Только (не) ты

Глава 11

На кухне пахнет чаем с бергамотом. По-домашнему как-то. Если не считать того факта, что этот огромный роскошный дом, хоть и по-своему уютный, но мне не родной. И уж тем более человек, вальяжно развалившийся в кресле, для меня чужой.

И где, кстати, его мама?

Я уже собираюсь задать этот вопрос Марку, как вдруг из другой стороны кухни выходит родительница. Ну хорошо хоть не обманул. Хотя Дима мне писал примерно то же, что и его старший братец говорил, но я уже ничему не удивлюсь.

Нехорошее у меня какое-то предчувствие. И чем дольше Марк задерживает на мне нечитаемый взгляд, тем сильнее оно становится.

— Доброе утро всем, — стараюсь беспечно поздороваться, но голос предательски дрогнул.

— О, Рита, здравствуй, — заметив меня, расцветает мама мужчин. Она такая приветливая, что мне немного не по себе, хоть и приятно, что я так быстро понравилась. — Садись, что будешь на завтрак?

Улыбаюсь, глядя на стол, над которым уже суетится персонал. Пожалуй, ограничусь фруктами и чаем с ягодным эклером.

Выражаю это вслух, расправив салфетку. Помню и про приборы, не зря Дима учил меня, как принято есть в высшем обществе. Вчера, за разговором, это как-то легче давалось, хоть Марк и тогда пристально следил за моими действиями. Но почему-то именно сегодня его взгляд и странная ухмылка чуть из равновесия не выбивают.

— Марк тебе передал наше решение? — спрашивает хозяйка дома, хотя и без того вижу, что знает ответ.

Машинально киваю, но потом бросаю быстрый взгляд на Марка и решаю уточнить. Ну нет у меня доверия к нему. Мало ли о каком новом решении может быть речь, а я тут соглашусь непонятно на что.

— Что Дима сегодня будет на мальчишнике, а вы мне поможете с последними приготовлениями к свадьбе? — стараюсь говорить так, чтобы вопрос выглядел не как недоверие к её старшему сыну, а просто машинальным уточнением.

И тут же слышу его смешок. Цепенею — кажется, от Марка мой истинный настрой не ускользает. Зато его мать ничего не замечает.

— Да, и насколько мы поняли, в первую очередь вы не приготовили приглашения, — укоризненно говорит она. — Друзья Димы, оказывается, ничего не знали о свадьбе, вот и экстренно пришлось подсуетиться насчёт мальчишника. А если не все смогут собраться послезавтра?

Вздыхаю. Хорошо сейчас моему боссу, веселится и ни о чём не беспокоится, а мне тут куча испытаний остаётся. Выкручиваться на ходу, можно сказать… Мало ли какие у нас там пробелы ещё могут всплыть. Так с одной стороны кажется, что всё просчитали, с другой — ну не привыкла я врать в лицо, особенно, когда вопросов всё больше появляется.

— Ну мы ведь до последнего сомневались, что сыграем всё-таки свадьбу, — мягко напоминаю, как-то не по себе задевать трагедию семьи, пусть сейчас и нет другого выбора. — Потому и решили сначала с вами познакомиться и обговорить, всё-таки щекотливая тема. Не хотелось зря будоражить народ.

А на самом деле, Дима собирался лишь нескольким людям из своего окружения сказать, чтобы их присутствие создавало видимость, будто все близкие на месте. Ну и ещё, по задумке, на свадьбе должны были быть его мать и Марк. С моей стороны — массовка.

Казалось бы, в чём тут можно проколоться? Но вот оно, долбанный мальчишник, и выясняется, что его друзья ещё не в курсе. А значит, логично, что приглашений мы пока не раздавали. И Дима оставил меня одну выкручиваться со всем этим. И вот кому я тут буду раздавать? Я его окружение не знаю. Своё вообще не хочу во всё это вплетать. Неужели босс об этом не подумал, чем там его друзья так приманили, что забыл обо всём?..

Лихорадочно размышляю, как теперь выкручиваться, но мои мысли перебивает знакомый голос.

— Я думал, приглашениями занимаются сразу, как дату назначили, — Марк вмешивается резко. Говорит задумчиво, но взглядом разве что не сверлит насквозь. И будто насмехается, за реакцией следит. — Ведь это первый этап приготовления к свадьбе.

Я отвожу взгляд, чтобы сдержать недовольство его замечанием. Призываю рассудок — в целом ведь Марк, увы, прав. Логично, что людей предупреждают заранее, сразу, чтобы форс-мажоров не было, чтобы приготовиться тоже успели, а не в спешке за два дня. И в день, когда мы якобы подали заявление, узнали дату и начали готовиться к свадьбе, отец семейства ещё жив был.

Чёрт! Столько проколов в, казалось бы, идеально проработанном деле.

— Мы как-то замотались с остальными приготовлениями, а потом печальные новости выбили, — надеюсь, я говорю это чуть ли не сразу, а не зависаю с ответом. По ощущениям, пауза заметной была.

— Ну ладно, главное, что мы можем сделать это сейчас, — мягко вмешивается мать семейства. Похоже, улавливает, что мне некомфортно, за что я ей очень благодарна. — Итак, предлагаю в первую очередь составить список гостей и начать высылать приглашения, — это она уже обращается к обоим, смотрит то на меня, то Марка.

Я судорожно пытаюсь придумать, как избежать этого момента, ну или как максимально безопасно его выполнить. Но, увы, меня опережают с ответом.

— Отличная идея, тем более, я знаю, кому будет рад Дима, — беспечно говорит Марк, бросив на меня быстрый взгляд, но по большей части обращаясь к матери. — Ну а Рита знает, кого звать из своих.

