Уральский следопыт, 1961-07

Б. ГРИГОРЬЕВ

Столетний уралец

– Сынок родился, счастливым будет, – говорил Егор Фадеев своим односельчанам. – Ведь царь крепостное право отменил. Может, вольготнее жить будем.

Но жизнь крестьян не изменилась и после отмены крепостного права. С малых лет пришлось Василию Фадееву работать по чужим людям. И все-таки он дожил до новой жизни. Когда в селе Покровском Егоршинского района, Свердловской области, организовался колхоз, Василий Егорович одним из первых вступил в него, хотя ему было уже около семидесяти лет,

В этом году В. Е. Фадееву исполнилось сто лет. Он получает пенсию, чем может, помогает колхозным бригадам. Сердится, что его не берут на постоянную работу. «Руки у меня еще крепкие, – говорит он. – Не хочу в стороне от жизни стоять».

Солдатская каска отца

Весной в «Уральском рабочем» была напечатана заметка о солдатской каске, найденной в шихте на Нижне-Сергинском металлургическом заводе.

В тот же день к нам в редакцию позвонила Наташа Величко, капитан следопытского отряда Свердловского Дворца пионеров.

– Мы только что вернулись из похода, – сообщила она. – Наш маршрут проходил и через Нижние Серги. Здесь мы встретились с рабочими металлургического завода.

Был будничный трудовой день. Рабочие разгружали шихту из вагона, прибывшего из Горького. Вдруг внимание их привлекла стальная солдатская каска. Они подняли ее, отвернули подкладку и увидели надпись: «М. А. Далматов». Кто-то вспомнил, что в соседнем цехе работает мотористом Николай Михайлович Далматов.

Николай взял удивительную находку и, увидев надпись, взволнованно проговорил; «Это, кажется, рука отцова… Он всегда неумело выводил заглавную букву своей фамилии».

Каску боевого друга опознал и Иван Дмитриевич Мешков: «Мы вместе получили каски и вместе подписали их».

Мы всем отрядом были в гостях у Николая Михайловича, и он рассказал нам о своем отце.

Михаил Алексеевич Далматов работал грузчиком транспортного цеха металлургического завода. В 1942 году ушел на фронт. За мужество и отвагу, проявленные в боях, он был награжден медалью «За отвагу» и орденом Красной Звезды.

Шли жестокие бои в Восточной Пруссии… 13 октября 1944 года подразделение, в котором служили Михаил Алексеевич и его товарищ Иван Дмитриевич Мешков, получило задание форсировать реку у деревни Лесня. Началось наступление. Немецкие захватчики открыли ураганный минометный огонь. Осколком мины Михаил Алексеевич был убит, а Мешков тяжело ранен в ногу.

О гибели М. А. Далматова сообщил семье заместитель командира по политчасти старший лейтенант Рогачий: «Его тело похоронено но всем правилам воинской почести, отдан ему последний клятвенный зов, за жизнь вашего мужа и за ваших детей мы отомстим немецким захватчикам, и скоро настанет тот день, когда знамя победы мы водрузим над Берлином. Вашим детям теперь за отца будет наша Родина».

Так солдатская каска, молчаливый свидетель героических дел советских воинов, через шестнадцать лет попала в семью героя.

Отписались

19 ноября 1961 года исполняется 250 лет со дня рождения великого русского ученого, поэта, мыслителя Михаила Васильевича Ломоносова.

В связи с этим небезынтересны два документа, хранящиеся сейчас в Шадринском филиале Курганского государственного архива.

Первый – отношение, датированное 31 мая 1827 года. Его автор – пермский гражданский губернатор. В нем говорится: «…я предлагаю вам употребить ваше содействие к убеждению всех состояний обоего пола к посильным пожертвованиям на сооружение в городе Архангельске памятника покойному Статскому Советнику Михаилу Васильевичу Ломоносову и открыть для того добровольную подлиску…»

Через месяц из Шадринска последовал ответ. В рапорте городского головы значится: «… во исполнение оного предложения, сего июля в 4 день бывшему в общей думе здешнему гражданству о вышеизъясненном мною предлагаемо с убеждением подписки было, но точно никто желания к таковому подписыванию не изъявил, о чем вашему Превосходительству сим и донести честь имею».

