Теория заговора для хипстеров

С теорией заговора покончено. Никакой «холодной войны» и спецслужб… Тут история куда более запутанная и куда более интересная.

Очень скучная игра

Футбол — самая популярная игра в мире. Финал последнего чемпионата мира посмотрело более двух миллиардов человек. Почти половина населения Земли на два часа оторвалась от своих дел и прильнула к экранам. Профессора и бомжи на некоторое время забыли о том, кто они, и следили исключительно за тем, как и куда полетит мяч. Можно с уверенностью сказать, что такой всплеск эмоций бывает только раз в четыре года. И все это благодаря футболу.

Хотя, положа руку на сердце, футбол — крайне скучная игра. Да, я настаиваю именно на такой формулировке. Если среди вас есть футбольные фанаты, то перед тем, как читать дальше, отложите книжку, встаньте, сделайте пару-тройку вдохов-выдохов, успокойтесь и подумайте: а что, собственно говоря, такого уж интересного в футболе? Игра — давайте признаем честно — просто скучная. Даже в самом напряженном поединке максимум десять — пятнадцать захватывающих моментов. Остальное время посвящено перекидыванию мяча в середине поля. Куча ударов в никуда, куча детских ошибок, когда профессиональные, казалось бы, футболисты вдруг начинают мазать мимо ворот, куча несправедливых решений судьи… Если забьют гол — его и не видно вовсе, особенно если сидишь на противоположном конце поля.

Сейчас, конечно, с этим полегче. По телевизору покажут гол в любом виде — сзади и спереди, снизу и сверху. Но от этого сам футбол интересней не становится. Другое дело — баскетбол, где количество заброшенных мячей превышает сотню. А взять волейбол, где даже в худшем случае увидишь минимум семьдесят пропущенных мячей. Можно долго перечислять — гандбол, бейсбол, американский футбол, регби и т. п. Везде есть динамика, везде постоянная атака, напряжение. Почти каждый удар может стать голом.

Лично я предпочитаю волейбол. Женский. И именно в зале. Там, кроме самой игры, видишь лица игроков, получаешь дополнительные эмоции. Нередко игроки с точки зрения эмоций за игру проживают целую жизнь. Ни в одном театре такого нет.

А люди почему-то предпочитают смотреть не эти захватывающие зрелища, а самый нудный вид спорта. Если попробовать понять почему, поговорить с футбольными фанатами, можно прийти к парадоксальному выводу. Все это — просто за компанию.

Парни увлекаются футболом, потому что это самый популярный вид спорта, потому что футболисты девчонкам нравятся, потому что деньги платят. А почему деньги платят? Почему девчонки тащатся от футболистов? Так повелось. Потому что других вариантов нет. Если ты футболист — ты крутой.

При этом если человек попал в футбол случайно (то есть не ради славы и бабла, а потому что просто любит спорт), то в футболе он, скорее всего, не удержится. Я видел этому достаточно примеров, преподавая в институте физкультуры, общаясь с гандболистами, регбистами, хоккеистами на траве и слушая их истории. А истории у всех одинаковые.

Я начал с футбола. Но как-то раз случайно попал на соревнования по регби (хоккею на траве, гандболу, волейболу и т. п.) и понял, что футбол — жуткая скучища. И с тех пор я играю в регби (и далее по списку). Это действительно круто, я получаю настоящее удовольствие — вот где настоящие спортивные баталии и настоящие победы.

Жаль только, что за исключением кучки фанатов это никому не нужно. Один мой знакомый гандболист, в прошлом чемпион России, сетовал: только что сборная по футболу в очередной раз с треском пролетела мимо какого-то там из международных соревнований, об этом говорят по всем каналам. Специальные передачи, обсуждения. Умные люди делают сложные выводы, даже гламурные поп-звезды свое мнение высказывают. А о том, что в тот же день сборная России по гандболу стала чемпионом мира, говорится одной фразой.

Почему? Это любой телевизионный продюсер объяснит. Потому что футбол приносит рейтинг. Потому что футбол смотрят. Поэтому про него и рассказывают, поэтому его и показывают. А почему его смотрят? Потому что только его и показывают. Что же еще смотреть? Замкнутый круг.

Если взять и вычеркнуть из телепрограммы все футбольные матчи и поменять их на регбийные, гандбольные и так далее, то очень скоро от самой популярной игры не останется и воспоминаний.

Рядом с моим домом есть регбийный стадион «Слава». Стадион вмещает полторы тысячи человек и на каждый матч наполняется под завязку. Это притом, что наша сборная никогда не занимала серьезных мест в мировом рейтинге, а наши клубы в еврокубках являются чаще всего мальчиками для битья.

Более того, на регби идет самая настоящая атака. Неофициально, конечно. Почему-то считается, то регби смотрят исключительно скинхеды и нацисты. Читал в интернете, мол, регбийные матчи постоянно заканчиваются стычками между болельщиками. Это полная ерунда — шанс получить по морде на футболе выше в десятки раз. Даже притом, что на охрану футбольных матчей брошены сотни полицейских, а стадион «Слава» охраняется всего несколькими охранниками из частной фирмы.

Еще один прекрасный вид спорта — хоккей с мячом. Исконно русский. На Западе его еще называют русским хоккеем. Здесь мы мировые лидеры и законодатели мод. Наверное, круче даже, чем американцы в американском футболе. Этот вид спорта чрезвычайно популярен в провинции — и особенно в северных и сибирских городах. В Архангельске и Красноярске на матч по русскому хоккею собирается 30 000 человек, а ведь он проходит на открытом воздухе в двадцатиградусный мороз. При такой погоде на футбол в Москве просто никто не придет, даже если это будет финал чемпионата мира. Но не показывают по телевизору матчи по русскому хоккею.

Кому-то очень не хочется, чтобы регби или хоккей с мячом становились популярными видами спорта. Вот они и остаются где-то далеко, на периферии. Даже хоккею с шайбой никак не одолеть футбольного колосса.

Несколько лет назад после очередного проигрыша сборной России в массы был брошен лозунг: «Наш спорт — хоккей». И хоккеисты действительно не подвели — стали чемпионами мира. Про них даже несколько телепрограмм сделали. Казалось бы, еще немного и… Но через пару месяцев страна снова стала наблюдать за тем, как наши клубы громят в еврокубках.

Даже теннис не смог подвинуть футбол. Еще какие-то лет двадцать назад этот вид спорта в нашей стране был экзотикой. Потом в теннис начал играть президент, а за ним и всякие депутаты с миллионерами — и вот Россия стала одной из крупнейших теннисных держав. За пятнадцать лет россияне взяли в теннисе решительно все трофеи — хотя до этого на протяжении всей советской истории барахтались где-то далеко внизу.

Площадь перед спорткомплексом «Олимпийский» была забита лимузинами в те дни, когда там проходил Кубок Кремля, финал молодежных турниров собирал тысячи зрителей. Ну наконец-то… Ан нет.

Старый президент сдал пост, и теннис снова ушел в тень. Вместе с деньгами и покровителями. А ведь наши теннисные звезды были впереди планеты всей. Не говорить о них вроде как нельзя. Но телевизионщики и журналисты вывернулись грамотно. Они о теннисистах, конечно, пишут. Но вовсе не об их спортивных достижениях — зато о том, с кем там у Маши Шараповой роман и как грабили дом Динары Сафиной.

В общем, все что угодно, кроме самого спорта. Чтобы никто лишний раз не увидел теннисный матч и не понял, что он круче футбольного. Не положено смотреть хорошие игры — нужно смотреть футбол.

Болельщики матерятся, ругают на чем свет стоит ленивых игроков, но все равно смотрят. А почему — объяснить не могут. Отговорка «другой сборной у нас нет», конечно же, не катит. Другие сборные у нас есть — и в хоккее, и в волейболе… Но почему-то наше внимание все время обращено на футбол, как будто какая-то сила притягивает нас к нему. Что же это за сила такая?

