Дамы опустились на низкий уличный диван из нескольких секций с толстыми и мягкими, точно зефир, подушками. Битси, должно быть, получила его из Лондона прямо сегодня – судя по сваленной у пляжного домика упаковке. Фиона заметила изящный логотип на краешке подушки – компании Quiet Storm of Chelsea. Поискав в интернете, она обнаружила, что компания делала мебель только на заказ, и в основном для людей с яхтами и бассейнами. Цен на сайте не было, что явно сообщало: если вам нужно узнать цену на товар, то, скорее всего, вы не сможете его себе позволить.
– И как давно вы снимаете домик? – спросила Дэйзи, сделав несколько снимков для «Инстаграма»[16]. – Кстати, выглядит сказочно.
Битси тепло улыбнулась:
– О, спасибо. Я решила его купить. Только сегодня утром сделала владельцу предложение, от которого он не смог отказаться. Юристы все уладят завтра.
– Но ты же только приехала, – вмешалась Софи. – Это очень импульсивно даже для тебя.
– Знаю, но я просто влюбилась в это место. И знала, что так будет. Мне нужен такой домик насовсем, так хотя бы часть наследства не пропадет – хорошее вложение. И мне ужасно хочется убраться подальше от этих душных людей в Лондоне, чтобы у меня было здесь убежище. Ну, знаете, возврат к истокам, такой вот опыт. Время от времени обходиться без удобств. – Битси не глядя протянула бокал назад: – Гейл, будь душечкой, налей мне еще джин-тоник. А теперь к важным вопросам: расскажите мне об этом убийстве.
Фиона, Дэйзи и Сью по очереди рассказали обо всем, что им удалось узнать.
Они завладели вниманием Битси безраздельно: она слушала каждое их слово.
– И никто не знает, кто это сделал? Никаких улик?
– Пока нет, – ответила Фиона.
– Это шайка хулиганов в капюшонах, – вмешалась Софи. – Больше некому.
Как и Фрэнк, она предпочитала самый простой и очевидный вариант: свалить все на несовершеннолетних преступников.
– Софи, прекрати перебивать! – резко оборвала ее Битси.
Фиона взглянула на Софи, проверить, как та отреагирует. Обычно у ее заклятого врага всегда было наготове несколько колких ответов, но сейчас ее искусственно увеличенные губы оказались плотно сжаты. Из этого Фиона заключила, что баланс сил в их отношениях явно склонялся в пользу Битси.
Битси вновь обратилась к Фионе:
– А версии уже есть?
– Малкольм Крэйни был эксцентричным человеком, – ответила Фиона. – Он явно выделялся, был вроде местной богемы.
– Он мне уже нравится, – сказала Битси.
– Украсил свой пляжный домик самыми разными безделушками, – добавила Дэйзи. – Может, кто-то возмутился.
Гейл вложила в руку Битси бокал с джин-тоником. Та сделала большой глоток и продолжила:
– Ах да, я видела тот дом, когда только приехала. Мимо него точно не пройдешь. Ну так это просто ужасно, если кто-то убил его за то, что он отличался от других. Был собой. Каждому позволено быть тем, кто он есть. Это право каждого человека.
– Это банда подростков в капюшонах, – выплюнула Софи. – Вандалы портят собственность, вот и все. Вот моя теория. Вам надо бы ее расследовать.
Битси бросила на подругу неприязненный взгляд:
– Ох, Соф, заткнись, а? Мир крутится не вокруг тебя. И никто больше не называет их подростками в капюшонах. Продолжайте, Фиона.
– Ну, я думаю, кто-то в этом маленьком сообществе владельцев пляжных домиков просто обязан что-то знать. – Фиона взглянула на часы и поднялась на ноги. – Господи, сколько времени! Нам лучше вернуться, завтра на работу.
Дэйзи и Сью тоже встали.
Но Битси и слышать ничего не хотела:
– Что? Нет-нет. Останьтесь еще немного… ну пожалуйста! Это так весело! Выпейте еще, я могу заказать сюда еду.
– Мы не можем, сегодня будний день.
– Я сделаю большое пожертвование для вашего благотворительного магазина! Как он называется? «Собачкам нужны хорошие вещи»? Тогда завтра вы сможете открыться позже.
Фиона покачала головой:
– Боюсь, это так не работает. Но мы будем очень рады, если вы все же сделаете пожертвование. Простите, что уходим.
Битси застонала, точно ребенок, которому велели отправляться в постель. Она все еще не могла смириться с отказом, до тех пор, пока дамы не ступили с веранды на песок.
– Если я чем-то смогу помочь…
Фиона остановилась и развернулась:
– Да, раз уж вы предложили, есть кое-что.