Глава 29

Конечно, это была слепая удача. Сезон муссонов с западными ветрами, который принесет орды кораблей с провизией и боеприпасами для малва в Харке, не начнется еще несколько недель. В это время года муссоны восточных направлений дули последние дни, и Антонина не ожидала встретить корабли, плывущие назад в Индию.

В некотором роде это было неудачно. Вообще-то Антонина предпочла бы не встретить никаких кораблей малва на пути в Харк. Всегда оставалась опасность, что ее собственная флотилия получит слишком сильные повреждения во время морского сражения, чтобы выполнить свою задачу. Если бы арабские суда не присоединились к ее флотилии, то она бы испытала искушение позволить кораблям малва пройти мимо неповрежденными.

Но когда она поделилась своими опасениями с Вахси, командующий сарвом Дакуэн покачал головой.

— Это бессмысленно, Антонина. Малва заметили нас, когда мы заметили их. Вероятно, раньше, если впередсмотрящие сидят у них на огромных мачтах. Они бы послали предупреждение в Харк на одной из галер. Нам в любом случае пришлось бы их атаковать.

Теперь флотилия малва была полностью видна. Корабли плыли с запада на восток. Аксумский флот, приближающийся с юга, с ветром на траверзе35, шел к ним под углом в девяносто градусов. Вахси изучил вражеские корабли. Корпуса огромных грузовых судов появились над горизонтом и аксумиты могли видеть паруса двух меньших галер, которые служили эскортом. Галеры уже сворачивали паруса и доставали весла, готовясь к сражению.

Самоуверенное надменное дерьмо, — рявкнул Вахси. — Две галеры? Для флотилии такого размера? — Его акумское amour propre36 было глубоко оскорблено.

Усанас рассмеялся.

— Вероятно, они не ожидали встретить военные корабли аксумитов, Вахси. По крайней мере не в этом году. — Он показал большим пальцем через плечо на арабские суда. Суденышки уже отставали и рассредоточивались. Арабы планировали оставаться вне сражения, но быть готовыми броситься вперед, когда придет время брать трофеи.

— Двух галер более чем достаточно, чтобы защититься от этого сброда. Мы отразили атаку флота такого же размера одним неохраняемым грузовым судном37. — Он окинул взглядом пять грузовых судов.

Большие негодяи, не так ли?

— И что? — Вахси пожал плечами. — Мы не планируем брать на абордаж эти деревянные скалы. — Он одобрительно посмотрел на римские артиллерийские расчеты, которые готовили орудия к бою. — Мы просто разобьем их в щепки и позволим арабам доделать остальное.

В глубине души Антонина подумала, что Вахси слишком оптимистичен. Как и многие люди, не имевшие опыта с пушками, Вахси склонялся к преувеличению их эффективности. Но она ничего не сказала. Это было не время для сомнений. Не сейчас, когда осталось менее чем два часа до напряженного морского сражения.

Она перевела взгляд на мужчин и женщин Когорты Феодоры, которые готовили пушки к бою. Но в отличие от незапятнанного восхищения Вахси, ее взгляд был понимающим.

Слишком маленькие суда. Это беспокоило ее больше всего. Аксумские боевые корабли, в отличие от корабля, который Иоанн Родосский соорудил год назад, не предназначались для пушек. В имевшееся время, до того, как они покинули Асэб, ее сирийские артиллеристы сделали все, что могли. Но справиться с основными проблемами конструкции самих судов не представлялось возможным.

Как почти все военные корабли того времени, аксумские суда строились ради скорости и маневренности. Хорошо укрепляли только нос, все остальные части делались легкими. И даже носы на аксумских военных кораблях были относительно хрупкими. Аксумская военная тактика базировалась на абордаже. На этих кораблях отсутствовали бревна в носовой части, при помощи которых идут на таран и делаются пробоины в кораблях противника.