Несуществующая история футбола

Пытаясь разобраться, я внимательно изучил историю футбола. Но увы, я потерпел фиаско. Потому что такой истории нет. О футболе написаны тысячи книг, подробно описывающие и все чемпионаты мира, и то, как именно забивали Пеле и Марадона, и в каких трусах стоял в воротах Лев Яшин. Вот только все это относится к ХХ веку. То есть когда футбол был уже популярен. Но мне-то было интересно узнать, почему и как он таким популярным стал! Многие виды спорта зародились достаточно давно — например, регби, крикет, волейбол, хоккей, но только в XIX веки приняли ту форму, в которой мы сейчас их знаем. И интересен как раз тот самый момент, когда разные игры только начали завоевывать мир. Интересно получить ответ — а почему, собственно говоря, футбол завоевал мир? А не регби, теннис или что-то еще.

По поводу хоккея с шайбой более-менее понятно — все-таки это зимний вид спорта, и в него играют в тех странах, где есть снег и лед. Но не все виды спорта имеют такие ограничения — и только футбол почему-то популярней всех.

Разные историки дают разные объяснения этому факту. Самое популярное из них в том, что современный футбол зародился в Британии — а Британия на тот момент была главной мировой империей и своим культурным влиянием навязала его всему миру. Доводилось читать и о том, что футбол был чрезвычайно популярен среди моряков. Пока они плыли — а в XIX веке морские путешествия продолжались долгие месяцы, — играли в футбол, в силу его простоты. А выйдя на берег, рассказывали об этой игре местным жителям… Ну и пошло-поехало.

Неплохо звучит. Вот только на самом деле все не так.

Да, Великобритания была крупнейшей державой. Давайте перечислим ее тогдашние владения, хотя бы основные. Их было достаточно: Австралия, Канада, Новая Зеландия, а кроме них английскими колониями были Египет, Индия, Китай, территория современной ЮАР, Фиджи… и так далее.

А теперь назовите среди этих британских колоний хоть одну великую футбольную державу.

Сборная ЮАР, хозяйка чемпионата мира 2010 года, позорно вылетела, не пройдя даже групповой турнир. Невиданный случай за всю историю мировых чемпионатов, когда хозяйка турнира не доходит даже до стадии плей-офф.

А чем нам запомнился тогдашний чемпионат? Да разве что вувузелами, этими дурацкими дудками, в которые дудели болельщики и из-за которых ничего не было слышно.

Где фантастические победы Австралии или Новой Зеландии? Конечно, Австралия периодически пробивается в финальную стадию, но считается по большей части аутсайдером. Примерно то же самое можно сказать про Индию и Китай.

С Китаем вообще отдельная история. За последние несколько десятилетий китайцы стали лидерами и завоевали решительно все что можно, даже в таких нетипичных для страны видах спорта, как фехтование. В любой летней олимпиаде китайские спортсмены — однозначные фавориты. Но… К футболу это не относится. В футболе китайцы как были где-то в серединке, так там и остаются.

Вы скажете, в Китае нет своей футбольной школы? Дело не в этом. Лет тридцать назад в Китае вообще мало было спортивных школ, но поди ж ты — за пару десятков лет пробились в лидеры во многих соревнованиях, и тренеров нужных наняли, и спортсмены нашлись.

Напомню, что людей в Китае два миллиарда, а стать известным спортсменом — один из немногих шансов выбиться в люди. Добавим сюда знаменитое китайское трудолюбие. В общем, если бы партия кинула клич — сразу нашлось бы море желающих тренироваться до потери пульса. Может, и не стали бы сразу чемпионом мира, но как минимум ближе к элите подобрались. И параллельно с ширпотребом снабжали бы весь мир еще и китайскими футболистами. Благо от Китая точно не убудет.

Но почему-то не развивается футбол в Китае. Играют, конечно, чтобы поддержать определенный уровень, но больших шагов вперед не было и нет. Не странно ли?

Может, они не развивают футбол, потому что смысла нет? Мол, футбол — это всего-навсего одна медаль, в то время как в фехтовании или стрельбе их десятки. Смысла нет… Хорошая идея. Но ведь, с другой стороны, давайте признаем, что золотая медаль чемпионата мира по футболу значит гораздо больше, чем десятки олимпийских медалей по всем остальным видам спорта.

Кто помнит фамилии олимпийских чемпионов по фехтованию, гребле или боксу? Никто, кроме самых отъявленных фанатов. А вот имя чемпиона мира по футболу знают все. Более того — если бы не футбол, разве бы знал среднестатистический обыватель что-нибудь о Бразилии и Аргентине? Ничего он о них не знает, кроме того, что там много диких обезьян и Марадона с Пеле. А так — не только про Аргентину с Бразилией знают, но и про Уругвай с Парагваем. Потому что Уругвай — первый чемпион мира по футболу, а в Парагвае — вратарь, такой лысенький, по фамилии Чилаверт, очень эффектный. Был.

Так что, показав хороший результат в чемпионате мира по футболу, Китай значительно улучшил бы свой имидж и показал бы латиносам, кто в футболе хозяин. И вряд ли руководство Китая об этом не знает. Знает, конечно, но упорно отказывается развивать футбол. Вероятно, на это есть свои причины. И причины настолько веские, что можно и пожертвовать международным имиджем своей страны.

Впрочем, речь сейчас не о Китае, а о том, как футбол распространялся в английских колониях. А никак. Вместо этого там есть другая английская игра — регби. Сборные Австралии, Новой Зеландии, ЮАР, Тонга являются одними из лидеров мирового регби, во многом давно обскакавшими родоначальников этого спорта — англичан.

Более того, на примере ЮАР можно увидеть качественно разную публику регби и футбола. В регби играет поголовно все белое население страны — то есть потомки англичан-колонизаторов. Футбол же является игрой коренного населения. Вот только развивают они его крайне неудачно.

В Америке регби развито не так хорошо, как в Австралии, зато там есть американский футбол — игра, созданная на основе регби. В американском английском даже слово football означает, собственно говоря, американский футбол, в то время как для европейского футбола используется слово soccer. Американский футбол является второй по популярности национальной забавой. На первом месте — бейсбол, игра, созданная на основе другой — английского крикета. В обеих играх суть одна и та же. Просто у аристократического английского крикета сложнее правила, а бейсбол гораздо проще и понятней.

А традиционный футбол в Америке не входит даже в десятку самых популярных игр. Когда в девяностые годы Америка принимала у себя чемпионат мира по футболу, то выяснилось, что половина страны не знает правил игры — их американские зрители изучали уже по ходу чемпионата. И вообще, в мировом футболе США известны почти исключительно тем, что там в свое время заканчивали карьеру такие звезды, как Пеле и Дэвид Бэкхем. За второго, помнится, заплатили серьезные деньги, но, скорее, не как за футболиста, а как за имиджевую фигуру. Ведь Бэкхем был одним из популярнейших секс-символов и в США был известен прежде всего как звезда рекламных контрактов. Рассчитывалось, что с переездом Бэкхема в Лос-Анджелес интерес к соккеру у американских болельщиков (и болельщиц) вырастет.

Но это не сработало. США как были, так и остаются на задворках футбольного мира.

В Австралии, кстати, тоже существует своя разновидность футбола, так и называется — австралийский футбол. От традиционного футбола он взял только название. Этот вид спорта скорее похож на синтез американского футбола и регби. Сейчас он потихоньку набирает обороты. Если раньше австралийский футбол был распространен только в странах Океании, то теперь первые его общества появились и в Европе.

А одному моему товарищу предлагали создать лигу австралийского футбола в России. Австралийское посольство готово было оплатить все расходы. Австралийцы давно мечтают, чтобы австралийский футбол стал олимпийским видом спорта. Но для этого необходимо выполнить стандарты: в частности, должны быть созданы лиги данной игры не менее чем на трех континентах, в чемпионатах должно участвовать определенное количество стран и т. п.

Австралийцы предлагали отличные условия: нужно было набрать вышедших в тираж регбистов, провести с ними пару тренировок по австралийскому футболу, а затем сборную вывозили бы раз в год на чемпионат мира в Австралию. Для массовки. Увы, эта затея провалилась по причине отсутствия в России поля, пригодного для австралийского футбола (оно почти в полтора раза больше футбольного). Но кое-где в странах бывшего СССР затея удалась. Такими темпами через три-четыре олимпиады австралийский футбол станет олимпийским видом спорта.

