Уж замуж невтерпеж

Глава 21 Битва а-ля карт и кое-что на десерт

Коробуля блистала лакированными боками обновлённого кузова, отполированными латунными деталями, настоящей приборной доской и новёхонькими стальными дисками вместо прежних деревянных ободов со спицами. Правда, всё это пока находилось в разборе, а не монолитом, но уже сейчас можно было оценить, какую огромную работу проделали Рейнмар с Лансетом под руководством моих троюродных братцев.

Кузов обзавёлся, наконец, капотом, под который предполагалось спрятать всю техномагическую начинку, и багажником для симметрии. Теперь это был вполне привычный на вид седан-кабриолет, я только одобрительно кивнула. А на стальную раму изобретатели как раз водружали пламенный мотор. Да-да, ведь именно на магии огня двигатель и работал!

Это, по сути, был огромный артефакт-накопитель, и мои братцы быстро скумекали, как дозированно использовать эту магию, присобачив к чему своеобразные «газ» и «тормоз». Пусть систему торможения они тоже отладили по уму, но теперь ещё можно было тормозить и двигателем, просто отпуская педаль акселератора и не расходуя резерв артефакта напрасно.

Не без удивления я обнаружила в мастерской и новую сотрудницу. Фелисберта, то и дело смущаясь от обращений вроде «огонь сердца моего», тем не менее очень бодро стояла у Ланса на подхвате и подавала ему нужные инструменты. Что любовь с некогда заносчивыми девицами делает!

— Мне так нравится смотреть, как Лансет работает, — прошептала она мне. — Ну, вот прямо руками… А не только языком мелет за вечными сигарами, как другие. Он такой сильный! Ой… Эхения, а может, я зря сюда напросилась? Это… это прилично вообще?

— Разделять интересы супруга — не просто прилично, а очень даже расчудесно, — успокоила я её, но на слове «супруг» Берти от смущения чуть под землю не провалилась.

— Но он не… в смысле ещё очень рано… Эхения, как ты можешь так смело вообще… — залепетала она. — Вдруг он вовсе не захочет…

Я только потрепала её за щёчку. Мне бы, сестрёнка, твои наивные переживания…

— Эй, Ланс! — весело крикнула я герцогу Орьолю. — Ты на Берте жениться собираешься или как?

— А то! — мгновенно отозвался великан из-под груды железяк. — Будто я мою искорку теперь от себя куда отпущу!

«Искорка» сначала метнула на меня полный ужаса взгляд, а следом в её голове уложились слова Лансета и Берти застыла.

— Ты сумасшедшая, Эхения, — жалобно пискнула она, но на её милой мордашке уже расплывалась счастливая улыбка.

— Подтверждаю, — выпутался из механизмов на звуки голосов и граф Арранис. — Абсолютно сумасшедшая…

Уф-ф, а вот теперь и мне стоило себя в руки взять. Потому что вместе с грудой железа в прежде стерильной мастерской теперь ещё прописалось машинное масло, и именно оно сейчас блестело на крепких руках графа с закатанными до плеч рукавами. Да ещё эти три расстёгнутые верхние пуговички рубашки… И пара каштановых прядок на лбу, выбившихся из хвостика…

— А ведь кому-то и с такой не повезёт, — ухмыльнулась я.

— Не кому-то, а мне, — отрезал другие варианты Рейн. — И очень даже повезёт… Эхения, почему ты не в отеле?

— И тебе привет, — тихо сказала я, не сводя глаз с его губ.

Рейн замер, хищно прищурился и сверкнул красноречивым взглядом.

— Ты, кажется, просила не отвлекать тебя. — Он подошёл на совсем уж опасное расстояние, пряча хитрую улыбку.

— Ну, сама-то я такого не обещала… Вот, зашла коробулю проведать. — Когда он так смотрел, мысли совсем разбегались.

— Коробулю, — понятливо прошептал он.

— Именно её! Я по ней очень соскучилась. Может, у меня к ней чувства…

— М-м-м, и какие же?

— Кажется, меня к ней непреодолимо тянет…

— Продолжай…

— И… и я её давно не видела! Пару часов уже… В смысле недель! А она очень радует мой зрительный нерв… — прошептала я, любуясь его крепкой шеей. — Она такая… такая, что постоянно трогать хочется… гладить по коже… сидений…

— Кожа там немного грубовата… И, кажется, со щетиной, — сглотнул он, когда я зачарованно провела пальцем по его щеке.

