Глава 10

Среда, 16.30

Вернувшись из гаража в свой кабинет, лейтенант Риордан нашел там Дондеро, развлекавшегося метанием скрепок в корзину для мусора. Сержант тут же вычыпал остаток скрепок в ящик стола, руководствуясь мнением, что на глазах начальника не стоит впустую переводить деньги налогоплательщиков, и невинно улыбнулся.

– Мне сообщили, что на два дня я в твоем полном распоряжении. Мне это доставило необычайную радость. Если этому я обязан своему богатому опыту в дорожной полиции…

Риордан остановился перед письменным столом и взглянул на часы, не замечая ехидства Дондеро. Поднял глаза на сержанта:

– Я не ожидал тебя так скоро, но рад, что ты здесь. У нас полно дел.

– Но ты ведь приказал мне вернуться-я слушаю и повинуюсь. Ваш верный слуга. – Дондеро вздохнул. – Но не думай, что это было так легко. Как назло, всю дорогу до её квартиры мы ехали на зеленый. Вот когда я действительно спешу, все наоборот. – Потом уже заговорил серьезно, как будто оправдываясь. – Но какая девушка, а? Сегодня мы вместе пойдем поужинать. Знаешь, она… короче, она такая одинокая! Ей на некоторое время нужна компания, чтобы не думать о том, что произошло.

– И ты думаешь ей в этом помочь?

– Ну разумеется.

Риордан улыбнулся.

– Что ты на меня уставился? Я что, запрещаю? Вы оба взрослые люди.

– Но ты ничего не понял. – Дондеро был обижен до глубины души и не скрывал этого. – Неужели ты думаешь, что если вчера девушка потеряла парня, то сегодня я буду её лапать? Что же я по-твоему за человек?

Он глубоко вздохнул и успокоился.

– Я тебе кое-что предложу. Что, если на ужин пойдем вчетвером, ты с Джейн, Пенни и я? Что скажешь?

– Я за, и думаю, Джейн тоже будет рада. Мы с ней должны встретиться в восемь часов.

– Прекрасно, – удовлетворенно кивнул Дондеро. – Я договорился с Пенни, что зайду между восмью и полдевятого, так что все будет отлично. Я даже не буду тебе напоминать, что один ужин ты мне должен.

Риордан тряхнул головой и пригладил непослушный вихор на темени.

– Знаешь, если ты не перестанешь болтать, мы не освободимся ни в восемь, ни в полдевятого. Дел полно.

– Чем займемся?

– Все узнаешь по дороге.

Риордан выловил из хаоса бумаг на столе донесение уилкинса, не обращая внимания на глянцевые фотографии сложил его, перетянул резинкой и засунул в нагрудный карман.

– Двинулись.

– Куда?

– Вначале к торговцам подержанными автомобилями…

Его прервал звонок телефона.

– Черт побери, мы отсюда не уйдем! – он притянул аппарат за шнур и снял трубку. – Слушаю.

– Лейтенант Риордан?

– У телефона.

– Не узнал вас по голосу. Это Гарри Томпсон с"Мандарина".

Риордан присел на угол стола.

– Я просмотрел все списки пассажиров, начиная с самых первых круизов. Ток вот, на нашем корыте наикогда не было человека по фамилии Крокер. Ближе всего-супруги Коркер, но этих я помню. Супружеская пара из Невады.

Риордан вздохнул.

– Ничего не поделаешь. Все равно спасибо.

– Но кое-что я все-таки нашел, – с воодушевлением продолжал Томпсон. На случай, если вы ищете кого-то, скрывавшего свою фамилию, что случается чаще, чем вы думаете, я достал пачку фотографий с прощалных балов, которыми наш капитан заканчивает все круизы. Раздобыл их у нашего фотографа. У этого ненормального, который ничего не выбрасывает, архив скоро разрастется настолько, что на судне не остнется места для пассажиров. Короче, хотите взглянуть на эти снимки?

– Сколько их?

– Не меньше миллиона, – Томпсон расхохотался. – Если точнее, на каждом балу он делает до ста пятидесяти снимков и за восемнадцать лет по три круиза в год…

– Каких восемнадцать лет, – начал быстро прикидывать Риордан, восемнадцать лет назад Крокеру было пятнадцать; кроме того, Кук-то ещё моложе…

– Ну, тогда не миллион, а тысяча, – прикинул Томпсон. – Хотите взглянуть?

