцом. Переключившись в иной вид зрения, скольжу взглядом по могиле, тут же отмечая странность. Под землёй, там, где должен быть гроб, отмечался слишком высокий энергетический фон для хранящейся внутри пустой оболочки. К тому же, странно искажённый, как будто чем-то порченый. И от него исходила некая пульсация, как-то связанная... с кольцом! Я кидаю взгляд вниз, на слегка топорщащийся левый карман своего плаща и вижу аналогичную пульсацию в перстне. Интересно... Не зря, ой не зря, Иван так цеплялся за эту штуку. Наверняка что-то придумал. И у меня даже есть подозрение - что. Потому что все эти пульсации, фоны, перстни, тем более некромантские, мне кое-что напоминают... Очень сильно напоминают. Остаётся только ещё раз изучить в спокойной обстановке колечко и вспомнить что именно.

Но ладно, пока надо отдать дань памяти ему по-житейски. Поднимаю глаза, глядя на могилу. Ели завершает свою речь и, развернувшись, кидает на свежую землю несколько белых лилий, на мгновение поклонившись ей.

Это его и спасло. Но это я понял гораздо позже.

Ад разверзся. Огонь, дым, чьи-то вопли, я лежу, уткнувшись носом в грязь и ощущая дико вспыхнувшую боль. Чей-то непонятный крик: "Муха!". Треск. Огня или разрывов? Ничего не могу понять, начиная скрести пальцами размякшую землю, приподнимаю голову. Сквозь дым я вижу разбросанные тела. Кто-то стоит на коленях. Внезапно слышится снова тот самый треск и голова человека окутывается туманным облачком крови и ещё чего-то.

Один из знакомцев Ивана вскакивает на ноги, выхватывая откуда-то из-под плаща ствол и раздаются новые щелчки. Он метит куда-то вглубь кладбища. Пытаюсь сфокусировать зрение в том направлении, дёргая головой, чтобы мир вокруг перестал плыть. И вижу как два человека выходят из-за деревьев. У обих в руках... Автоматы, да. Такие, похожи на "Калашниковы", которые я видел на фотографиях, только короткие. Вслед за ними идёт некий человек, закутанный в чёрные одежды.

Стволы автоматов чуть опускаются, и друг Ивана судорожно вздрагивает, валясь в грязь. Как я мог этого всего не почувствовать?! Мыслей нет, они лихорадочно исчезли, в неестественности происходящего. Инстинктивно ползу за ближайшую могильную плиту, пытаясь всё же придумать план спасения.

Мокрой гусеницей чуть высосываюсь, чтобы разглядеть происходящее. Чтобы как раз увидеть, как ещё один знакомый нашего покойного друга из "правого ряда" падает, как подкошенный. Его, видимо, срубило очередными выстрелами. Кто-нибудь жив? Кто может нас спасти? Кручу головой. Тела, тела... По-моему, в основном, из тех, что "по бизнесу". Прямо на свежей могиле лежит Ели, мне кажется, что он ещё пытается пошевелиться.

Остальные где?

Как будто откликаясь на мои мысли, я слышу чей-то дикий рёв. Бандиты (а кто это может быть ещё?) резко разворачиваются. Я тоже верчусь, оскальзываясь по холодной жиже, чтобы видеть происходящее из своего формального укрытия. И вижу апокалипсическое зрелище. Двухметровое нечто, в грязных обрывках, с рыком бежит на неприятелей. Стволы их автоматов дёргаются. Снова этот резкий треск. Но фигура, в которой я, наконец-то, узнал Лёху, лишь слегка вздрагивает и совсем чуть-чуть притормаживает. Во все стороны летят обрывки и мерзкая требуха, Лёха же бежит, распахнув руки, как будто желая заключить их в объятия.

Человек, укутанный в чёрное, и стоящий за бандитами, даёт о себе знать выкриком на фальцете:

- В голову!

Враги поднимают стволы, но уже поздно. Лёха, вошедший в состояние смертельного берсерка, хватает один из автоматов и вырывает его из рук бандита, подавшегося вслед за своим оружием ему навстречу. Второй рукой он просто срывает его голову с плеч, издав новый, потрясший, как мне показалось, само небо, рык.

Пока голова летит в воздухе, переворачиваясь и роняя на землю струи крови, Лёха уже принимается за второго. Развернув ладони, он, если мне не изменяет зрение, просто пронзает его насквозь, насаживая себе на руки по локти.

Бандит орёт. Лёха рычит. Человек в чёрном подбегает к Лёхе сзади и в его руке мерцает сталь.

Я выдыхаю воздух, понимая, что это за человек и что зажато в его ладонях. Берсеркер стряхивает со своих рук тело извивающегося в судорогах врага, начиная разворачиваться к новому противнику. Но уже поздно. Металл входит ему в спину.

И Лёха, мгновенно замолкнув, тут же, сдувшимся шариком, мягко и быстро оседает на землю.

Понимая, что время пуль кончилось и вновь настало время магии, поднимаюсь на ноги, выплюнув из себя:

- Кузен! Алехандро!

Человек в чёрном оборачивается ко мне, опустив клинок. По нему стекают вязкие капли смоляной жидкости.

- Отступник... - Он всё также говорит фальцетом, ничего не изменилось. - Много же у тебя слуг. Было.

- Сопляк. - Выплёвываю я, делая шаг ему навстречу. - Сначала прятался за мамочку и выслуживался перед бабушкой. А теперь скрываешься за спинами братков.

- Зато я - следующий, кто будет править Кланом. А ты - никто.

- Уверен? - Вытирая грязные ладони о не менее запачканный плащ, интересуюсь я, подходя к нему ещё ближе.

Аккуратно переступаю через тело одного из приятелей Ивана. Моя правая ладонь скользит в карман и оттуда показывается клинок. Почти такой же, как в руках моего кузена.

- Ты - малявка, которая только может бить в спину. В магии, искусстве, силе - ты сам ничто. И сейчас тебе не за кого спрятаться. От своего кузена... И перерождённого!

Я накручиваю себя, и запугиваю его. И подхожу ещё ближе. Алехандро явно колеблется. Сейчас моё зрение работает в смешанном режиме, как и всегда в критических ситуациях. Поэтому я вижу его страх в клубах серости вокруг его тела. Он даже не умеет прятать ауру. Слабак.

Алехандро не выдерживает и, вскрикнув совсем тоненьким голоском, делает выпад в мою сторону кинжалом. Только этого и ждал.

Выбрасываю свободную левую руку вперёд и концентрирую всю свою боль и ярость в одном жесте. Сам себе напоминая сейчас культового персонажа одного фильма...

Да, без бутылочки с зельем, вызывающей наружу Другого, истинного меня - это за пределом моих сил. Но сейчас, после всей случившейся критической массы потрясений - не обязательно. Я уже получил встряску, сравнимую с опасным варевом по древнему рецепту.

Вся энергия, скопившаяся во мне и ждавшая выхода, рванулась через пальцы вовне, выхватывая из его столь небрежного и не аккуратного жеста, клинок. Он зависает в воздухе и, крутнувшись назад, чиркает кузена по горлу, повинуясь моей воле. А точнее - бешено исчезающим из меня запасам сил.

Кузен вздрагивает и поднимает руки, пытаясь схватиться за горло. И этого я тоже ждал - последним усилием, рассчитав запасы сил внутри меня, вскидываю руку, сжимая кулак. Его клинок вонзается Алехандро под сердце, проворачиваясь вокруг своей оси. Напоследок, остаточной вспышкой действующих энергетических линий, вырываю клинок из его тела, видя, как даже в обычной реальности сталь плывёт багровыми отсветами, почувствовав вкус жизни моего родственника.

Ритуальный нож беззвучно шмякается в размякшую почву. Бессильно опускаю измазанную в грязи руку, очень аккуратно разжимая кулак и восстанавливая дыхание. Очередное чудо совершено. Кидаю косой взгляд направо: за моими манипуляциями наблюдает замершей Ели, обмякшей на земле. Ну и Архонт с ним.

Сморгнув появившееся было головокружение, быстро подхожу по мокрой земле к осевшему на колени Алехандро.

- Вот так. А ты думал, что я буду рисковать своим здоровьем, устраивая схватку на ножах, дурачок? - Искусственно вызываю усмешку, выползающую на моё перекошенное от усталости и потрясений лицо.

Тот молчит, царапая ногтями свою грудь.

- Ты уже покойник, я думаю, это очевидно. - Продолжаю я. - Так что отвечай на мои вопросы...

- Зачем? - Прерывает меня кузен. - Я и так труп. Ты меня не заставишь...

- Ещё как заставлю... - Хриплю я, перебивая уже его. - Если ты не ответишь на мои вопросы, то тебя ждёт не просто смерть, о нет.

И картинно извлекаю перемазанными пальцами из кармана изорванного плаща коробочку с некромантским перстнем. Стараясь следить только за тем, чтобы руки не слишком тряслись, а то эффект будет изрядно попорчен.

Глава 12.

Алехандро захрипев, уткнулся лицом в землю. Ну, вот и всё. Теперь Клан будет мне мстить. Хозяйка сразу узнает о произошедшем, почувствовав смерть своего любимого протеже. И также почует и где он умер. Так что ей только останется сложить два и два, что она научилась делать за свою слишком долгую, на мой взгляд, жизнь, очень хорошо. И, разогревая жаждой мести, прибудет окончательно решить мой вопрос. Со всем Кланом под мышкой.

Поздно пить минеральные напитки, когда дело уже сделано. Остаётся только готовиться. Но обстоятельства меня просто вынудили вступить в схватку с кузеном. Точнее, то существо, что стоит за этими самыми обстоятельствами. Впрочем, не буду кривить душой перед самим собой - я так долго ждал этого момента. Когда смогу нанести ответный удар по Клану и расправиться с тем же Алехандро, валяющемуся сейчас в бурой жиже, с постепенно подмешивающимися алыми тонами.

Голова гудит как будто под черепной крышкой поселилась стая ос. Кажись, я готов уже потерять сознание. Надо успеть сделать лишь пару дел. Поднимаюсь на ноги, чувствуя наваливающуюся усталость, и, покачиваясь, подхожу к Ели, наконец-то сумевшего приподняться и усесться, привалившись к могильной плите. Его глаза бегают по мне, пока я приближаюсь к нему.

Без слов вытягиваю из коробочки кольцо и, выкрутив слабую руку Елисея, насаживаю на неё некромантский перстень. Тот дёрнулся, пытаясь вырваться, но у него, конечно же, ничего не получилось. Выпустив его ладонь, я отхожу от него на шаг, прошептав:

- Интересен эффект...

Елисей забился во внезапном приступе лихорадки, разбрызгивая вокруг себя глину, и, скрутившись ужом, врезался затылком в надгробие. После чего затих.

- Не обижайся, Ели. Ты же сам говорил, какой хороший человек Иван. Ради дружбы с ним приходится идти на некоторые жертвы, правда? - Философски шепчу я, аккуратно вынимая из кармана мобильный телефон.

Стекло покрылось сеткой трещин, однако он работал. То, что нужно. Скоро здесь будут слуги Механизма. И никому из выживших в этой бойне не нужны проблемы. Поэтому надо набрать один номер... Номер брата превратившегося в зомби Сергея. Потом придётся с ним говорить наедине в приватной обстановке. И очень взвешенно разговаривать, находя нужные слова и идя по тонкой грани между правдой и ложью...

Уже после первого гудка послышался щелчок и раздался голос, выдавший сонное "Аллё?". Видимо, он опять работал в ночную смену.

- Привет, Николай. Это Ярт. Да. Да. Есть проблема. Потом поговорим что именно. Тут произошёл неприятный инцидент. Связан с козлами, которые... Да. И они - опять. Приезжай на кладбище, тут надо замять...

Нажав отбой, я опускаю трубку в карман и бессильно опускаюсь прямо в грязь. Всё равно плащ, джинсы и туфли можно выкидывать на помойку и покупать новые.

Оба первоочередных дела выполнены. Кажется, где-то вдали я уже слышу вой сирен. Пора отключаться и терять сознание. А там и Николай приедет. "Легенду" продумаю позже. А вот всё, что рассказал мне ныне покойный кузен надо будет успеть нормально осознать...

