В долгу у мажора

Глава 26

Иду за Свиридовым, прихватив свой рисунок. Не знаю, зачем беру его с собой, но оставлять портрет Дена на столе в кабинете мне почему-то не хочется. Пусть будет у меня.

Сейчас, когда я вижу Дениса вживую, понимаю, что допустила небольшие неточности, когда рисовала. У настоящего Свирида более чёткая линия скул, шире брови, полнее губы. И выражение лица более жёсткое, глаза смотрят строже.

Получается, я запомнила его немного другим. В моей голове он мягче, интересно почему? Из-за того, что вызвался помочь? Но кто знает, чем для меня обернётся его помощь…

Шагаю вслед за хозяином дома по коридору, разглядывая широкую спину, сильные руки, короткие волосы на затылке. Давлю отчаянное желание догнать Свиридова и прикоснуться. Хотя бы до локтя или до кончиков пальцев, до большой, тёплой ладони. Я знаю, что это неправильно, так не надо… Но ничего не могу с собой поделать.

Он останавливается сам.

— Варь… — Ден оборачивается и стопорится взглядом на листе бумаги у меня в руке.

— Что? — вопросительно поднимаю брови.

— Оставь его мне.

— Рисунок?

Кивает.

— Я думал, ты его не заберёшь. Хотел вернуться потом и унести к себе в комнату.

Сердце подскакивает. Горячий тугой комок прокатывается по внутренностям, обжигая каждую клеточку, и застывает где-то в районе груди, распространяя искрящееся тепло, которое вновь заливает жаром мои щёки.

— А… — вновь бросаю взгляд на рисунок, поднимаю его, прижимаю к груди. Но, поняв, как это выглядит со стороны, резко убираю и протягиваю Денису. — Держи… Но он не очень получился. Ты другой.

— Разве? — Ден забирает листок бумаги и принимается разглядывать. — Ну да, тут я слишком красивый.

— Наоборот! — выпаливаю, не подумав, но живо исправляюсь. — Я имею в виду, неточности есть.

— Какие?

Подхожу ближе. Сердце на пределе бабахает, выбивая последний воздух из лёгких, но мне всё равно. Как намагниченная стремлюсь к Денису. Здравый смысл подчистую продул эту битву, желание прикоснуться победило.

— Линия скул более чёткая… — поднимаю руку и веду кончиками пальцев по породистому лицу.

Ден слегка опускает веки, но продолжает стоять, не говоря ни слова. Вижу, как дёргается его кадык, как вздымается грудь, как черты лица постепенно смягчаются.

— Губы… — мой палец скользит вниз, очерчивая рот Дена.

Чувствую подушечкой тепло его кожи, колкую щетину, пробивающуюся над верхней губой, и тело прошибает чувственной дрожью.

Я до мельчайших подробностей помню, как эти губы касались моего лица, с какой жадностью Денис целовал, как будто клеймил каждый сантиметр кожи.

Понимаю вдруг, что Свирид сейчас думает о том же. Дыхание его сбивается, становятся рваным и поверхностным, а губы чуть-чуть приоткрываются.

Убираю руку, но Ден ловит её, сжимает в ладони, вновь подносит к губам, и целует мои пальцы. По очереди по одному втягивает в рот, легонько касаясь кончиком языка.

— Что ты…

Договорить не могу, слова и мысли вылетают из головы, остаётся лишь огненный жар, что волной разливается по телу.

Давлю подступающий к горлу стон, неимоверным усилием держу глаза открытыми. Хочу отстраниться, но тело слабеет и наливается сладостной тяжестью. Толпы мурашек поднимают все волоски на теле.

Кислород покидает лёгкие так стремительно, что едва успеваю делать быстрые вдохи. Но прекратить это всё не могу, просто не хватает силы воли. Остаётся лишь чувствовать и пытаться сохранить равновесие.

Перецеловав каждый палец, Ден выпускает мою руку, но тут же обнимает меня за плечи, прижимая к своему телу.

— Идём… — выдыхает охрипшим голосом и подталкивает к одной из дверей.

Войдя внутрь, понимаю, что это спальня Дениса. В комнате темно, лишь свет из коридора немного разбавляет мрак, позволяя увидеть широкую кровать, компьютерный стол у окна и тускло поблескивающий монитор на нём. Здесь пахнет деревом, мужским парфюмом и чем-то неуловимо родным. Делаю глубокий вдох и понимаю: пахнет Денисом.

— Я не хочу помять рисунок, — говорит он, подталкивая меня внутрь комнаты.

Меня словно затягивает в этот омут, не давая шанса сопротивляться. Ден не отпускает, держит крепко, прижимая к себе. Я чувствую, как бьётся его сердце, как напряжены мышцы. Он ведёт меня вглубь спальни, и я не сопротивляюсь.

Останавливаемся возле кровати. Ден отпускает мои плечи, но не отходит далеко. Только до стола и обратно. Оставляет рисунок и вновь возвращается ко мне.

— Хочешь, останемся здесь? Пока... ненадолго…

Смотрит мне в глаза, и в этом взгляде столько всего: страсть, желание, неуверенность, вопрос.

— Не знаю… — бормочу, потому что нет сил сказать «нет».

Как заворожённая смотрю ему в глаза, поднимаю руку и касаюсь его щеки, большим пальцем глажу скулу. Он закрывает глаза и прижимается лицом к моей ладони.

Зачем я это делаю? Трогаю его вновь и вновь, касаюсь упругой мужской кожи, обвожу каждую чёрточку, стараясь запомнить, навсегда запечатлеть в памяти, чтобы потом нарисовать. Для себя…

А ещё мне безумно нравится его реакция. Такой сильный, уверенный, дерзкий, он как котёнок жмурится от удовольствия, принимая мои робкие ласки. Я знаю, что это только иллюзия, будто я могу укротить большого хищника, но такая сладкая иллюзия, такая привлекательная!

— Если ты прямо сейчас не остановишься, то я тоже не остановлюсь. Не смогу, — шепчет он.

— Но…

Ден поднимает руку и прижимает палец к моим губам.

— Никаких «но». Либо да, либо нет. Сейчас или позже. Всё равно будет. Решай сама, — чеканит отрывисто, а в глазах черти пляшут, окончательно сводя меня с ума.