В объятиях дьявола

Глава 7

Заносчивые сукины дети. Это все, что я могу сказать о своих новоиспеченных коллегах после недели работы на Росса.

Столько надменных задниц я не встречала никогда. Их разговоры ограничивались университетами Лиги Плюща, автомобилями класса «люкс» и недвижимостью в Верхнем Истсайде. Наверное, мне не стоило надеяться, что хотя бы стажеры здесь будут простыми людьми.

Что ж, работа в «КИНГ Консалтинг» окажется намного сложнее, чем я думала.

Как таковых обязанностей у меня немного: приносить кофе, заказывать еду Россу, составлять расписание и напоминать ему о встречах. Еще я стала буфером между ним и людьми, с которыми он не хотел иметь ничего общего. Инвесторов, начинающих бизнесменов, которые жаждут стать часть империи, и журналистов теперь отшивала я. Работа непыльная, что меня вполне устраивает. Взгляды свысока переживу, все-таки я не впервые сталкиваюсь с дерьмовым отношением.

Оглядываюсь в сторону конференц-зала, и мне в очередной раз становится любопытно, что происходит за закрытой дверью. Меня пускали туда только с чашкой кофе для Его Величества. Люди, приходящие на встречу с Россом, в основном выглядели нормально, не казались убийцами или работорговцами, но было и несколько довольно подозрительных личностей. Например, байкеры. То есть представьте, трех мужчин, с ног до головы забитых татуировками, в кожаных жилетах и потертых джинсах, опускающих сальности в сторону девушек, в том числе и мою, в многоэтажном офисе с ультрасовременным ремонтом. Выглядело это довольно комично. И подозрительно.

Также я лично назначила Россу встречу с людьми с четким итальянским акцентом. Потом с китайским. А утром с русским. Уж не ведет ли Росс Кинг дела с мафией? Учитывая, какой он человек, то делать такие выводы по акцентам я могу без зазрения совести.

Сейчас проходит очередная встреча, а я сижу и играю в какую-то глупую игру на телефоне, сбегая от скуки и желания смотреть в сторону конференц-зала. К сожалению, стекла черные и матовые, а люди не выходят в туалет и не предоставляют мне шанса хотя бы мельком услышать их разговор. Мне остается лишь гадать, что там происходит, черт бы их всех побрал.

Наконец-то совещание заканчивается. Гости не выглядят особо довольными, но все же они пожимают руки Россу, а затем уходят. Мой босс тоже не похож на самого счастливого человека в мире. Убираю телефон, когда вижу, что Росс идет в мою сторону.

– Прибери документы в конференц-зале и принеси ко мне на стол, а потом можешь идти на обед, – небрежно бросает Росс, сложив руки в карманы своих дорогущих брюк. – У меня перерыв, уйду на пару часов. Если позвонит Адам Льюис, то скажи ему, что завтрашняя встреча в силе. Остальных посылай.

Ох, кажется, Росс совсем не в духе. Не следует его злить, поэтому киваю и отвечаю, что все поняла. Росс покидает офис, и два его головореза следуют за ним. Я остаюсь одна и выдыхаю с облегчением. Росс не любит посторонних, поэтому мы работаем вдвоем на этаже. Здесь только его кабинет, мой столик, кофеварка и конференц-зал. Конечно, я сталкиваюсь с другими работниками, когда те приходят на подписание бумаг или другой ерунды, требующей внимания Его Дьявольского Величества.

Направляюсь в конференц-зал, собираю все бумаги, оставленные Россом и итальянцами, и уношу в кабинет. Мистер Кинг обычно запирает офис, если отлучается больше, чем на час, но, похоже, эта встреча прошла совсем неудачно, раз он решил этого не делать. Сложив папку на полку, уже разворачиваюсь в сторону двери, но голос то ли глупости, то ли любопытства заставляет меня прикрыть дверь и вернуться к столу. Я уже осматривала кабинет и не нашла ни одной видеокамеры, да и к тому же это было бы слишком непредусмотрительно – снимать то, что может когда-нибудь обличить тебя в суде. Ноги сами несут меня к столу Росса. Мой больной разум хочет узнать хоть что-нибудь о его грязных делишках. На компьютере все папки, разумеется, защищены паролем.