Последнюю мысль я не закончил, повалившись боком на размякшую грязь кладбища. Силы действительно оставили меня и сознание начало гаснуть. Напоследок я успел усмехнуться растрескавшимися губами. Впрочем, сам не знаю чему...

***

Под ногами догорал закат, отражаясь в ровной глади океанской воды. Стоя над обрывом, подкидываю в ладони камешек. Что же делать дальше? Как попасть домой? Обходя заставы и пикеты Западного Союза, мне удалось пробраться почти к самому Хребту, разделяющему нас. Заходя в редкие деревни, на самом отшибе трактов, боясь сбиться с направления и, при этом, нарваться на эльфийскую или человечью стражу. Впрочем, в этих деревнях, которые мне приходилось посетить ради провианта и отдыха, обо мне уже никто не расскажет своим властям. Разорванные и распятые трупы мало что могут рассказать тем, кто не одобряет некромантию. А эти отвратительные существа её очень не приветствуют. Да и кто проследит? Деревеньки. Судя по тем новостям, что мне удавалось услышать от редких путников на тракте и сельских старост, перед тем как они отправлялись на пищу Молку, наша армия, потерпев самое сокрушительное поражение в своей истории, причём, будучи на пороге величайшей победы, в шаге от вражьей столицы, разбежалась. Часть войск пыталась организованно отступить к одному из перевалов, подвергаясь беспощадным налётам союза эльфов и людей. Другие же просто дезертировали группами и по одиночке, стараясь скрыться от местных карателей и мародёрствуя по деревням вокруг трактов.

Мои мысли же крутились вокруг одного - каким образом они смогли победить нашу самую могучую за последние столетия армию. За время моего вынужденного одиночества у меня появились подозрения. Что наш выдающийся генерал, предавший нашу семью, предал не только меня и родичей... Но и всю Империю Силуров.

Небывало и неслыханно? Но это объясняет таинственное поражение. И странную, очень необычную записку, которую запихнули ему в зубы победители. Они ему что-то пообещали за то, что он приведёт победоносные легионы силуров в ловушку... И по своей мерзкой натуре, не стали ему этого давать, просто распяв его среди прочих.

Он предал весь наш народ. Никогда ранее такого не случалось. И если я донесу до Столицы эту самую записку, прячущуюся ныне в правом кармашке на моей разорванной долгим путешествием мантии, то он будет подвергнут вечному посмертному позору. И мне и моей семье возвратят всё, что он у нас отобрал. Потому что все деяния предателя, неважно - насколько задолго до своего падения они совершенны - являются незаконными. Этим пунктом священного кодекса, данного нам Молком никогда не пользовались... Ведь никто и представить себе не мог...

Это неважно. Теперь надо добраться до Столицы. И вернуть себе честь. А потом уже подумать как победить торжествующую эльфийскую и человечью гниль.

Путь через перевалы мне закрыт. В любом случае, какими бы слабаками не были солдаты Союза, первым делом они перекрыли обратный путь. Это очевидно. И мне не пробиться через сотни застав в узких ущельях. Поэтому, я завернул к северу, идя кромкой гор, и оставляя за собой выжженные мелкие деревушки, не оставляя свидетелей и врагов за своей спиной. Ведь досточтимого силура так легко отличить от жителей Запада.

А обматывать лицо куфией, которую носят в наших жарких землях Востока, на границе Пустошей, не пристало перед лицом жалких деревенских обитателей. Проще и лучше их просто уничтожать. Заодно осуществляя свою, пусть и маленькую, месть за наше поражение. Будь я во главе великой когда-то армии... Мы бы уже пировали на костях их владык.

К Молку эти мысли. Теперь надо думать, как переправиться по океану на нашу сторону. Есть у меня идейка, не зря же я шёл сюда долгие недели. Будучи изгоем, по вине покойной мерзости, носившей генеральские знаки, я был разведчиком. Шпионом. "Нож Империи", как же. Если нельзя казнить того, кто слишком родовит, то можно сделать его шпионом...

Лишь бы дальше от Столицы и родной семьи, которая даже не знает толком, жив я или нет, после того судилища. Так вот, я прекрасно знаю, что варвары с северного Острова постоянно плавают по обе стороны Хребта. Торгуя, пиратствуя... Чем ещё могут заниматься варвары, живущие в своих подземных городах во льдах далёкого Острова?

И у них есть налаженные каналы контрабанды и своих людей по берегам. Значит, нужно найти в окрестностях деревеньку, которая находится не на обрыве. Таких мест мало, где северный океан не бессильно обнимает высокие скалы, а полого спускается к берегу, усеивая пляжи песком, но не глыбами. И в каждом таком месте есть обычная деревушка рыболовов, к примеру. Среди которых кто-то ждёт очередного корабля с Острова...

Кинув, наконец, камушек с обрыва, я проследил за его полётом, и направился на восток, туда, где вдали поднимались скалы Хребта. Именно там я чувствую, очень близко, очаг человеческой жизни. А, значит, если использовать логику, там и находится похожее селение.

В этот раз мне надо будет вести себя аккуратно и замотать лицо куфией. Буду странником. Что-нибудь придумаю. Ведь мне надо найти нужного человека, да, к тому же, ещё и дождаться корабля варваров. Они же твари скрытные. Не пристанут к берегу, если что-то будет не так. Значит, мой проводник на судно должен будет быть жив, и выполнить все необходимые сигналы для своих хозяев или нанимателей.

Вот что будет потом, когда я окажусь, так или иначе, на корабле... По обстоятельствам. Может быть, удастся решить всё полюбовно. Но, скорее всего, всё же получится использовать силу принуждения. Все должны трепетать в страхе от силуров.

***

Сидя в уютном кресле, я раскуривал новую сигарету, уже из третьей пачки за день. Пребывал я, впрочем, не в не менее уютной своей квартирке, а в ресторане. И не потому что у меня не было еды дома. С минуты на минута сюда должна завалиться делегация. Да, по другому это и не назвать.

Скажем так, коллеги и знакомые покойного Алексея. Им нужно выяснить что случилось и кто виноват в гибели своего авторитетного, в их кругах, коллеги по ремеслу. И они "забили встречу". Место и время назначил я. Сегодня вечером мне предстоит ещё и встреча с Николаем, братом покойного Сергея. И преподносить ему ещё одну легенду, сотканную из сплетения полулжи-полуправды, чтобы объяснить ему, что произошло на кладбище, и почему он должен был всё "замять".

Главное не перепутать, что кому говорить, усмехаюсь сам себе. Поднимаю взгляд, чувствуя приближение чего-то... О, а вот и они. Точны как часы. Несколько сгустков отвратительно-гнилой ауры за порогом ресторана. Приближаются. Накинуть на себя маску холодной отстранённости. Перед ними, такими специфическими людьми (и не только), нельзя показывать волнение. Неправильно истолкуют. Скашиваю взгляд налево - проинструктированный мною Константин, взятый на беседу для "понта", сидит нахохлившись и медленно цедит красное вино из своего бокала. Он в роли моего секретаря и телохранителя в одном флаконе. Костюм, галстук, чисто выбритое лицо, серьёзные документы в кармане. Это, конечно, не пригодится. Но перед люциферианами и чернокнижниками высокого уровня - полезно для "атрибутики".

Единственное, что меня сейчас отвлекает - один маленький факт. Почему в последнее время меня преследует вот эта Тень, в моих отключках, где про силура и его личную войну против всех? Однако над этим, как и над появившейся мыслью вызвать на разговор в тонких пластах бытия Алуайу, я подумаю уже ночью, когда все встречи закончатся. Тем более, на правах её старшего родственника, я знаю как провести такой ритуал вызова, что она не сможет отказать и проигнорировать. Жаль, опять придётся пускать себе кровь ритуальным клинком. Как я не люблю мазохизм в любых его проявлениях. Но высшая некромантия требует таких жертв, как ни прискорбно.

Хватит. Посторонние на данный момент мысли - к Архонту. Они уже здесь.

Приподнимаюсь с насиженного места, пожимая руки пришедшим людям. Шестеро. Как на подбор - колоритнейшие личности. Пусть и все при пиджаках и галстуках, куда без этого. Сейчас все так ходят на встречи. Но когда прямо от шеи у одного из появившихся, выходит вязь рун, уходя за уши. И при этом - черный костюм-тройка - пробивает на улыбку. Главная фишка тут в том, чтобы не улыбаться, а с непроницаемой физиономией пожать руку, усеянную кольцами и печатками.

- Доброго дня, господа. Присаживайтесь. - Киваю я на стол, мягко оседая в кресле.

Один из присутствующих, оглянувшись, заметил:

- Неплохое место, возьму на заметку...

Я знаю, что они не только мне представлены заочно, но и друг другу. А некоторые - вообще из враждующих организаций, или, по крайней мере, имеющих натянутые отношения, замершие где-то на уровне холодной войны и разграничения сфер влияния. Поэтому им неуютно находиться вместе в одном зале - и без охраны. Но творящиеся события вынуждают и на такое.

- Да, поэтому предлагаю объявить это место "водопоем в засуху". - Усмехаюсь я. - Перейдём к делу, собравшему нас всех сюда?

Накачанный мужик байкерского вида, пусть и обряженный в костюм, кивает, ёрзая в своём кресле, усаживаясь поудобнее.

- Так вот. - Отпиваю немного кофе из своей чашки, глубоко затягиваясь сигаретным дымом. - Пару недель назад в Столице начали происходить определенные события. Которые знакомы многим. Это всё - одна цепь событий, приведших, в том числе, и к смерти Алексея.

Выпускаю клубы дыма из лёгких, после своей фразы, затягиваясь вновь, поглубже. Мои собеседники пока молчат.

- Чтобы не быть голословным... - Продолжаю я, щёлкая пальцами, - Константин, материалы.

Мой спутник отставляет бокал с недопитым вином и наклоняется, выкладывая на большой стол небольшой дипломат. Пока все следят за его действиями в полном молчании, я сканирую, по верхам, аккуратно, не борзея, ауры вошедших. Пока что они все внимательны и настроены на то, чтобы действительно выслушать то, что я говорю. Вот и отлично.

Из кожаного кейса на стол падают, с тихим шелестением, фотографии, расписки, пара некромантских колец, которые я уберёг от недреманного ока Ивана...

- Собственно, ознакомитесь. Здесь всё, что подтвердит справедливость моих слов. Так сказать, улики, собранные оперативниками. - Усмехаюсь, поглаживая специально отпущенную для встречи короткую бородку. Она придаёт мне слегка мефистофельский вид, то что нужно для авторитетных лидеров люцифериан и чернокнижников Столицы и прилегающих к ней территорий.

Один из сидящих напротив нас, меня и Кости, протянул унизанную золотыми печатками руку к фотографиям, и подвинул одну из них к себе. Его аура мгновенно выдала быстро подавленное волнение и смущение.

- Да. Я знаю, что один из Вас, уважаемый представитель Чёрного Круга, знает, кто к нам приезжал. - Позволяю себе улыбку, наблюдая за тем, как пальцы, одетые в перстни, быстро отдёргивается от фотографий. - Впрочем, я никого не обвиняю.

- Конечно. - Подаёт голос носитель золотого запаса какой-нибудь маленькой африканской страны. - Я стал Жрецом Чёрного Круга неделю назад. После того, как предыдущие Жрец и Королева... Были отстранены от дел, в силу слабости их здоровья, приведшей к преждевременной смерти от естественных причин...

Все присутствующие, включая меня, и даже Константина, издают тихие понимающие смешки.

- Да, пособники тех, кто хотел уничтожить нашу общую Столицу оказались слабы на сердце. Все уже в курсе. Но теперь для всех, как оно было и что происходит. - Откидываюсь на спинку своего кресла, бычкуя сигарету в тяжелой каменной пепельнице, исполненной из чёрного мрамора, и подкуриваю новую.

Константин убирает дипломат под стол, положив подбородок на сцепленные ладони, цепким взором оглядывая всех присутствующих. Отлично играет свою роль, молодец! Кстати, надо будет всё подумать о создании своей авторитетной организации. Может очень и очень пригодиться. Деньги и остатки завязок для этого дела есть. А как окупится в плане моего комфорта, безопасности и даже принесения в мои загребущие лапки прибыли. Только лень... Но вот как бы последние события мне очень сильно намекают, что стоит преодолеть свою страсть к безделью в этом отдельно взятом вопросе...