А что еще хуже, эти корабли строились с использованием метода, обычного для Средиземного и Эритрейского морей. Вместо того чтобы начинать с крепкого каркаса, киля и шпангоутов — этот метод во времена Антонины использовался только на севере Европы, — аксумские корабли строились из планок, которые сколачивались или сшивались вместе, с небольшим количеством внутренних сцеплений, добавляемых в самом конце. На самом деле эти корабли были не более чем деревянными скорлупками. Отдача от пальбы пятидюймовых орудий начнет ломать корпуса после нескольких выстрелов.

Артиллерийские расчеты Антонины пришли к компромиссу, просто укрепив корпуса прямо по центру судов. На каждом аксумском корабле стояло по четыре орудия, по два на каждой стороне. Да, внушающие страх орудия, в особенности на расстоянии нескольких сотен ярдов. Но два орудия — это слабая артиллерия одного борта, и для бортового залпа маловато.

На мгновение Антонина почувствовала глубокое сожаление, что у нее нет с собой корабля Иоанна. В это мгновение она бы обменяла половину аксумской флотилии на одну «Феодору». Но…

Антонина мысленно пожала плечами. Она приняла правильное решение. Было бы возможно, хотя и очень трудно, переправить «Феодору» волоком из Нила в Красное море. Но сделать это тайно не представлялось возможным, не с тем количеством рабочей силы, которая потребуется для выполнения этой задачи. Малва бы получили информацию о ее планах. Единственной причиной перетаскивать «Феодору» в Красное море было бы намерение отправиться за судами малва в Персидском заливе. Малва, вероятно, не додумались бы до ее конечной цели: атаковать Харк с моря. Безумие, ведь Харк — самая укрепленная гавань в мире. Но они определенно усилили бы патрули в Персидском заливе, и этого оказалось бы достаточно, чтобы сорвать ее планы.

Ее раздумья прервал крик впередсмотрящего. Через несколько секунд Антонина увидела причину. Две галеры малва отделились от вражеской флотилии и направлялись прямо на аксумитов.

— Они — смелые ублюдки, — сказала она наполовину с восхищением.

Вахси бросил на нее взгляд и ухмыльнулся.

— Смелые? Нет, Антонина. Они просто — важные задиры, которые никогда не встречались с аксумитами в море.

Взгляд командующего сарвом Дакуэн вернулся к пушкам. Антонина подавила смешок. Вахси, как думала она, испытывал искушение не использовать пушки — просто чтобы доказать малва, насколько безнадежно они уступают классом.

Но Вахси был ветераном. Через несколько секунд, он очевидно, подавил детский импульс. Он повернулся к Усанасу и сказал:

— Я рекомендую просто разорвать их на части на пути к самой флотилии. Но решение за тобой, аквабе ценцен.

Термин «аквабе ценцен» означал «хранитель мухобойки (в виде конского хвоста на ручке)». Римлянке Антонине казался странным титул человека, который по власти шел вторым за самим негусой нагастом. Но мухобойка вместе с копьем являлась традиционной эмблемой аксумского королевского дома. Через три дня после вступления в брак царь царей присвоил титул Усанасу. Если не считать сил в самом Аксумском царстве, и войска, которым командовал Гармат, как новый наместник в Аравии, Усанас теперь стал высшим военачальником в Аксуме, а также главным советником царя.

Усанас улыбнулся.

— Пожалуйста, Вахси! Я все еще старый грубый варварский охотник. Я столько же знаю о морских сражениях, сколько гиппопотам о поэзии. — Он сделал широкий круговой жест. — Я оставляю все в твоих компетентных руках.

Вахси заворчал.

В конце концов, все эти велеречия не были потеряны зря.

Мгновение спустя он уже выкрикивал приказы команде. Флагманский корабль продолжал идти курсом на север, все еще под парусом. Другие аксумские военные корабли следовали за ним. Антонина удивлялась. Она ожидала, что Вахси прикажет убрать паруса и приготовить весла. Как и все подобные суда того времени, аксумские военные корабли вступали в сражения на веслах, а не под парусами.

Вначале она предположила, что Вахси отдал такой приказ, поскольку не доверят гребной способности кораблей. Для установки на судах пушек пришлось вывести из строя большое количество скамеек для гребцов. Но затем, когда Антонина увидела мрачное удовлетворение на лице Вахси, ей пришлось подавить смешок.