— В самый раз… И так хотелось бы прокатиться… на коробуле…

Такой провокации Рейн стерпеть уже не смог, быстро поймал губами мой палец, чуть прикусил, но тут же резко отстранился, памятуя о свидетелях.

— Официальное разрешение на поездки выправим — укатаю, — многозначительно шепнул он. — И на коробуле тоже…

— А мне можно будет тоже прокатиться? — робко подала голос Фелисберта, и мы с Рейном не смогли сдержать улыбок.

— Вот ты с этим к Лансету, пожалуйста, — подмигнула я герцогу Орлу. — А на самом деле я зашла пригласить вас всех завтра в «Гранд-Терру» на кулинарный поединок. Будет весело! Я для вас столик оставила.

— Значит, только за этим, Эхения? — дёрнул лукаво бровью Арранис. — А как же коробуля и всё прочее?

— А у «всего прочего» я ещё надеялась выпросить немного его знаменитого вина, — невинно захлопала я ресницами. — Так, по мелочи — ящик, два… А лучше пятнадцать.

— И что мне за это будет?

О том, что я собиралась предложить графу взамен, я в красочных деталях рассказала ему на ухо. Рейн поперхнулся, откашлялся, вновь прожёг меня жарким взглядом, но вино пообещал доставить уже к утру.

Прихватив Фелисберту, я очень довольная отправилась домой, чтобы отдохнуть перед завтрашним днём.

Анонсом и организацией поединка занялся непревзойдённый Веля, так что к его началу в ресторане «Гранд-Терры» царил полный аншлаг.

С мэтром Форией, шефом «Лозы и шмеля», братья заранее оговорили следующие условия. Концепцию нежно любимого братьями грузинского подхода «жричодали» мэтр Фория с негодованием отверг, настаивая на том, что гости, они же судьи, должны иметь выбор. Поэтому решено было проводить состязание а-ля карт, то есть с ограниченным меню. В итоге на отпечатанном бланке на выбор гостя представили: по одной холодной или горячей закуске, лёгкий или более сытный салат, три основных блюда — мясо, рыба или птица — и десерт.

Задумка была такова: когда гость заказывает, например, лёгкий салат и мясо, ему приносят сразу четыре блюда в половинном размере. Таким образом он сможет попробовать оба варианта, причём не зная их авторства. И тут же непредвзято оценить по десятибалльной шкале, поднеся к блюду специальный артефакт. Их нам предоставил мэтр Оркан, они использовались в местном университете на экзаменах и турнирах. А магия уже сама сосчитает потом результаты.

А ещё опытный маг по просьбе братьев на время сделал прозрачной стену, отделявшую зал от кухни. Рабочее пространство честно поделили пополам, и команда мэтра Фории уже заняла своё место. Сам он степенно кланялся узнавшим его гостям. Но при этом и хмурился: всё-таки они пришли в «Гранд-Терру», а не сидели сейчас в «Лозе и шмеле». Да, состязание наиглупейшее; разумеется, именитый шеф сотрёт в порошок этих выскочек, но неужели кто-то из его постоянных гостей решил в этом усомниться⁈.

— И это весь ваш персонал? — насмешливо посмотрел мэтр Фория на Санечку, Ванечку и Хуршеда. — На семьдесят посадочных мест и восемь блюд в меню? Что ж, может, гостей пять и успеют попробовать вашу новомодную стряпню…

За ним самим выстроились восемь помощников-поваров и десять официантов.

— А где ваши собственные разносчики? Вы же не думаете пользоваться моими? По стандартам обслуживания «Лозы» один официант — один стол, а здесь их девятнадцать. Я привёл десять человек, даже больше необходимого, раз уж мы делим сегодня этот зал!

— А по стандартам обслуживания «Гранд-Терры», — загадочно хмыкнул Санечка, — у нас вообще на КАЖДОГО гостя по своему официанту будет. Так что, мэтр Фория, начнём?

Шеф «Лозы» ещё раз придирчиво осмотрел отведённую ему часть обширной кухни, проверил заготовки и с надменным видом всадил нож в доску, принимая вызов.

Вход на это мероприятие стоил восемьдесят эйрат с носа, а учитывая, что хороший ужин в «Лозе» меньше чем в сотню не обходился, то вышло вполне по-божески. А уж за возможность понаблюдать за тем, как два ресторана будут выяснять, чья кухня лучше, — так вообще, считай, задаром.

Трёх наших собственных официантов мы подрядили встречать гостей на входе в ресторан бокалами со «Вкусом счастья» и рассаживать за столиками. Хорошо, что этого добра у меня теперь пятнадцать ящиков. Ой, как пригодится… Потому что то «лёгкое потрясение, что пойдёт только на пользу „Гранд-Терре“» (по уверениям Вели), лучше бы сразу запить веселящим. Каждому гостю также был вручён табльдот и артефакт для голосования.

