Умереть красиво

17

Аккуратно, чтобы не поцарапать «феррари» Рона Спэкса, Том задним ходом выехал с парковки «Грэвитрейн дистрибьютинг» и, включив гарнитуру, с тревогой набрал Келли.

Образ убитой девушки упорно маячил перед глазами, вгонял в дрожь. Нет, это определенно был фильм – сколько их прошло мимо него! – сцена из очередного триллера. Либо трейлер с кучей спецэффектов. Других вариантов просто нет!

Фильм. Однозначно.

Впрочем, Том понимал, что заговаривает себе зубы. Исчезнувшие данные с ноута, угрозы по электронке. Он содрогнулся, охваченный мрачным предчувствием. Что за чертовщину он посмотрел вечером вторника?

– Привет, – раздался в трубке относительно бодрый голос Келли.

– Любимая, извини. Общался с очень трудным клиентом.

– Не извиняйся. Скорее всего, я просто напридумывала. Хотя, честно говоря, было жутковато.

Пока «ауди» катила мимо вереницы фабрик и складов, очередной самолет пошел на посадку, и Том повысил голос, чтобы перекрыть шум:

– Расскажи подробно, что случилось!

– Позвонил мужчина. Спросил: «Это дом Брайсов? Вы – миссис Келли Брайс?» Я ответила «да», и он повесил трубку.

– Наверняка какой-нибудь мошенник, – успокоил жену Том. – Только вчера читал в газете, что у них такие вещи поставлены на поток. Они звонят якобы из банка с целью проверки данных, потом выкачивают из людей кучу информации про их жилье, пароли, банковские счета и кредитные карточки. А у твоего «абонента», по всей видимости, случилась накладка.

– Наверное.

Келли явно не убедила версия с мошенниками; впрочем, как и самого Тома.

– У него был странный акцент, – добавила она.

– Какой?

– Европейский, не английский точно.

– Больше он ничего не сказал?

– Нет.

– Ты не ждешь никакую доставку?

– Не совсем, – поколебавшись, ответила Келли.

Проклятье. Сто процентов что-то купила.

– Милая, как понять «не совсем»?

– Торги еще не закончились.

Том не хотел даже знать, на какую ерунду она снова нацелилась.

– Слушай, я постараюсь освободиться сегодня пораньше. Только смотаюсь в город за ноутбуком, его пока ремонтируют.

– По-прежнему барахлит?

– Ага, завелся какой-то вредный вирус. Как погода?

– Проясняется.

– Может, если мне удастся вырваться, устроим семейное барбекю?

– Да, – со странной, уклончивой интонацией ответила Келли. – Наверное. Посмотрим.

Том вырулил на главную дорогу и на подъезде к кольцевой развязке завертел головой в поисках указателя на Лондон.

Пока «ауди» медленно тащилась по узкой автостраде М4, чей солидный кусок стараниями Джона (оторвать бы ему яйца!) Прескотта[5] оттяпали под автобусную полосу, Том гадал, кому и зачем понадобилось звонить ему домой, а потом вешать трубку. Скорее всего, заблудившийся курьер решил уточнить адрес. Ну разумеется. Нет никаких причин волноваться.

Однако Том волновался, потому что любил Келли, Макса и Джессику. Любил безумно.

Родители погибли, когда ему было двадцать (авария из-за плохой видимости на трассе М1), а родной брат Зак, на пять лет младше Тома, так и не оправился после трагедии. Он пристрастился к наркотикам и обосновался на Бонди-Бич в Сиднее, где перебивался случайными заработками и катался на серфе. Если не считать Зака и проживавшего в Мельбурне дяди по материнского линии, которого Том не видел с десяти лет и который даже не соизволил приехать на похороны, из близких, по-настоящему родных, у него остались только Келли, Макс и Джессика. Келли, Макс и Джессика были его единственной семьей.

Едва автострада закончилась и началась Кромвель-роуд, мобильный на подставке запиликал.

Том ткнул в «ответить».

– Алло?

– Это Том Брайс? – донесся из динамика мужской голос с сильным восточноевропейским акцентом.

– Да, – настороженно отозвался Том.

Мужчина повесил трубку.