Вахси был слишком опытным ветераном, чтобы удовлетворять детский порыв сражаться без пушек. Но она подумала, что он нашел замену. Вахси победит врага, даже не попытавшись использовать весла — точно так же, как мальчик хвастается, что он может кнутом побить другого, когда одна его рука привязана за спиной.

Когда галеры приблизились, веселость Антонины исчезла. Ее заменила настороженность. Несмотря на все превосходство аксумских кораблей над судами малва, они все равно не могли маневрировать, оставаясь под парусами.

Антонина просяще посмотрела на Усанаса. Он улыбнулся в ответ. Она с неохотой открыла рот, готовясь призвать к осторожности упрямого командующего сарвом Дакуэн.

Какие бы слова она ни собиралась произнести, они были потоплены внезапным криком Вахси.

— Меняйте курс! По ветру!

Через несколько мгновений корабль положил руль направо и пошел по ветру. За ними один за другим корабли повторяли маневр предыдущего, пока его не скопировала вся флотилия.

Антонина задержала дыхание. Они теперь неслись наперерез приближающимся галерам малва на скорости, казавшейся поразительной. Столкновение казалось почти неизбежным — а суда малва, в отличие от их собственного, были снабжены жуткими выступающими вперед бревнами, разрезающими волны.

Только в последнее мгновение она все поняла. Малва на веслах могут быть более маневренными. Но они двигаются не быстрее, чем несущиеся по ветру аксумиты. Аксумские военные корабли пересекут путь вражеских галер на очень близком расстоянии. Для выстрелов в упор.

Сирийские артиллеристы отлично показали себя. И если Антонина не смогла привезти «Феодору», она смогла привезти с собой офицера, командующего артиллерийскими расчетами. Самого лучшего офицера-артиллериста в мире.

Прозвучал высокий голос Эйсебия. Два пятидюймовых орудия на левом борту прогрохотали, покачнув корабль.

Когда дым рассеялся…

Два пятидюймовых мраморных ядра, которые выпустили с тридцати ярдов, пробили нос галеры. Оба ядра, вероятно, ударили в дюймах друг от друга, прямо в нос.

После того как тяжелые сцепления, которые удерживали используемое для тарана бревно, разбили, они стали напоминать многочисленные коперы, вбивающие тонкие планки в корпус38. Корабль малва раскрылся, как жуткий цветок, выплескивая людей и кровь в море.

Жуткий вид остался позади. Вторая галера малва приблизилась, также с левой стороны. Прошло недостаточно времени, чтобы артиллеристы могли перезарядить орудия, поэтому Вахси просто повел корабль дальше. Несколько секунд спустя Антонина услышала грохот орудий на другом корабле, следующем за ними. Затем третьем и четвертом.

Она не стала поворачивать голову, чтобы посмотреть на результаты. Не было необходимости. Некогда веселые лица Усанаса и Вахси служили ей зеркалом.

— Рыбам достанется много еды, — объявил Вахси.

Он посмотрел вперед. За носом он мог видеть пять больших грузовых кораблей, менее чем в миле от них.

— Теперь скоро, — Вахси показал пальцем. — Посмотрите. Они уже приготовили ракеты.

Словно его указывающий палец послужил сигналом, партия ракет взмыла вверх с одного из кораблей малва. Из шести ракет пять бесцельно дергались в небе, пока не упали в море. Но одна летела по прямому курсу, пока тоже не упала, не принеся вреда, в волну, в двухстах ярдах.

Антонина не почувствовала облегчения при виде неприцельной стрельбы малва. Первая партия была ошибкой, несомненно выпущенная по приказу потерявшего голову капитана. Расстояние все еще оставалось слишком большим, чтобы ракеты имели какую-то реальную надежду на успех. Но то, как ровно одна ракета выдерживала курс, могло означать только одно.

«Они снабдили их настоящими выхлопными соплами. По крайней мере некоторые ракеты. Как и предсказывал Велисарий».