Так что вряд ли футбол разошелся по свету благодаря влиянию Британской империи. Регионы Великобритании — Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия — каждый имеют собственную лигу и собственную сборную, участвующую в международных соревнованиях. Так вот, эти сборные, несмотря на близость к Англии и ее непосредственное влияние, — слабые. Это странно.

Последние 50 лет наиболее влиятельной державой являются США. Однако типичные для Штатов бейсбол и американский футбол не стали популярными в мире. В бейсбол играют на Кубе и в Мексике, в Японии, в Австралии, кое-где в Африке. Даже в России существует несколько бейсбольных команд, но до уровня популярности футбола им очень далеко.

И напротив, самыми футбольными странами в мире являются страны, далекие от Британской короны. Это испаноговорящие и португалоговорящие страны Латинской Америки, а еще Франция — у которой с Англией давние размолвки, Германия — которая в двух мировых войнах была соперницей Англии, и, наконец, Италия. Где же здесь английское влияние? Испания и Италия являются даже более «футбольными» европейскими странами, нежели Англия.

Напомню, что сборная Англии была чемпионом мира только один раз — в далеком 1966 году, да и то не без помощи судьи. А хваленые английские клубы уже давно набиты талантливыми иностранцами. Именно поэтому местные титулованные игроки, такие как Джон Терри или Уэйн Руни, там бешено популярны — просто потому, что их мало.

Что же объединяет эти футбольные страны?

Семь смертных грехов

Давайте составим список главных футбольных держав. Это будут страны, которые становились чемпионами мира. Их восемь: Уругвай, Италия, Германия, Бразилия, Англия, Аргентина, Франция, Испания. Именно эти страны и определяют футбольную политику во всем мире. А теперь попробуем найти между ними какое-нибудь сходство. Что роднит их кроме футбола? Тут мы попадаем в тупик. Сходства между ними нет. Среди этих стран есть и бедные (Бразилия), и богатые (Англия), и пуританские (Испания), и более чем либеральные (Франция), и аграрные (Аргентина), и промышленные (Германия).

Давайте вычеркнем из данного списка всего одну страну, лишнюю. И последовательность сразу будет найдена. Какая эта страна? Правильно — Англия, родоначальница футбола.

Остаются Уругвай, Италия, Германия, Бразилия, Аргентина, Франция, Испания. Что объединяет эти страны? Все они — католические. Какие-то в большей степени, какие-то в меньшей, но тем не менее.

Приведем небольшую статистику — процент католиков среди населения по странам.

Аргентина — 92%

Бразилия — 73,6%

Германия — 34%

Испания — 94%

Италия — 90%

Уругвай — 58%

Франция — 60%

Исключением в плане того, что католиков меньшинство, является только Германия, но исключение это спорное. Главные футбольные клубы Германии — «Бавария» (Мюнхен), «Боруссия» (Дортмунд), «Вердер» (Бремен). А в каких городах католиков больше всего? Да вот в этих.

Продолжим список католических стран. Не будем упоминать карликовые государства — просто в силу того, что в них не может быть сильного футбольного чемпионата, потому что не может быть много футбольных команд.

Австрия — 73,6%

Боливия — 95%

Бельгия — 75%

Венгрия — 52%

Ирландия — 88%

Колумбия — 98%

Куба — 85%

Мексика — 91%

Парагвай — 90%

Перу — 90%

Польша — 89,8%

Португалия — 91%

Словакия — 69%

Словения — 58%

Хорватия — 88%

Филиппины — 80%

Чили — 70%

Эквадор — 95%

Теперь возьмем статистику лучших сборных команд за всю историю чемпионатов мира. Сколько раз та или иная команда занимала призовые места чемпионата мира? Медали вручаются за первые четыре места.

Не кажется ли вам, что эти списки похожи?

Исключением являются разве что сборные СССР, Турции, Болгарии, Южной Кореи, Нидерландов и Швеции. Основой сборной Югославии в большинстве случаев были хорваты, и после распада Югославии именно Хорватия является сильнейшей из команд бывшей Югославии. В сборной Чехословакии словаков была примерно треть, но Чехия — страна, не чуждая католицизму (католики составляют почти четверть населения).

Обратное исключение представляют Боливия, Куба и Филиппины. Однако боливийская сборная является регулярным участником чемпионатов мира, и боливийский чемпионат считается одним из сильнейших в Латинской Америке. Куба на протяжении второй половины ХХ века была под жестким коммунистическим гнетом, хотя до победы коммунизма являлась первой страной Карибского бассейна, которая участвовала в финальной части чемпионата мира в 1938 году и даже вышла в четвертьфинал. Ну а Филиппины — это совершенно другой мир.

Можно в качестве примера взять и другой список — текущий рейтинг ФИФА, то есть лучших сборных мира. На осень 2013 годаон выглядел так:

1. Испания

2. Аргентина

3. Германия

4. Италия

5. Колумбия

6. Бельгия

7. Уругвай

8. Бразилия

9. Нидерланды

10. Хорватия

11. Португалия

Без комментариев. Исключение составляют разве что Германия (про нее мы уже говорили) и Нидерланды. А в Нидерландах похожая ситуация. Процент католиков в стране невелик — всего 26 %, но главный нидерландский футбольный клуб «ПСВ» как раз родом из района Хертогенбос, где католики составляют 67,5 %.

Впрочем, в Европе и Латинской Америке католичество является традиционной религией. Поэтому возьмем статистику по африканским странам, где оно менее распространено. Опять же, не берем малочисленные государства — в Кабо-Верде католиков 93 %, но общее население меньше 500 000 человек. О какой футбольной державе может идти речь!

Главные католические страны Африки

Ангола — 92%

Бурунди — 62%

Демократическая Республика Конго — 55%

Республика Конго — 50,5%

Камерун — 25,68%

Кот-д’Ивуар — 40%

Гана — 25%

Нигерия — 24 % (но речь идет о 30 000 000 человек.)

Руанда — 56%

Замбия — 26%

Количество побед африканских команд в кубке Африки

Египет — 7

Гана, Камерун — 4

Нигерия — 3

Демократическая Республика Конго — 2

Судан, Тунис, Замбия, Кот-д’Ивуар, Эфиопия, Алжир, ЮАР, Марокко, Республика Конго — 1

Среди пяти лучших команд Африки большинство — из католических стран. Пусть вас не смущает относительно небольшой процент католиков в Камеруне и Гане — собственно говоря, в футбол играют именно они. Сельское население исповедует другие религии, в том числе туземные культы, но в футбол оно не играет, а может, и вообще не знает, что это такое. Отрицательным исключением в данном случае являются Ангола и Бурунди, но это исключительно нищие, неблагополучные страны с постоянными вооруженными конфликтами, им просто не до футбола.

Даже на примере республик СССР данная статистика работает. Главной прибалтийской командой в СССР был вильнюсский «Жальгирис», который постоянно играл в высшей лиге. А там команд из Латвии и Эстонии отродясь не бывало. А Литва является самой католической из прибалтийских стран — католики составляют 78 %, в то время как в Латвии только 17 %, а в Эстонии 36 %.

Разумеется, читатель, разбирающийся в футболе, тут же приведет противоположные примеры — российские, украинские, грузинские клубы, которые и в период СССР и после играли на высоком уровне. «Динамо» Тбилиси был даже обладателем Кубка Кубков — третьего по ценности европейского футбольного трофея семидесятых годов. Но ни в России, ни на Украине, ни в Грузии католицизм не является преобладающей религией. В случае с Украиной вообще все наоборот: самая католическая часть страны — Западная Украина — является наименее футбольной. А тон в украинском футболе задают как раз клубы из Центральной и Восточной Украины, где больше распространены православие и атеизм.

Список европейских стран, где католицизм не является преобладающей религией, тоже внушителен.

Азербайджан — 0,03%

Албания — 14%

Белоруссия — 17%

Великобритания — 14%

Грузия — 1,8%

Греция — 0,41%

Дания — 2%

Исландия — 3%

Республика Косово — 3%

Латвия — 17%

Македония — 1%

Молдавия — 0,46%

Норвегия — 5%

Румыния — 8%

Сербия — 6%

Финляндия — 0,41%

Швеция — 1,62%

Эстония — 0,36%

Есть среди этих стран хоть одна крутая футбольная держава? Да, Дания и Греция, бывало, выигрывали чемпионат Европы, но это скорее исключение из правила. Все-таки в футбол лучше всего играют именно в католических странах. И это явно неспроста. Но насколько футбол соответствует духу католицизма (и христианства)?

