Три ромашки для доктора

ГЛАВА 12

Пять дней спустя

ЯНКА РОМАШКИНА

— Жаль, Янка, что не сможешь пойти с нами. — печалится Машка Потапова по телефону. — Там все наши будут — Лера, Зуля, Андрей… остальные с нашего потока…

— Блин, действительно, жаль. — грущу я.

Встреча бывших однокашников намечается, а я тут, уже почти неделю балду гоняю! И такая злость на Краснова берет! Ну что он меня тут держит?! У меня все давно зажило!

— Ладно, не расстраивайся, — успокаивает меня подруга. — Я тебе фотки и видео с вечеринки пришлю!

— Спасибо. — вздыхаю я.

А сама лежу и думаю: «ну какого хрена?». Бывший муж меня тут держит, будто я в тюрьму попала, причем в его личную! И только он решает, когда мне выходить на свободу! Бесит!

Я спокойно встаю — ничего не болит, голова не кружится. Уже очень хочется пойти в спортзал и наверстать упущенное, не то бока быстро разъедятся от местной еды. Кормят у Краснова в клинике сытно.

Хочется вернуться домой, к детям, соскучилась по своим доченькам неимоверно! Хочется вообще вернуться к привычной понятной рутине, а он тут меня привязал, и теперь сам распоряжается моим временем и свободой!

Пойду, разыщу его кабинет и поговорю с ним. Я выздоровела и держать меня тут — бесполезно! Хотя и очень приятно получать от него столько внимания… но нет, мне свобода дороже, чем внимание бывшего!

Иду, после четырех часов вечера в палатах все тихо. Во-первых, лежит очень мало народу, все же клиника не бюджетная, во-вторых, все кто есть — спят послеполуденным сном.

Кабинет бывшего мужа находится в конце коридора. Тапочки у меня мягкие и я практически на кошачьих лапах приближаюсь к нему. Дверь приоткрыта. Я намереваюсь заглянуть туда, и… чуть не зажимаю рот себе руками, чтобы не выдать себя.

Дима сидит в кресле, а на его письменном столе восседает эффектная длинноволосая брюнетка…

— Дима, ну Дима… — дует она губы, точно утка.

Мой бывший муж сидит, не шелохнувшись, нахмурив брови.

— Скучаю по тебе, Дим, не могу как!

Брюнетка соскальзывает со стола прямо на колени к бывшему мужу, а мне становится не по себе. Это какая-то новая пассия Краснова. Когда мы разводились, Дима крутил шашни с блондинкой. А сейчас мне дико неприятно от того, что эта девица пристает к моему бывшего мужу, будто я все еще имею на Диму хоть какие-то права…

Девица, тем временем, не теряется, а целует моего бывшего в губы. Мне становится мерзко. Злость бросается мне в лицо — бывший, как был гулякой и бабником, так и остался! Люди, к сожалению, не меняются с годами!

И после этого он думает, что имеет на меня хоть какие-то права? Он правда думает, что может удерживать меня в клинике?

Да, сейчас! Если он не может потерпеть до окончания рабочего времени и оприходует девицу прямо на рабочем месте, то мне с какой стати лишать себя встречи с однокашниками?

— Машка! — возвращаюсь я в свою палату, и полная решимости и злости, набираю подругу, — Приедешь за мной? Я иду на вечеринку!

— Что, твой бывший раздобрился? Разрешил тебе?

— Кто он мне, чтобы запрещать что-то? — с обидой говорю я. — Только сначала мне в салон красоты надо, а то я после операции выгляжу не самым лучшим образом, а потом нужно будет заехать за самым лучшим платьем, ну а после оторвёмся в клубе по полной! — строю я планы, исполненная мрачной решимостью.