Антонина вздохнула.

— Я думаю…

Вахси уже выкрикивал приказы. Мгновение спустя аксумский экипаж носился по кораблю, воздвигая новый противоракетный щит. На каждом аксумском корабле размещалось почти двести солдат. Большинство из них при обычных условиях были бы заняты на веслах. Но когда корабль шел под парусом, они освобождались для другой работы. Щит воздвигли за несколько минут.

Наблюдая, Антонина молча укоряла себя. Намерение Вахси сражаться под парусом, как она теперь поняла, не было решением воинственного и агрессивного мужчины, горящего желанием показать свою храбрость. Командующий предвидел необходимость быстро воздвигнуть щиты.

Антонина бросила взгляд на Усанаса. Аквабе ценцен снова ей улыбался. Она улыбнулась в ответ, с юмором принимая насмешку.

«Я тоже, когда доходит до дела, — только любитель. Пусть делом занимаются профессионалы».

Она перевела взгляд на щит. В ней пробудилась профессиональная гордость. Антонина может ничего не знать о кораблях, но разбирается в ведении военных действий с использованием пороха. Как она думала, лучше, чем кто-либо в мире. Иоанн Родосский может лучше знать теорию, но не практику. «За исключением моего мужа. После всех этих месяцев борьбы с раджпутами в Персии, я уверена: он лучше меня».

Мысль вызывала одновременно гордость и беспокойство. Антонина не представляла, жив ли еще Велисарий. К этому времени он уже должен был получить послание, которое она ему отправила, сообщая Велисарию, когда покинет Асэб для их встречи в Харке. Это послание планировалось доставить самыми быстрыми лошадьми к ближайшей сигнальной станции в Аиле. А оттуда передавать от одной сигнальной станции к другой, которые они с Велисарием построили в прошлом году. Послание должно было дойти до Ктесифона за день. Персидские курьеры доставят его в армию Велисария в горной системе Загрос, снова используя самых быстрых лошадей.

Но не было способа отправить ответ. Однажды Велисарий рассказал Антонине о почти магических средствах передачи информации будущих столетий. Одно называлось радио. Такие приспособления оставались вне технологических возможностей ее времени и останутся еще много десятилетий, даже при помощи Эйда.

Антонина вздохнула, чувствуя себя несчастной. Чтобы стряхнуть беспокойство о Велисарии, она снова принялась изучать щит.

Антонина сама спроектировала щиты до того, как покинула Константинополь в прошлом году. Конечно не без совета Велисария — и большой помощи, когда дело дошло до перевода теории в практику, от сирийцев из ее Когорты Феодоры. Артиллеристы и их жены родились и выросли на приграничных территориях и были великолепными кузнецами, плотниками и кожевниками. А то, что они не могли сделать сами, сделали аксумские ремесленники и мастеровые, которых в их распоряжение предоставил царь Эон в Асэбе.

Каждый аксумский корабль был снабжен железными обручами на палубных ограждениях у носа. Тяжелый деревянный коньковый брус прикреплялся к главной мачте. Брус шел параллельно корпусу корабля, прямо по центру, его конец крепился на корме.

Как только Вахси отдал приказ, сирийские артиллеристы и аксумские моряки начали воздвигать щит. В то время, как аксумиты сворачивали паруса, артиллеристы вставляли крепкие деревянные скрепы в железные обручи вдоль по палубным ограждениям. У каждого обруча имелся стержень, приваренный поперек нижней части, чтобы удерживать скрепы. В верхнем конце каждой скрепы имелось просверленное отверстие. Когда артиллеристы опустили скрепы по направлению к брусу, аксумские моряки стали продевать веревку сквозь отверстия. Через несколько минут верхние части скреп были крепко привязаны к мачте и брусу. В конце получилась склоненная форма в виде буквы «А», которая покрывала нос корабля.

Другие люди уже перебрасывали веревки через брус и скрепы. Опытные моряки быстро и крепко затянули веревки. Теперь щит был привязан и снизу.