– Чертов параноик, – бормочу я.

Дергаю ручки ящиков, поглядывая на двери, но они не поддаются. Да он издевается надо мной!

На самом столе у Росса порядок, как у маньяка. Каждая вещица сложена по линейке, я не шучу. Псих, псих, псих. Открываю ежедневник Росса, но оказывается, что его заметки похожи на записки немецких разведчиков. Каждый пункт состоит максимум из двух слов. Я натыкаюсь на записи недельной давности:

Тогда он забрал меня из клуба. Что, если он купил клуб? Лесли говорила о новом владельце. Стоит об этом узнать у нее. Больше ничто не цепляет глаз, поэтому кладу ежедневник обратно и иду к полке, куда сложила документы. Возможно, там будет что-то интересное. Достаю папку с названием «Порт» и просматриваю бумаги. От содержимого меня едва не выворачивает. Я не ожидала, что в папке лежат не договоры о каких-либо поставках, а фотографии с убитыми мужчинами. Они привязаны к стульям, на лбу, в груди и в животе зияют дырки от пуль. Лица покрыты гематомами, вся одежда в крови. Желудок скручивается от ужаса. Один из убитых чертовски похож на главного итальянца, пришедшего сегодня. Росс убил его сына? Вряд ли они бы тогда разговаривали столь спокойно. Что же с этим портом?

– Привет работникам, – раздается знакомый голос со стороны двери. Быстро закрываю папку, разворачиваюсь и вижу Николаса, опирающегося на дверной косяк и поглядывающего на мой зад с ленивой улыбкой. – Что делаешь, богиня луны?

Перед глазами мелькают два воспоминания: человек, которого утаскивают во тьме, и разговор в день помолвки под светом луны. Слишком разные, чтобы понимать, как общаться с братом Росса.

Не глядя на Николаса, кладу папку на место и поправляю остальные, будто я прибиралась, а не искала скелеты в шкафу Росса.

– Здравствуйте, мистер Кинг, – неожиданно хриплым голосом говорю я. Откашлявшись, отхожу от полки и объясняю: – Ваш брат попросил убрать документы после встречи. Сейчас у меня перерыв на обед.

Николас продолжает оглядывать мою фигуру в той самой юбке с разрезом. Отлично, пусть лучше смотрит на мои бедра, чем в лицо, которое может выдать мою ложь. Мужчина, как и в прошлую нашу встречу, одет с иголочки. Бежевый костюм оттеняет загар, приобретенный на Западном побережье, а несколько расстегнутых пуговок у шеи дополняют его образ покорителя женских сердец. Волосы цвета песка зачесаны назад, лицо идеально выбрито. Все-таки в семействе Кинг отличная генетика. Что Росс, что Николас спокойно могли бы сместить Аполлона с его пьедестала на Олимпе.

Николас загородил весь дверной проем, но мне надо срочно выйти из кабинета, поэтому иду в его сторону. Наши глаза наконец-то встречаются, и я вскидываю брови, молча прося меня пропустить. Мужчина ухмыляется и отходит.

– Что же вас привело сюда, мистер Кинг? – зачем-то спрашиваю я, забирая со своего рабочего места сумочку и телефон.

Неожиданно Николас оказывается позади и накидывает мне на плечи мой пиджак. Резко оборачиваюсь и едва не врезаюсь в его мускулистую грудь. Только сейчас замечаю небольшой шрам над верхней губой Николаса и нервно сглатываю из-за чрезмерной близости с ним. Вряд ли он менее опасен, чем Росс, однако что-то в нем намекает на свет. Быть может, это просто эффект его непрекращающегося даже в молчании флирта. Или после урока самообороны с Россом у меня действительно повредился мозг, раз уже оба Кинга на долю процента кажутся мне не такими уж и исчадьями преисподней.

Николас морщится и спрашивает:

– Неужели мы не друзья? Почему бы тебе не называть меня по имени? Технически я не твой босс.

Технически все Кинги мои боссы.

Закатываю глаза и, сделав шаг в сторону, чтобы перестать чувствовать приятный сладковатый аромат его парфюма, исправляюсь:

– Хорошо, Николас. Что же привело тебя сюда? Твой брат ушел, и я собираюсь поступить так же. Я голодна, как черт.

