Твое волшебное дыханье. 2-е изд.

Прежде чем говорить о схватке не на жизнь, а на смерть двух могучих соперников: сторонников максимального потребления кислорода из атмосферы во время дыхания и минимального его получения из этого же источника, − сразу же введу некий корректирующий момент из истории жизни на Земле. Дело в том, что основной аппарат для усвоения и переработки атмосферного воздуха, которым мы владеем, то есть легкие, − практически без дальнейшей эволюции сформировался еще в те прапрапрадоисторические времена, когда наши прапрапредки только-только выбрались из океана на твердь земную. О том, что они выползли на сушу именно оттуда, спорить не приходится, так как рН нашей крови и океанической воды совпадают идеально − 7,4.

Так вот, в те далекие, еще домифологические, времена состав атмосферного воздуха был совершенно иным, чем теперь, спустя миллионы лет после вышеупомянутого исхода из соленой воды в пучину пресного воздуха. В те времена атмосфера Земли содержала намного меньше кислорода, и легкие тогдашних обитателей суши идеально приспособились к воздушной среде той отдаленной поры. Но время шло, и, равно покровительствуя всем жизнеспособным видам существ, природа благодушно отнеслась к бурному развитию и распространению в волнах океана зеленых водорослей с их изобильным производством кислорода. Столь же благосклонно отнеслась она и к произрастанию могучей растительности, о масштабах буйства которой мы весьма отдаленно можем судить сейчас лишь по пластам каменного угля, достигающим сотен метров в глубину. Короче говоря, Земля в такой степени обогатилась кислородом, что идеальной нормой для затормозившихся в своей эволюции человеческих легких в настоящее время являются лишь плоскогорья с их умеренно разреженной атмосферой (примерно 1200–1500 метров над уровнем моря).

Это же воистину царственное пришествие (или нашествие) кислорода в атмосферный воздух позволяет объяснить психологические корни преклонения перед ним или обожания его. Может быть, даже обожествления − в условиях постоянной загазованности и отравления его промышленными отходами в условиях нашей нынешней так называемой цивилизации. Что называется, не сходя с места, тотчас вспомним непререкаемые, массовые стереотипы вроде фразеологизма «Дышите глубже, вы взволнованы» или девиза физкультурников «Солнце, воздух и вода − наши лучшие друзья» и тому подобные установки, намертво вколоченные в сознание и подсознание.

Было время, когда из всех репродукторов неслись слова задорной песенки:

И вот теперь самая пора пришла перейти к дислокации диаметрально противостоящих друг другу физиологических концепций.

Парадоксальная гимнастика А. Н. Стрельниковой

Чрезвычайно важным фактором для утверждения этого метода является то, что его автор, певица Александра Николаевна Стрельникова, не спустилась с каких-то космических высот теоретической мысли к осознанию своей правоты, а, напротив, возвысилась к ней от самой что ни на есть личной практики. Дело в том, что где-то на стыке 40–50-х гг. прошлого века она потеряла голос, то есть повредила орудие своего профессионального труда. Лечить ее принялась ее родная мать, профессиональный педагог по постановке голоса. Две Александры − мать и дочь − настойчиво разрабатывали систему дыхательных упражнений для восстановления голоса. Александра Николаевна четко систематизировала все упражнения, выстроила их в систему и получила за нее авторское свидетельство № 411865. Занятия дыхательной гимнастикой Стрельниковой не только вернули голос ей и многим другим певцам и актерам, но, как оказалось, ее парадоксальная гимнастика великолепно излечивала бронхо-легочные заболевания, заикания, неврозы, болезни сердечно-сосудистой системы и т. д. и т. п.

Не ставя себе целью воссоздавать здесь инструкцию по овладению дыхательной зарядкой Стрельниковой (которой посвящено немалое количество специальных книг и статей, рассеянных во множестве популярных изданий), обозначу лишь ее суть, сердцевину.

Таким образом, задача занимающегося − быстро-быстро накачивать легкие воздухом (кислородом), совершенно не заботясь о выдохе, то есть об изгнании накопившегося углекислого газа. Выйдет − не выйдет из легких, удалится − не удалится оттуда, это личное дело СО₂. Однако зарядка не напрасно называется парадоксальной: дело в том, что во время этих быстрых-быстрых вдохов вы должны легким мешать расширяться! Для этого во время вдоха вы сводите перед грудью руки таким образом, чтобы кисти практически захлестывали противоположные плечи. Этим достигается затруднение вдоха и, следовательно, увеличение усилия для того, чтобы загнать в себя воздух. А уж как загнать − это вопрос следующих упражнений.

Начав с разминки типа поворотов головы в стороны вправо-влево на 45° и коротких, как укол, вдохов, вы можете затем перейти к упражнениям с включением туловища.

Например, это может быть «кошка».

Это может быть упражнение типа «насос».