Говорить будем о семи смертных грехах. Это гордыня, зависть, гнев, уныние, сребролюбие, чревоугодие, похоть. В православии грехов восемь: чревоугодие, прелюбодеяние, сребролюбие, печаль, гнев, уныние(лень), тщеславие, гордыня.

Как эти грехи представлены в самой популярной в католических странах игре?

Начнем с гордыни. Для этого возьмем несколько выпусков спортивных журналов и газет, почитаем интервью футбольных звезд, особенно перед ответственными матчами, — и поищем там хоть что-нибудь, кроме гордыни. Даже фразы «мы уважаем соперника» и «победить может каждый» кажутся откровенным анахронизмом. Понятно, что никто соперников не уважает. Мы самые крутые, а все остальные — никто. Вот главная мысль подавляющего числа футбольных интервью. Все это, разумеется, переносится и на поле. Достаточно вспомнить знаменитое видео с Андреем Аршавиным после поражения сборной России в битве со сборной Греции. Тогда сборная России на чемпионате мира попала в простейшую для себя отборочную группу с Чехией, Польшей и Грецией. Первый матч — разгром сборной Чехии со счетом 4:1; второй — ничья с Польшей (самой слабой командой на турнире); и последний матч — с Грецией, где сборная России продула 0:1 и паковала чемоданы.

Сразу после поражения в интернет попал видеоролик, снятый вип-болельщиками в холле люксового отеля. Где капитану сборной России Аршавину даже не пришло в голову извиниться перед болельщиками за проигрыш и унылую игру. Он искренне не понимает, что команда сыграла откровенно плохо.

Кто не видел этот ролик — поищите на youtube. Посмотрите и скажите: есть ли какое-то объяснение данному поступку Аршавина — кроме того, что его обуяла гордыня?

Прогуляемся по другим ссылкам, посмотрим, в какой манере дают интервью другие современные футболисты. Манера одна — презрение к окружающим. Вспомним другие эпизоды, например, когда игрок «Зенита» и сборной России Александр Анюков наезжал на тренера «Спартака» и легенду российского футбола Валерия Карпина с фразой «ты кто такой». В то же время и сам Карпин, если судить по его интервью, уверен в собственной непогрешимости. В общем, гордыня обуяла футбол. И наш, и мировой. Наш — в большей степени.

Поскольку гордыня — корень остальных грехов, то и другие тоже присутствуют. Например, зависть. Неужто не являются объектами зависти футболисты, получающие бешеные гонорары? Скажете, что они не за красивые глаза получают эти деньги, а много трудятся? Ну, они не одни трудятся — другие спортсмены тоже вкалывают, но футболисты получают всё. Был по телевидению репортаж: известный футболист приезжает в детский дом на крутой тачке. Конечно, дети тачку обступили, рассматривают. Футболист заявляет — хотите такую же? Играйте в футбол!

Футбольные звезды являются главным объектом зависти на протяжении последних десятилетий. И деньги большие, и девчонки на них виснут, и президенты руки жмут. О том, что для того, чтобы этого достичь, нужно много работать — молодые болельщики не думают. Да это и не важно. Важно, что благодаря футболу зерно смертного греха зависти прорастает в их душе.

И внутри любой футбольной команды зависти достаточно. Менее талантливые завидуют более талантливым, за места идет постоянная грызня, завидуют тем, кто ходит в любимчиках у тренера, завидуют тем, кто распределяет денежные потоки, завидуют тем, кто обаятелен и кого любят журналисты.

А чего стоит ситуация на поле, когда бездарные футболисты травмировали талантливых форвардов. Один из самых известных случаев — матч 1966 года Бразилия — Болгария, когда болгары, не имевшие никаких шансов на победу, травмировали самого Пеле.

Конечно, эта ситуация типична не только для футбола — в любом коллективе есть завистники. Но в футболе слишком высоки ставки — соответственно и уровень зависти слишком высок. Зависти в футболе настолько много, что она регулярно выплескивается даже за пределы раздевалок и стадионов.

Из последних примеров — скандалы с Игорем Денисовым сначала в «Зените», затем в «Анжи». Почему это западные звезды получают денег больше, чем он, Игорь Денисов? Кстати, скандал в «Анжи» оказался для команды фатальным, во многом из-за нездоровых отношений внутри коллектива. А ведь Денисов является капитаном сборной России и, казалось бы, должен подавать пример…

От зависти недалеко и до гнева. И уж чего-чего — а гнева в нашем футболе предостаточно. Как на поле, так и за его пределами. Почти каждая игра сопровождается гневом. Гневаются футболисты друг на друга, на судью и на соперников. Наберите на youtube «драка на футболе» — получите несколько тысяч ссылок. Сколько примеров есть, когда игроки нападали друг на друга без всяких поводов, плевались, дрались, били ногами лежачих, когда из-за драк на поле останавливались матчи. Сколько гнева идет с трибун в адрес судей. А про количество драк среди футбольных фанатов вообще можно многотомник издать. Вот только самые известные:

1955 — драка между фанатами «Наполи» и «Болоньи» по причине назначенного пенальти. На поле и трибунах возникли массовые беспорядки со стрельбой. В результате 152 человека ранено.

1968 — перестрелка болельщиков после матча «Ривер Плейт» и «Бока Хуниорс» в Аргентине. Погибло 74 человека.

1969 — в перестрелке болельщиков в Терции погибло 10 человек и 102 ранено.

1969 — война между Гондурасом и Сальвадором после поражения гондурасцев в отборочном матче чемпионата мира 1970 года. 3000 убитых и 6000 раненых.

1976 — массовая драка на матче Камерун — Конго. Два человека погибло.

1981 — беспорядки во время матча «Олимпиакос» и «АЕК». 20 человек погибло.

1985 — драка фанатов «Ливерпуля» с фанатами «Ювентуса». 39 человек погибло и 500 ранено.

1991 — драка на футболе в ЮАР. Погибло 42 человека.

1996 — драка в Гватемале. Погибло 82 человека.

2008 — драка в Бутембо (Демократическая Республика Конго). Массовая драка на стадионе после того, как вратарь одной из команд попытался наложить на соперников чары. В результате погибло 11 человек.

2012 — массовая драка на футболе в Египте. В результате погибло 73 человека.

И это только самые известные примеры. Да просто наденьте на себя розу (фанатский шарф с цветами той или иной команды) «Ливерпуля» и попробуйте прогуляться по рабочим кварталам Манчестера. Драка гарантирована — и это в толерантной и цивилизованной Англии. А что произошло бы в Египте или Бразилии — представить страшно.

Но драки же происходят не просто так? Правильно — именно гнев является отцом драки. Гнев распространяется среди болельщиков, как вирус. Чему прежде всего учится человек, впервые попавший на стадион? Правильно: ненавидеть команду соперников. Почему? Да просто потому, что они соперники. Лично был свидетелем случая, когда в большой компании за одним столом сидели двое парней, прекрасно общались, шутили, братались — а потом выяснилось, что они болеют за разные футбольные клубы. Через пять минут дело закончилось дракой. Оба были готовы буквально порвать друг друга.

Футбол распространяет беспричинный, звериный гнев. Как среди футболистов, так и среди болельщиков.

Следом загневом следует уныние. Любой матч непременно им закончится. Потому что победа только одна. И при любом исходе всегда будут люди, которые недовольны результатом. С унынием уходит с поля проигравшая в финале чемпионата мира команда. А вместе с футболистами в уныние погружается полмира.

Особенно обидно, когда проигрыш вообще не вытекал из логики игры. Таких случаев достаточно — рикошет, штанга, несправедливое решение судьи. Последнее погружает в уныние сильнее прочих причин.

Футбольные судьи знают об этом — поэтому число судейских ошибок не снижается. И не делается ничего для того, чтобы снижалось. В настоящий момент средств и возможностей для того, чтобы судейские ошибки минимизировать, достаточно. Можно организовать съемку матча (это давно уже не сложно и не настолько дорого) и самые спорные моменты потом прокручивать и принимать объективные решения.