Сам Веля в элегантном бордовом фраке под цвет рожек взял на себя роль метрдотеля и объяснил присутствующим суть спора между «Лозой» и «Гранд-Террой».

— … Позиции в ваших меню идут без названий, только под общим обозначением: горячая закуска, холодная, блюдо из птицы, мяса и так далее. На каждый выбранный пункт вам будут поданы два варианта. Авторов тех или иных блюд, а также результаты мы объявим в конце вечера. Вам же, уважаемые гости, остаётся лишь наслаждаться изысканной кухней лучших поваров Шенлина и оценивать каждое блюдо тем нехитрым способом, что я показал ранее. А теперь официанты готовы принять ваши заказы. Прошу не удивляться ничему, разве что новым для себя вкусам… Приятного аппетита и прекрасного вечера!

Чёрными лебедями заскользили по залу официанты «Лозы». Я прикрыла глаза, выжидая. Первый неуверенный визг раздался слева. Справа басовито выругались. Я открыла глаза.

— Боги-многие… Что это? — замерла Фелисберта.

— Это Кх’хрум, — вздохнула я. — Здравствуй, дорогой. Бабочки тебе очень идут… Я из меню буду всё, и побольше. Берти, выдыхай и делай заказ.

Перед ней, как и ещё перед доброй половиной гостей, застыли в воздухе серые щупальца с повязанными чёрными бабочками, блокнотом и карандашом в каждом. Не знаю, как у него это вышло, но наиболее подходящим описанием было бы «угодливо застыв» — настолько аккуратно и даже деликатно Кх’хрум появился перед каждым гостем.

Кому-то он уже успел поправить салфетку, поднять оброненную сумочку, подлить «Лё гу дю бонёр» и снова застыть в ожидании.

— Л-легкий са-салат и г-горячее, — наконец донеслось неуверенно с соседнего стола.

«Желаете на горячее мясо или рыбу? — тут же любезно черкнуло щупальце в блокнот. — Очень рекомендую молодого телёнка в ягодном соусе. Подаётся половина порции плюс ещё какое-то мясо».

— Д-да, пожалуй… его…

Приняв заказ у мужчины, щупальце с достоинством согнулось, будто вышколенный официант, и втянулось обратно в решётчатый потолок. Мужчина нервно потянулся к бокалу, но Кх’хрум опередил его, поднеся рюмочку коньяка.

«Комплимент от „Гранд-Терры“ за первый заказ», — черкнул он.

— Первый заказ! — тут же продублировали вслух из кухни. — Пятый стол: лёгкий салат — один, горячее мясное — один!

Обе команды участников синхронно кивнули и бросились исполнять каждая свою вариацию заказанных блюд: подавать «половинки» следовало одновременно. Гости с интересом наблюдали за тем, что обычно скрыто от глаз посетителей. И тут же опомнились, сообразив, что чем быстрее закажут, тем скорее повара займутся приготовлением именно их заказа.

Так что пока официант «Лозы» принимал заказ с одного стола, где сидели от двух до пяти гостей, на другом таком же столе быстро записывали пожелания от двух до пяти щупалец сразу.

— Эхения, ты не перестаёшь меня удивлять. — Сзади подошёл Трис и галантно поклонился нашему столику. — Прошу извинить за опоздание.

Стол я забронировала самый большой, на семерых, позвав, кроме Рейна, Лансета и Берты, ещё Карину с Крайвеном и, разумеется, короля. На самом деле так я решила подстраховаться, чтобы во время ужина-поединка в остальном отеле ничего, не дай боги-многие, не случилось. Ну не станут же неведомые сектанты что-то вытворять в присутствии его величества! А мне было очень важно, чтобы этот вечер прошёл без сучка без задоринки. От него зависит дальнейший успех отеля. И результат нашего неосторожного спора. Дело чести, Трис, я помню. Вот честь по чести и выиграю.

Триалес занял свободное место рядом со мной и спокойно выдержал как недовольный пристальный взгляд Рейнмара, так и возникшее перед собой щупальце с блокнотом.

— На ваше усмотрение, — улыбнулся король. — Я тоже рад тебя видеть, Арранис. Смотрю, здесь так щедро наливают «Вкус счастья»… Наверное, очень дорого обойдётся «Гранд-Терре» этот показательный ужин, Эхения? Двести сорок эйрат за бутылку, кажется. Рейнмар, поправь меня, если ошибаюсь.