Хорошо, пора начинать речь. Отпив глоток бодрящего кофейного напитка, приступаю к ораторству:

- Несколько недель назад в Столицу прибыла нацистская секта, созданная перед падением гитлеровского режима в сорок пятом году. Их возглавлял медиум, который видел шанс на захват мира... Который появится в виде одной-единственной девочки. Эта девочка должна была родиться в Столице, в наши дни. И сюда прибыло их высшее руководство...

Парочка авторитетных некромантов, из Белой Розы и Некрономуса, тут же покосилась на представителя Черного Круга. Естественно, все знали, что их предыдущее руководство, внезапно заболевшее сердцем, сочувствовало бесчеловечным идеям нацизма и собирало у себя под крылом, для своих боевых операций, именно бритых юношей.

- У них было несколько параллельных проектов. Но не о них речь. Главным - был именно этот. Девочка была величайшим медиумом на Земле. Без шуток. И их лидер собирался выкрасть её, провести в определенный день ритуал, и выпустить в мир... Чистое инфернальное зло, назовём это так. Мы все работаем с определенными пластами бытия... - Усмехаюсь я, разряжая атмосферу. - Но они собирались выпустить силу Архонта. Силу чистого разрушения. Которое должно было быть под контролем их верховного магистра. Эта сила должна была уничтожить жизнь на Земле и дать их лидеру секты контроль над "новым миром".

Я слегка утрирую, конечно. Но теперь придётся вообще пройти сначала по тонкой грани, сотканной как будто изо льда, а затем и вовсе сплести пока что правду, с откровенной ложью, в паутину смысла, того, что мне нужен для верного завершения беседы.

- В результате, девочка была похищена. И увезена в подземелья под Столицей. Для своей операции они вошли в контакт с руководством покойных руководителей Черного Круга, который предоставил им боевиков и проводников. Поэтому всё прошло без сучка, без задоринки. Видимо, руководство Черного Круга, рассчитывало что они не будут "унтерменшами", - Зло выплёвываю это слово в лица присутствующих. - В глазах планировщиков нового порядка. Они ошиблись. После похищения и подготовки к ритуалу... Все проводники, боевики, и ответственные за связь с местными... добровольными помощниками - были заманены в один коллектор в подземельях... и убиты. Кроме того, они собирались нанять киллеров, чтобы уничтожить и руководство Черного Круга, который просто слишком много знал. Но не успели.

Нынешний руководитель Черного Круга сглатывает слюну.

- Мы восстановили справедливость сами. Многие жрецы не одобряли эту чертову идеологию. Но мы долго не могли ничего сделать. Могу сразу сказать всем присутствующим, что Черный Круг ныне отказался от любых политических взглядов, возникших из-за захвата власти предыдущими узурпаторами, в нашей организации... И мы теперь полностью, снова, как и раньше, до досадного правления умерших тиранов, возвращаемся к изучению магического искусства...

- Да-да. А торговать будете всё тем же? - Хмыкнул один из некромантов, повертев в пальцах портсигар.

- Слушай, это уже бизнес! Он у всех есть! - Поднимает руки, звякнув золотом, оправдывающийся новый глава Круга.

- Давайте вернемся к теме. - Предлагаю я, постучав тлеющей сигаретой по краешку пепельницы. - Делить сферы влияния будете потом.

- Мы слушаем. - Обведя всех тяжелым взглядом, заявил татуированный представитель Столичного Обряда, одной из самых закрытых и могущественных структур такого рода. - Возражений нет ни у кого, я думаю.

Откашлявшись, я залпом допил чашку кофе и попросил Константина сделать дозаказ на следующую. Ох, я и накачаюсь стимуляторами сегодня...

- Так вот. Я, как известно присутствующим, занимаюсь частным магическим бизнесом. И ко мне обратился отец этой девочки. После долгих перипетий, которые вряд ли будут интересны данному собранию, я вышел на их логово и, собрав команду, в которой был и мой товарищ Алексей, отправился к ним. Мы зачистили помещение. Уничтожили верховного магистра и всё собравшееся руководство секты. Девочка оказалась в моих руках. Но! - Подняв палец, для большей убедительности, продолжил. - Всё оказалось не так просто.

Подождав, пока отойдёт официантка, принёсшая мне долгожданный кофе, делаю пару глотков из дымящейся чашки, и продолжаю:

- Дух Верховного Магистра секты вселился в девочку. Когда случится её совершеннолетие - он проснётся и мгновенно перехватит над ней контроль. Вы представляете, что будет, когда злобная тварь, желающая уничтожить мир - окажется в теле сильнейшего медиума в мире, к тому же, богатой наследницы уважаемого бизнесмена, имеющей связи на самом верху Механизма и очень серьёзное состояние?

Один из некромантов хмыкнул, перебив меня:

- Всё просто. Я могу лично, не доверяя исполнителям, провести ритуал, и избавить город от угрозы...

- Подождите. Это ещё не весь рассказ. - Перехватываю вновь нить повествования в свои руки. - Кроме их лидера, угрозу представлял ещё один. Их серый кардинал, называемый Палачом. Именно он раздувал в этой плешивой секте ненависть и желание всеобщего уничтожения, преследуя некие свои цели. Человек, которого в миру звали Федякин. А на самом деле - Кормато. Его удалось устранить, но...

Залпом выпив чашку кофе, я быстро прикинул - правильно ли я буду говорить дальше? Вроде бы легенда продумана... Вот теперь уже ложь будет править балом. Но ведь правды было сказано достаточно, чтобы спокойно её скормить даже этим прожжённым мастодонтам?

- Но есть два фактора, которые вам надо знать. Во-первых, Кормато действовал не сам по себе. Он был представителем Клана. Кто не знает что это такое - я объясню отдельно. Так вот, пусть он и был в своём Клане изгоем - у него были сочувствующие среди бывших "своих". Собственно, поддерживая эту секту он хотел, видимо, создать себе платформу для влияния, и "на коне", по праву победителя, вернуться обратно. Во-вторых, после гибели руководства трухлявых пней - сама организация выжила, сохранилась в горах Альп и иных территориях.

Переведя дыхание, я бычкую очередную сигарету. Тенью проносится официантка, со звяканьем об стол, меняя тяжёлый аксессуар.

- И сложилась такая ситуация. Представители его Клана, бывшие "в теме", судя по всему, рассказали своим о сложившемся положении. В результате, они взяли под крыло остатки нацистской группировки, и начали мстить. Их цели очевидны... Выкрасть девочку, чтобы ставить над ней эксперименты, и уничтожить всех виновных в поражении - то есть меня, моих знакомых, и всех кто как-либо касался этой ситуации.

Глотнув ещё уже начавший остывать кофе, я завершаю свой рисунок из "правдивой лжи".

- Первым делом они послали одного из своих членов - на разведку боем. Алехандро Руса. Он выяснил местоположение девочки, в которой живёт дух Магистра. И он же устроил покушение на нас на похоронах Ивана. Собственно, для начала они устранили Ивана. Думаю, некоторые из вас о нём слышали. Он был известным человеком, приторговывал лучшим некромантским шмотьём из того, что вообще можно достать...

Замечаю, как оба некроманта переглядываются. Конечно, слышали. Они видят мой обращенный на них взгляд и кивают. Конечно, Иван был широко известен в узких кругах, как говорится.

- После чего устроили Алехандро устроил атаку на похоронах. Чтобы устранить нас всех, кто участвовал в рейде на базу подземных ублюдков. Алексей смог уничтожить нанятых киллеров, пусть и ценой своей жизни. С Алехандро справился уже я. Но это ещё не конец. Очевидно. Насколько я узнал из предсмертного допроса Руса - они собираются, силами Клана и наёмников, полностью зачистить Столицу от всех причастных и непричастных. Включая, кстати, вполне возможно, и руководство местных организаций. И, как вишенка на торте - другие Кланы ничего делать против этого не будут. Потому что операция абсолютно секретная. Никто ни о чём не догадается, а если и догадается - они снова скроются в других странах, где и базируются. И другие Кланы уже ничего не сделают. Самим же нам выходить на действующий на территории Столицы Клан - смысла нет никакого. Обращаться к "завязкам" в Механизме - тоже. Кланы слишком... своеобразная штука, чтобы он мог с ними вообще что-то сделать.

Завершив речь, я расслабился, ожидая пока они переварят информацию и начнут задавать вопросы. Пока что, впрочем, они лишь рассматривали, и передавали из рук в руки, "вещественные доказательства", чтобы лишний раз убедиться в том, что мои слова основаны на реальных вещах.

- Хорошо. Положим, вы правы. - Заметил представитель Столичного Обряда. - Тем более что я знаю, что такое Кланы. И, возможно, не только я.

Усмехаюсь про себя - естественно, что он знает. У него на лице написано, что он сам полукровка, которого выперли закрытого общества древних, очень трухлявых, существ, считающих себя владыками Земли. В то время, как на самом деле их давно опередили все, кто только мог.

Один из некромантов кашлянул:

- Ну, я положим не знаю что это такое. Так что оставьте вашу конспирологию и расскажите с чем их препарируют.

- Хорошо. - На мгновение задумываюсь. - Это одна из старых тайн... Которой лет уже больше, чем современному летоисчислению. Без разницы, расскажу я, или нет. Так или иначе, представители организаций и дел такого полёта, как здесь собравшиеся, контактируют с ними. Под разными именами они известны. Но Кланы - и есть Кланы.

В задумчивости, нахлынувшей на меня, подвигаю к себе пустовавший бокал и наливаю в неё немного вина.

- Очень давно на Земле существовали и другие разумные виды. Многие из которых были одарены более, нежели человек, в своих магических талантах. - Чувствую, как мой голос становится отстранённым, я начинаю вспоминать. - Тогда по Земле ходили разные твари. Не будем об этом, глупых здесь нет. Так вот, одна из рас называлась эллэх-эхэ. Они жили, в основном, в районе нынешнего Ближнего Востока. И после того, как прошла эпоха Цитаделей...

- Эпоха Тьмы... - Раздаётся голос второго некроманта, доселе молчавшего.

- Можно и так назвать. - Соглашаюсь я. - Оставшиеся эллэх-эхэ захотели остаться. И влиять на людей. В отличие от многих других они были очень похожи на людей. Всего-то красные глаза, да сухопарость отличала их внешность... Но как? Они создали Кланы. Небольшие, закрытые группки. Которые жили среди людей, действовали среди них. Зачастую, будучи жреческими и иными группами в зарождавшихся человеческих державах. К тому же, они могли смешиваться с людьми. Процесс кровосмешения зашёл очень далеко... Со временем, были введены драконовские законы, среди Кланов. О запрете на дальнейшее смешение своей крови, и людской. Но было уже поздно. Генетика взяла своё. По сути, все нынешние Кланы - это полукровки. Потомки людей и эллэх... Причём, человеческая суть явно превалирует. Но некие способности, возможности, и название - Кланы - осталось. Так они и стали закрытыми вырождающимися обществами, трясущимися над своей древностью, и при этом потихоньку вымирающими. В конце концов, сейчас, они уже толком не могут влиять на человеческую цивилизацию. Но за столь долгий срок заработали себе положение, многоуровневую систему ограждения своих тайн и происхождения. Артефакты, блин, в конце концов. И они просто сидят как на бобах, на достигнутом давным-давно статусе. Пытаясь сохранить то, что у них осталось. При этом они очень и очень опасны. Даже сейчас, если бы Кланы объединились - они смогли бы попытаться захватить планету. Но их ещё один бич - это изначально вынужденное разделение на мелкие группы, чтобы скрываться среди людей. Сейчас разные Кланы по традиции ненавидят друг друга больше всего на свете, враждуя и делая взаимные пакости. Иногда, впрочем, ещё остаются более-менее чистые линии. Евгеника, все дела... Но уже давно, тысячи лет как, поздно. Да и среди отвергнутых, в результате, полукровок, многие стали жить обычной человеческой жизнью, внося свою кровь в общий котёл. Многие великие маги - это потомки, дети, внуки... Отступников и изгоев из Кланов. В некоторых странах таких вообще очень много. И доля крови эллэх среди людей варьируется. Все знают, что в определенных регионах - магов-чернокнижников больше, нежели в других. Там оставили свою кровь в поколениях многочисленные изгои и отступники Кланов. Поэтому грань размывается. Но Кланы до сих пор берегут свою нажитую силу и, скрываясь от глаз, беря другие имена своим сообществам, являются очень влиятельными силами.