И т. д. и т. п. Повторяю, не мое дело перепечатывать инструкцию по дыхательной гимнастике Стрельниковой. Мое дело сообщить, что благодаря подобной накачке кислорода с помощью множества вдохов (до тысячи − двух тысяч у тренированного человека) Стрельникова вернула голос и здоровье как себе, так и множеству артистов, а также людям не театральных профессий. Более того, гимнастика Стрельниковой − это отличная профилактика болезней. На 77-м году жизни, когда Александре Николаевне приходилось ежедневно демонстрировать свою зарядку новичкам, она чувствовала себя не просто хорошо, но даже превосходно.

Вот факты, и с ними ничего не поделаешь, как бы ни стараться их предвзято истолковать: «Из 40-летней практики я знаю, − писала Александра Николаевна, − наша гимнастика (ее и ее матери − Ю. А.) снимает волнение, нормализует давление и температуру».

На четвертом-пятом занятии делают 2000 вдохов легко. Если вам трудно, значит, вы делаете где-то ошибку. Ищите. Чаще всего это стремление взять воздуха побольше. Не делайте этого. Сердитесь на болезнь, делая гимнастику, сердитесь на свою слабость, и она отступит. Помните: вдох − не объемный, а активный.

Если через 15–20 минут после тренировки у вас одышка − не пугайтесь. Продолжайте тренировку, но делайте не 960 вдохов в урок, а половину. Отдых 15–20 минут, и вторую половину. Одышку остановите, делая повороты головой, «насос» и «кошку» по два, по четыре вдоха подряд, и продолжайте бороться, потому что наша гимнастика сильнее болезни».

Если попытаться графически воспроизвести ритм дыхания согласно парадоксальной дыхательной гимнастике Стрельниковой, то это будет нечто вроде часто-часто посаженных зубьев пилы, но практически без второй половинки зуба, так как выдох лишь едва-едва намечается.

И прошу поверить, что трогательные, буквально душераздирающие письма больных, выздоровевших в результате применения метода Стрельниковой от самых разнообразных, в том числе тяжелейших недугов, способны по-настоящему взволновать.

Резюмирую: кислородная подкачка позволяет одолеть многие, в том числе и тяжкие заболевания, она же является действенным фактором самооздоровления и поддержания формы в обстоятельствах более-менее нормального здоровья.

Однако кислородная даже не подкачка, а накачка − дыхание рот в рот или рот в нос − в ряде случаев является единственным способом сохранения или возвращения жизни человеку, попавшему в аварийные условия. Ей-богу, тому, у кого произошла внезапная остановка дыхания, никакого дела нет до теоретических споров о первенстве в процессе дыхания кислорода либо углекислого газа, ибо через несколько минут после остановки дыхания полноценное восстановление жизнедеятельности организма будет уже маловероятно или даже невозможно. Поэтому при внезапной остановке дыхания нужно приложить все силы к тому, чтобы наладить полноценное дыхание в первые одну-три минуты и ликвидировать смертельно опасную гипоксию.

Конечно же, для искусственного дыхания прежде всего нужно обеспечить поддержание хорошей проходимости дыхательных путей, обеспечить достаточную герметичность дыхательного контура во время искусственного вдоха, проведение искусственной вентиляции с определенной частотой, и т. д. и т. п. Конечно же, чрезвычайно важно предварительно вышибить слизь или кусок твердой пищи, попавшей в дыхательные пути, закрепить язык, чтобы он не закрывал дыхательное горло, выбрать правильную позу для проведения процедуры со страдальцем и т. д., но все это во-вторых. Во-первых же, и прежде всего требуется обеспечить поступление атмосферного воздуха с кислородом в легкие человека. Иначе ему не выжить и не жить.

Двинемся дальше. Как оказывается, активное нагнетение кислорода во время дыхания способно избавить нас не только от самой смерти, не только от множества (тьмы) заболеваний организма, но и позволяет убрать длинный-длинный ряд аномалий психологического характера. Как показывает практика, многообразные виды так называемого «Свободного дыхания» способны убирать из самых глубин подсознания так называемые блоки или зажимы, то есть подавленные обиды и горестные переживания. Опять-таки не мое дело писать здесь инструкции ни по холотропному дыханию, ни по ребефингу, ни по изящному методу вай-вэйшн. Не мое дело в данных конкретных обстоятельствах анализировать механизм исцеления: избавления ли от блоков, извлечения ли психологических «заноз». Суть моего нынешнего сообщения заключается в том, что состояние своеобразного «кислородного опьянения», наступающего в результате интенсивного накачивания организма кислородом в результате быстрого, так называемого «собачьего» дыхания приводит к совершенно реальным результатам в области психического оздоровления.

В годы руководства школой психофизического совершенствования «Единство» мне довелось нескольких из наиболее успевающих учащихся рекомендовать на прохождение обучения различным видам свободного дыхания в наиболее авторитетные центры этого вида лечения, откуда мои ученики возвращались награжденные не только дипломами международного значения, но и, самое главное, обогащенные мастерским умением использовать полученные знания. И неоднократно мы убеждались в их достижениях во время коллективных сеансов разного вида свободного дыхания, проводимых как для преподавателей школы «Единство», так и для излечения особо перестрадавших пациентов. Результаты в большинстве случаев были таковы, что эпитет «чудотворные» не был бы преувеличением.