Ложь. Появление Николаса напрочь отбило у меня аппетит. Что, если он видел, как я роюсь в вещах Росса? Николас подкрался бесшумно, словно призрак, и я даже не знаю, что он успел заметить. Желудок снова скручивается в узел, и к горлу подступает желчь.

Ну что, мозг, ты доволен? Из-за тебя нас могут убить!

Не дожидаюсь ответа Николаса и направляюсь к лифту. Не пойдет же он за мной. Раз пришел в офис брата, то ему что-то нужно не от меня. Однако через несколько секунд я слышу мягкие шаги позади. Лифт, как назло, только на десятом этаже, а офис Росса на сороковом. Тревожно нажимаю на кнопку вызова еще несколько раз, чтобы чертов подъемник поторопился. Нервозность увеличивается, когда в нос вновь ударяет сладковато-пряный аромат.

– Могу я угостить тебя ланчем, Селена? – мурлычущим тоном спрашивает Николас, наклонившись слишком близко к моему уху. – После нашего знакомства мы едва виделись.

На самом деле, удивительно, что, живя в соседней комнате, я видела его от силы дважды. Думаю, Николас не брезговал оставаться у своих подруг на ночь, а в остальное время, как верная собачонка Росса, бегал и выполнял поручения босса.

С недоверием смотрю на него. Зачем ему звать меня на ланч?

– Принцесса, я не собираюсь показывать тебе мои трусики.

Наверное, не стоит использовать прозвище, данное ему во время заигрывания. Одергиваю себя, но не извиняюсь. Николас вдруг заливается смехом. Очень приятным и веселым. Лифт наконец-то приезжает, и мы заходим в него, нажав кнопку первого этажа. Лифт просторный, но Николас почему-то становится позади меня. Не удивлюсь, если он собирается шептать мне на ушко, как в мелодрамах.

– Я бы с удовольствием глянул на них, дорогуша. И не только, – все еще посмеиваясь, отвечает он на мое обвинение. – Но я просто хочу накормить тебя.

Оглядываюсь на него все с тем же недоверием, и Николас добавляет:

– Клянусь своим добрым именем, что мы пообедаем в отличном итальянском ресторане, и я верну тебя брату в целости и сохранности!

«Нашел, чем клясться!» – думаю про себя. Фыркнув на свои мысли, я почему-то соглашаюсь. Обедать с кем-то веселее, чем в полной тишине. К тому же, в этом районе вряд ли есть какое-нибудь бюджетное кафе, а я не хочу тратиться.

– Почему итальянская кухня? – спрашиваю я, когда официантка уходит передавать наш заказ на кухню.

Аппетит ко мне вернулся, поэтому я заказала пасту, салат, брускетту и десерт, не забыв про напиток. Не мне же платить. Николас откладывает меню и, сняв пиджак, вешает его на свой стул. Он все время смотрит в глаза, что довольно сильно смущает, но я продолжаю поддерживать зрительный контакт, иначе эта самодовольная задница подумает, что выиграл.

– Ты же итальянка, – с ухмылкой отвечает Николас. – Решил, что ты оценишь.

Даже спрашивать не хочу, откуда он узнал о моих корнях. Не похоже, что мама с ним хотя бы разговаривает. Ему мог рассказать только Росс.

– Наполовину, – киваю ему. – Будь я более впечатлительна, была бы польщена таким жестом внимания.

Николас склоняет голову набок и, немного подавшись вперед, шепчет:

– Будь ты более впечатлительна, мы бы уже заперлись в туалете или даже остановили лифт.

Опять закатываю глаза. Николас такой предсказуемый, но почему-то его слова вызывают у меня улыбку. Банальный прием, который прозвучал бы оскорбительно из других уст, почти попадает в цель. Конечно, я не собираюсь нигде с ним запираться, чтобы перепихнуться. Зато атмосфера между нами становится более расслабленной.

– Тебе надо вести курсы для повышения мужской самооценки, принцесса, серьезно. Откуда такая уверенность? – делаю глоток воды, чтобы скрыть улыбку.