Кивнув сам себе, я провожу ладонью по лбу. Воспоминания унесли меня слишком далеко, непорядок. Выдержанная для встречи маска дала трещину. Надо срочно восстанавливать статус-кво. Поэтому быстро наклоняюсь и чиркаю колёсиком зажигалки, прикуривая новую сигарету и возвращаясь в сегодняшний день.

- Что ж. - Хмыкает новый глава Черного Круга. - И что теперь?

- Теперь они могут прийти и за вами. - Киваю я в сторону Жреца.

- Так! - Слегка хлопает по столу один из некромантов. - Давайте выработаем повестку дня. Что мы будем делать? Мы собрались здесь для чего? Выяснить почему погиб Алексей. Кто его убил. И кому мы будем мстить. Верно? Значит, очевидно, что предмет обсуждения не изменился, но лишь слегка расширился.

- Верно. - Кивает представитель Столичного Обряда. - Я думаю так. Сначала о неважном: девочка. Что будем делать с ней?

- Можно решить этот вопрос, я же говорю. - Вновь оживляется второй некромант. - Я лично могу сделать всё чрезвычайно чисто и надёжно. Сердце - оно у всех есть... Пламенный мотор, так сказать...

- Есть ли другие варианты? - Скорее для проформы вопрошает глава Обряда.

- Есть. - Замечаю я. - Но тут нужна серьёзная работа. Не на один год. И при этом, чтобы никто не мешал, не покушался. А они идут по её следу.

- Интересный ход. - Соглашается всё тот же некромант. - Слишком рискованно. Предлагаю устранить...

- Стоп. - Хлопает по столу верховный жрец Обряда. - Это было дело таролога Ярта, верно? Так вот, пусть он и разбирается. Если он решит, что не справляется, или всё зашло слишком далеко и есть шанс её упустить - он обратится к вам. Оставьте ему номер для связи. Если же он справится... Пусть справляется.

Некромант жуёт бледными губами, раздумывая. Наконец он произносит:

- Согласен. Я даже могу предложить приставить к ней "топтуна" из нашей организации. Для гарантии того, что она не будет упущена. И, если что, сразу уже и того...

- Согласен. - Соглашаюсь я.

- Никто не против? - Обводит всех присутствующих взглядом обрядовец, как-то незаметно взявший инициативу в организационных вопросах этой встречи.

Никто не отзывается. Никто не против. Некромант достаёт листик смятой бумаги из кармана своего пиджака и чиркает на нём несколько цифр.

- Мой личный номер телефона. Звони в любое время по делу.

Приняв из его холодных пальцев листик, быстро прячу его в карман джинсов.

- Теперь следующий вопрос. Относительно мести за Алексея. И этих... Клановцев. - Снова обрядовец.

- Объединимся на время и дадим им по сусалам, когда они сюда припрутся? Тем более, если другим Кланам всё равно? - Внезапно подаёт голос татуированный.

- Хорошая идея. - Размеренно кивает обрядовец. - Друг с другом мы повоевать всегда успеем. Но когда кто-то со стороны начинает уничтожать авторитетных людей...

- По полному беспределу! - Вставляет тот же рунически изрисованный.

- Именно. - Чуть поморщившись, соглашается глава Обряда. - Наши гадатели узнают где и когда они появятся. Я оставляю всем присутствующим номер для связи. Как только мы будем знать... Соберёмся здесь на... конференцию. И обсудим план ответного удара. Думаю, что усилий всех организаций, принявших участие в этой встрече - будет достаточно для победы над одним Кланом. Хотя это будет и не просто. Как верно заметил Ярт - они очень сильны.

- Нам чужих не надо. - Хмыкает некромант, давший мне свой номер.

Все согласно кивнули.

- Ярт, относительно Вас... - Продолжает обрядовец. - Естественно, Вы будете на следующей встрече. Это и Ваше дело. К тому же, думаю, что сотрудничество с Вами может пригодиться и в будущем.

- Я фрилансер. - Мягко улыбаюсь ему в ответ.

- Это понятно. - Легко соглашается он. - Но я говорю о сотрудничестве. В конце концов, возможно, из этих встреч может получиться большее, нежели разовый ответ чужакам. Умные партнёры и даже... конкуренты - могут иметь точки пересечений для взаимного гешефта.

- Верно. - Откинувшись на спинку кресла, принимаю из его рук визитку с номером.

Наблюдаю, как он раздаёт всем присутствующим такие же визитки.

- Думаю, что встреча прошла очень даже результативно. Есть ли у нас ещё вопросы на рассмотрение? - Всё также, явно привычно, берёт на себя организационный момент обрядовец.

- У меня один. Лично к представителю Черного Круга. - Говорю я, выпуская из лёгких табачный дым. - Лично Вы ни в чём не виноваты передо мной и присутствующими здесь. Но, в качестве компенсации за причиненный ущерб, от вашей организации... Я бы хотел право на услугу.

Жрец Черного Круга молчит. Сверлит меня взглядом. В его ауре явно просвечивается смятение и лихорадочная мыслительная активность. Внезапно она успокаивается и вновь мягко оплетает его тело. Он хлопает по столу рукой, да так, что подпрыгивает мраморная пепельница.

- Чтобы закрыть окончательно, раз и навсегда, эту тему... И никто больше не выставлял претензий к нам за прошлое... Я согласен! Клянусь Предвечной Тьмой и всеми Князьями Тьмы: ты, Ярт, имеешь право на услугу от нашей организации!

И щелчком пальца посылает ко мне через стол визитку. Скользнув ко мне, она замирает. Вот "понты"... Он её ещё и телекинезом ускорил, конечно же.

- Благодарю. Думаю, тема прошлого Вашей организации теперь полностью закрыта. Вопросов больше не имею.

Обрядовец задумчиво смотрит сквозь меня и выдаёт:

- Что ж, тогда встреча закрыта. Встретимся как условились.

Внезапно меня пробирает на одно предложение. О, я сильно набрался наглости.

- Есть предложение "на подумать" к присутствующим. Когда закончится вся эта история. Продолжить эти встречи. В конце концов, организациям такого формата, которые представлены присутствующими здесь... Некие конгрессы... Не помешают. Собрались представители самых адекватных "чёрных" за этим столом, так ведь? Думаю, многое можно будет регулировать и не доводить до войн - разделением сфер влияния за общим столом. ООН с вашего позволения. - Усмехаюсь, разжигая новую сигарету.

- Здравая идея. - Мгновенно отзывается обрядовец. Ждал он от меня этих слов, что ли? - Поддерживаю.

Некроманты синхронно кивают. Татуированный, размяв шею, согласно машет рукой. Все соглашаются.

- А Вы, Ярт - умны. - Хмыкает, впервые позволяя себе эмоции глава Обряда. - Третейский суд... И Вы - один из независимых тёмных колдунов - как один из арбитров. И рука на пульсе... Впрочем, идея действительно здравая. Я размышлял над ней и сам. Однако лишь данная ситуация и Ваши уста - дали повод.

Выдержав небольшую паузу, он завершает свою маленькую речь:

- Всё, встреча, думается мне, завершена.

Все начали собираться, кидая на стол купюры за свои заказы. Молча попрощавшись с каждым за руку, я остался в ресторане. Теперь мне надо прийти в себя, после столь внешне приятных переговоров.

Задумавшись, я начал пускать табачные кольца, разглядывая потолок. Ещё очень много дел...

Глава 13.

Размеренными шагами меряю свою комнату. Внутри меня кипит ярость. Сжимаю и разжимаю пальцы, размышляя о том, как бы поскорее закончить всё происходящее вокруг меня. Я был втянут в эти события поневоле. Необходимо их завершить. Сколько можно?! Может быть, я и не самый лучший планировщик, но пора ставить точки.

Сегодня же ночью вызываю Алуайу, и ничто не помешает мне получить ответы на все мои вопросы. И пора бы уже найти тот вариант, который позволит мне покончить с врагами. Раз и навсегда. Клан, сектанты, невидимые противники - надоело! Мне необходимо окончательное разрешение всех вставших передо мной проблем. Иначе я просто сойду с ума!

Думаю, стоит начать прямо сейчас. Швырнув бокал с недопитым коктейлем из виски, рома и травяных настоев в стену, решаю накрутить себя до конца. Подойдя к оплывающим по стене остаткам жидкости, подхватываю один из осколков стекла, лопнувшего от удара. И, преодолев своё отвращение к мазохизму, с протяжной, сладостной болью, мну его в ладони, изрезав пальцы. Тонкие струйки крови смешиваются с остатками алкоголя.

Пристально наблюдая за этим, перехожу к глубинным уровням работы с подсознанием, с усилием высвобождая, открывшейся болью, ещё большую ярость. Переводя подсознательные потоки энергии и ощущений на верхний, открытый для контроля, пласт. Во мне начинает биться энергия. Сердце перехватывает болью, как будто в него втыкают стальные раскалённые иглы. Дыхание, движение крови по венам - всё становится подвластно мысли. Также как и вся сила, доступная мне без Другого.

Срываюсь с места и врубаю проигрыватель на максимум. Безудержный рейв и трэш, вот что мне нужно. И ещё алкоголь. Много. Бегом, скинув начавший царапать кожу халат, врываюсь на кухню, и вытягиваю непочатую бутыль виски. Срывая крышку, отпиваю прямо из горла. Ненависть! Ненавидь, Ярт! Наслаждайся ею. Обрати боль - в силу. А боли будет много... Я тебе, Ярт, обещаю.

Распахиваю дверцу шкафа и вынимаю оттуда свободной от бутылки рукой травяные настои. Музыка бьётся в моих ушах, в такт управляемым разумом дыханием. Поставив на стол стакан на половину литра, щедро выливаю туда огненный напиток, судорожно выливая в тот же стакан из всех вышвырнутых из шкафа бутылочек настойки.

Швыряю опустевшие сосуды в стены, наслаждаясь треском стекла и полётом осколков. Плевать на уборку на следующий день. Мне нужно это. Прямо здесь и прямо сейчас. Хватаю стакан и начинаю пить, большими, лихорадочными глотками.

По пищеводу скользит убойная смесь, готовая разорвать мои внутренности. Именно то, что необходимо. Поднимаю уровень сознательного контроля над функциями мозга до доступного мне максимума. Каждый ток крови по сосудам, каждый вдох и выдох теперь нужно делать осознанно. Зато какие возможности откроются передо мной очень скоро.

Срываю с себя всю одежду, оставаясь абсолютно голым. Вся одежда причиняет нестерпимые неприятные ощущения моим рецепторам кожи. Конечно же, теперь я чувствую своё тело. Ещё прихлебнуть из стакана. Пойти в комнату.

Распахнув балкон, чувствую как тугие волны холодного воздуха обволакивают меня. Нет, пупырышки на коже появляться не будут. Залпом допив оставшуюся в стакане жижу, ломаю сосуд в руках, ощущая боль. Теперь она сладкая, тянущая, медленная. Рецепторы на коже перенастроены. Где мой кинжал?

Сканирую окружающее взглядом и вижу лёгкое свечение на полке - он. Приподнявшись, отдав команду сухожилиям ног, снимаю его, и начинаю методично резать ладони, наклонившись над столом. Кровь льётся на оставленное когда-то блюдце. Из моего горла вырывается хрип. Нет, надо отдать все команды связкам, примерно так:

- Алуайа, явись перед своим господином!

Вокруг меня начинают образовываться завихрения энергий. Грань между обыденной и Другой Реальностью рвётся от высвобожденных мною сил. Я вижу и слышу крики потусторонних падальщиков и хищников, рвущихся через защиту квартиру. Ещё бы, столько энергии.

Отдаю новую команду связкам и ору, в такт музыке:

- Алуайа, явись передо мной! Я имею на это все права!