— Сколько⁈ — У меня отвисла челюсть, и я начала лихорадочно считать. Так, пятнадцать ящиков по двадцать бутылок, итого триста горлышек, каждое по двести сорок… Матерь божья… Это Рейн мне так запросто вина на семьдесят с лихом тысяч подогнал⁈ Да бюджет на весь этот отель вдвое меньше! У меня задёргалось веко.

— Просто если это вино было не куплено, а подарено… — продолжил Трис. — Владельцем винодельни, к примеру… То это вполне можно расценить как нарушение условий о невмешательстве в дела отеля.

— «Подарено»? Звучит как оскорбление для предпринимателя, — не моргнул глазом Рейнмар. — Это исключительно взаимовыгодная сделка в рамках рекламной кампании новой марки. Эхения, попроси, пожалуйста, своего секретаря показать заключённый рекламный контракт его величеству.

Просить не пришлось: очередное щупальце, напялив для солидности очки, уже протянуло Триалесу бумаги. Интересно, существовал ли этот договор ещё пять минут назад?

Ну, Рейн… Прямо по грани прошёлся. А может, просто подарить мне это вино наш магический договор и так не позволил, вот граф и нашёл лазейку? Но на семьдесят тысяч… Лихо я, конечно, вчера завернула… Но граф тоже хорош! Не мог хотя бы намекнуть, сколько оно вообще стоит? Что я ему вчера пообещала за это? Ну… на пару бутылок потянет. Но не на триста же!

Трис кивнул, удовлетворившись объяснениями, но чуть нахмурился.

А гости за столами уже начали получать первые блюда. Я с нетерпением ждала их реакцию. Трём возрастным дамам недалеко от нас уже подали холодные и горячие закуски. В изящной двойной тарелке у каждой виднелось что-то аппетитное.

Я чуть развернулась, чтобы рассмотреть подробнее. На одной полутарелке было что-то вроде тонких ломтиков холодной отварной телятины под белым соусом, а вот второе блюдо я узнала сразу. О-о-о, говяжий тартар в исполнении Ванечки! Да за него душу продать можно! Вот даже такую гулящую не жалко!

— Я не возьму в толк, — недоверчиво рассматривала дама сырое рубленое мясо под сырым же яйцом. — Его что, не успели приготовить?

— Ах, Эйлин, ну вряд ли повара проявили бы такое неуважение к гостям. Уверена, это что-то новенькое от мэтра Фории! Ну же, пробуйте!

Дама осторожно положила немного тартара на хрустящий хлебец, зажмурилась и отправила в рот. Прожевала, изогнула удивлённо брови и распахнула глаза.

— Кажется, дорогая, вы правы… Мэтр бесподобно чувствует специи, не спорю, но тут что-то совсем новое… И такие простые ингредиенты… Я чувствую лук, огурчики… кажется, маринованные… Это так необычно! О, нет, давайте обсудим потом!

И она с наслаждением доела блюдо, всё удивлённо качая головой. Но и телятина её впечатлила. Перед тем, как забрать тарелки, Кх’хрум деликатно указал даме на артефакт.

— Ах да, — спохватилась она и дотронулась им до половинки, где был тартар. — Десять баллов из десяти!

В воздухе поплыла и растворилась магическая метка «10». Карпаччо из телятины заслужило девять баллов. Я удовлетворённо повернулась обратно к своим, как вдруг краем глаза заметила сверкнувший красный огонёк. Сидящий спиной ко мне мужчина что-то поспешно убрал в карман, а от его стола уже отплывало щупальце Кх’хрума с пустой тарелкой.

— Дорогие, я вас ненадолго оставлю.

Не сводя с мужчины глаз, я выползла из-за стола и бросилась из ресторана в холл отеля, где под видом скучающих гостей бдели сотрудники следственного отдела.

— Так, вон та дама в жёлтом, дама в ужасной шляпке, потом корпулентная дама, вот по этой линии сразу за ними столик, а за ним мужчина, — начала объяснять я за прикрытыми дверями ресторана. — Да куда ж он делся, только же там сидел…

— Госпожа Каас-Ортанс, а какие-нибудь приметы? — допытывался один из следователей, цепко рассматривая гостей в зале.

— Да какие приметы… Белая рубашка, чёрный фрак, тут половина мужчин так одета… Он спиной сидел. Но у него этот самый ваареит был, я уверена. Он его на Кх’хрума наставил, и камень сверкнул красным. Можно подумать, в Арсандисе гигантские кальмары на каждом шагу встречаются, что его проверять на иномирность понадобилось…

— Оцепить отель и ресторан? — с готовностью предложил другой.