Николас пожимает плечами и повторяет мой жест.

– Таким уж я родился, – без тени сарказма отвечает он. – Не всем же быть скрытными и молчаливыми, как мой старший братец.

Точное описание Росса. При его упоминании по спине пробегаются мурашки, а в носу появляется не сладковато-пряный, а древесный аромат. Перед глазами мелькают образ главы семейства и наша тренировка. Росс сказал, что мы сможем потренироваться еще раз в эти выходные, но дома. Мне не следует быть такой воодушевленной, но, увы, я жду новый урок. И отнюдь не из-за полезных приемов.

Мой телефон, лежащий на столе, вибрирует. Должно быть, Лесли или Шарлотта интересуются, как у меня дела. Мама всецело поглощена новой ролью невесты миллиардера, поэтому редко пишет в течение дня. Однако сообщение прислано с незнакомого номера. Открываю СМС и вижу селфи от брата с подписью.

На сердце теплеет, когда я вижу причесанного Оли в красивой одежде и брошкой с гербом частной подготовительной школы, куда его устроил Росс. Я рада, что брат будет учиться в подобном месте и получит хорошее образование. Даже если у мамы с Россом не сложится, Его Величество любезно заплатил за все годы обучения. А сумма там приличная, я проверяла. Оливер, как и всегда, улыбается, а его глаза излучают искреннюю радость и любовь. Мой золотой мальчик. Я давно ему не читала, и сегодня обязательно это исправлю.

Только потом до меня доходит кое-что важное.

– Откуда, черт побери, у моего брата телефон? – шиплю я, показывая Николасу сообщение. – Твой брат купил его?

Николас вопросительно поднимает правую бровь, словно я сошла с ума.

– Скорее всего, но что в этом такого? – поглядывая на меня, как на сумасшедшую, уточняет мужчина.

– Ему шесть! Он может залезть на неподобающие сайты, его могут чем-нибудь запугать. Интернет – жестокое место! Или его могут побить, чтобы забрать чертов мобильник, потому что Росс наверняка купил ему последнюю модель! – шиплю я, с трудом не переходя на крик. – У нас с мамой был договор. Я четко сказала, что никакого телефона до восьми, и она помнила об этом. Какого хрена? Я убью твоего брата, Николас!

Мужчина с вытянутым лицом продолжает таращиться на меня, словно у меня на лбу вырос третий глаз. Неужели он не видит проблему в покупке телефона шестилетнему мальчику? Николас вдруг разрывается от смеха. От его веселья кровь в моих жилах начинает бурлить. Николас издевается надо мной?

Рыкнув, выпиваю всю свою воду и отбираю его стакан. Мне надо охладиться.

– Так ты у нас мама-медведица? – смахивая подступившие слезинки, Николас откидывается на спинку стула. Вопрос риторический. – Я все думал, как же такая наивная женщина, как Кларисса, могла поднимать двоих детей. А тут у нас оказывается, что воспитанием сына занималась старшая сестра. Тебе же только восемнадцать, какого хрена ты стала главой семьи при живой матери? Она хоть чем-то полезным занималась?

От вопроса меня спасает официантка. Я не отвечаю на выпад в сторону мамы. В чем-то Николас прав. Особенно с пунктом про маму-медведицу. Но что мне надо было делать? Позволять Джорджу оказывать дурное влияние на Оли и портить этого прекрасного мальчика? Я специально уводила его из дома к нашей соседке, где мы сидели и пережидали, пока Джордж угомонит свой язык и слишком устанет для воспитания. Потом, когда я начала работать в «Экстазе», мы ездили к Лесли и ночевали у нее. От Джорджа было легко сбежать, а вот от семейства Кинг… сомневаюсь, что это вообще возможно.

– Прости, если сказал лишнего, дорогуша, – Николас накрывает мою ладонь своей и дарит небольшую извиняющуюся улыбку. – Расскажи мне, как тебе работать среди лживого отребья нашей компании. Жду подробностей и самых горячих сплетен.

Я усмехаюсь. Рада, что он решил не продолжать разговор о моей матери, потому что, как бы мне ни хотелось, у меня почти нет аргументов в ее защиту.