– Минутку, – попросил Риордан и прикрыл трубку ладонью.

– Дон, посмотри, Лундал здесь?

– Нет, он отправился на вызов: ограбление с убийством на Хейг Стрит. Я знаю, потому что вначале туда хотели отправить меня.

Риордан пожал плечами и сказал в трубку:

– Завтра я приду на судно сам или пришлю кого-нибудь, кто видел Крокера и может его опознать. Снимки достаточно четкие?

– Снимки на балу всегда высший класс, – заверил Томпсон. – Тут наш фотограф из кожи вон лезет, потому что всем хочется купить фото, на котором он с капитаном, да ещё за руку.

– Ладно. Когда я вас завтра застану на месте?

– Меня? На месте? У меня тут по шесть пар пассажиров на одну каюту, так что портовые девочки обойдутся без моего внимания. Приходите и посмотрите сами на весь этот бардак, за который нам деньги платят. Буду на месте, как смертник в камере, не сомневайтесь.

Риордан улыбнулся.

– Я вам позвоню. Какой у вас номер на борту? Позвоню около полудня и уточню время, ладно?

– Отлично. И постарайтесь прийти к обеду. Единственная приличная вещь на нашей посудине-это еда. Когда пассажиров мы уже сплавили на берег, в салоне тишь и благодать. И прихватите вашу девушку, я ей такого раскажу…

Риордан снова рассмеялся.

– Посмотрим, что получится. Спасибо, мистер Томпсон.

Риордан поднялся, и улыбка исчезла с его лица, когда он взглянул на часы.

– Дон, пошли…

Среда, 17. 45

Большой магазин подержанных автомобилей фирмы Мидлтона находился на Фолсом Стрит. По краям обширной стоянки висели гирлянды цветных лампочек, прогибавшиеся над ровными рядами сверкавших лаком автомобилей. Но вот машины в дальних рядах выглядели уже потертыми, усталыми и помятыми, и как будто сами удивлялись, что ещё способны ездить. Над стоянкой вращался плакат, синий с золотом, сообщавший, что здесь открыто до десяти часов вечера и что никто не может предложить заказчикам таких услуг, как Мидлтон.

Риордан въехал на площадку и остановился у маленькой будки, служившей конторой.

Едва они успели захлопнуть дверцы джипа, как возле них появился элегантный молодой человек с широким полосатым галстуком, в облегающих брюках, и одарил их улыбкой, позаимствованной с рекламы зубной пасты. Одной рукой он нежно погладил крыло джипа, как бедро красивой девушки.

– Неплохо, неплохо, – с уважением произнес он, и сделал вид, что заботливо осматривает и оценивает джип, но в действительности краем глаза наблюдая за посетителями. – Правда, неплохо. Видно, вы о нем очень заботились. – Чуть понизил голос, как будто хотел сообщить им нечто интимное. – Честно говоря, о большинстве наших заказчиков этого сказать нельзя. Но по этому джипу видно-гм…

Он весь так и источал благожелательность.

– Мы можем за него предложить такой обмен, что вам не устоять. Какие машины вас интересуют?"Кадиллак"? Или"мустанг"? У нас тут есть "кадиллак"трехлетней давности, совсем как новый. Теперь таких не делают, настоящий корабль. Принадлежал он некой старушке, которая выиграла его по лотерее, но так никогда и не научилась водить. Говорю вам-конфетка!

Дондеро его активность начала утомлять.

– Послушай, сынок, мы…

Риордан спокойно перебил его.

– Приятель, ты нас не понял. Нам нужен обмен не на новую машину, а на старую. Даже эта в горах садится на брюхо, а сегодняшние вообще ползут по земле. Нам нужен "паккард"или "олдсмобиль", лет до двадцати пяти, но на ходу и недорогой.

Дондеро наконец проснулся и начал подыгрывать.

– Джип-то всем хорош, но у меня грыжа, вот доктор и запретил всякую тряску, теперь нужно что-нибудь помягче.