— С ума сошли! Никакой шумихи, у меня тут репутация отеля на кону. Просто следите за дверями. Среди новоприбывших гостей были подозрительные лица? — Это я спросила уже на рецепции, подключив к разговору дежурного портье.

— Были, — закивал он головой. — Очень подозрительная дама. В тёмных очках, огромной шляпе, будто от кого-то пряталась. Постоянно озиралась. Уверен, она назвалась чужим именем. И у неё был подозрительно лёгкий чемодан, думаю, вообще пустой.

— Молоденькая, платила наличными, сняла люкс и тут же заказала пирожные и кофе на целую ораву? — вздохнула я.

— Именно так, госпожа Эхения! Мне это сразу показалось очень странным…

— Понятно, тебе сменщик ещё, видимо, не передал. Это очередные «беженки» наши. Либо графиня Неви-Аштен, либо дочка виконта Ранкс. Я про действительно подозрительных тебя спрашиваю. Кто вообще заселялся за последние сутки?

— Но все остальные точно приличные люди! Все были с документами, вот, сами проверьте. Семейная пара, двое мужчин поодиночке, девять представителей дорожно-строительного профсоюза из разных мест, у них завтра встреча с властями в администрации; ещё вот пара мужчин — заселились в один номер, на родственников не похожи, но мне ли о том судить…

— Из новеньких кто-то бронировал стол на сегодняшний поединок в ресторане? — спросил следователь.

— Да, семейная пара заинтересовалась, один из мужчин-одиночек тоже пошёл, я сразу включил сегодняшний ужин в его счёт за проживание… А так я всем предлагал, как велел управляющий. «Дорожники» приехали на рассвете, ещё отсыпаются. А те, которые вдвоём в одном номере, довольно грубо сказали, что им это неинтересно.

— Номера этой сладкой пары и двоих мужчин-одиночек, — потребовал оперативник. — Поставим слежку.

Я согласилась с его подозрениями, пусть работают.

— Мои сотрудники все под охраной? Старшая горничная, каланча ушастая и чёрненький с рожками?

— За ними присматривают, госпожа Каас-Ортанс, не переживайте. За кухней тоже. Думаю, вам стоит вернуться в ресторан, здесь у нас всё под контролем.

Уж надеюсь. Да, лучше будет вернуться. Если подозрительный мужчина ещё там, буду следить изнутри.

— Эхения, что происходит⁈

— Женя, это тот план Йевана и Аликсандера? Капитан, помощь нужна?

У стойки рецепции меня одновременно настигли Рейнмар с Триалесом, оба немного взволнованные. Король был в курсе поимки сектанта «на живца», а вот Рейн нет, но быстро сопоставил услышанное с вымуштрованными людьми в гражданском. Военные ведь бывшими не бывают.

— «Капитан»? — тут же уцепился за слова короля граф. — Офицер королевского полка Арранис. Доложите, что здесь творится.

— Ни-че-го не творится. — Я ухватила обоих под руки. — Мальчики просто охранниками пришли наниматься. А господин Ольтен им стрессовые ситуации моделирует. Виллис, вы тут закончите сами, ладно? Рейн, если ты пропустишь сирлойн от Санечки, ни он, ни я тебе не простим. Трис, твой нисуаз тоже сам себя не съест…

— Женя? Кого-то выследили? — тихо шепнул король.

— В процессе, — так же тихо ответила я. — Вот только первое лицо государства я в это втягивать не позволю. У меня запасного короля для Арсандиса в кладовке не завалялось. Они тут сами справятся.

Я увела обоих мужчин обратно в ресторан, что-то щебеча.

— Милая, всё в порядке? — поинтересовались герцоги. — Ты так неожиданно ушла.

— Носик уже нельзя выйти попудрить! — пожаловалась я на своих кавалеров. — О, котлетка с пюрешечкой! Не Ванечкин кордон блю, конечно, но выглядит вкусно.

На горячее из птицы обе стороны решили использовать курицу. Мэтр Фория приготовил нежнейшие, тающие во рту котлетки де-воляй с овощным пюре, я оценила их по достоинству. Но куда им было тягаться с божественным ароматным сациви от Кирсановых, которое, не успев поздороваться с языком, уже распахивает с ноги двери в твоё сердце и заводит там многоголосую горскую песню!