Повторяю, я повествую о фактах совершенно несомненной пользы, достигаемой посредством акцентированного получения кислорода больными в процессе дыхания.

Метод волевой ликвидации глубокого дыхания К. П. Бутейко

И примерно тогда же, когда Александра Николаевна Стрельникова, активно и целенаправленно стремясь вытащить себя из болезненно-кризисного состояния, нашла и сформулировала метод оздоровления, основанный на том, чтобы «ветра веселого вдохнуть», Константин Павлович Бутейко открыл и обосновал свой метод дыхания, построенный на прямо противоположной посылке. И мы относимся к его методу «волевой ликвидации глубокого дыхания» с истинным уважением уже хотя бы по той причине, что нашел и обосновал он его в поисках извлечения своего собственного организма из кризисно-болезненного состояния и, подобно А. Н. Стрельниковой, получил великолепные результаты прежде всего в самооздоровлении.

Дело в том, что учась в мединституте, он получил тяжелейшую, можно сказать, злокачественную гипертонию. Его преследовали головные боли, боли в сердце, крайняя невротичность и тому подобные «радости». На траверсе подобного развития событий неотвратимо маячила гавань, из которой нет возврата. Медик, он рассчитал, что течение событий принесет его туда не позже, чем через полтора года, и решил найти способ, который не позволил бы уйти ему в столь молодые годы на вечную стоянку. Многочисленные эксперименты над собой и своим дыханием привели его к тому, что он пришел к следующему выводу: причиной всех болезней, во всяком случае более 150, является глубокое дыхание, вымывающее углекислоту из организма. И в полном соответствии с этой теорией он начал вдыхать чуть-чуть, зато выдыхать как можно больше и дольше, и в результате подобного исцеляющего дыхания выздоровел сам и сумел, внедрив свой метод в общественное сознание, излечить тысячи и тысячи людей, страдавших до того самыми разными недугами: от многочисленных расстройств нервной системы до ликвидации болей в трубчатых костях.

Если мы попытаемся нарисовать график дыхания по Бутейко, подобно тому как рисовали аналогичный график по Стрельниковой, то картина получится приблизительно такой: едва заметный взлет зубца будущей пилы, затем плавное, плавное его падение, а затем достаточно длительное ровное место до обозначения положения следующего зубца, который опять чуть-чуть подымается над горизонтом, далее опять-таки весьма долго и полого опускается, и исчезает из поля зрения до выхода на поверхность опять-таки в качестве едва заметного взлета, и т. д. и т. п.

Лечение по Бутейко начинается с того, что человека убеждают в том, что причина его недуга заключена в его, человека, излишне глубоком дыхании. Чтобы выздороветь, требуется вдохнуть меньше и не спешить выдохнуть. А когда пауза затягивается и хочется вобрать в легкие воздух, эту паузу нужно посредством волевого усилия задержать. Задержать первоначально ненадолго, а в идеале, не менее чем на 60 секунд. Важная задача: после задержанного волевым способом вдоха величина его не должна быть сколько-нибудь значимой, короче говоря, чем меньшим он будет, тем лучше для вашего здоровья.

У англичан существует шутливое объяснение того, как добиться красивого культурного газона на участке перед своим домом: для этого всего лишь необходимо регулярно выкашивать его первые 400 лет, далее все будет безупречно. Метод Бутейко требует от человека несколько меньшего времени: всего трех лет регулярных тренировок, после которых дыхание уже автоматически перейдет в необходимый режим, а человек безвозвратно, неизбежно освободится от всех своих заболеваний. Как только вы дойдете до задержки после выдоха, равной 60 секундам, осуществляемой без каких-либо затруднений, вам будет достаточно уже заниматься всего два раза в день по одному часу в течение одного года.

Ограничение питания, вегетарианская пища или даже сыроедение, сон на жесткой постели, максимальное пребывание на свежем воздухе, психологическая уравновешенность и еще целый ряд факторов также будут способствовать тому, что глубина вашего дыхания будет постоянно уменьшаться, а здоровье, следовательно, все более крепнуть.

Конечно же, подобный стиль жизни не есть нечто легкое и незатруднительное, к преодолению сложностей ради возвращения своего здоровья нужно быть готовым. Более того, выздоровление организма время от времени будет сопровождаться некими кризисами, подобными ломке, но вступившему на тропу возрождения в данной ситуации не следует опасаться ни нарушений сна, ни тошноты, ни судорог, ни болей в сердце, ни холодных ног, просто нужно твердо-натвердо знать, что улучшение совершается через обострение.

Каковы теоретические основы открытия К. Бутейко? Начало начал его раздумий уходит в ту доисторическую эпоху, с рассказа о которой я и начал эту главу, в эпоху, когда наши легкие работали в обстановке чрезвычайно малого наличия в атмосфере кислорода и преобладания в ней углекислого газа. К. Бутейко утверждает, что организм человека генетически так и не перестроился к переработке нынешнего, богатого кислородом состава атмосферы. Наиболее неоспоримым и легко проверяемым доказательством этого аргумента является то, что человеческий зародыш в течение девяти месяцев получает из организма матери в крови в два раза меньше кислорода и в полтора раза больше углекислого газа, чем сама мать. Природа побудила организм матери создавать для плода условия, близкие к изначально идеальным. Следовательно, и мы с вами, взрослые люди, должны были бы получать вместе с дыханием газы в таком же соотношении. Вот почему астматики в горах очень быстро перестают испытывать приступы удушья − до тех пор, пока не вернутся вниз, к современным соотношениям кислорода и углекислого газа в атмосфере.