Молодой человек оставил приторную доброжелательность и явно обдумывал варианты выгодной сделки.

– У нас был такой автомобиль, или почти такой, стоял больше года и мы уже думали, что останется здесь навсегда. Прийди вы неделю назад, и мы бы с вами ударили по рукам. Говорю серьезно. Нам он достался от одного старика, что держал ферму в стороне от главной дороги, в Никосии. Это был"бьюик", модель 1940 года, точно то, что вы ищете. Это была единственная машина, подходившая по клиренсу для его разъездов по ферме. Но он переехал в город и сомневаюсь, что эта машина когда-нибудь ездила по асфальту-на спидометре была сущая ерунда. Машина в безупречном состоянии и мы её взяли в обмен на приличный"форд"двухлетней давности. Вообще-то мы пошли ему навстречу, так как для настоящей коллекционной ценности "бьюику" не хватало лет десяти-пятнадцати. Но мы тогда понадеялись, что любитель старины все же найдется.

– Если речь о коллекионерах автомобилей, тут вы совершенно правы, поддержал его Риордан. – У меня дома есть о них пара-тройка иллюстрированных журналов. Я себе такого позволить не могу, но приятно почитать о людях, которые могут. Ну а что было дальше?

– Тут неделю назад приходит к нам один тип и ухватился за него обеими руками. Наверно, это и был такой коллекционер. – Молодой человек пожал плечами. – Никогда не слышал, чтобы собирали машины тридцатилетней давности, но наверно это новая мода.

– Жаль. – Риордан повернулся к Дондеро и подмигнул. – А вы не занете какой-нибудь другой магазин, где можно найти что-то подобное?

– Не надейтесь. Такие машины сейчас идут прямо в лом. Нет на них спроса, понимаете? Люди вроде вас, что ездят по плохим дорогам, предпочитают джипы. Тот тип был просто трехнутый, правда. Больше года этот автомобиль стоял на лучшем месте, у всех на виду. Мы его поставили в первый ряд, между двумя практически новыми "кадиллаками", да ещё подсветили прожектором. Мы сказали себе, что это будет эффектно, на таком фоне"кадиллаки"будут смотреться ещё лучше. Меня удивляет, что вы его не видели раньше. Я думал, о нем знает весь город, но никто его не купил. А тут вдруг приходит тот тип, а через неделю вы, – он даже покачал головой.

– Жаль, – сказал Риордан. Он повторил это из-за дондеро. С трудом удержался, чтобы не пнуть сержанта-моргание уже не помогало.

– Ах! – Дондеро внезапно проснулся. – Может быть, тот человек продаст нам"бьюик"?

– Не знаю, продаст ли он, но сомневаюсь, что купите вы, – сказал молодой человек и ухмыльнулся. – Эту сделку шеф оформил сам, меня и близко не подпустил. Не знаю, сколько он содрал за"бьюик", но одно вам скажу, продавал он его как старинный коллекционный автомобиль, а не как простую старую колымагу.

– Вы хотите сказать, парень даже не торговался? – недоверчиво спросил Дондеро, как будто не мог такому поверить.

– Нет, почему, торговался, – ответил продавец, – но не всерьез. В нашем деле всегда видно, если клиент в самом деле хочет. Так со всеми коллекционерами, я уж знаю. Цена для них ничего не значит.

– Если верить тем журналам, которые я читал, единственный коллеционер, который не будет торговаться из-за коллекционного автомобиля, даже если он не вполне антиквариат, это сумасшедший по фамилии Крокер, – небрежно заметил Риордан.

– Ну вот, это он и есть! Это тот тип!

– В таком случае "бьюик"можем выбросить из головы. Тому деньги не нужны, – огорченно сказал Риордан и открыл дверцу джипа. Они с Дондеро уже сели в машину, когда Риордан снова обратился к продавцу.

– Кстати, я думаю, та машина, которую вам Крокер оставил взамен, нам не подойдет? Или таких богачей обмен не интересует?

– Он оставил нам "фольксваген"годичной давности. Видно, хотел от него избавиться. Вам он не подойдет.

– Это точно. – Мотор джипа взревел. – Но все равно спасибо. Извините, что задержали.

– Было приятно побеседовать. Возьмите мою визитку, – я Джон Мидлтон-младший.