И взрезаю ладонь вновь. Капли крови вспыхивают и испаряются, не долетев до блюдца. С тихим шипением, собравшаяся алая жидкость начинает кипеть и в блюдце, давая внезапно много испарений, заполоняющих невероятной дымкой атмосферу вокруг стола. Дикие вопли, сгоревших от выплеска энергий, энергетических хищников, слетевшихся к моему обиталищу, ласкают мой слух.

Туманная дымка, вызванная к жизни моей испарившейся кровью, начинает сплетаться в нити.

- Алуайа! - Издаю я третий, завершающий рык. - Покорись моей воле и явись передо мной!

Нити вздрагивают, начиная сплетаться в единый узор, смутно напоминающий очертания женского силуэта.

Ухмыляясь, веду кинжалом дальше, продолжая насиловать свою плоть, заставляя струйки сочащейся жидкости вскипать прямо на месте разрезов и вплетаться в дымку, заволокшую уже всю комнату.

Силуэт передо мной оформляется, превращаясь в узнаваемое существо. Грудь Алуайи высоко вздымается от подобия дыхания. Её лицо искажено болью, прочерчиваясь тонкими линиями дыма.

- Ты меня слышишь, Алуайа? - Мои связки выдают хрип в воздух, даже не колебля заволокший, наверное уже всю квартиру, дым.

- Да. - Губы призрачной фигуры распахиваются, и я слышу её ответ.

Не теряя контроль над происходящим, срываю со стола окровавленной рукой пачку сигарет и зубами вырываю один из цилиндриков. Положив остальные сигареты на стол, подхватываю зажигалку и быстро прикуриваю, роняя её на пол.

- Отвечай мне, Алуайа. Заклинаю тебя говорить правду силой своего старшинства, изначальной Тьмой и Архонтом, из плоти которого вышел Мир! - Делаю глубокую затяжку, ощущая в табачном дыму привкус своей крови. - Ты решила меня убить?

- Я буду говорить правду. - Мучительно выдаёт слова силуэт, прикрыв сотканную из дыма грудь не менее призрачными руками. - Нет, моей целью не является твоё убийство, старший.

- Но именно ты манипулировала тем, кого звали Алехандро, с целью натравить на меня Клан?

- Да, но не по своей воле, старший. - Медленно, не желая говорить, отвечает она.

- И именно ты, Алуайа, насылала на меня голема? - Вопрошаю я, вновь погружая клинок себе под кожу, заставляя кровь испаряться прямо в воздух.

- И да, и нет.

- Расскажи всё, что касается твоего предательства, пусть даже и невольного, Алуайа! - Лезвие медленно плывет по моей плоти. - Иначе я заберу твоё существование навсегда.

- Я это собиралась сделать и сама, мой любимый старший. Когда смогла бы... - Она на мгновение замолкает. - Как тебе будет удобнее узнать мой ответ? Словами или образами из моей памяти?

Мгновение колеблюсь. Увидеть сразу всё одним пакетом образов легко и удобно... Заманчиво. Но у меня, боюсь, уже нет на это сил, рациональной частью своего сознания я это понимаю. И так мне будет очень нелегко приходить в себя после всего того безобразия, что я сейчас устраиваю. Поэтому, чуть наклонив голову к плечу, с усилием отвечаю:

- Словами.

Алуайа делает движение плечами и качает головой, я чувствую её вздох.

- Хорошо. Слушай то, что я знаю. Несколько дней назад, по меркам Реальности, я всё также пребывала в межмирье, плывя по волнам течений тонких Пластов, ожидая подходящего тела. Продолжая размышлять о ситуации, в которую ты попал. И когда я... в очередной раз... оказалась рядом с девочкой, чтобы посмотреть на угрозу от будущего нациста для нас с тобой...

Она замолкла после столь пространного вступления. Напрягает. Придётся погрузить кинжал ещё глубже в свою многострадальную плоть. Вспышка дыма и Алуайа обретает практически физические очертания, напоминая уже не призрак, но девушку, сотканную из слегка подрагивающего белесого теста.

- Говори, Алуайа. Я не собираюсь давать тебе плоть и кровь, из своей. Это будет слишком. - Криво улыбаюсь я, ощущая как внутри меня гудит сила.

- Ты был бы против? - Возвращает она мне мой же вопрос, разводя руками и обнажая, колыхающуюся от тяжелых, спазматических попыток дышать по-настоящему, грудь.

- Нет. Я был бы этому рад. Но моих сил здесь и сейчас не хватит. И ты это знаешь. Поэтому продолжай рассказывать, Алуайа! - Последние фразы я выкрикнул в потолок, приказывая, не давая сил противиться моим словам.

- Я знаю. Слушай дальше. - Алуайа присаживается за стол, хватая белыми пальцами сигарету из пачки и зажимая её в зубах.

Мысленно отмечаю, что она обнаглела. Видимо, всё это завуалированное, но ясное нам обоим, сопротивление моим требованиям рассказать всё сразу - вызвано именно этим желанием почувствовать, хотя бы временно, удовольствие существования в реальности. Наглость - второе счастье. И моя последующая адская боль во всех членах тела после завершения разговора...

Прикурив сигарету, она со всхлипом затягивается. Я ещё жду, пока что мне хватает остатков выдержки. Наблюдаю как дым просачивается сквозь её белесую псевдоплоть в районе горла и ключиц. Наконец она выдыхает дым и его остатки струйками стелятся из её ноздрей.

- Отличные ощущения, правда? - Ухмыляюсь, внимательно наблюдая за ней. - Но теперь ты получила своё. Больше терпеть не буду. Рассказывай дальше.

- Да... Я не курила уже... лет восемьдесят? - Она на мгновение прикрывает глаза, и вновь их распахивает. - Что ж, слушай дальше. Оказавшись рядом с девочкой в очередной раз, я почувствовала давление. Пульсацию. Вокруг неё. Как будто что-то рвалось из неё, или в неё. Мне так показалось, по крайней мере. Я знаю о нацисте внутри, поэтому испугалась, что он уже... И оказалась совсем рядом. В этот момент...

Она вновь нескладно затягивается табачным дымом, и смотрит своими ярко-голубыми очами прямо в мои глаза.

- В этот момент появилось некое существо. Его оттенок. Воля. Я уловила белый цвет. Оно было затянуто в белый балахон, да. Это существо схватило меня и утащило куда-то, через Другие Планы. Я очнулась в виде бестелесного призрака, связанного злым золотом и чёрной сталью, в обычной Реальности. Это существо в белом балахоне склонилось надо мной... И начало читать старые заклинания подчинения. Я была слишком слаба. Оно добилось своего. И я рассказала ему секрет создания голема. И участвовала в его творении на грани между обычной и Другой, тонкой Реальностью. Такова его сила...

Она роняет тонкими пальцами бычок в пепельницу и тянется за следующей сигаретой, задумчиво глядя на меня.

- Я знала, против кого будет обращён этот голем. Но ничего не могла поделать. Узы заклинания были слишком сильны. К тому же, они были прочитаны на незнакомом мне языке, я не могла вырвать нужный контекст, чтобы обойти его, как это делают даже низшие твари Архонта против глупых смертных...

Теряюсь, пытаясь осмыслить сказанные ею слова. Понимая, что диалог полностью отвлечёт меня от контроля энергетических потоков, делаю самый сильный надрез на запястье. Кровь толчками выходит из-под разошедшейся кожи, испаряясь большими порциями. Алуайю охватывает туман и лёгкое белёсое свечение. Она окончательно приобретает черты живого существа. Этого заряда должно хватить минимум на полчаса... Откладываю кинжал на стол и сажусь за стол, напротив неё, на кресло.

Она наблюдает за моими манипуляциями, облизнув губы от радости. Ещё бы, столько энергии и почти живого существования - она сразу почуяла эффект и временной промежуток.

- Подожди, я не понял. Ты не смогла идентифицировать язык? Даже примерно? Заклинания уз такой силы... Делаются либо на ряде определенных языков человечества, либо на истинном языке даймони. Нашем старом языке. И ты не смогла его понять?

- Нет. - Она качает головой. - Этот человек... существо... пользовалось ни одним из известных мне языков. Несмотря на возраст, в отличие от тебя, я не впала в маразм пополам со склерозом. - Вставляет она шпильку.

- Очень странно. - Задумчиво произношу я, прикуривая новую сигарету, вслед за ней. - Ты смогла хотя бы понять кто это? Приблизительно?

Она кладёт руку на мою ладонь в успокаивающем жесте:

- Нет. Прости. Единственное что я поняла - это существо выглядит как человек. Видимо, и тело человеческое. Мужчина. Возможно, захват тела... Как Кормато недавно... Физиологический тип - белый, скорее всего. Больше ничего. Он всегда скрывал своё лицо капюшоном. И эфирным свечением, таким же белым, как и балахон.

Кривлю лицо. Неужели опять ничего непонятно?

- Хорошо. Он кроме заклинаний и мысленной речи... Произносил какие-нибудь слова? На каком языке? С кем-нибудь ещё общался, ты видела?

Она задумчиво барабанит кончиками пальцев по моей ладони.

- Когда он заставил меня общаться с Алехандро... Да, кстати, он ничего не знал о Кланах, судя по всему. Эту информацию он тоже выпытывал из меня несколько часов. И послал заняться Алехандро. Чтобы натравить Клан на тебя. Я, опять же, ничего не смогла сделать... Мне пришлось выполнить его поручение. - Она задумывается, обхватив мою ладонь своими ледяными пальцами. - Кстати! О тебе он знал. Всё это - как-то связано именно с тобой. Так вот...

Алуайа переворачивает мою ладонь, ведя острым ногтём, сотканным из белой псевдоплоти по разрезам на ней. Я не мешаю, понимая, что ей надо и собраться с мыслями, чтобы ничего не упустить, да ещё и заняться оправданием себя в моих глазах. Ну и самооправданием, без этого - никуда.

- Так вот, Старший. - Продолжает она, наконец. - Он говорил с некоей женщиной. На русском языке. По мобильному телефону. Я подозреваю - что это была Хозяйка Клана. Что-то про Алехандро. Я честно не слышала. И ещё раз. Он говорил по телефону с каким-то мужчиной из Столицы. Разговор был на русском. Короткий, злой диалог. Он бросил трубку. Мне кажется... эти номера он тоже выпытал из моей памяти, связанной с тобой. Так что ты и этого мужчину должен знать, да...

Крепко сжимаю её пальцы, перехватив руку и чуть притягиваю к себе:

- Говори дальше. Очень важно, чтобы ты сказала мне всё. Без утайки.

Она не сопротивляется, подаваясь на встречу:

- Спасибо. Твоё заклятие Старшего было... неизвестно ему. Я же тоже не дура. Не всё ему рассказала. Да и некоторые заклятия нельзя перебороть. Старшинства, например. Поэтому призвав, ты освободил меня от его контроля. До того, как ты его победишь - я скроюсь на самых глубинных пластах Бытия. Он меня не найдёт! - В голосе Алуайи, на последней фразе, появилась ощутимая дрожь.

- Надеюсь. - Хмыкаю в ответ, глядя на неё. - Хоть что-то хорошее сказала за весь разговор. Дальше?

- А дальше... Дальше я исполнила его поручение. Зная как устроены Кланы - обошла защиту. Воздействовала на Алехандро. Остальное ты знаешь от покойника же... Из важной информации, которую ты не знаешь - он говорил по мобильному телефону тоже. Два раза. Это ты знаешь, но моя защита не дала тебе увидеть с кем. Так вот. Готовься.

Она заглянула мне в глаза вновь. Что-то мне это не нравится. Уж очень мне не нравится такое начало.

- Первый раз он говорил с Хозяйкой Клана. Та самая женщина. Он уверял её в том, что он в Альпах, но она не верила. Она уже боялась, что он в твоих руках и говорит под принуждением. Второй раз он говорил с мужчиной. И этот мужчина - Константин.

Потрясение охватывает меня. В голове прокручиваются мысли о предателе, которого я не смог вычислить. Я выкручиваю ей руку, притягивая к себе её голову.

- Ты заставила его предать меня? О чём они говорили? - Зло выдыхаю слова ей в лицо.

- Я не виновата! - Восклицает она, затравленно пытаясь вырваться. - И да, он говорил ему о том, что ты хочешь убить девочку. Что он представитель неких конфиденциальных источников, сочувствующих Александру и ей. Судя по диалогу... Скорее всего, мой мучитель в балахоне и говорил с ним. Константин не был удивлён. Только зол.