Без кислорода нет окисления глюкозы в организме, нет ее «сгорания». Но что интересно: любые органические вещества, свечка, например, горят при температуре в сотни градусов, а глюкоза нашего организма, находясь, по существу, в воде (ведь кровь − это почти 100 %-ный водный раствор), тем не менее окисляется, то есть сгорает. Парадокс: сгорает в воде и при температуре человеческого тела! По-видимому, ничем другим это не объяснить, кроме как наличием катализатора, в качестве которого выступает углекислый газ. Если его хватает, значит, дыхание осуществляется, а если его недостаточно, то процесс затухает и человек умирает от удушья, а по существу, от прекращения поставки энергии, затухшей без катализатора глюкозы.

Выступая в феврале 1970 г. с лекцией, широко разошедшейся в самиздате, Бутейко говорил: «Сейчас точные исследования показывают, что воздух, окружающий нас, особенно ядовит для новорожденного, который к нему совершенно не приспособлен. Надо лишь поражаться народной мудрости, заставляющей родителей пеленать новорожденного, а на востоке даже прикручивать их руки, грудную клетку веревками к дощечке. И нас бабушки пеленали туго, потом еще довольно плотным пологом накрывали. Тогда ребенок спокойно спит, нормально живет. Так постепенно приучали младенца к ядовитой воздушной среде».

Метод К. Бутейко, при всей доказательности лечения многих заболеваний с его помощью, тем не менее внедрялся недостаточно эффективно благодаря тому, что требует действительно очень серьезного волевого настроя от заболевшего человека. Не всякому по плечу заставить себя не дышать минуту, а то и более того.

Внедрение Метода Волевого Принуждения вызвало, надо сказать, критику не только со стороны ортодоксов от науки, но и со стороны практикующих, думающих врачей. Вот что писал в журнале «ФиО (1995, № 2) глубокоуважаемый мной доктор В. Преображенский, он же − мастер спорта.

Да, научный напор К. Бутейко оказал сильное воздействие на общественность» но коллективная мысль искала и иные пути к здоровью через дыхание. Недаром говорится, что голь на выдумки хитра. В журнале «Физкультура и спорт» № 1 за 1989 г. Анатолий Галызин поведал о том, как он начал дышать по системе Бутейко, но без волевых понуждений, а напротив, с легкостью и удовольствием. Дело в том, что он стал дышать через 80-сантиметровую трубку через нагубник. Сидя, производил сначала неглубокий вдох, после чего делал несколько спокойных выдохов, после чего начинал и выдыхать, и вдыхать через нагубник, соединенный с трубкой. Дышал легко, спокойно, без напряжения. На нос накладывал легкий нажим. Занимался один раз в день утром. Начинал упражнения с пяти минут, с длины трубки 0,8 метра. Время дыхания увеличивал ежедневно на одну-две минуты, постепенно удлиняя и трубку. При этом не побуждал себя ни к каким волевым усилиям. Естественно, как бы само собой возникало желание в удлинении, затягивании дыхания. Через 3,5 месяца время занятия составило уже 30 минут, длина трубки выросла до 2,3 метра. Практически исчезли головные боли, значительно повысилась умственная работоспособность, он перестал ощущать зависимость самочувствия от погоды. Заметно повысилась физическая работоспособность.

Любопытно заметить, что к подобному, я сказал бы, ненасильственному подведению себя к дыханию с задержкой на выдохе подошли и авторы книги «Превентативная кардиология» (Москва, Медицина, 1987). Книга рекомендует использовать дюралевые трубки с внутренним диаметром 30 миллиметров и увеличивающейся длиной, последовательно − 42,5, 99,5, 156, 227, 284, 355 сантиметров.

Это с одной стороны. Но с другой стороны, появился целый ряд методик, побуждающих еще более насильственно приспосабливать организм к недостатку кислорода. Не только с помощью специальных видов дыхания, но посредством помещения человека в стрессовые условия: например, посредством зимних купаний, пробежек в условиях нехватки воздуха в горах, там же − к занятиям на горных лыжах (А. Рылов, кандидат медицинских наук, статья «Рецепты на адаптацию» в журнале «Изобретатель и рационализатор», 1988, № 12).

Освоив еще далеко не все известные оздоровительные системы, мы с вами обнаружили в них не только основное, «идейное» противостояние, но и наткнулись на достаточное количество противоречий, относительно частных, на рекомендации, подчас взаимно исключающие друг друга. Я уж не стал дробить внимание читателя на таких «мелочах», как рекомендации дышать либо только через рот, либо только через нос, либо только брюшным дыханием, либо только грудным дыханием, либо только полным дыханием, включающим в себя все остальные виды, либо сопровождать дыхательные упражнения чередованиями то через одну, то через другую ноздрю и т. д. и т. п. Воистину может закружиться голова у бедного пользователя различных систем, и он, подобно буриданову ослу, который не смог осуществить выбор между равными стогами сена и вследствие этого помер от голода, махнет на все противоречивые методики рукой и продолжит пожизненную привычку дышать как дышится, проще говоря, абы как.