В хоккее с шайбой такая система действует давно и доказала свою эффективность. Но нет! Руководство ФИФА категорически против. Они считают, что это убьет интригу футбола. Ну да, если считать судейские ошибки интригой.

Вместо этого за каждыми воротами ставят по дополнительному судье, чтобы они наблюдали за голевыми ситуациями. Неэффективность данной системы была продемонстрирована всей Европе в рамках чемпионата Европы 2012, когда в матче Украина — Англия у Украины попросту украли гол. Гол был забит чисто, но главный судья его не засчитал. А судья, стоявший за воротами, профукал этот момент. Посмотреть видеозапись же, доказывавшую, что гол был, — нельзя.

При этом ФИФА твердит о том, что играть нужно честно. Но какая может быть честная игра, если судьи не в состоянии определить, забит гол или нет?! Футбольные фанаты недоумевают, почему нельзя ввести видеоповторы хотя бы на ключевых матчах. Например, официальные матчи сборных или высшие лиги национальных чемпионатов — где каждый матч и так снимается. В качестве причины отказа только и остается назвать косность футбольных руководителей.

Но на самом все не так. Именно постоянная несправедливость в футболе, когда не засчитываются забитые голы, когда игроков удаляют с поля за нарушения, которых они не совершали, когда на пустом месте назначаются штрафные и пенальти, — дает главную причину для гнева и уныния болельщиков. Согласитесь, одно дело — честно проиграть, другое дело — проиграть в результате несправедливого решения!

Ну а за унынием следует сребролюбие. Поклонение золотому тельцу. Жажда наживы. Да, деньги нужны всем. Но в футболе доходит до совершенно нереальных сумм. Главный критерий оценки игрока — это отнюдь не его умение забивать голы, а трансферная стоимость. Чем выше стоимость, тем круче игрок. И трансферные суммы действительно зашкаливают. Так, Криштиану Роналду был куплен мадридским «Реалом» за 93,6 млн евро. Гарет Бейл — за 100 млн евро. Зинедин Зидан — за 73,5 млн евро.

Наши клубы, конечно, отстают — самый дорогой игрок чемпионата России, бразилец Халк, стоит «всего лишь» 60 млн евро.

А с чего все началось — в 1893 году самый дорогостоящий трансфер в футболе составлял какие-то 100 фунтов стерлингов. Это была продажа футболиста Вилли Гроувза из «Вест Бромвича» в «Астон Виллу».

Последние 30 лет особенно заметен рост цен. Если в 1982 году один из лучших футболистов ХХ века, сам Диего Марадона, был продан «Барселоне» за 3 млн фунтов, то теперь подобные суммы считаются детскими. Даже какой-нибудь Динияр Билялетдинов (хороший игрок, не спорю — но до уровня Марадоны он не дотягивает явно) сейчас стоит 10 млн евро.

Притом, заметьте: эти деньги получает не игрок. Эти деньги получает клуб, продав своего игрока другому клубу. Можно продать дом или машину. А можно ли продать человека? Давайте называть вещи своими именами: это самая обычная работорговля, пусть и на очень высоком уровне. Человек обязан сменить место жительства, играть не за тот клуб, за который хочет, — а за тот, который скажут, и так далее.

Вот слова Раймона Копа, французского футболиста: «Смешно сказать, но в середине ХХ века футболист может быть продан или куплен без его согласия. Это же рабство! Когда мне едва исполнилось 16 лет, мой отец отдал меня клубу „Анжерс“ за 100 000 старых франков. Затем этот клуб продал меня „Реймсу“ за 1 800 000, а тот в свою очередь мадридскому „Реалу“ за 52 миллиона. Я не получил из этих денег ни гроша».

Впрочем, футболистов, наверное, жалеть не стоит. Не знаю, как в середине ХХ века, а сейчас любой парень, едва начав карьеру футболиста, спит и видит, чтобы его поскорее купили — то есть хочет оказаться в положении раба. Более того, трансферными суммами гордятся.

Игрокам тоже достается многое — суммы личных контрактов достаточно велики. Роналду получает 12 млн евро в год. Не отстают от него Уэйн Руни — 11,5 млн евро в год и Лео Месси — 11 млн. Конечно, это лучшие игроки мира. Но и у нас, в отечественном футболе, тот же Аршавин, — которого «Арсенал» так никуда и не продал, ибо желающих не было, — в «Зените» получает 2,5 млн евро в год. Это гроши после зарплаты в «Арсенале» — 4,5 млн евро в год, а ведь там он все больше на скамейке запасных сидел.

Вспомним конфликт Игоря Денисова с руководством «Зенита». На эту тему так и было сказано на официальном сайте клуба: «Игрок в ультимативной форме отказался выйти на поле в матче против „Крыльев Советов“, требуя пересмотра личного контракта. Данные требования, которые клуб считает необоснованными, Денисов впервые озвучил еще в мае. Контракт с Денисовым действует до 2015 года, и его заработная плата — одна из самых высоких не только в футбольном клубе „Зенит“, но и во всем российском чемпионате». Конфликт возник из-за того, что пришедший в «Зенит» бразилец Халк имел зарплату гораздо выше, чем у Денисова.

На зарплату обращают внимание прежде всего. Ради чего футболисты едут из теплой цивилизованной Европы в холодную Россию? (А потом обратно.) Ну не ради спорта. Ради денег. Ради денег в далекий Дагестан переехал всемирно известный камерунский футболист Самюэль Это’о — а как деньги кончились, так тут же и свалил. Ради денег тренером сборной России стал голландец Дик Адвокат, а потом ради денег же ее и бросил.

Зарплата — главный показатель крутости игрока. Но как будто этого мало, есть и другие способы заработка. Например, рекламная деятельность: большинство известных футболистов что-то рекламируют. Дэвид Бэкхем рекламировал уже все что можно, от трусов до парфюма, Аршавин — чипсы и газировку. А еще бизнес, которым занимаются футболисты — рестораны, отели и так далее. И им все мало!

А у футболистов все есть. Они живут в лучших отелях, летают только бизнес-классом, спортивные футбольные базы похожи на виллы богачей. У них должно быть все самое лучшее. Болельщики со стажем вспоминают времена, когда футболисты сами шили себе форму, тренировались на асфальте, когда был один мяч на всю команду. И выигрывали же… Но теперь главное — деньги. А где сребролюбие — там и чревоугодие.

Казалось бы, спорт и обжорство, а уже тем более пьянство — несовместимы. Но про загулы футболистов можно снимать сериалы. И к их загулам публика относится довольно снисходительно. Не беда, что пьяный игрок «Зенита» Ионов угрожал полиции. Не беда, что перед ответственным матчем Словения — Россия половина сборной тусовалась в дорогом ресторане, распивая коньяк, — и в результате на чемпионат мира поехала сборная Словении.

О чревоугодии того же Марадоны в пик его карьеры ходили легенды. А там были не только еда и алкоголь, но и наркотики. В пьяном виде регулярно задерживали многих известных европейских футболистов.

Футболист в большинстве случаев — простой парень из рабочей семьи, чаще всего небогатой. В 20 лет он получает огромную популярность и кучу денег. Чем ему еще заниматься? А вместе с чревоугодием — похоть.

Нужно ли объяснять, что большинство футболистов — похотливые самцы? Вокруг них куча фанаток. Великий футболист Гарринча предположительно имел не меньше 14 детей от разных женщин, был женат несколько раз и постоянно изменял своим супругам.

Что там измены — выдающийся спортсмен Эдуард Стрельцов был осужден за изнасилование. А секс-скандалы Уэйна Руни с посещением им проституток известны всему миру.

Среди фанатов ситуация не многим лучше. Мужики смотрят футбол, параллельно набираясь пивом с водкой. А где пиво, там и девочки. Сколько мужских посиделок в барах закончились оргиями с проститутками?

Теперь о лени. В футболе ее много. Особенно это видно на поле. Потому что отнюдь не полтора часа они играют. Сама игра происходит всего минут двадцать. А оставшееся время — ленивое перешагивание. И чем ближе к концу игры, тем ленивее. Конечно, игроки тоже люди. Но если они получают миллионы долларов в год, то мы вправе требовать, чтобы они побегали хотя бы полтора часа пару раз в неделю.