- Вот как. - Сдувая её эфемерные волосы со своего носа, пригладив их свободной рукой. - И что же сказал Костя?

- Он... не верил. Но спасти девочку готов. Даже от тебя. Если это правда. Я поняла суть диалога именно так. Выходить же на контакт с "источником" он либо побоялся, либо не захотел идти настолько в обход тебя...

Она внезапно замолкает, странно поглядев на меня. Удивлённо взглянув на неё, я никак не могу понять причину, пока не понимаю один простой факт: вообще-то последние несколько минут я смотрю на грудь голой девушки, прижав её практически к себе, и гладя её по волосам. И пусть в этом ничего и не было... И пусть она, вообще-то не воплощена... Но факт остаётся фактом. Внезапно она это заметила. Из-за её реакции - и я тоже.

Испытывая смущение, пополам со злостью, я шепчу ей:

- Ты что подумала? И неужели смущаешься меня?

Она смотрит мне в глаза и тихо хмыкает:

- Если бы ты не пялился всё это время на мою грудь - нет, я бы не подумала и не стала смущаться.

- Всё настолько плохо? - Ухмыляюсь я. - Кстати, тебе наверняка есть что ещё рассказать.

- Сейчас вспомню. И всё было бы совсем не плохо, если бы у меня не было хотя бы подобия плоти уже столько десятилетий... - Протянула она.

Пока я пытаюсь понять смысл её фразы, становится поздно. Она обхватывает рукой мою шею и тянется к моим губам своими...

Глава 14.

Возможно, жена и пришла в самый неподходящий момент. Или подходящий... Неважно. Но сейчас не до того. Время сражения близится. И некогда думать о столь мелочных ранах.

Да, именно. Протирая порез, проходящий через всю щеку - ещё хорошо, что ноготь не задел глаз - я медленно отпаивался кофе, поглядывая на сумрачно сидящую в углу комнаты супругу, и постукивая кончиками ледяных, от произошедшего под утро приступа, пальцев.

Вот всегда так. Всё происходит в тот момент, когда должно произойти. Жаловаться на это я люблю, но, наверное, это глупо. Поступивший сейчас на мобильный звонок от некроманта не мог не напрягать. Кажется - начинается. Странно, что ещё не звонил обрядовец. Что там его гадатели? Неужели опростоволосились? Ведь девочки - нет. Срывающимся голосом некромант поведал мне, что топтуна нашли в канализации недалеко от дома Александра с перерезанным горлом. Выехавшая на место группа захвата обнаружила только связанного и избитого Александра. И зарегистрировала полное отсутствие девочки. Причём, её присутствие абсолютно не читается их методами.

Впрочем, звонок от обрядовца скоро должен поступить. Некромант сказал, что он сразу же после меня свяжется именно с ним.

Что ж. Клан, видимо, прибыл. А, значит, будет схватка. И таинственный незнакомец в белом балахоне проявится, тут даже нечего спрашивать у карт, в процессе наших разборок. Зачищать оставшихся, так сказать. Все нити сходятся. И, кстати, я уже пробовал набрать Константина. "Абонент временно недоступен". Уже переметнулся? И выяснять оккультным способом тоже не вариант. Слишком много узлов силы вокруг. Всё смазано, всё дрожит. Натяжение вокруг нас ощущается дрожью и болью в конечностях. Да, оно вызвано не только своеобразными событиями этой ночи, творившимися в этой квартире...

Фигура странного и необъяснимого незнакомца-манипулятора остаётся столь же загадочной, что и ранее. Только вот у меня начинают появляться подозрения, вытекающие из попыток осмысления логических цепочек. Сначала Кормато. Он не был связан с "балахонником", однако, не появился ли он, или активизировался, именно из-за его смерти? Или девочки? Или секты? Короче, его выход на сцену определенно связан с тем, что произошло в подземельях. Далее, его неосведомлённость, по крайней мере, показная. Хотя, к чему бы ему было бы врать подчинённой Алуайе? Тоже намекает на его недавний взлёт... или возрождение. Плюс, незнакомый моей младшей родственнице и... кхм... неважно... Короче, неизвестный ей язык. Опять же, что это? Отвод глаз - или он действительно некий неосведомленный, но могущественный пришелец?

Но главным, без всяких вопросов, является его желание уничтожить меня. Очевидно же, поэтому, что его проявление, этого таинственного незнакомца, как раз и связано с гибелью Кормато или, по крайней мере, движениями в подземной Столице пару недель назад. Иначе не вытанцовывается цепочка событий. Так что... скорее всего, он меня действительно знает и я, по неким причинам, являюсь его целью, коли есть связь с последними событиями. Интересно. Знаю ли я его?

Вот ключевой вопрос. Не может ли это быть очередной мой родственничек, к примеру, который должен был бы упокоиться тысячу-другую лет назад, м? Кстати, вот это вполне серьёзно. Только вот не упомню я в своём нынешнем состоянии, без выпадения в особые медитации, дела столь давно минувших дней. Потому что это может и вовсе восходить к Эпохе Цитаделей. Мне что, неделю в трансе лежать, накачавшись разными, не слишком полезными, травками? И вспомнить толпу каких-нибудь ублюдков? Из которых я всё равно не выберу именно этого. Если этот мужчина, который весь в белом, действительно из них? Нет, нет, и ещё раз нет - это не вариант, ни в коем разе.

Есть ли какая-нибудь отпугивалка от возрождающихся не к месту друзей и родственников, а? Как было бы хорошо - нажал на кнопочку, и они все свалили подальше туда, где и должны пребывать. Очень цинично, но достали по полной программе, как выражался, ныне тоже покойный, Лёха.

Опять же, как я люблю выражаться, - ладно. Эти размышления пока что абсолютно бесплодны. Узнаю всё, когда столкнусь с врагом. Надеюсь, его я тоже смогу победить. Хорошо бы самому звякнуть обрядовцу. Но не хочется. По моим неписанным понятиями в общении с чернокнижниками и прочими личностями брутального типажа- тот кто первым звонит, тот и просит помощи, находится в позиции "вопрошающего", в некотором роде, ниже по статусу. Время сейчас, конечно, не терпит. Но я знаю, что он и сам проявится. А, значит, для сложной системы рангов и ассоциаций в кубле магов - мы будем на равных, как партнёры.

Ну, и как всегда, несмотря ни на что, именно сейчас, вместо того, чтобы пытаться подготовиться незнамо к чему или подумать ещё - пойду-ка я, съём пиццу. Желудок как-то этого очень желает. Со вздохом, отлепляю себя от дивана, раскрываю холодильник и задумчиво выбираю между двумя коробками. С грибами или ветчиной и грибами? Тяжёлый выбор, честно говоря. Остановлюсь всё же на просто грибной, да. Вытащив пиццу, отгребаю со стола нагромождения хлама и подаю голос:

- Дорогая, будешь кушать? - Слегка заискивающе гляжу на супругу.

- Хм, пожалуй, пока нет. - Выдаёт она, после недолгого молчания. - Подай мне сигарет.

- Хорошо. - Ещё раз вздохнув, снимаю со стола пачку и подхожу к жене. - Держи.

Она медленно вынимает цилиндр, набитый табаком, из пачки, глядя мне в глаза. Хмыкает и отворачивается, закуривая.

- Ага... - Говорю то ли ей, то ли самому себе.

Вернувшись к столу, выуживаю с полочки столовый нож, содрогнувшись от возникших ассоциаций с ночными похождениями, и разрезаю полиэтилен. Ощущая как где-то внутри, в районе солнечного сплетения, наливается тяжесть. Предчувствие? Что-то случится сейчас? Замираю с ножом в руке, автоматически оглянувшись. Жена курит, роняя пепел сигареты в раковину. Всё как обычно... Но страх уже сводит мой желудок в приступе. Что-то не так. Нечто должно случиться.

- Ада, я на секунду...

Подавшись порыву, чуть ли не бегом иду в коридор. Надо взять карты, срочно разложить. Теперь - надо. Шаркая тапками я уже почти зашёл в комнату, когда мой взгляд натыкается на некую несуразицу. Резко оборачиваюсь - что такое?

На лбу мгновенно выступает холодная испарина. Задрожавшими пальцами вытираю пот. Невозможно, просто невероятно. Маска! Маска пропала! Только обгорелое пятно на обоях по контуру.

Подойдя поближе, провожу по следу трясущимися ладонями. Похищение? Что произошло? А страх достигает пика, честно говоря. Спрятаться куда-нибудь, забиться в угол...

Открываю рот, чтобы позвать супругу, взглянуть на произошедшее. Вместо этого, начиная надрывно кашлять. Архонт, я подавился слюной. Озноб и судорога сводят всё моё тело. Прислонившись лбом к разводам на стене, я пытаюсь собраться, изгнать из себя слабость...

Короткий треск и сдавленный вопль выводят меня из припадка, заставляя вскинуться. Архонт, больно-то как... Приподнимаюсь на колени, держась за лоб. Поднимаясь по стеночке, подношу пальцы к лицу - на них потёки крови. Рассечение, вот ведь. И шум жуткий в ушах. Долбанулся на славу. Плевать, что там произошло на кухне? Бегу обратно, путаясь в полах халата.

Ой, что-то сердце дало сбой. Прислоняюсь к дверному косяку, ведущему на кухню, вновь начиная сползать на пол. Увиденное окончательно выводит меня из равновесия, во всех смыслах этого слова.

Жены не было. Совсем-совсем не было. Из улик наличествовала только одежда, ворохом лежащая там, где она сидела. И волосы, очень много волос. Кажется, это все волосы которые были на её теле. Ах, да. Ещё на полу валялась тлеющая сигарета, со следами помады на фильтре. Автоматически я раздавил её тапком и растёр.

Вот, значит, как. А если бы я не вышел из кухни, подавшись порыву - меня бы тоже не было? Стоп! А что с ней произошло? Впервые сталкиваюсь таким заклятием. К тому же, я не чувствую смерти... Она всегда ощутимо разливается по окружающему, когда кто-то умирает, особенно одарённый магическими силами. А тут - просто исчезла! Целиком! Исключая одежду, сигарету и волосяной покров. Это, знаете ли, уже край. Я даже боюсь представить что с ней произошло. Телепортация? Откуда? Неужели? Куда? Даже не хочу раскручивать эти мысли. Главное, что она жива, это факт. Иначе эманации некротических энергий уже затопили бы квартиру. А найти её и разобраться что к чему можно будет после того, как я встречусь с врагом.

Всё, отставить "понты". У меня пропала маска и жена. Два очень дорогих мне объекта материального мира. Чувствуя ледяное спокойствие, только сердце лихорадочно стучит, да и всё, я поднимаю со стола мобильный телефон и ищу в контактах номер обрядовца.

Чуть дёргаюсь от того, что мобильник запиликал сам. Вот и он? Опередил. Надо же, я всё же "настоял на своём". Ощущаю, как моё лицо прорезает отстранённая ухмылка. Поговорим, дружище?

- Слушаю.

- Ярт, узнали? - Раздаётся слегка обеспокоенный голос "обрядовца" в трубке.

- Естественно. И Вы опоздали. Всё уже началось. Что там гадатели? Ещё живы, или отправились на внеплановую встречу с Вашим кумиром? - Мой голос источает ледяной яд. - Если бы я полагался только на Ваши обещания проинформировать - был бы уже мёртв или на грани того. Как моя жена.

Секундное молчание в ответ. Я уже начинаю прикидывать, что я передавил и он решил бросить трубку, однако, наконец, обрядовец произносит:

- Мои извинения, Ярт. Сочувствие выражать не буду, не буду лгать. Я не испытываю таких эмоций никогда. Впрочем, гадатели действительно отправятся на встречу с "нашим кумиром", как Вы выразились. В качестве компенсации, даю слово главы Обряда: при зачитывании получателей поддержки от Него в обмен на жертвы из недостойных - Вы будете в списке. Надеюсь, теперь с этим пунктом обсуждения мы закончили? - Очень ровным тоном, без всякого проявления эмоций, произносит глава Обряда в Столице.