Замечательные аналитические способности позволили тяжко заболевшим людям не только изыскать системы и способы своего возвращения в стан здоровых, но и помочь тысячам и десяткам тысяч своих последователей вернуть здоровье, благодаря четко прописанным системам дыхания, опирающимся на свои единицы измерения.

Стремление больного человека вернуть себе здоровье, опираясь на саморегуляцию организма, на его восстановительные силы, оказывается в истории науки о здоровье одним из существенных моментов. Вспомним ли мы приговоренного к смерти, едва влачащего нить своей жизни японского юношу Ниши, либо хронически больного в юношеские годы Брэгга, а еще раньше − хилого мальчонку Александра Суворова − замечательных людей разных времен и национальностей, чтобы стало понятно, сколь могучим является стимул сотворения здоровья для обиженного природой человека!

Немалое число подобных звезд первой величины сияет на небосводе человеческой истории. Чего стоит, к примеру, жизненный подвиг великого без всяких натяжек гонщика Армстронга, который стал уже шестикратным победителем самого знаменитого из всех велотуров в мире − и это после того, как ему сообщили о заболевании раком. Он одолел своего грозкого противника и стал путеводной звездой для сонма онкологических больных.

А феномен Дикуля, совершившего прорыв из положения полной инвалидности к состоянию богатыря − феномена, на своем опыте обучающего выходу на свет тысячи и тысячи инвалидов?..

Эндогенное дыхание

По-видимому, в ряду героев, победивших недуг, имя Анатолия Андреевича Лощинина сияет не столь ярко, но оно тоже по праву должно светить с мирового небосвода. Судите сами: на 65-м году жизни он повредил позвоночник, перетаскивая тяжелые бревна на даче. Без болей он мог лежать только на животе, и то если голова была ниже ног. А. Лощинин сумел за 7 месяцев полиостью восстановить позвоночник и устранить признаки инфаркта миокарда − все это с помощью специальных упражнений для определенных групп мышц спины и живота. Восстановить работу сердца ему помогли, кроме упражнений, калиевые добавки в пищу (курага, изюм, инжир, урюк, миндаль), а также настойка элеутерококка, мумие и прополис. Никаких медикаментов он не принимал, свои физические упражнения сочетал с дыхательной гимнастикой, именно это, как он считает, способствовало его быстрому выздоровлению. Применял он так называемое эндогенное дыхание.

Суть его в том, что количество выдыхаемого воздуха превышает количество вдыхаемого, что позволяет организму обходиться все меньшим и меньшим количеством получаемого извне кислорода. Сам А. Лощинин ссылается на книгу Адама Дж. Джексона «Секреты истинного здоровья», где сообщается об экспериментально подтвержденном факте усиления скорости движения лимфы в 15 раз за счет дыхания 1×4×2. То есть если принять продолжительность вдоха за единицу, то после вдоха надо сделать задержку, в четыре раза превышающую вдох, затем выдох − в два раза длиннее вдоха. Он же модифицировал эту методику применительно к эндогенной технике таким образом: 1×4×2×1. (Не напоминает ли это читателю чуть ранее приведенные мною советы относительно дыхания по графику крепостной стены, при котором возникают примерно такие же пропорции между вдохом − задержкой дыхания и выдохом? − Ю. А.). Таких циклов А. Лощинин выполнял 10–15 подряд, и повторял их 2–3 раза в день. Свою систему А. Лощинин назвал КОД − комплекс оздоровительного дыхания.

Судьба не оставляла своими выпадами Анатолия Андреевича: едва успев по-настоящему выздороветь после первой тяжелой травмы (напоминаю, полученной уже в достаточно зрелом возрасте), как в результате наезда на него автомобиля он снова получил целый ряд серьезных повреждений: ушиб головного мозга, перелом костей таза, травмы суставов, повреждения мышц, связок, кровеносных и лимфатических сосудов. Сутки он находился между жизнью и смертью, затем четверо суток его реанимировали в специальном отделении больницы, затем месяц он лежал в общей палате, а выписавшись, 40 дней должен был ходить на костылях и еще 20 дней с палкой. Тем не менее уже через четыре месяца после полученных травм врачи признали его трудоспособным и выписали на работу.

За счет чего же произошло подобное чудесное возрождение? А, Лощинин отвечает: «На пятый день после травмы, когда я смог осознать все случившееся, начал борьбу за свое здоровье. Сначала из-за ограничений в подвижности рук и ног единственным доступным средством был КОД. Он позволил уже в первую неделю снизить размеры образовавшегося в паху уплотнения от повреждения лимфатических и кровеносных сосудов. Позже, с появлением возможности двигать руками и ногами, я перешел к самомассажу доступных участков рук и ног, выполняя одновременно КОД и концентрируя внимание на массируемой зоне. Врачи были удивлены скоростью моего восстановления, а я радовался возможностям КОД… Все мои тренировки проходили при дыхании, в котором количество выдыхаемого воздуха более, чем в пять раз, превышало количество вдыхаемого воздуха». По-моему, жизненный пример более чем выразительный!..