Комментарии излишни. Одним словом, отписались.

Цветок алоэ

Весной по радио я услышал сообщение о редком случае цветения алоэ (столетника) у садоводов Туркмении.

Но оказывается, еще раньше алоэ зацвел на Урале. Я посадил трехлетний отросток в 1953 году. Зимой прошлого года он зацвел. Соцветие-плоды имели обычный зеленый цвет, спустя дней восемь-девять счи побурели. Я заснял цветок. Вот как он выглядит.

Поэт-авиатор

В первой половине 1911 года «Пермские губернские ведомости» поместили заметку о том, что Василий Каменский совершит полеты над городом. Об этом говорили в учреждениях, домах, на улицах, базаре и в церквах.

Поэт Василий Васильевич Каменский, уроженец города Перми, купил во Франции самолет типа Блерио, прошел подготовку у известного русского летчика Лебедева и привез самолет в Пермь. В Ильин день в Перми было необычайное оживление. Любопытство тянуло всех за город, на ипподром, на котором была установлена диковинная машина – самолет.

Несмотря на высокую плату за вход, ипподром всех желающих вместить не мог. Высокий забор, ближайшие деревья, крыши домов Солдатской слободы, – все было усеяно зрителями, не попавшими на ипподром.

Под сочувственные вздохи окружающих Василий Васильевич сел в самолет, привязал себя ремнями. Раздался сильный шум заработавшего мотора. Несколько минут фырканья – и самолет покатился по ипподрому. То ли из-за того, что мала была взлетная дорожка, то ли сам пилот оказался нерасторопным, но самолет оторвался от земли только у самого забора, и, задев за него колесами, упал на землю…

Полет не состоялся.

Следующие попытки взлететь над городом были запрещены губернатором по ходатайству купечества. Причина – «нарушение спокойствия и подрыв торговли».

Василий Каменский перебрался в Нижнюю Курью, где устроил на полуострове взлетную площадку, и через несколько дней совершил полет над Камой, не залетая в город. При посадке на неприспособленный аэродром он опять поломал самолет, на этот раз так, что ремонтировать его в Перми никто не взялся. Но мотор самолета остался невредимым, и Каменский решил переделать его в водяной автомобиль. Чертежник А. Потапов, мастер моторных лодок И. Иртегов в мастерской Н. Березина по чертежам, вместе с Каменским, построил машину, названную аэроходом. Это был аппарат на трех металлических лодках-поплавках, сидящих в воде на глубине десяти сантиметров. В передней части аэрохода установили снятый с самолета мотор с пропеллером, а сзади сделали помещение для пассажиров.

Когда при огромном стечении народг на Каме Каменский запустил мотор и пригласил кого-нибудь из присутствующих стать первым пассажиром, желающих не оказалось. Только час спустя согласился ехать редактор местной газеты Перфильев. Редактор был «еле можаху» и, вступив, крестясь, на борт аэрохода, достал из кармана золотые часы, передал знакомым: «На память вам, да не оставьте в нужде бедную вдову Настасью Спиридонов-ну Перфильеву»

Испытание прошло успешно.

В зимнее время аэроход, поставленный на лыжи, легко ходил по снегу, развивая скорость до двадцати верст в час. Многие русские и иностранные газеты писали об этом, как о «новом русском изобретении».

Так пятьдесят лет назад в Перми были сконструированы глиссер и аэросани. Однако ни сам Васи-сий Васильевич Каменский, ни лица, разработавшие чертежи и построившие аэроход, не запатентовали своего изобретения. Каменский скоро забыл и о своих полетах, и об аэроходе – он уехал в большое путешествие по России вместе с Владимиром Владимировичем Маяковским.