Ты мне не братишка

Глава 11.2

От лица Полины

Открываю глаза и вижу Марка, спящего на кресле рядом с моей кроватью. Я что в больнице? В палату заходит обеспокоенная медсестра, и сразу же интересуется у брата:

— Вы ночевали здесь?

Он вмиг просыпается от её голоса, и старается не смотреть в мои глаза:

— Да, видимо, случайно заснул!

— Почему я в больнице? — прерываю их беседу, как тут же заходит доктор, у него папка с какими-то анализами.

— Значит так, Полина, тебе нужно принимать эти лекарства, и слушайся своего брата!

— Кого? Он мне никто!

В этот момент мы с Марком переглянулись, было видно, что нам больно вдвойне. И когда же уже закончатся эти бои без правил?

— Она врёт! Я её старший брат! Скажите, какие лекарства нужны, я всё куплю! — подходит он к врачу, а я надуваю свои губы. Горло болит так сильно, но больше всего меня убивает другое, он отправил меня в эту чёртову больницу.

Когда мы снова остаёмся наедине, я стараюсь смотреть куда угодно, но только не на него.

— Полина!

Делаю вид, что он пустое место. Его шёпот будоражит всё моё тело, и теперь нет смысла играть этот идиотский спектакль.

— Полина, почему ты не хочешь посмотреть мне в глаза? — Марк тут же нависает надо мной как тень. А я уже устала сдерживать свои эмоции.

— Жаль, что я не умерла! Плохо, что ты успел! — говорю всё на полном серьёзе. И это очень сильно его расстроило.

— В каком смысле не успел? Ты хотела себя убить? Я тебя спрашиваю! — обхватывает мои щёки, и наши губы слишком близко друг к другу.

— Да, братишка, я съела килограмм мороженого! А ещё запила всё жутко холодным лимонадом! И теперь моё горло так сильно болит, что я не могу даже есть и пить! — слеза стекает по щеке, он тут же касается её своими пальцем.

— Дурочка, зачем ты это сделала? — шепчет так тихо, теперь в его голосе нет привычной жестокости, он снова тот Марк, которого я люблю до безумия. Отвожу взгляд в сторону окна, там как раз начался проливной дождик. Он целыми сутками напролёт капает не переставая, эта погода может вызвать ужасную депрессию.

— Ты же знаешь правду, читал мой дневник. Ну же братишка, скажи это вслух!

А сама готова убить себя прямо сейчас. Но больше ни за что в жизни не потерплю его унижений.

— Да, Полина, я читал ту чертову страницу! И не понимаю, как ты могла опуститься так низко!

— Кто? Я? А как же то, что ты сделал со мной в ванной? Да, Марк, я люблю тебя и не как брата! Ясно? И каждую ночь я представляю, как ты входишь в меня, а я тону в этом наслаждении! Сказать ещё? Я жутко ревную тебя ко всем девицам!

— Остановись! Полина, мы не можем быть вместе! Не спорю, у меня есть к тебе животное влечение! Очень сильное, я бы сказал неконтролируемое, но я не люблю тебя, так как ты меня! Я привык жить по-другому! Теперь ты понимаешь, почему всё это время я тебя отвергал?

— Не любишь? Я тебе не нравлюсь?

Это было обидно слышать от человека, по которому я схожу с ума вот уже несколько лет. Он ложится со мной на кровать и поворачивает мой подбородок к себе:

— Глупышка, как ты можешь не нравится, ты чертовски красива! Эти глаза, пухленькие губки и роскошные волосы, про фигуру я вообще молчу! Я хочу тебя, Полина, но не могу перейти эту черту! Ведь это просто секс!

— Но мы бы могли попробовать! Не важно, что ты не любишь меня! Я хочу твоих поцелуев. Прошу, Марк! Мне так больно!

— Полина, отец убьёт меня, если я совращу тебя! Тебе нужен кто-то другой, да я вёл себя в последнее время как идиот. Но это моя забота! — его пальцы ласкают мою руку, а я не могу восстановить своё дыхание.

— Мне нужен только ты! Ну же, поцелуй меня! Ты же сам этого хочешь!

— Ты понимаешь, что я могу погубить тебя! Позволь, я просто останусь твоим братом! — шепчет мне в губы, и я сама переступаю эту черту и впиваюсь в его губы, а он тут же хватает меня за волосы, и жадно наказывает своим языком. Мы кусаем друг друга в порыве страсти. Его руки забираются ко мне под майку, такой страсти ещё никто не видел.

— Стоп! Ты слабая! Тебе нужно отдохнуть!

— Я хочу ещё, дай его мне Марк! — раскрываю свои губы, и мои глаза затуманены похотью, и он шипит так, будто сам возбуждён до предела:

— Чёрт возьми! Зачем ты это делаешь? Кусаешь свои губы? Я могу изнасиловать тебя! И просто сломать, скажи ты хочешь этого? — теперь он смотрит на меня как на шлюху, которая полностью в его власти.

— Да, Марк!

И тут он проникает пальцами ко мне в трусики и принимается массировать клитор, тут же тело чувствует приятное тепло, и я уже не чувствую той боли. Он был нужен мне, как спасительный круг.

— О боже! — мои стоны его возбуждают, и он тем временем прикусывает нижнюю губу, мы совсем потеряли стыд, а вдруг медсестра или врач зайдёт в палату.

— Сейчас ты освободишься! Девочка моя! Я бы с удовольствием проник туда своими пальцами! Но ты ещё слабенькая! — его палец возвращается на мой бутон, и я чувствую, как тело полностью ему поддается, испытываю оргазм, от которого перехватывает всё тело.

— О да! — заглушает он мой стон своим поцелуем, и я кладу ему свою голову на грудь.

— Тише, Мелочь! А не то нас услышат другие пациенты! Какая ты пошлая девочка! — проводит языком по моей нижней губе, а я всё никак не отойду от оргазма. Мне не нужно лекарства. Когда он рядом я счастлива. Впервые за такое долгое время на душе стало спокойно, он рядом со мной, разве о таком я могла когда-либо мечтать?

— Я должен идти! — не хочет от меня отстраняться, а я чувствую горечь во рту, не хочу с ним расставаться и на секунду.

— Останься! Мне так хорошо с тобой!

— Спи, малышка! Обещаю, я вернусь!