Нам рассказывают слезливые истории о том, что три матча в неделю — это очень много, что игроки устают. Эти рассказы слушают грузчики, которые пять дней в неделю таскают тяжести, шахтеры, которые вкалывают в нечеловеческих условиях. А в это время большинство футбольных матчей являются не спортивным соревнованием, а демонстрацией лени. Лидером в данном случае является экс-капитан сборной и кумир миллионов Андрей Аршавин. После каждой атаки он так устало возвращается к своим воротам, что пожалеть его хочется.

Доходит до абсурда: игры, в которых спортсмены по-настоящему выкладываются, считаются редкостью. О них болельщики потом долго вспоминают. Мол, я видел Вагнера Лава. В то время, когда он носился по полю, когда остальные игроки лениво пинали мячик. Мне самому довелось побывать на одном матче с его участием — выглядело действительно смешно. Все лениво ходят, один Вагнер Лав носится от игрока к игроку.

В общем, футбол — концентрат семи смертных грехов. В футбол играют преимущественно в католических странах. Значит ли это, что задача футбола — распространять смертные грехи в католических странах? А кому это может быть выгодно? Не забегайте вперед. Во всем разберемся. Для начала ознакомимся с неофициальной историей футбола.

Кембриджские правила

Она не афишируется и в то же время особо не скрывается. Зачем скрывать то, чем все равно никто не интересуется? Ключевой момент в истории футбола — принятие так называемых «Кембриджских правил», заложивших основу для современных правил игры.

Это была действительно важная задача — привести правила к единому стандарту. Без этого футбол так и остался бы уличной забавой. А кому-то было очень нужно, чтобы футбол распространился по всему миру подобно вирусу. Правила нужно было принять как можно скорее.

Поэтому в 1846 году Генри де Уинтон и Джон Чарльз Тринг из Кембриджского университета встретились с представителями частных школ с целью сформулировать свод единых правил. Дискуссия длилась почти восемь часов, и в результате возник документ, названный «Кембриджские правила». По крайней мере, так нам об говорит Википедия.

Но возникает ряд вопросов. Считается, что футбол — игра пролетарская, зародилась среди мелких городских ремесленников, рабочих. И вдруг правила этой игры начинают составлять на уровне Кембриджа. Это примерно то же самое, как если бы ректор МГУ вдруг собрал алкашей со всей страны и начал бы составлять официальные правила подкидного дурака.

Значит, не таким уж пролетарским был футбол? Скорее, наоборот — он пришел в пролетарские массы уже после того, как в него наигралась элита.

Ладно, отнесем это на эксцентричный характер кембриджских выпускников. Собрали они представителей школ и приняли правила. Кстати, а сколько было этих представителей? 11 человек. Плюс двое кембриджских футболистов — итого 13.

И где же они встречались? В кампусе? В аудиториях? Нет — в таверне с говорящим названием «Франк Масон».

Итак, в таверне «Франк Масон» 13 человек обсуждали канонические правила игры в футбол. Дело попахивает заговором. Особенно если сопоставить принятие «Кембриджских правил» и дальнейшее развитие футбола в Англии с общей политической ситуацией в стране (да и в мире).

Середина XIX века — начало расцвета пролетарского движения по всей Европе. В 1848 году в Лондоне выходит первое издание «Манифеста Коммунистической партии». Помнится, с «этой маленькой книжицы, которая стоит огромных томов» началось то, что закончилось революцией 1917 года. Это сейчас мы знаем, что коммунизмом в острой форме переболело лишь несколько стран Восточной Европе во главе с Россией. Но в середине ХIХ века коммунистические идеи расходились бодро и встречали огромное одобрение. По Европе прокатилась волна стычек и бунтов.

В Англии было неспокойно: в 1819 году манчестерская бойня, начиная с 1830-х годов — чартистское движение. Движение это было мирное — но массовое. Со временем оно могло перестать быть мирным.

А дело шло к серьезному промышленному кризису. Нужно было что-то делать. Кризиса было не избежать, но можно было отвлечь от него внимание пролетариата. Германия и Франция не смогли — в результате получили революции 1848 года. А в Англии ничего подобного не случилось. Да, в 1848 году было самое массовое выступление чартистов — но на этом все.

Потому что в Англии на тот момент уже был футбол. И футбол был популярен. Европа вовсю болеет коммунизмом и в футбол не играет. А Англия играет в футбол и коммунизмом болеет в легкой форме. Наверное, тут есть какая-то связь?

Пик пролетарского движения в Европе пришелся на середину XIX века, а ближе к XX веку оно стало сходить на нет. Историки объясняют это тем, что в Западной Европе появились профсоюзы, благодаря которым жизнь пролетариев стала более-менее удовлетворительной. Возможно… Но нельзя игнорировать и то, что к началу ХХ века в Европе распространялся футбол.

Самая простая и доступная игра, придуманная кембриджскими учеными специально для того, чтобы отвлечь английский пролетариат от революционной борьбы. Эксперимент был удачным. Передовой опыт Великобритании был быстро позаимствован капиталистами всего мира для превентивного подавления пролетарского движения. Не удивительно, что первыми странами, где был массово распространен футбол, стали промышленно развитые: Нидерланды, Франция, Германия, северная Италия (до сих пор сильнейшие футбольные клубы Италии базируются именно на промышленном севере страны).

Кто финансировал первые футбольные команды? Нам говорят, что футбольные правила просты и демократичны. Но для игры в футбол необходимо футбольное поле — ровная площадка длиной 100 с лишним метров, и шириной 30 метров. Найти площадку такого размера непросто. Тем более в Англии, где вся земля частная и довольно дорогая. Тем не менее место нашлось. Нашлось много места в разных городах.

Кто-то объяснил пролетариям, что футбол — простая и зрелищная штука. Ведь кино в то время еще не придумали. А желание наблюдать за драками и потасовками у человека в крови, тем более у подвыпившего пролетария после смены на заводе.

Еще в Средние века публичная казнь была гораздо в большей степени элементом развлечения, нежели элементом воспитания или устрашения. Но к XIX веку количество публичных казней в связи с общей гуманизацией общества резко сократилось, и людям оказались нужны новые развлечения. Вот и придумали футбол, который поначалу был не просто игрой, а игрой с потасовкой. Вспомним реакцию какого-то иностранца, впервые попавшего на английский футбол: «Если англичане это называют игрой, то что же тогда они называют дракой?»

Действительно: тогда футбол был дракой. Игроки били по мячу и били друг другу морды. Публика смачно гоготала. И те и другие снимали напряжение, и их пролетарская агрессия уходила.

Капиталистов тоже можно было понять: построить футбольную площадку дешевле, нежели поднимать рабочим зарплату. Кембриджская задумка пришлась по вкусу.

Подобную функцию громоотвода футбол выполняет до сих пор. Например, в середине девяностых годов на чемпионате России лидировал московский «Спартак». За восемь сезонов он стал чемпионом 7 раз — небывалый результат! Лишь один раз, в 1993 году, победу у «Спартака» отобрала владикавказская «Алания», что довольно странно. Владикавказ никогда не был серьезным футбольным центром. Северная Осетия (как и весь Кавказ) славилась своими борцами, штангистами — но крутых футболистов там было немного. Станислав Черчесов, Заур Хапов, Валерий Газзаев — вот и всё, наверное.

А тут целая команда — чемпион. А потом выяснилось — в то время на Кавказе была напряженная ситуация, и победа «Алании» охлаждала тамошние горячие головы. Разумеется, я не считаю, что победа «Алании» — результат договоренности. На тот момент это была действительно классная команда. Но тем не менее ее победа совпала с ростом напряженности в регионе. А ближе к концу ХХ века напряжение в Северной Осетии стало спадать, и «Алания» тоже перестала показывать впечатляющие результаты. Случайно ли?

И Казань никогда не была футбольным городом — но вдруг появляется казанский «Рубин» и дважды подряд становится чемпионом России, более того — громит в гостях саму «Барселону». Парадокс? А теперь вспомним, что в Казани в начале двухтысячных были серьезные сепаратистские настроения. К счастью, их подавили в зародыше — в том числе и с помощью «Рубина».