Народ тихо млел. Позволяло бы воспитание — стонали бы в полный голос. И было от чего! Такого праздника высокой кухни в Шенлине ещё не видели. Да ещё чтобы можно было разделить эмоции с другими! Жарко поспорить о том, кто автор того или иного шедевра — «Лоза» или «Гранд-Терра»!

На кухнях кипела работа. Мэтр Фория поначалу удивлялся, как это наши справятся втроём. А вот так: втроём и немного магии. Братья словно дирижировали невидимым оркестром, и на их кухне всё летало, резалось, жарилось, само собой в тарелки накладывалось… Глаз не оторвать!

— Эхения, идея просто замечательная! — похвалила мероприятие Карина. — Уверена, такой формат ужинов-поединков скоро станет очень популярным. Причём, как я поняла, гостям уже даже не важен победитель…

— Потому что в выигрыше именно они, — согласилась я, а себе под нос пробурчала: — Ещё бы, я им тут вина тысяч на десять уже выставила… Разве что за шиворот не заливала… Из слёз девственниц Рейн его, что ли, гонит? Двести сорок за бутылку, шоб они все были здоровы…

— Что ты сказала, Эхения? — не понял Рейнмар.

— Хороший ты человек, говорю, — улыбнулась я ему. — Кстати, ты ведь тоже на ниве дорожного строительства подвизаешься? В их профсоюзе не состоишь?

— Для профсоюзов я как раз тот самый кровосос и угнетатель, против которых они и борются, — презрительно хмыкнул он. — Разумеется, не состою. Даже говорить о них не хочу. Достаточно того, что на встрече с администрацией на той неделе они вынудили власти внести очень неприятные изменения в трудовой устав Шенлина. Хорошо, что следующий их съезд состоится только через год… Эхения, что с тобой? Ты не подавилась? Дать воды?..

От воды я отказалась. Меня сейчас словно саму водой из душа окатили.

— Повтори, — хрипло сказала я. — То есть завтра никаких заседаний в верхах с этими дорожниками не планируется?

— Ну уж я бы об этом точно знал, — недовольно ответил Рейн. — Достаточно и прошлого раза…

Портье сказал, что эти представители профсоюза приехали из разных городов, судя по их документам. Только вот как они так подгадали приехать, чтобы заселиться все одновременно и глубоко ночью? Простые работяги — в новый и не самый дешёвый отель? Я обхватила голову руками.

Одного фанатика искали, двух? Мелко плаваете, Евгения Витальевна… На такую наживку, как Кх’хрум, и рыбка клюнула такая, что вытянуть бы… Девять! Боги-многие, у меня в отеле сейчас девять безумных, кровожадных и неадекватных сектантов…

— О, вот и десерт, — обрадовалась Фелисберта.

Только двойная розетка с тирамису и каким-то ягодным муссом в последний момент выскользнула из щупальца и забрызгала содержимым скатерть. Само же щупальце дёрнулось пару раз и безвольно зависло над столом. Тут же раздались ахи, кому-то мусс прилетел прямо на голову, где-то разбилась тарелка, кого-то шлёпнуло по лицу гибким и серым, но картина везде была одинаковая: порядка тридцати щупалец мёртвым грузом свисали с потолка.

— Да твою ж мать… — только и смогла прошептать я, усугубив «заклинанием» хаос в радиусе пары метров вокруг.

В зале повисла звенящая тишина, которая через несколько секунд грозила обернуться паникой. Пока народ ещё не особо сообразил, что происходит что-то не то, поэтому нужно было срочно действовать. Я негромко хлопнула ладонями по столу, привлекая внимание своих, и быстро заговорила:

— Так, котики, у нас чепэ, нет времени объяснять. Трис! Успокой гостей, у тебя это получится лучше всего. Ты король, тебя знают и послушают. Скажи, часть перфоманса. Горничных, чтобы всё убрать, я сейчас пригоню.

— А вот с этим что? — пролепетала Фелисберта, потрогав парализованное щупальце.

— Либо отравили, либо усыпили… Тс-с, да тихо ты! Только как же они, сволочи, сумели… — лихорадочно соображала я. — О-о-о, чёрт… Вентиляция. Карина! Хватайте мэтра Оркана, они с Абриль где-то тут. Если действительно по воздуховодам что-то пустили, то не допустите, чтобы сюда просочилось. Перенаправьте как-то, заткните выходы, очистите воздух, я не знаю… Вы в этом всё равно лучше соображаете. Берти! Помоги им, открой все окна.

Карине долго объяснять не пришлось, она сразу поняла, что делать, и уже запустила потоки магии к потолку. Триалес тоже поднялся и вышел на середину зала, привлекая общее внимание. В мощном воздействии его королевской харизмы я уже как-то убедилась в департаменте «охранки».