Ну надо же. Не думала, что буду чувствовать почти что благодарность к Марку, но это действительно происходит. Ведь по его словам выходит, что гостей Димы он берёт на себя, а значит, мне не надо будет выдавать своё незнание его окружения. И вот даже неважно, что боссу может не понравиться, что тот или иной человек будет на свадьбе — это уже не мои проблемы. Дима сам предпочёл махнуть на всё рукой и зависнуть на мальчишнике, так что пусть наслаждается последствиями.

Ну а я, видимо, буду отвечать только за своих гостей. И это очень кстати. Я просто выдумаю имена, контакты или адреса, и пусть приглашения отправятся в никуда. Даже если и окажется какое-то совпадение, вряд ли незнакомый человек пойдёт на свадьбу к незнакомым людям, какой бы богатой та ни была. А если и придёт, то вряд ли чтобы сказать, что произошла какая-то ошибка.

В общем, пока всё удачно складывается. Как и планировалось, с моей стороны на свадьбе будет массовка, если не облажаюсь.

Воодушевляюсь от того, что всё по-прежнему под моим контролем. Но лишь до тех пор, пока не улавливаю, как Марк говорит матери:

— Получается, мы можем справиться вдвоём, а ты пока можешь заняться дизайном этих приглашений, ведь ты это любишь и знаешь, к кому обращаться.

Это «ведь» звучит подозрительно. Ну не общаются так близкие между собой, с этими пояснениями того, что и так понятно. Звучит как пометка мне, тогда как Марк смотрит только на мать.

Но не вмешиваюсь. Мне в целом всё равно, как там обязанности распределятся, главное, чтобы не произошло чего-то выбивающегося из нашей с Димой легенды.

— Точно, так будет быстрее, — охотно отвечает родительница сыну, и начинает суетиться. — Ну я тогда поеду.

А вот это уже неожиданное заявление. Озадаченно хмурюсь. Разве эти вещи нельзя решить из дома? Я думала, мы тут втроём будем, она ведь обещала занять моё время…

Бросаю взгляд на Марка — не похоже, что для него это внезапный поворот событий. Скорее, очень ожидаемый. Специально предложил, зная, что к этому придёт?..

— Мама увлекается дизайном и будет рада не просто лично присутствовать, но и участвовать при создании эскизов, — непринуждённо поясняет мне он, поймав мой взгляд. — Будем на связи, — добавляет матери, которая улыбается в ответ.

Да офигеть, спасибо за объяснение, блин. Я не поэтому посмотрела, и что-то мне подсказывает, что Марк в курсе.

А его мать слишком уж воодушевлённой выглядит, когда собирается. Мне даже неловко попросить, чтобы осталась. Боюсь, меня не поймут, да и явно этим обломаю недавно потерявшую мужа женщину. Может, дизайн для неё сейчас единственная радость.

Хотя слишком уж легко она решает меня оставить со своим сыном. Либо доверяет безоговорочно, либо чересчур увлекающаяся натура, либо…

Да ну. С чего это я такая подозрительная, мать сыновей выглядит чуть ли не Божим одуванчиком, вряд ли действительно стала бы намеренно ставить меня в такую ситуацию. И уж тем более, не стала бы с Марком сговариваться. Судя по тому, что мне Дима рассказывал, его старший брат — человек сложный. Наверняка матери проще с младшим, и с ним она более открыта.

За размышлениями так быстро съедаю завтрак, что даже не сразу замечаю, как тарелка с чашкой пустеют. А потом и вовсе теряю их с виду — весь стол, оказывается, убрать успели.

Поднимаю взгляд на Марка, и тут же сталкиваюсь с его чуть насмешливым и внимательным. Сглатываю, а потом вдруг обращаю внимание на то, что и персонал весь разошёлся. Не знаю, как в доме, а вот на кухне мы сейчас только вдвоём.

Оба уже давно доели, но так и сидим друг напротив друга.

Пространства здесь хоть отбавляй, но ощущение, будто вся обстановка сужается. Я вдруг острее чувствую присутствие Марка. И совсем уж ни к месту вспоминаю, как кончила под его вкрадчивым ласкающим голосом в порочной комнате пять лет назад.

— Хочешь сказать, что мы чисто случайно наедине остались? — резко спрашиваю. Желание перебить неуместные воспоминания придаёт смелости.

Он ухмыляется. Если и удивлён моей прямолинейности, то не подаёт вида. А вот у меня решимость гаснет, ведь помню я, чем вчера окончилось моё желание обговорить всё, как есть. Я ведь еле оттолкнула его тогда…

— Нет, — Марк неожиданно поднимается с кресла и неторопливыми шагами сокращает между нами расстояние. — Я не это хочу сказать.

Не нахожусь с ответом, ведь я так и не поняла его «нет». Он имел в виду, что собирался сказать другое, или что мы наедине всё-таки неслучайно?..

Да какая разница. Мне вовсе ни к чему получать от него точные ответы, чтобы понимать, что от Марка стоит держаться подальше. Если уж не получается делать это буквально, то надо держать максимальную дистанцию, как физическую, так и эмоциональную.

— Чем быстрее мы начнём, тем больше успеем, — отстранённо сообщаю, решая даже не уточнять, что он там хотел мне сказать.

Наша задача — приглашения. И пусть в любой другой ситуации я бы предпочла максимально отвлечься от них, но только не с Марком.

— Звучит многообещающе, — хмыкнув, вкрадчиво отзывается он на мои слова.

Кожа мгновенно загорается огнём, когда соотношу своё заявление с его. Ну вот… Опять эти его намёки, от которых разве что не мурашит. И это после его чуть ли не сокрушённого вида, с которым признавался, что жалеет об отсутствии на похоронах и хочет реабилитироваться помощью со свадьбой. И как я вообще на это купилась?..