Сюда же можно отнести и феномен «Анжи». На протяжении всей истории эта команда из Махачкалы не достигала серьезных успехов. И вдруг появляется бизнесмен Сулейман Керимов, который начинает заваливать ее деньгами, покупать звезд мирового уровня, ставит на тренерскую должность самого Гуса Хиддинка — любимца всей страны (именно он привел сборную России к бронзе на чемпионате Европы — 2008). Вопрос — зачем? Неужто Керимову деньги девать некуда? Средства были вложены в самый нестабильный бизнес — футбол. Даже в случае оглушительных успехов более-менее стабильный доход это дало бы только через несколько лет.

Тогда зачем? Чтобы погасить напряженность в Дагестане. В то время атмосфера там тоже была весьма напряженная. А благодаря «Анжи» это было несколько сглажено, зрители выкладывались — сил на всякие глупости у них не оставалось.

Кем же все это было придумано? Одному человеку такая операция не по зубам. Масоны? (Вспомним название таверны — «Франк Масон». Там были созданы «Кембриджские правила»).

Если масоны — значит, символика. Масоны на ней помешаны. Обратимся к числам. Чисел в футболе немного. Количество игроков в команде — одиннадцать. 11-метровый удар. Размер ворот. Размеры поля могут меняться — правила рекомендуют длину и ширину от и до. Размер же ворот является стабильным — независимо от длины и ширины поля: 8 футов в высоту, 8 ярдов в длину. И вот у нас два магических числа — 11 и 8. Можно скептически относиться к магии и нумерологии, но все же… Вот что можно прочесть в некоторых источниках:

Неужели перед нами очередной масонский заговор? Масоны придумали футбол, чтобы держать пролетариат в ежовых рукавицах, а параллельно с этим сеять в сердцах католиков семена семи смертных грехов? Звучит красиво — но все не так просто…

Великий перелом

Да, у футбола есть покровители. Но это не масоны. Все еще круче — это католическая церковь. Как же так? Все вышесказанное говорит об обратном.

Это сначала так было. Но католическая церковь вовремя заметила потенциал новой игры и сделала свой ход.

Как мы помним из предыдущей главы, к концу XIX века рабочее движение фактически сошло на нет, соответственно и футбол сам по себе становился все менее интересен капиталистам. Он мог или благополучно заглохнуть без финансовой поддержки, или, напротив, превратиться из громоотвода общественной энергии в катализатор конфликтов. Ведь уже тогда сформировались первые фанатские бригады, начались первые выезды в другие города вслед за любимыми командами — и футбол стал доставлять куда больше проблем.

Но можно было направить эту энергию в позитивное русло. И это сделала католическая церковь.

Вспомним известную политтехнологическую формулу: если протест нельзя подавить, его нужно возглавить. Как именно происходил переход футбола из рук капиталистов в руки католической церкви — сейчас установить уже невозможно. Логичнее всего предположить, что это произошло где-то в промежутке между 1878 и 1898 годами, при папе Льве XIII. Как известно, именно Лев XIII пытался наладить отношения с англиканской церковью, а также занимался жесткими гонениями на масонов. Это был последний из римских пап, уделяющий столь большое внимание масонскому вопросу. Затем Ватикан стал относиться к масонам спокойнее. Может быть, это стало результатом сделки? Футбол в обмен на спокойное отношение? Может быть.

А может быть, никаких масонов и не было вовсе? Были капиталисты, которые подарили футбол католической церкви. Может быть, и так. Может быть, капитал смог выторговать у католической церкви какие-то бонусы? Может быть. В любом случае сразу после заключения сделки футбол стал стремительно развиваться в католических странах.

В 1898 году была создана итальянская футбольная лига. Примерно в то же время футбол появляется в католической Венгрии и, что самое интересное, в далекой Бразилии. Говорят, что родоначальником бразильского футбола был некий школьник Чарльз Миллер. Он родился в Бразилии в семье англичан. В 1890 году после учебы в Англии он привез с собой сумку с футбольными мячами. И с этого момента началось шествие футбола…

Красивая легенда, но только не школьником он был — а миссионером. И на помощь Чарльзу Миллеру пришли католические священники. И не только в Бразилии.

Лозунг футбола — мол, футбол объединяет… Это верно. Объединяет. Только вокруг чего? Не вокруг футбольного мяча. А вокруг католической церкви, которая стоит во главе.

После смерти папы Льва XIII в 1903 году пришедший на его место Пий X, ретроград и консерватор, тем не менее продолжил развитие футбола. Именно при нем в 1904 году была создана ФИФА.

Первое заседание прошло не на родине футбола, в Англии, — а в католическом Париже. И официальное название ФИФА французское — Fédération internationale de football association. И первым президентом ФИФА был француз и католик Робер Герен. Христианским активистом был и третий президент Жюль Риме, находившийся во главе ФИФА 33 года.

Кстати, 33 — число, имеющее непосредственное отношение к христианству, не находите?

А президентов ФИФА в ХХ веке было восемь. И пап римских в ХХ веке тоже было восемь. Совпадение?

У Ватикана есть своя футбольная сборная. В ФИФА она пока не входит, но только пока. В настоящий момент почти все страны мира являются членами ФИФА. С помощью футбола можно распространять католицизм. Кому начинает подражать парень, начавший играть? Конечно, лучшим игрокам мира. А начать подражать можно с простого. Что делают игроки перед ответственными моментами, перед штрафными, пенальти? Крестятся. Крестятся перед камерами и многотысячной публикой на стадионе. Только представьте себе этот момент… Что может быть лучше такой рекламы?

В последнее время много говорится о новой тенденции ФИФА проводить чемпионаты мира в «нефутбольных» странах. В 2010 году чемпионат мира проводился в ЮАР, в 2018 году это будет Россия, а в 2022 году — вообще Катар. Официально это делается для популярности футбола, а на самом деле — для того, чтобы распространять католицизм.

Во многих странах арабского Востока, к которым относится и Катар, католицизм (как и христианство в целом), мягко говоря, не популярен. Кое-где он вообще считается опасной сектой, а за крестное знамение можно и по башке получить от местных фанатиков. И уж тем более никто не пустит христианских проповедников на местные телевизионные каналы.

Но кто запретит лучшим игрокам мира в финале публично перекреститься перед ликующим стадионом? А что в финал выйдут католики — в этом сомнений нет. Чемпионат мира в Катаре будет триумфом католицизма, католическим десантом в тылу врага. Да еще Катар сам же и платит, чтобы в стране проповедовали католицизм. Не правда ли, хорошая схема? Но есть одна проблема.

СССР и КНДР — джокеры футбола

Проблема эта — сборная СССР. В начале XX века Российская империя была страной православной, соответственно — не футбольной. И это было продемонстрировано всему миру на Олимпийских играх 1912 года, когда ее сборная потерпела самое крупное поражение за всю историю, проиграв сборной Германии со счетом 0:16.

Есть сведения, что данный результат был не случаен — немецкие футболисты получили указание от католической церкви. Полнейший разгром Российской империи в футболе должен был в скрытой форме продемонстрировать победу католицизма над православием. В результате же это привело нас у участию в Первой мировой войне на стороне Антанты — то есть против Германии. Такое позорное поражение смывалось только кровью.

Однако вслед за тем наша сборная надолго исчезла с международной арены. Вот тут и начинаются загадки.

Сборная СССР по футболу была основана в 1923 году и ее международная карьера начиналась активно. В том же году было проведено три товарищеских матча — против Эстонии, Норвегии и Швеции, в каждом из которых сборная СССР победила. В следующие 11 лет было проведено еще сорок товарищеских международных матчей, при этом первое поражение ждало сборную СССР лишь в 1927 году.

Но первое официальное выступление состоялось только спустя 29 лет, в 1952 году, на Олимпиаде в Финляндии. Футбол в СССР был чрезвычайно популярен, при этом сборная упорно не хотела играть на международных турнирах. Почему? Ведь это очень важный опыт для игроков. А получать его не хотели.

Они готовились. Создавали собственную футбольную школу, которая должна была поразить весь мир. Происходило это в обстановке строжайшей секретности. Футбольные премудрости охранялись не хуже военных тайн. Почему?