Лейтенант сунул визитку в карман.

– Если вы насчет джипа передумаете и захотите чего-то поновее, у меня тут"эльдорадо" в прекрасном состоянии, двух лет нет. Принадлежал одному проповеднику, который ни разу не ехал быстрее тридцати миль в час, но его паства думала, что и это слишком.

– Буду иметь ввиду, – пообещал Риордан и выехал из магазина. Направился вниз по Фолсом стрит; Дондеро машинально начал похлопывать себя по карманам в поисках сигарет, но вспомнил6что опять бросил курить. Разочарованно отвалившись на спинку сиденья, посмотрел на начальника.

– Я чувствовал бы себя намного лучше в этой импровизированнной роли, заметил он, – если бы хоть знал, чего ты хочешь и в чем, собственно, дело. А теперь позволь тебя спросить, почему мы просто не предъявили удостоверения и не выспросили у этого парня все, что нужно? Зачем все эти сложности?

– Потому что так мы явно узнали больше.

Риордан вел машину легко, почти автоматически, все с той же хмурой улыбкой.

– Все торговцы-прирожденные болтуны, а торговцы подержанными автомобилями из них худшие-или лучшие, можешь выбирать. Дай им повод излить душу, и они тебя заговорят, особенно по части машин. Если только не будет повода держать язык за зубами-например, с полицией.

– А теперь переходим к главному вопросу, – сказал Дондеро, – который не собирался тратить время на опровержение этой теории. – О чем, собственно, идет речь?

– О вчерашнем несчастном случае, – ответил Риордан с крайне сосредоточенным видом. – Я прекрасно знал, что это не несчастный случай. Он свернул на Первую и направился к Эмбаркадеро. – Я тебе все время это говорил.

– Ничего ты мне не говорил, – упрямо стоял на своем Дондеро.

Риордан свернул на Эмбаркадеро и направился на юг в сторону Арми Стрит. Нахмурился, но на своего спутника даже не взглянул.

– Разумеется, читал. Сегодня утром ты мне показывал его в кабинете. Но пока ты не устроил спектакль в автомагазине, я понятия не имел, что продолжаем копать тот же случай. Ничего не знал, пока тот парень не упомянул о "бьюике", только тогда связал концы с концами.

– Значит, теперь тебе все ясно.

– Но я все ещё не понимаю, чего ты добился своим спектаклем у Мидлтона. Черт, ты ведь и так знал, что Крокер купил "бьюик", а поскольку видел регистрационную карточку, то знал, где. Так зачем было столько разговоров?

– Я не знал, что он его выменял на"фольксваген", и даже представления не имел, что не торговался. Именно это мне и надо было.

– Ясно, – сказал Дондеро таким тоном, который показывал, что ему ничего не ясно. – Если мы говорим об одном и том же случае, то Уилкинс, видимо, написал два рапорта, а я прочитал только один, ибо то, что я читал, не было похоже ни на что, кроме несчастного случая. И я уверен, судья Йоргенсен это воспринял точно также.

Он выглянул из окна; как раз выезжали через мост на Третью, вокруг были одни доки.

– И вообще, куда мы едем? Ведь все произошло на той стороне?

– Да, но туда мы заедем позднее. Сейчас едем в закусочеую на Арми Стрит.

– В какую закусочную? – в смятении спросил Дондеро. – В рапорте Уилкинса о закусочной ничего не было. Ты вообще уверен, что мы говорим об одном и том же случае?

– Абсолютно уверен. – Риордан пригнулся к рулю; они пересекали бульвар Марипоза и приближались к Восемнадцатой.

– Это здесь, – сказал он. – Если речь о закусочной, – Крокер говорил мне, что был в заведении нп Арми Стрит, и что там работает его знакомый бармен. Мы едем туда затем, чтобы выяснить, действительно ли был он там вчера вечером.

– Ну, друг, ты и вправду сошел с ума, – Дондеро покачал головой. Зачем ему врать, что он был в закусочной? Что бы он с этого имел?

– Он ведь должен был объяснить, почему вообще ехал по Индиана Стрит, терпеливо сказал Риордан. – А направляясь домой, он должен был посетить какое-нибудь место, дававшее ему разумное объяснение, почему он ехал именно той улицей.