В 50-е и последующие годы XX века и у нас, и за рубежом появилось немалое число действительно глубоких и оригинальных трудов, посвященных теории и практике дыхания. Добросовестный реферат на эту тему насчитывал бы десятки и десятки наименований. И совершенно логично, что в подобном перенасыщенном информационном пространстве был совершен замечательный прорыв вперед, относящийся равно к достижениям теории, и опирающийся на новые теоретические посылы, и к самой что ни на есть конкретной практике. И как это уже неоднократно случалось в истории человечества (и многократно же подчеркивалось на страницах данной книги), подобный благодатный прорыв был совершен под воздействием могучей мотивации − стремления изобретателя вчистую победить собственную смерть!

Как вы, дорогие читатели, уже, несомненно, догадались, после А. Лощинина с его эндогенным дыханием я совершенно логично начинаю разговор о Владимире Федоровиче Фролове, о дыхательном тренажере его имени и о системе его рекомендаций. Уж как не уважать его систему эндогенного дыхания, тренажер и рекомендации, коль скоро они помогли одолеть ему и туберкулез, и целый ряд других хронических заболеваний, и, самое главное и невероятное − с позиций правящей, официальной медицины, − рак прямой кишки четвертой степени. Этот человек не только одолел собственную смерть, но в паническое бегство обратил и собственную старость: в возрасте 65 лет биологические анализы показывают, что состояние его важнейших жизненных систем не превышает уровневых показателей здоровых 30-летних мужчин. Так как же не доверять урокам этого человека? Как не вчитываться с глубоким вниманием в его книги?

Вкратце о предыстории замечательного открытия Фролова

Столкнувшись с неприятными процессами в своих легких, этот инженер набрел на идеи Бутейко. Бутейко убедил его в том, что гиперкапния (избыток углекислого газа, напоминаю) полезна для одоления по крайней мере 150 заболеваний, что дыхание должно быть неглубоким и редким. Согласно Бутейко, человек абсолютно здоров лишь в том случае, если способен задерживать свое дыхание на минуту и более того.

Легко сказать, но трудно сделать! Осознать принципы системы Бутейко В. Ф. Фролов сумел, но освоить это дыхание на практике не смог. Для того чтобы добиться желаемого эффекта без постоянных понуждений к сверх-усилиям над собой, он − инженер − придумал дыхание через трубку, через которую требовалось вдыхать и выдыхать, а самый же кончик трубки погрузил в воду, чтобы процесс дыхания совершался с некоторым усилием. Этот способ позволил создавать ситуацию одновременно и уменьшения кислорода во вдыхаемом воздухе, так как он сталкивается с выдыхаемым воздухом, и увеличения дозы углекислого газа в легких, так как выдох осуществляется замедленно, да еще и с торможением посредством трубки и воды.

Ищущему человеку, ему удивительно вовремя попались на глаза труды ростовского физиолога Гаркави и других, с их глубоко продуманными правилами повышения тренированности организма. И. В. Ф. Фролов ввел в свою методику их принципы увеличения могущества тренируемого организма: во-первых, регулярность занятий, во-вторых, постепенное увеличение нагрузки в процессе занятий, в-третьих, наращивание достижений, рассчитанное не на быстрый взлет, а на достаточно длительное во времени увеличение максимальных показателей.

Пытливая мысль В. Фролова работала в режиме творческого подхода и усвоения всего жизнеспособного, что могло усовершенствовать работу его способа дыхания. Выражаясь словами гениального Гёте: «Я брал свое всюду, где находил его», В. Фролов побуждал коллективную мысль работать на свою идею. Замечательно, что он никогда не скрывал источников своего вдохновения: Бутейко − да, Гаркави − да, кто еще? А еще российский ученый Г. Н. Петракович, который в 90-е гг. ушедшего столетия выступил с яркой, одновременно парадоксальной и доказательной теорией, согласно которой клетки организма способны обеспечивать себя энергией за счет свободно-радикального окисления, совершающегося в их собственной структуре. По Г. Петраковичу, эритроциты, набравшие в легких кислород, доставляют его в клетки тканей с целью поддержать именно там основной (по Г. Петраковичу) процесс высвобождения энергии, изначально (по Г. Петраковичу) совершающийся на клеточном уровне.

Таким образом, мы подходим к понятию «внутреннего кислорода», запасы которого в организме громадны и который − при соответствующем включении «механизма» − можно использовать для интенсификации энергетических процессов в организме. Использовать и получать в пять раз больше энергии от внутреннего кислорода, чем от внешнего, вдыхаемого через легкие.