— Крайвен! Если получится, уберите как-нибудь магией эту инсталляцию, хотя бы под потолком Кх’хрума зафиксируйте, чтобы не болтался тут шлангами… Ланс! Следи за моими на кухне, и чтобы ни один волос с их головы… Рейн! Из ресторана никого не выпускать! Если понадобится успокоительное, то хоть душ им из своего «Вкуса счастья» устрой, но чтобы ужин продолжился! Ох, не расплачусь я с тобой за это винишко…

Раздав все указания, сама я метнулась к выходу.

— Эхения, я не знаю, что тут происходит, но одна ты никуда не пойдёшь, — прошипел граф, бросившись следом.

— Рейн, у меня в холле отряд вооружённых оперативников следственного, — не согласилась я. — Вот там точно ничего не случится. Лучше помоги тут!

Будто это могло остановить упрямого Арраниса, когда он, наоборот, понял, что угроза не призрачная. Зря я про них упомянула…

— Ладно. У меня тут девять сектантов под видом членов дорожно-строительного профсоюза, — быстро объяснила я. — На иномирцев охотятся. А мы их «на живца» ловим.

— Боги, Эхения, а ты умеешь найти себе развлечение! — вскипел он.

— Ты ведь других, более приятных, не предлагаешь, — парировала я в ответ, на что Арранис только недобро зарычал.

Но в холле, задвинув меня за спину, сориентировался моментально, с одного взгляда вычислив среди присутствующих людей оперативников в гражданском.

— Все выходы оцепить, — коротко и отрывисто начал командовать он. — Один на парадный, четверо на служебные. Номера комнат «дорожников», быстро! Так, трое наверх в левое крыло, двое в правое. Ломайте двери, брать всех! Потом разберёмся…

— Людей не хватит, — возразил капитан. — Вызывать подмогу?

Арранис только метнул на него грозный взгляд, и оперативник сам уже вытащил переговорный артефакт.

— Бонита, всех девочек в ресторан на уборку, потом пусть помогут официантам, там только десерты осталось разнести. — Я тем временем распоряжалась своими подчинёнными.

— Всех иномирцев собрать здесь, в холле, — продолжал Рейн. — Эхения, список! Сколько их у тебя?

— Двенадцать человек… Веля всех знает!

— Занимайтесь, — кивнул он Веле и Ольтену. — По одному не ходить, всех портье берите в сопровождение.

Скоро внизу собрались в кучку все мои попаданцы с Земли и не только, приведённые управляющим и Велей.

«Так, — начала я считать, — братцы с Хуршедом на кухне, Бонита в ресторане, Веля тут, этих пятерых по именам не помню, но тоже из „Точного попадания“, Кх’хрум… С Кх’хрумом надо что-то делать, надеюсь, это было только снотворное. Итого: одиннадцать…»

— Ушастый где⁈ — заорала я.

— Эухениэль, это оскорбительно… — плаксиво донеслось сзади. — Да, внешность моей расы не отвечает вашим стандартам красоты…

— Идиот! — прижала я к себе эльфа. — Лучше я тебя буду ушастым называть, чем эти самые ухи кто-нибудь отрежет да на верёвочке носить станет…

Одновременно вернулись и оперативники с верхнего этажа, где располагался весь номерной фонд.

— Все обозначенные комнаты пусты, — отчитались они. — Никого нет.

— Пятеро — разобрать ключи, обойти все остальные номера в отеле. Остальные — проверить служебные помещения, — скомандовал Рейн.

С быстро прибывшей подмогой они справились за десять минут, но «дорожники» как в воду канули. Отель прочесали сверху донизу: сектантов и след простыл. Кровати в их номерах даже не были расстелены, а их сумки оказались набитыми каким-то тряпьём и камнями. Следователи опрашивали портье, чтобы объявить преступников в розыск по городу, но оказалось, что никто не может вспомнить, как они выглядели. Наверняка среди них затесался какой-то маг, что сумел всем глаза отвести. И «сигналка» братьев не помогла.

— Ушли, гады, — в отчаянии стукнула я кулаком по колонне и расплакалась от бессилия. — Сделали своё чёрное дело и свалили. Загубили нашу осьминожку тысячерукую… Говорила я им, что это дурная затея!

— Эхения, далеко не уйдут, — мрачно пообещал Рейнмар. — В департамент уже сообщили, городскую стражу на уши подняли. Возможно, Кх’хрума лишь усыпили…

Последнее он предположил не очень уверенно.