- Да. - Очень внимательно слежу за собой, чтобы не сказать сейчас лишнего. - Вы в курсе о пропаже девочки и том, что случилось с топтуном от некромантов?

- Да. Наша группа уже решила вопрос с её отцом. Он введён в транс, до разрешения ситуации. Затем мы либо сотрём ему память, либо... По ситуации. - Информирует меня обрядовец.

Понимая, что он никак не собирается приступить к главному, я не выдерживаю, и бросаю:

- Это всё, конечно, очень важно. Однако эти вопросы можно обсудить и позже. Что с возмездием?

- Что ж, мы готовы. Все участники встречи, кто ещё жив - тоже. Через пять минут выходите во двор. Там Вас будет ждать машина, узнаете. Мы успеем перехватить Клан в процессе их сбора.

Мобильник издаёт короткие гудки. Ну, просто прелестно. Естественно, всё пошло не так. К Архонту всё пошло. Коту под хвост, как выражаются обычные жители Столицы. Срочно собираюсь. Главное, чтобы вновь не пришлось видеться с братом покойного Сергея. Он мне тем вечером, после встречи с этими горе-колдунами, все нервы извёл, наводящими вопросами и попытками выяснить, почему он должен бросить все свои связи и целиком замять дело о стрельбе на кладбище, чтобы об этом вообще никто не знал. И как это связано с его братом, в первую очередь. Иначе самой постановки вопроса "почему должен замять" бы и не было... Впрочем, напоив его коньячком, я выдал ровно ту же легенду, что и колдунам, только попроще, без глубокой древности Кланов. А на доступном его понимаю уровне.

Так, самое главное сейчас - что я не смогу собрать остатки своей команды. От жены осталась только горсть волос со всего тела, да одежда. Лёха, Сергей, Иван - тоже уже никак не смогут присоединиться. Только по поводу Ивана - надо пометить в своей памяти, узнать потом, что случилось с Елисеем, после той бойни. Жив или нет, каково состояние его психики... И не Иван ли внутри него теперь живёт, если Ели уцелел.

Выяснить куда пропала Ада необходимо даже больше. Но это я узнаю после схватки с Кланом, когда по всем возмущениям энергетики вокруг меня - должен будет явиться он. Просто - он. Тот самый таинственный враг-манипулятор. От него и узнаю, когда приставлю клинок к его шее, кхе-хе.

Время раскладов почти кончилось. Осталось успеть за пару минут сделать кое-какой напоследок - и всё, труба зовёт, месть стучит в сердце и всё в таком духе.

Как любил выражаться мой мирской дядя, "в темпе вальса", переоделся в джинсы и куртку. Понакидал в карманы все возможные мелочи, которые могут мне понадобиться при встрече с Кланом и таинственным врагом, рассыпая ненужные склянки по полкам и столам, по всей квартире. Нашёл ножны и прицепил их к джинсам. Ритуальный клинок, ещё помнящий дозу моей ночной крови, скользнул в них. Так, что ещё? Все бутылочки и артефакты, которые я смог вспомнить, и которые подошли бы хоть как-то к ситуации - рассованы по одежде. Значит, всё. Наверняка что-то упустил. И, например, некую самую важную бутылку с зельем или амулет - забыл взять. Неважно. У меня есть ещё минута, чтобы сделать расклад.

Высыпав карты из мешочка на стол, быстро присаживаюсь за него и вынимаю карту:

- Жена жива, но куда-то перемещена в пространстве? - На меня смотрит утвердительно прямой "Повешенный".

О, как я мудр, усмехаюсь мимолётно значению карты. Иногда, когда припечёт - и, главное, всё равно поздно. Следующий вопрос:

- Маска исчезла... Потому что она сработала как моя последняя линия обороны, избавив от того, что произошло с женой? Так сказать, выгнав меня с кухни в самый неподходящий момент?

В этот раз я гляжу на прямого "Дьявола". О, как карты не скупятся на Старшие Арканы. Опять прав. Что ж, ещё такой вопросик:

- Девочка была захвачена моим таинственным врагом? Или Кланом?

Одна карта кладётся влево, другая вправо. "Умеренность" и "Отшельник". Оба прямые. Вот и понимай как знаешь. Кто что скрывает, а кто что делает правильно. И времени трактовать, уточнять - нет. Одно понятно - это всё взаимосвязано и девочка опять найдётся на поле брани. Верно?

"Двойка кубков" прямая - абсолютно верно. Прямо связь так и сочится, выходя за рамки обычных совпадений и случайностей. А то я не знал. Ладно, пора бежать.

Убрав карты в мешочек, я закидываю их в оттопырившийся карман куртки, и выметаюсь из квартиры.

Оставив за собой погром, разгром и новые потери.

Глава 15.

Я был, мягко говоря, удивлён, когда оказалось что за рулём неприметной иномарки серой окраски, стоявшей у моего подъезда, сидел сам глава Обряда. Любопытно и говорит о многом - по крайней мере, что и у них всё пошло не так, как они рассчитывали. Иначе к чему бы это?

Обрядовец, кстати, надо поинтересоваться как его зовут, молча кивнул мне, и мягко тронул машину. Хмыкнув, я взглянул на него в упор:

- Как Вас называть? И давайте на "ты".

- Договорились. - Едва разжимая губы произносит он. - Аркадий.

- Так вот, Аркадий. Я так понимаю, что у тебя всё пошло наперекосяк, не так ли? Не только гадатели опростоволосились? Что происходит на самом деле? - Запускаю руку в карман, отрывая среди набора разной ерунды пачку сигарет.

Обрядовец бросает на меня быстрый взгляд:

- Открой окно, если собираешься курить.

Выполнив его просьбу, щёлкаю зажигалкой, и выпускаю клуб дыма, мгновенно унесённый потоком воздуха. Решив, что пора напомнить ему о своём вопросе, оборачиваюсь.

Однако он уже начинает говорить, тихим и напряженным голосом:

- Всё действительно пошло одни архидемоны знают как. Мало того, что гадатели не успели. Так ещё и наши люди начали гибнуть один за другим. Разгромлен тайный храм Обряда. - Помолчав, Аркадий продолжил. - Он просто... сгорел. Группа, контролировавшая Александра - мертва. Сам отец девочки - убит. Некроманты в панике. Глава Чёрного Круга мёртв.

Отмечаю тот факт, что он уже очень плохо контролирует себя. Эти отрывистые фразы, которые он уже просто выплёвывает... Ещё бы - только что он был главой самой мощной организации "чёрных" во всей Столице, явно имевший планы на то, чтобы подгрести под себя всех остальных. А теперь - везде паника и разгром. Впрочем, я его не перебиваю, внимательно слушая новую информацию. Пытаясь оценить масштабы происходящего. Тем более, переведя дух, Аркадий уже продолжает.

- Кроме того, я не сказал всего по мобильному, логично, не так ли? Мы их совсем упустили, понимаешь? Дай закурить! - Обрядовца явно ведёт, он перескакивает с темы на тему слишком очевидно.

Молча протягиваю ему сигарету, терпеливо ожидая, пока он раскурится.

- И вот... Они уже собрались. В Столице. Все кто уцелел, со всех организаций, собираются в центре. Сейчас мы едем в точку сбора координаторов. Причём, этот дьявольский Клан собрался в одном из зданий в Инди-Городе.

- Я знаю это место. Даже изнутри. - Бросаю в ответ, вспоминая странный дом. - Там происходили их совещания несколько раз. Этакий ресторан не для всех. Только для них, когда они приезжают. У Клана есть деньги на такую точку. Взять штурмом будет... тяжко. Там много коридоров. Везде ловушки. У "официантов" будут скорострельные "стволы" ближневосточного производства.

- Прекрасно. - Выжимает из себя Аркадий, резко тормознув на светофоре.

Он замолкает, и я не собираюсь отвлекать его от самокопаний. Сделаю-ка я пару звонков по дороге.

Обрядовец косится на меня, наблюдая, как я набираю первый номер, но ничего не говорит. И то хорошо - у меня тоже нет настроения продолжать беседу. Да и внутри всё сжимается, настраиваясь на боевой лад, поэтому не хочется лишних слов и бесед. Безучастно глядя на проползающий мимо городской пейзаж, дожидаюсь щелчка в трубке.

- Привет, Артамонова! Ты сильно занята? Если даже так - нужна твоя помощь. Здесь и сейчас. Подъезжай на Инди-Город. В полном вооружении. Все подробности позже. Ну как?

- У меня есть иные варианты? - Задумчиво раздаётся недовольное бурчание колдуньи.

- Нет. Только сдохнуть поодиночке. - Резюмирую я.

- Через полчаса. Отбой.

Как только пошли короткие гудки, тут же набираю следующий номер из списка. И, конечно, слышу "Абонент временно недоступен". Не выдержав, издаю короткое ругательство. Аркадий вопросительно приподнимает брови. Снисхожу до объяснений, раз уж мы в одной архонтовой лодке:

- Предатель. Действительно - предатель. Из моего ближайшего круга.

- Осложняет ситуацию. Критично?

- Не знаю... - Протянув ответ, набираю ещё один номер, наудачу.

Как ни странно, но ждать пришлось лишь один гудок, после чего я слышу болезненный тихий голос, прокашлявший "Алло?".

- Елисей? - С самыми ласковыми интонациями, на которые способен, откликаюсь.

- Даже не знаю. - Очень лаконичный хрип в ответ. - Это Ярт?

- Именно, дружище. - выкидывая бычок в окно. - Так как ты там?

- Сбежал из больнички. Еду домой. Ломает. Но мы ещё поговорим о произошедшем... - Остаток фразы тонет в надрывном кашле.

- Где ты сейчас территориально? - Вопрошаю, оценив нити вероятностей, "на глазок".

- Твою ж... На Инди-Городе. Кофе пью, в бар заполз по дороге.

- Тогда мы поговорим сегодня. Даже практически сейчас. Это не обсуждается. - Прикрыв ладонью трубку, интересуюсь адресом сбора у прислушивающегося Аркадия, и диктую координаты места Елисею.

Сразу же нажав отбой, чтобы он не мог отказаться. Не до сантиментов и расшаркиваний мне, честно говоря. Сейчас же пригодится любой хромой калека, которого можно найти в помощь. Хотя бы как живой щит. Заодно и увидеть действие некромантского перстня с Иваном внутри, как я подозреваю.

- Сбор всех погибших частей! - Фальцетом гнусавит Аркадий.

Вздрагиваю от неожиданности, чуть не выронив телефон, и спешно запихиваю его в карман. Даже напугал, вот чертяка. Покосившись на обрядовца, медленно отвечаю:

- Что-то типа того, Аркадий. Пригодится всё, что ещё может стоять на ногах. Всё будет хуже, чем ты можешь себе представить.

- Уверен? - Сведя брови, смотрит он прямо на меня, оторвавшись от дороги.

- Следи за баранкой. Да, уверен.

Тот кивает и внезапно улыбается:

- Вот и проверим. Уже недолго осталось. Даже пробок особых нет. Пять минут и готово.

Молча киваю в ответ, закурив ещё одну сигарету. По всему телу начинает пробегать дрожь, даже озноб. Нити будущего сходятся вокруг нас. Для того, чтобы это почувствовать, даже не надо прикладывать особых усилий. Скоро всё решится.

***

Координаторы остатков "непобедимого воинства", как я только что окрестил наше сборище, молчаливо пили кофе. Кто просто кофе, а кто и с коньяком. Мы всё обсудили, всех обзвонили, всех собрали в разных точках вокруг здания, которое скоро будет подвергнуто штурму. Я хлебал третью кружку кофе с ликёром, бычкуя очередную сигарету. Сосредоточенные лица. Атмосфера пораженчества, смешанная с желанием победить несмотря ни на что, практически ощутимо витала в воздухе. Это было бы даже смешно - очень, очень влиятельные люди, рассчитывавшие ещё буквально сегодня утром, жить чуть ли не вечно, размышляют в этот момент о своей возможной скорой гибели. Проблема в том, что смеяться не хочется - ведь я среди них, в их числе.

А ведь осталось буквально несколько минут и мы все пойдём навстречу своей судьбе. Впрочем, почему это я допускаю такие упадочные мысли? Может быть, они и пойдут навстречу року. А вот я обязательно выживу, разберусь и с Кланом, и с врагом-манипулятором, заодно вытащу жену.