Тем временем жены артиллеристов закончили вытягивать из трюмов специальную броню — куски вареной кожи, предварительно разрезанные и с проделанными отверстиями, пришивались к каркасу из бруса и веревок тонкой нитью. Моряки начали поливать кожаную броню морской водой.

Антонина отправилась на нос вместе с Усанасом и Вахси, она восхищалась работой. Вахси не разделял ее энтузиазма.

— Уродство, — ворчал он.

Через отверстие для наблюдения в щите командующий гневно смотрел на поднимаемые носом корабля волны.

— Медленно. Неловко.

— Не обращай на него внимание, Антонина, — спокойно сказал Усанас. Аквабе ценцен показал пальцем на ближайшее судно малва. Огромный грузовой корабль находился менее, чем в четырехстах ярдах от них. Кштарии на нем суетились вокруг ракетных желобов. — Очень скоро Вахси будет рад, что у нас есть этот щит.

Секундами позже судно малва окутал дым. Шесть ракет полетели над водой.

Пять прошли мимо, причем на значительном расстоянии. Но шестая снова летела прямо и верно. Антонина задержала дыхание. Ей предстояло проверить, может ли она гордиться своим изобретением.

Оказалось — может. Ракета ударила по наклонной стороне щита и отскочила. Щит зазвенел, как огромный барабан. Ракета взлетела в небо и взорвалась в пятидесяти ярдах над головой.

Антонина выдохнула воздух, снова испытав огромное облегчение.

«Никаких взрывных механизмов, срабатывающих при соприкосновении. Слава Богу. Велисарии не думал, что они у них будут. В любом случае не на грузовых судах».

Теоретически, как она знала, щит защитит корабль даже от ракет, снабженных запалами, взрывающимися при соприкосновении с целью. По крайней мере, частично. Если запалы малва хотя бы в некоторой степени подобны римским, то это грубые приспособления. Легкого соприкосновения с кожаным щитом, от которого ракеты отскакивают, недостаточно, чтобы запустить механизм — а если и достаточно, то большая часть взрывной силы распределится по щиту вместо того, чтобы прорваться внутрь. Конечно, приспособление оказалось бы бесполезно против тяжелого пушечного ядра. Но малва еще не снабдили свои суда пушками. По крайней мере, эти суда.

— Хорошо, — проворчал Вахси. — Срабатывает. — И добавил недовольно: — Я на самом деле не думал, что сработает.

«А почему нет? — весело подумала Антонина. — Это же сработало в заливе Хэмптон-Роде, не так ли?»

Но она не стала делиться с ними мыслью. И Вахси, и Усанас знали об Эйде. Усанас фактически был одним из немногих людей в мире, который заходил в мир видений Эйда. Но на самом деле они не очень уютно чувствовали себя с получаемыми знаниями о будущем. В этот момент, в центре сражения им требовалась уверенность и твердая почва. Это было не лучшее время, чтобы начинать обсуждение видений. «Кроме того, я должна поддерживать репутацию гения. Ей не пойдет на пользу, если я признаю, что скопировала свой проект с судна будущего под названием „Мерримак“. Еще одна партия ракет вырвалась с корабля малва. Затем, секунды спустя ракеты взлетели с палубы другого вражеского судна. Вахси проигнорировал ракеты. Он склонился, высунул голову из отверстия в щите и прокричал приказы. Приказы тут же передали находящемуся на корме лоцману. Аксумский корабль стал придвигаться к ближайшему врагу. Конечно, шел медленно. Щит был не особенно тяжелым, но все-таки мешал. Гребцы напрягались, ворчали при каждом взмахе весел, заставляя судно идти вперед.

Медленное продвижение — это все равно продвижение. Флотилия малва — одни торговые суда, после того как разбили их эскорт — просто пыталась убежать от аксумитов. Но корабли малва расплачивались за свой неуклюжий дизайн и огромные размеры. Они ползли, как улитки.

Усанас облек в слова ее собственную мысль.

— Мы их догоним, — объявил он. — Думаю, уже скоро.

Загрузка...