— Да как же, на спящую красавицу полюбоваться решили! — еле сдерживая рыдания, зло бросила я. — Если уж они Шарля на анатомический атлас разобрали… Жених это мой прошлый… Братья мои уши поберегли, да только я и сама это потом узнала…

Тут я утёрла нос и решительно посмотрела на Арраниса.

— Рейн, его нужно вытаскивать из здания. Искать, где зацепить смогли. Может, жизненно важные органы не задеты… Даже не знаю, есть ли они у него вообще. Только сразу предупреждаю: остальной Кх’хрум — зрелище не для слабонервных…

— А гости?

— Да к чёрту этих гостей уже!.. Они сегодняшний вечер и так при всём желании уже не забудут…

Рейнмар подозвал оперативников и объяснил им задачу. Надеюсь, неженок среди них не водится.

— В подвале что-то синее хлещет, — вернулся с позеленевшим лицом последний из обходчиков. — Там ещё кирпичная кладка раскурочена, а за ней… за ней такое… Ребят, я всякой мерзости повидал, но это… Вот из него и хлещет…

Крепкий мужик всё же не сдержался и вывернул содержимое желудка в ближайший горшок с фикусом. Значит, нашли, сволочи, как до Кх’хрума дотянуться… Только как эту инопланетную каракатицу теперь реанимировать?

— Тим! — в запоздалом озарении воскликнула я. — Он один про нашего кракена всё знает! Господи, а про него-то я как могла забыть… Рейн, вызывай пока лорда Велленса, может, он сумеет Кх’хрума заштопать, он мужик ко всякому привычный…

Рейн бросился в переговорную, а из дверей ресторана уже выглядывали любопытные лица. Похоже, ужин подошёл к концу. Действительно, не фокусы же там его величеству было вприсядку показывать. Сама я пошла в Охотничий зал, недоумевая, почему Веля не позвал оттуда Тима. Ой, балда! Сама же под руководством мэтра Оркана поставила на Охотничий зал полог тишины и провела коридор невидимости от двери, чтобы стройка не помешала постояльцам. Вот его никто, кроме меня, мага, и не видит. Один Тим у меня там обустраивает будущее казино и ни сном ни духом, что тут творится в отеле.

— Тим! Бросай всё к чертям, помощь твоя нужна! — Я пересекла магическую преграду и вошла в заставленное всяким барахлом помещение.

Тим оказался на месте, вот только на самом неожиданном… А именно — распятый на зелёном сукне покерного стола с кляпом во рту. Каждую его ногу удерживало по двое самого остервенелого вида мужиков в чёрных хламидах, с выбритыми макушками и наколками на них. Двое держали руки, ещё один уже занёс кривой нож сверху, а самый мрачный тип, с татуировками на щеках, зачитывал нараспев:

— … За богомерзкую иномирную сущность и греховную магию приговаривается сей нечестивец…

Он оборвал речь на полуслове, вперившись в меня одержимым взглядом, и навёл на меня кольцо с камнем. Ваареит, конечно же, вспыхнул красным. Фанатики как один повернулись в мою сторону. Четыре, шесть, восемь…

— Ну, кабзда вам, товарищи профсоюзники… — зловеще протянула я, чувствуя, как меня начинает распирать от ярости. — Готовьте партбилеты…

Все выученные с господином Орканом заклинания вылетели из головы, да и не нужны они были сейчас, когда из сердца рвались совсем другие слова…

— Ублюдки, мать вашу, а ну идите сюда, говно собачье!.. 3 — гаркнула я во весь голос.

Почему-то первым пришёл на ум именно гнусавый перевод старого фильма, ещё эпохи проката видеокассет. У стола подломились ножки, посыпалась штукатурка с высокого потолка. Я, вдохновлённая результатом, выпалила всю тираду до конца, щедро сдобрив её забористой отсебятиной.

Воздух впереди меня резко закрутился вихрями, взметая строительный мусор и обрывки бумаг. Сектанты отпустили Тима и двинулись на меня, выхватывая такие же кривые ножи из-за пазух, но и мои вихри вдруг ощерились ледяными лезвиями. Стены, стёкла, пол — всё дрожало, гудело, шаталось, шло ломаными трещинами…

— … и в Красную Армию!! — проорала я на десерт.

Сзади я ещё уловила какое-то движение, но не успела оглянуться, как в затылке сначала стало очень звонко, а потом больно и горячо, и в глазах потемнело.

«А вот и девятый», — промелькнула напоследок мысль, и я рухнула, окончательно теряя сознание.