Позволю себе аналогию: подобно тому как во время голодания организм начинает изыскивать внутренние ресурсы и переходит через некоторое время на потребление внутренних резервов (сжигая в первую очередь вредные для себя образования), так и при создании обстоятельств, препятствующих получению внешнего кислорода, организм начинает активно пользоваться запасами кислорода внутреннего, связанного. Самое прекрасное и удивительное в подобной ситуации − что в первую очередь кислород изнутри отбирается от клеток больных, дефектных или попросту вредных, в результате чего они и умирают.

В условиях искусственно (и искусно!) создаваемого дефицита внешнего кислорода происходит адаптация организма к уменьшению потребности в нем, адаптация, достигаемая прежде всего за счет выжигания из организма лишних, паразитических образований, являющихся чужеродными для его генетической программы. Организм здоровеет.

Опять-таки: не мое дело печатать здесь инструкцию для овладения дыханием по Фролову. Для его освоения издано достаточное число книг и самого В. Фролова, и его последователей. На мой взгляд, одним из лучших пособий в этом стане является книга А. А. Степанова «Дыхание по Фролову»[2]. С готовностью рекомендую его читателям − тем более что имел честь в свое время обучать Александра Авдеевича Степанова на своих курсах «Идеальное здоровье − теория и практика». Эту и другие его книги считаю весьма практичными. Правда, будь на то моя воля, я перевел бы в них на русский язык такие, например, распрочудесные фразы, как «Клетки организма обеспечивают себя энергией и кислородом в основном путем свободно-радикалъного окисления ненасыщенных жирных кислот. Эти кислоты имеются в структуре мембран клеток… Таким образом аденозинтрифосфат и процессы, его обеспечивающие, отодвигаются на второй план… Речь идет об ионизирующем протонном излучении в живой клетке как способе передачи энергии биологического окисления из митохондрии в цитоплазму». Как говорится, коротко и ясно. Думаю, что практика автора, добившегося прекрасных результатов, способна извинить его теоретическое − в популярной книге! − щегольство.

Итак, на поле выведен новый игрок. До сих пор мы обсуждали возможности лишь аутогенного дыхания, то есть такого, которое организм получает, набирая воздух (кислород) извне. Теперь оказывается, что он может получать кислород изнутри, то есть дыхание может быть эндогенным. И вот в чем сокрыта изюминка: оказывается, у целого ряда братьев наших меньших, отличающихся невероятной выносливостью и энергетической мощью, то есть более, чем здоровых, эндогенное дыхание является родным, изначально для них присущим. Примеры: тюлень и бобер способны весьма энергично двигаться под водой, не вбирая при этом новой дозы атмосферного воздуха, до 15 минут. Кит-полосатик − огромная туша! − способен энергично, с большой скоростью продвигаться под водой, опять-таки преодолевая ее сопротивление, до 30 минут. Рекордсменом в данных видах подводного ныряния безусловно является кашалот, он способен стремительно мчаться под водой, не выныривая на поверхность, до 90 минут! А ведь все эти богатыри − млекопитающие, дышащие легкими.

Любопытно заметить также и то, что наземные млекопитающие в процессе зимней спячки способны перенести снижение кислорода до минимума.

И во всех приведенных выше случаях, и в других, подобных им (например, в удивительной способности морской черепахи длительное время находиться под водой), животные сочетают возможности как использования внешнего по отношению к организму кислорода, так и потребления кислорода внутреннего, содержащегося в его тканях. Именно подобная гармония, способность, образно говоря, сидеть на двух стульях, и позволяет этим умельцам сохранять идеальное здоровье на протяжении всей своей жизни. Кто слышал, например, о диабете у дельфина? Кому известны случаи гипертонии или онкологии у касатки? Мне подобные примеры неизвестны. Конечно же, можно вспомнить невеселый юмор из анекдотов так называемого армянского радио. Вопрос: Может ли собака получить инфаркт? Ответ: Да, может, если ее поместить в человеческие условия…

Но может быть, имеет смысл не собак (ондатр, выхухолей, бурых медведей и т. п.) помещать в так называемые человеческие, то есть бесчеловечные, условия, а людей тренировать на возвращение им навыков внутреннего дыхания? Тренировать на умение совмещать правильно выполняемое внешнее дыхание с дыханием внутриклеточным?

Именно эту идею и принялся реализовывать В. Фролов. И, что важно отметить, тренировать таким образом, что человек сначала учится грамотно и систематично, этап за этапом овладевать эндогенным дыханием посредством работы с дыхательным тренажером, а затем, спустя не столь уж длительное время, скажем, через несколько месяцев, способен пользоваться эндогенным дыханием и без применения тренажера. Вспоминая высоконаучные тренажеры А. Сметанкина, я вынужден сообщить здесь, что тренажеры В. Фролова стоят в десятки раз дешевле них, что весьма немаловажно для массового потребителя, а объективный результат измеряется возникающей длительной паузой без вдоха. В книгах В. Фролова приводятся конкретные указания для лечения тех или иных заболеваний, в том числе, как это может показаться неожиданным на первый взгляд, и пародонтоза, и остеохондроза, которые как будто бы не имеют никакого отношения к дыханию.