Кстати, пора выпить снадобье, открывающее мои глубинные возможности. Второй раз за две недели? Ох, боюсь, тяжко будет. Но всегда остаётся надежда, что мне не придётся потянуть спусковой крючок и я просто траванусь настоем, не вынуждая себя вновь открывать Другого.

Откопав в куртке нужную бутылочку, потягиваю крышку, с гулким щелчком оторвавшуюся от горлышка, и вливаю в себя содержимое, морщась от остро-противного вкуса. Быстро залакировав послевкусие кофе, остававшимся на дне чашки. Минут через десять моё подсознание начнёт бунтовать, и я смогу вызвать то самое состояние, которого так опасаюсь. Если захочу. Или если меня спровоцируют. Это одно и тоже, разве нет?

Из моих знакомых здесь была только добравшаяся Артамонова, ощутимо фонившая сдержанной злобой. Да Елисей, практически всё время молчавший и не принимавший участия в обсуждении. Ещё бы, при ближайшем рассмотрении, даже без энергетического зрения, видно что с ним происходит. Он умирает. Хотя нет, он уже практически мёртв телесно. Личность Ели держится ещё за остатки исчезающего живого бытия, постепенно уступая место мёртвому хладнокровию, пополам с безумием живого мертвеца, насильно удерживаемого некромантским перстнем в подобии жизни. И, при этом всём, ещё и с постепенно просыпающимися чертами Ивана, чья личность, искажённая посмертием, давит на сознание человека, сидящего напротив меня. Интересно, что же это такое получится? Неужели легендарный лич? Безумная нежить-колдун, сохраняющая черты своей настоящей личности и питающаяся... неважно, впрочем, чем питающаяся, не будем вызывать новые приступы тошноты. И так зелье уже начинает насиловать мой желудок своими компонентами. Пока же тот, кто сидит напротив меня, вполне готов следовать моим командам. Ведь тому, что остаётся от Ели - всё равно. Нежитью же просто манипулировать. Проявляющиеся же, даже внешне, кусочки, если можно так выразиться, Ивана - хотят мести. Так что всё нормально, он поможет, как сможет, конечно.

Аркадий скользнул взглядом по своим наручным часам, тихо промолвив лишь одно слово: "Пора". И, швырнув на стол пачку купюр, на сумму явно большую, нежели они все должны бару за напитки, поднялся на ноги.

Я поднялся вслед за ним, на секунду прикрыв глаза - меня ощутимо повело и в глазах вспыхнули яркие пятна - снадобье начало действовать, выкручивая моё нутро. Все присутствовавшие начали быстро вставать. Артамонова поправила рубашку на плече, нервно расправив пальцами несуществующую складку. Елисей, если его ещё можно так называть, обвёл мутным взглядом окружающее, уловил мой подстёгивающий мысленный посыл, и поднялся последним.

Один за другим мы вышли из дверей бара. За прошедшие полчаса на улице, где до того ярко светило весеннее солнце, собрались тучи и поднялся пронизывающий ветер, носящий по тротуару мусор. Поморщившись, поднимаю воротник куртки, кутаясь в неё поплотнее. И так у меня начался и не проходит этот противный озноб, идущий изнутри тела, в ответ на корёжащий организм "наркотик".

Нагнав Аркадия, идущего впереди, я прикоснулся пальцами к его плечу. Он быстро обернулся, вопросительно глядя на меня.

- Единственный вопрос. Кто нас прикроет потом от внимания Механизма? Будет шумно, однако.

- Это будет интересовать выживших. - Как-то безрадостно усмехнулся он в ответ. - Я уже об этом позаботился. Чешский Обряд был оповещен о ситуации предельного уровня. Он, исполняя договор о Братстве, безвозмездно перевел на нужные счета ощутимые средства. Механизм закроет глаза на всё что произойдёт сегодня с нашим участием. Заметь - совсем-совсем закроет своё недреманное око. Так что "скорая" тоже не приедет.

- "Скорая" меня интересует в последнюю очередь... Всё ясно.

Отстав от него, я проверил, как висит на поясе кинжал и быстро ли я могу выхватить его из ножен. Удовлетворившись полученным результатом, пожимаю плечами самому себе и натягиваю на голову капюшон толстовки, одетой под куртку. Ветер, да и капли дождя уже начали срываться с мокро-серого неба. Не выношу такую погоду. И весь этот день мне совсем не нравится! Даже когда мы ехали в подземелье за головами трухлявых сектантов - всё было веселее. Был настрой на победу, а не это уныние, которое захватывает даже меня, мешая сосредоточиться на гневе и прочих эмоциях, которые придают мне сил в таких ситуациях.

Повернув за угол, я увидел смутно знакомое здание. Ах, это же и есть секретный "ресторан" Клана. Давно я его не видел, много лет. С тех пор, как моих родственников окончательно изгнали и я сопровождал их домой после ушата злобы, вылитой всеми на отвергнутых неудачников. Конечно, никто не хотел выражать сочувствие тем, кто стал париями. Можно же случайно "замазаться" самим - стадный инстинкт пауков в банке. Надо обливать грязью "отступников" не менее активно, чем Хозяин Клана, чтобы на тебя не стали смотреть косо.

Прислушавшись к своим ощущениям, накидываю на себя полог защиты. Не той банальной, что обычно покрывает моё энергетическое тело, а туманной. Смазаться, перестать быть видимой, зримой целью. "Под покровом тумана" - пафосное, но чрезвычайно точно отражающее её эффект древнее название. Дочитываю про себя последние строчки заклинания, чувствуя, как вокруг меня рассыпаются незримые потёки дымки. Не попадут магией, если не будут бить в упор, держа руками. А в таком случае проще выстрелить из пистолета, что доказывает случай с Кормато.

***

Клинок со всхлипом вырывается из живота охранника. Его серые глаза ещё несколько мгновений сохраняют осмысленное выражение, ровно до тех пор, пока я вновь не всаживаю в его переносицу кинжал. Оттолкнув от себя падающее тело, подчиняюсь инстинкту и подсознанию, бешено сканирующему коридор вокруг меня, падаю на окровавленное тело, из которого выходит жизнь. Две короткие очереди пуль проносятся над моей головой. В распахнувшихся дверях, завершающих задрапированный зелеными тканями коридор, стоит ещё один охранник.

Понимаю, что следующие выстрелы будут точнее, и шепчу самому себе:

- Выпускаю то, что было скрыто...

Время ненадолго притормаживает свой бег, пока во мне вскипает яростная муть, поднявшаяся из самых глубин подсознания. Так легко и просто, после архонтова зелья...

Вскакиваю на ноги, оскальзываясь в крови, выпростав вперёд руку. Охранник раскидывает руки, роняя оружие, пока я вырываю его трахею. Как и всегда когда я выпускаю истинную суть, единство пространства-времени рассыпается на калейдоскоп последовательных картинок.

...Пробегаю по коридору, припадая к телу человека. Его горло разорвано, из него толчками струится горячая алая кровь. Запускаю ладони в его грудь, разрывая рёбра. Осколки крошки и требухи разлетаются в стороны, пока я вырываю его сердце. Ещё бьющийся орган оказывается в моих ладонях и я рычу нечто невоспроизводимое, на древнем языке даймони.

Из зала ко мне бежит некто. Это не человек-охранник, а клановец. Его лицо удлиняется, черные волосы размётываются по плечам, на скрюченных пальцах блестят когти. Швыряю заклятое сердце в него, поднимаясь на ноги.

Потомок эллэх-эхэ вскидывает руки, пытаясь притормозить и защититься, но ещё бьющийся орган врезается в его живот, и клановца оплетает кровавый туман. Ускоряясь, прыгаю под огромный стол, укрытый тяжелой зеленой скатертью. Позади меня появляется человек из штурмовой группы...

...Артамонова падает на колени, судорожно хватая ногтями расходящуюся рваную рану, проскользнувшую по её шее. Старый Бор-тэ, Видящий Клана, наносит новый удар своим жезлом, распарывая щёку колдуньи.

Рвусь ей навстречу через конференц-зал, раскидывая ненавистное зеленое тряпьё, метнув в Видящего свой клинок. Тот мгновенно падает навзничь, хватая дёргающуюся Артамонову за плечи, загораживая себя. Клинок всаживается точно между лопаток женщины, вызвав неестественный фонтан крови, хлынувший вокруг, окрашивающий тёмно-зелёное в ярко-красное.

Смех Бор-тэ стоит в моих ушах даже тогда, когда я отшвыриваю тело Артамоновой и утыкаюсь лицом в жезл Видящего. Тот медленно встаёт, продолжая издавать булькающие звуки. Зря он думает, что можно расслабиться, если жезл у моего лица.

Выпрастываю руку, хватая его за колено, и разрывая старую кость. Ведь он слишком стар для обычного человека, лишь магия держит его здоровым. Прикосновение и по его телу расползается очень ускоренное старение, заставляя его выронить жезл и завыть. Второй рукой хватаю его за плечо, удерживая в захвате. Его магия блокируется мной до того момента, пока с его тела, из-под одежды, не начинает шлёпаться на пол, выложенный шахматной плиткой, куски вонючей плоти. Жалко, но не удаётся довести дело до конца.

...С другого конца зала раскрывается одна из дверей и появляется новый "официант", стреляющий в меня от бедра. Где эти архонтовы людишки из штурмовиков? Почему я сражаюсь один?

В гневе отшвыриваю от себя тело Бор-тэ, и прыгаю под стол, скользя по ошмёткам гниющего мяса и кускам кожи, сползших с Видящего. Выскакиваю из-под стола, уже собрав энергию в два мутных шара у меня в ладонях. Два удара и охранник сползает по стене, бессмысленно выпуская в потолок весь магазин своего "узи".

Один взгляд - Бор-тэ ещё шевелится, пытаясь ползти к своему жезлу, опираясь на руки, с которых сползла вся кожа и часть мяса. Вскакиваю на стол и, примерившись, прыгаю вниз, прямо на его ладони. Дикий вопль звучит до тех пор, пока его голова не отделяется от тела. Вытираю клинок о его одежды, засовывая его в ножны. Судя по нитям жизни - в этой части здания больше нет никого живого. Надо идти дальше, где в агонии бьются многочисленные ауры, прямо в зал совещаний...

...Распятое тело Аркадия пришпилено тремя кинжалами прямо к дверям, за которыми находится зал, где выносились все решения Клана в Столице. По его застывшему, искаженному мукой лицу, ещё стекают потёки крови. Вся одежда изорвана. Под дверями в свёртывающейся крови валяется вырванный язык и несколько пальцев. Он знал свою судьбу. А я знаю, что там, в зале, меня ждёт Хозяйка Клана. Ещё я знаю о том, что времени в этом прекрасном, всеразрушительном, истинном обличье, у меня остаётся всё меньше. Не более десяти минут. Потом - мучительное возвращение, переход в Ярта - и не более. Если задержаться, быть восхитительно целостным, самим собой, дольше - я начну рваться, терять жизнь и тело, оно не сможет выдержать такое насилие. Со всем, что отмерено моей мирской грани, не больше. Боевиков и клановцев слишком много, коридоры и переходы слишком длинны. И где-то там, уже совсем недалеко, ждёт таинственный враг.

От осознания этой подставы, издаю дикий возмущенный рык, от которого с петель слетают двери, и Аркадий уносится в свой последний полёт вместе с кусками древесины куда-то внутрь огромного помещения.

Захожу вслед, трясясь от злобы, исходящей от меня пульсациями игл, вырывающимися из моего тела. Плитка крошится под моими ногами, зеленая драпировка рвётся и разлетается вокруг меня, как праздничный салют.

Фиксирую взглядом Её...

...Двоюродная бабушка Ярта стоит посреди зала, уперев руки в бока. Рядом с ней сидит на одиноко стоящем, посреди пустого помещения, кресле тётушка Ярта, держа гигантскими раздутыми руками кухонный нож. Его лезвие касается шеи связанной, лежащей под её пудовыми ногами, девочки. Дочери Александра. Моё внутреннее ощущение подсказывает, что по всему зданию идут жестокие смертоубийства. Но здесь - око бури. Только мы. Пока что...