Дондеро съязвил:

– А откуда он знал, что Боб Кук совершенно случайно пойдет именно по той улице?

– Этого я не знаю. – Риордан помрачнел и попытался найти какое-то объяснение, но не нашел ни одного достойного внимания. – Возможно, Крокер собирался ездить по этим улицам взад-вперед, пока его не увидит. Кук ведь летел на огни города от главной пристани, – он пожал плечами. – Допустим, Крокер случайно догнал его именно на Индиана Стрит, и все.

Дондеро воздел глаза к небу.

– О, Господи!

– А я тебе говорю, что я прав. – Риордан выпятил подбородок. – Черт возьми, ты что, у Мидлтона ничего не слышал? И поверил, что Крокер купил этот старый "бьюик" для коллекции? Прежде всего, кто собирает машины сорокового года? Человеку, не имеющему работы, такое и в голову бы не пришло.

– Это ерунда, – заявил Дондеро. – Линдон Джонсон теперь тоже без работы.

– Да, но он не живет в пансионе"Мартиника", – мрачно заметил Риордан.

– Это ничего не значит. Одни люди выбрасывают деньги на одно, другие-на другое. Ты вообще не знаешь, что у Крокера на счету в банке, или не спрятал ли он весь капитал где-нибудь в сейфе.

Дондеро вдруг умолк, о чем то вспомнив, и продолжал:

– Если речь идет о коллекционировании, то напомню тебе, что Крокер никогда не утверждал, что купил автомобиль с этой целью. Об этом начал твердить ты, наслушавшись мальчишку в автомагазине. А теперь начинаешь верить собственной пропаганде.

Тут ему в голову пришло ещё кое-что.

– Ты вообще не знаешь, сколько он заплатил за этот старый"бьюик", а ухватился за его росказни, которым обычно не поверил бы ни на грош.

– Это мы легко узнаем, – мрачно сказал Риордан.

– Знаешь что, – спокойно подытожил Дондеро, – постарайся эти сведения получить до полудня пятницы, или я держу пари, что суд освободит Крокера и он испарится вместе с проклятым "бьюиком".

Он невесело улыбнулся.

– Дружище, тебе лучше бы собрать побольше улик, прежде чем делать выводы.

Риордан молчал, но Дондеро не унимался.

– И последнее: ты утверждаешь, что не верил в несчастный случай ещё до того, как мы заехали в магазин Мидлтона. Почему же теперь так напираешь на то, что Крокер купил этот "бьюик" только неделю назад? Объясни мне.

– Не знаю, – несчастным голосом ответил Риордан. – В голове что-то вертится, но никак не соображу, что; не знаю, что же я знаю. Не вспомню. Вот понимаешь в чем дело.

Когда по лицу Дондеро он понял, что ему не верят, голос Риордана зазвучал жестче.

– Тем, что неделю назад он купил"бьюик", все только начинается. Теперь нужно найти улики и реконструировать события. Но подготовка с покупкой машины может послужить отправной точкой.

Дондеро удивленно покачал головой.

– Ты говоришь глупости. Некто покупает тяжелую машину, чтобы ей кого-то убить. Конкретного человека, которого он не знает, по причине, о которой не догадывается, на месте, в котором тот парень мог и не окахаться. И это ты хочешь предложить судье Йоргенссену. Кстати, он сам недавно купил большой тяжелый автомобиль. Хотел бы я знать, с кем он хочет разделаться, вежливо добавил он.

– Крокер купил"бьюик", чтобы убить Боба Кука, – с железным спокойствием повторил Риордан. "Фольксваген"для этого слишком легок и хрупок, он рисковал бы сам.

Он свернул на Арми Стрит и нажал на газ.

– Конечно, – кивнул Дондеро, – "Фольксваген" не рекламирует свои машины как орудие убийства. Но, с другой стороны, и "Бьюик"тоже.

Он удобно развалился на сиденьи, равнодушно обвел взглядом склады и спортплощадки, мимо которых они мчались, и задумался об упрямстве своего друга, который рискует своей карьерой, настаивая на глупой идее, что смерть Кука не была несчастным случаем…

Загрузка...