В свет выпущено уже немало книг и видеокассет самого Фролова, вокруг его системы существуют уже и подробные инструкции, и книги серьезных авторов (А. Степанова я назвал), одним словом, для тех, кто всерьез захочет выйти на новые горизонты знания и на новые этажи несокрушимого здоровья путем перехода на эндогенное дыхание, непреодолимых препятствий нет.

И однако, и однако… «Платон мне друг, но истина дороже». Процитирую отрывок из одного в достаточной степени типического письма, полученного мною от корреспондента с Украины. Цитирую.

…Уважаемый Эдуард Васильевич! Поскольку Вы далеко не единственный из тех, кто задает мне подобные вопросы, отвечая Вам, я думаю, с моим ответом любопытно будет познакомиться и другим читателям этой и прежних моих книг.

Вы совершенно правы в своих словах «как большинство авторов любой новой системы, излишне радикален». Задаю себе вопрос: чего ради я должен отказываться от бурления гормонов и счастья от выброса эндорфинов во время сказочно-прекрасной пробежки по цветущему лесу или во время стремительного полета коньковым стилем на лыжах по сверкающему снегу Финского залива? Почему я должен отказываться от мышечной радости, которая возникает после доброй нагрузки с двухпудовкой, особенно после предварительной неслабой разминки? Чего ради я должен избегать взрывных эмоций восторга, обретаемых после того, как, напарившись веником до малиново-огненного цвета, я ныряю в ледяную прорубь и выхожу из нее совершенно обновленный?..

Должен сообщить Вам, что мои ученики и коллеги, с которыми мы ежесубботне проводим занятия в парилке и проруби, объявили конкурс на нахождение наиболее адекватных слов к состоянию того тотального восторга души и тела, который человек обретает после этого сдвоенного суперстрессового воздействия, да вот оказалось, что язык наш − уж вроде бы насколько богатый в своих выразительных средствах − подходящего описания подобной вселенской радости передать не в состоянии! Объявленный приз так и остается невостребованным. Это к вопросу о моей комплексной, как Вы справедливо ее называете, спортивно-оздоровительной практике.

Тут я и должен в самой тактичной и достойной форме указать на немалый, с моей точки зрения, дефект в системе В. Фролова: она всемерно и всецело обращена лишь к физиологическим глубинам процессов, совершающихся в недрах нашего тела. Но так же, как и в прецеденте с системой Ю. Вилунаса, я обязан в качестве автора книги «Три кита здоровья» убедительно напомнить, что первым-то китом является наш жизнетворящий, жизнеутверждающий, оптимистичный дух. И только в тех случаях, когда он присутствует, когда первую скрипку играет полнота человеческого бытия, а не одна лишь какая-либо из составляющих ее, хотя бы и важная, именно тогда мы обретаем человеческое здоровье. А я, между прочим, внимательно изучив все, что связано с теорией и практикой глубоко почитаемого мною, как это очевидно из предыдущего изложения, В. Ф. Фролова, ни одного упоминания по этому поводу в его текстах не нашел. Это первое.

Тут мне необходимо акцентировать мысль об узости подхода к человеку исключительно с позиций физиологии. Так, к примеру, физиологи, обслуживающие армию фашистского рейха, с точностью до долей процента рассчитали, когда в осажденном Ленинграде будут исчерпаны все запасы питания в килокалориях и город таким образом вымрет и падет. Тем не менее не только не пал, но и непрерывно ковал все новое и новое оружие для борьбы, создавал в условиях блокады бессмертные произведения искусства и в конце концов разорвал смертельную удавку на своей шее. Такова-то цена невесомой вроде бы субстанции, мощи человеческого духа. Можно ли не учитывать эту структуру, занимаясь оздоровительными практиками? По-моему, это − вопрос риторический…

Второе. А кто же мешает нам все физические нагрузки выполнять в режиме эндогенного дыхания? Докладываю: когда мне приходится резко спуртовать на вездеходном велосипеде по лесным неудобьям, стремясь выдерживать ту же скорость, что и на шоссе, я сознательно набираю малый вдох и, вращая педалями, стремлюсь растянуть выдох метров на сто-двести интенсивной работы. Как мне кажется, в оном состоянии я уподобляюсь кашалоту, преодолевающему в толщах воды то же самое пространство.

Третье. И подобно тому же кашалоту, после завершения интенсивного по затратам энергии отрезка пути я подобно ему перехожу на внешнее дыхание. Кстати говоря, коль скоро все эти наиболее здоровые представители млекопитающих великолепно сочетают пользование и атмосферным кислородом, и кислородом внутриклеточным, почему бы нам не следовать именно их примеру?

И еще одно замечание. Посмотрел бы я на их реакцию, коль скоро кто бы то ни было попытался им запретить подолгу плавать в холодной воде под тем предлогом, что это вредит их здоровью…

И резюмирую: существует присловье «Нужно есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть». Не следует ли в данной ситуации его переделать: «Нужно дышать, чтобы жить, а не жить, чтобы дышать»?

Итак, уважаемый Эдуард Васильевич, я выражаю благодарность судьбе за то, что она меня познакомила с открытием В. Фролова. Его рекомендации являются для меня одним из важнейших инструментов самооздоровления, но не самоцелью жизни.