У тебя есть сын

Яна выходит из своей спальни, и я застываю на лестнице с открытым ртом. На ней голубое короткое платье в стиле 60-х, вроде бы простое и скромное, но, блин… Это та самая скромность, которая скрывает и обещает многое… Я не знаю точно, в чем тут дело, но это платье просто взрывает мне мозг!

Но ладно еще платье…

А волосы, убранные наверх и открывающие хрупкую шейку... А бесконечные загорелые ноги идеальной формы... А черные босоножки с ремешками, так похожие на те, в которых я впервые увидел Яну…

И мне так же, как тогда, хочется упасть к ее ногам и перецеловать каждый пальчик… Я снова становлюсь фут-фетишистом. Меня дико заводят изящные ножки Яны.

И не только ножки…

- Что? - спрашивает она.

Видимо, этот вопрос вызван тем, что я стою как столб, уронив на пол челюсть.

- Ты обалденная, - выдыхаю я.

- Я еще даже не накрасилась, - улыбается Яна. - Где Матвей?

- Его бабушка одевает.

- А, ну ладно.

Она разворачивается ко мне спиной, и я вижу глубокий вырез сзади на платье.

- Охренеть вообще! - срывается с моих губ. - Ты в этом пойдешь?

- Да, а что?

- У тебя спина голая.

- Я в курсе.

- Мне кажется, на тебе нет лифчика.

- Я не обсуждаю с тобой свое нижнее белье! - фыркает Яна.

- А я не могу об этом не думать…

Она оборачивается и бросает на меня такой взгляд… я мгновенно воспламеняюсь, как спичка.

Блин…

Дышим. Расслабляемся. Вдох-выдох. Раздобыть бы где-нибудь пригоршню кубиков льда и высыпать себе в штаны…

Мы на празднике. Меня представили имениннице Ольге Викторовне, ее дочери Насте и зятю Матвею, у которых то ли двое, то ли трое детей. И еще паре десятков гостей. Но я запомнил только этих. Потому что зять именинницы - тезка моего сына.

Праздник проходит веселее, чем можно было ожидать. Вместо скучных торжественных речей - забавные тосты, которые произносит по большей части муж именинницы, которого все почему-то зовут Пиратом. И мы не сидим за столом, это скорее фуршет в огромном саду, благоухающем цветами.

Повсюду носятся дети, гуляют взрослые с бокалами, собираются кружки по интересам: тут мужики говорят о машинах, там женщины обсуждают модные тенденции, здесь молодые мамочки делятся проблемами прорастания зубов у младенцев...

А я ищу Матвея, которого не видел уже минут пятнадцать.

Обнаруживаю я своего сына в весьма неоднозначной ситуации. Он и девчонка примерно такого же возраста стоят друг напротив друга и сердито пыхтят. Видимо, конфликт начался уже давно, его причина мне неизвестна.

Эти двое меня не видят - я скрыт кустарником.

- Мой папа тебе голову оторвет! - заявляет девчонка.

- А я… - начинает Матвей. А потом как будто вспоминает. И радостно выпаливает: - У меня тоже есть папа!

Девчонка смотрит на него удивленно. Мол, подумаешь, папа. Нашел чем хвастаться.

А Матвей снова повторяет с гордостью в голосе:

- У меня есть папа!

- Мой папа сильнее!

- Нет, мой сильнее! И мы с ним полетим на самолете.

- Подумаешь! Мы сто раз летали.

- А мы тысячу миллионов раз полетим!

- А я…

- А у меня…

Так, кажется, конфликт снова разгорается.

Я выхожу из режима инкогнито, раздвигаю кусты и приближаюсь к орушим друг на друга детишкам.

Они уже не просто орут. Девчонка лупит Матвея мягким зайцем, а он пытается оторвать этому зайцу уши… И при этом бормочет себе под нос, что девочек бить нельзя.

Блин.

Что делать-то? Кого спасать? Сына? Мелкую бандитку? Зайца?

- Дети, прекратите, - растерянно говорю я. - Драться нехорошо…

Но они меня даже не слышат. Бой переходит в новую фазу.

Меня бросает в пот. Я пытаюсь разнять детей, но безуспешно.

- Эй, молодежь, чего шумим? - раздается мужской голос.

Даже не голос, а грозный рык. Малышня как по команде прекращает драться и смотрит на источник рыка. Это Матвей, зять именинницы и, судя по всему, отец девчонки.

Драться “молодежь” прекращает, но все равно эти двое таращатся друг на друга исподлобья.

- Мой папа тебе голову оторвет, - бормочет себе под нос мелкая бандитка.

- А я оторву голову твоему зайцу, - не уступает мой сынок.

- Никто никому ничего отрывать не будет, - спокойно произносит большой Матвей. - Там торт принесли. Шестьдесят свечей. Поможете бабушке задуть? И съесть.

- Да-а-а! - вопит малышня.

И несется к столам в саду.

- Круто ты их успокоил, - говорю я своему новому знакомому.

- Опыт, мужик. Это все дело опыта. Не ссы, тоже научишься.

Он знает, что я недавно появившийся папа Матвея. Тут все всё знают…

Ну и ладно!

- У меня тоже так было, - продолжает он.

- Как?

- Познакомился со своим сыном, когда ему было четыре года.

- Серьезно? - поражаюсь я.

- Ага. Такой же дятел был, как ты.

Я так поражен, что даже не обижаюсь на “дятла”. Оказывается, я не один такой!

- И как у вас все… сложилось? - спрашиваю я.

- Не сразу, мужик. Не сразу. Но сложилось так, что не разложишь! - хохочет он. - Пойдем, потрындим в мужской компании, пока детишки заняты тортом.