Потому что СССР должен был продемонстрировать всему миру достижения социализма. Что может быть лучше, чем победа сборной СССР в самом популярном виде спорта? Вот победит она — и устои капитализма рухнут. Верно. Только не устои капитализма собирался рушить товарищ Сталин, а устои католической церкви.

Он отлично понимал весь расклад в мировом футболе. Благодаря деятельности военной разведки смог раскрыть истинного серого кардинала мирового футбола. Поэтому первые матчи сборная СССР проводила против тех стран, где никакого католицизма в помине не было — Швеция, Норвегия, Эстония, позже Турция. Благодаря этим встречам сборная СССР смогла отточить свое мастерство и набраться опыта, не демонстрируя своих секретов. Потому что демонстрировать было что.

Чемпион Европы 1960 года Валентин Бубукин, как и многие другие советские футболисты, сокрушался — дескать, сейчас многие западные тренеры пользуются именно достижениями и методиками советской школы футбола.

Понятно почему. Потому что в СССР, в отличие от большинства других европейских стран, эта методика была.

Над остальными странами стояла католическая церковь. Не будем никого обвинять в договорных матчах, но все же некоторые футбольные команды иногда решали не только спортивные задачи — но и задачи, поставленные Ватиканом.

СССР же должен был эту систему сломить. Для этого нужна была методика, эффективная и оригинальная. В СССР ее разрабатывали почти 20 лет.

Как мы помним, первое выступление сборной СССР в 1952 году все же закончилось неудачей. Сборная СССР не смогла одолеть сборную Югославии, хоть и добилась ничьей. Тренер был обвинен в провале, а несколько игроков лишены звания мастеров спорта. Сборная же была вовсе расформирована.

Официально это объясняется тем, что на тот момент у СССР и Югославии был серьезный конфликт. В 1948 году Сталин и премьер-министр Югославии Тито фактически разорвали дипломатические отношения.

Но дело было не в этом. Обидно было разрабатывать теорию десятки лет — и потерпеть такой провал. Его не должно было быть! Сказалось отсутствие международного опыта.

Ничего — последующее десятилетие в футболе прошло под диктовку сборной СССР.

В 1956 году — победа на Олимпиаде в Мельбурне. В 1960 году — первые золотые медали чемпионата Европы. В 1964 году — второе место на чемпионате Европы. В 1966 году — 4-е место на чемпионате мира. Впечатляющие достижения. Значит, не зря создавались теория и методика советского футбола.

Сборная СССР стала самым настоящим джокером в мировом футболе, способным разрушить католический мир. Все это должно было привести к тому, что зрители наблюдали бы не крестные знамения великих футболистов — а красные звезды на форме! Неплохая реклама для коммунизма.

Однако католический мир, раскусив коварные планы СССР, в буквальном смысле ринулся в бой. Против сборной СССР были брошены лучшие команды и лучшие судьи католического мира. Кроме умения играть в футбол игроки были вооружены католическим идеями, а команда, обладающая верой, — почти непобедима. В результате уже к началу семидесятых годов сборная СССР была отодвинута на второй план, хотя и оставалась в числе ведущих. Но с развалом страны развалилась и советская футбольная школа. В результате чего сейчас выход в полуфинал воспринимается как великая победа.

На смену сборной СССР могла прийти сборная КНДР. На чемпионате мира в ЮАР Северная Корея, подобно советской сборной образца 1956 года, была темной лошадкой. Спортсмены упорно тренировались почти год, вдобавок ко всему корейцы были вдохновлены идеями Чучхе, северокорейской коммунистической идеологией. Они могли нанести мощный удар католицизму.

Но мир был готов встретить их достойно. В результате сборная КНДР была определена в группу с сильнейшими командами Бразилии, Португалии и Кот-д’Ивуар. Соперникам корейцев была поставлена задача разгромить их.

На первом матче Бразилия — КНДР корейцы показали замечательную игру. Несмотря на итоговый проигрыш 1:2, сборная КНДР доказала всему миру, что может на равных сражаться с лучшими сборными. Не было сомнений, что следующий соперник — сборная Португалии — будет повержен. Тем более что КНДР жаждала реванша за досадное поражение многолетней давности.

О том, что руководство КНДР верило в свою сборную, говорит тот факт, что впервые за много лет матч КНДР — Португалия транслировался в прямом эфире. И он закончился со счетом 7:0 в пользу Португалии.

Что произошло перед матчем, какое благословение снизошло на Португалию — одну из самых религиозных католических стран мира — нам теперь не узнать. Но КНДР была разгромлена в прямом эфире перед всем корейским народом. Поражение было настолько досадным и нелогичным, что ходят слухи, будто северокорейская пропаганда заявила, чтоматч был фальсифицирован. Дескать, на стадионе был совершенно другой, и он закончился победой КНДР со счетом 2:0.

Казалось бы, что за бред! Но разве сейчас нет таких компьютерных технологий, которые позволят сфальсифицировать практически что угодно?

После такого расклада третье поражение от сборной Кот-д’Ивуар уже не играло никакой роли. Деморализованные корейцы были буквально раздавлены католицизмом. Так закончилась еще одна история футбольной команды, решившей бросить вызов Ватикану.

Когда кубок будет наш

Говорят, для того, чтобы стать чемпионом мира, России необходимо принять католицизм. Мол, тогда шансы появятся. Не знаю, правда это или нет. Но верю, что когда-нибудь нам удастся добиться того, чтобы правду о футболе узнал весь мир. Тогда наступит совсем другая игра.

— Ну как?

— Феноменально. — Сакэ подействовало как надо, и хипстерша сияла от восторга. — Я теперь своему парню все расскажу. Хрен он теперь будет хвостом крутить, что я в футбике не разбираюсь.

— У тебя есть парень? — поинтересовался философ-славянофил.

— Конечно, — обиделась хипстерша.

— Из таких же, как ты?

— Нет.

— Правозащитник, значит. Или журналист.

— Что-то между. В сетевом издании работает.

— Бросай его. Да лучше побыстрее. Скоро без работы останется.

— Кроме того, как на страну клеветать, небось не умеет ничего, — заржал афганец-казак.

— Какая клевета? — возмутилась хипстерша. — Вообще, свободная пресса — это основа всего. Совсем всего.

— Да с какого ляду-то она свободная? Пишут ровным счетом все, что говорят.

— Он не такой. А между прочим, была бы пресса нормальная — рассказали бы людям правду? Про все?

— Да когда им правду-то рассказывали? И кому нужна эта правда?

— Людям. Если б они знали правду, сколько у нас тех же гастарбайтеров живет, — они бы подумали. А если бы люди знали правду про тот же ГУЛАГ, то все было бы по другому.

— Ой-ой-ой, — покачал головой тот, который понятно из какой организации, — а что ж ты, болезная-то, про ГУЛАГ-то знаешь? То, что Солженицын писал?

— А что, мало?

— Да нет, не мало. Даже слишком много. Да только совсем не то. И совсем не о том. Знаешь, чьим продуктом был Солженицын?

— Если ты скажешь, что ему платил Госдеп — я прямо сейчас уйду, — возмутилась хипстерша.

— Нет, милая моя, не Госдеп. Как раз наоборот, Солженицын был главным червяком, которого они захватили и сожрали. До сих пор хавают. А обо всем остальном и не знают.

— А что там может быть? Что расстреляли не шестьдесят миллионов, а больше?

— Да никого там не расстреляли. Хочешь правду?

— Хочу.

— Только имей в виду: правда совсем не каноническая.

— Давай.

— Только дай слово, что никому не расскажешь. Это почти военная тайна.

Хипстерша кивнула и прямо впилась глазами в человека из организации:

— Да чтоб мне депутатом Госдумы стать.

— Ну ладно. Тогда слушай. Только сначала хряпнем? Что будешь?

— Сакэ.

— Тю, ну какое сакэ? Это ж тебе не футбол. Давай что-нить другое.

— В твиттере пишут, что мешать нельзя.

— Ну так это обычным людям нельзя. А хипстерам можно. Давай бельгийское вишневое пиво. Традиционный хипстерский напиток.

— Давай. Кстати, в Совке не было ни вишневого пива, ни бельгийского.

— Смотря где. Ты, главное, пей и слушай, про…