Вернуть себя

Глава 8.

Нарцисса молча проследовала за директором. Залы и коридоры были безлюдны – шли занятия, и она была рада этому. Её присутствие в школе может породить ненужные слухи, если уже не породило. А это всегда плохо, пока вы сами ещё не решили, что именно должны знать о вас люди.

Когда Дамблдор открыл дверь в больничное крыло, женщина была удивлена, что палаты совершенно пусты. Директор, заметив её удивление, был готов к любым вопросам, но Нарцисса промолчала. Пряча улыбку в бороду, он подвел ее к другой двери, за которой сидела медсестра, поднявшаяся при их приближении.

– Альбус, госпожа Малфой, – кивнула она, приветствуя гостей. – Вы вовремя. Они только что закончили завтрак.

Нарцисса постаралась запомнить последовательность, в которой он вынимал книги, и вошла в комнату, пытаясь не показать, насколько ее удивило поведение медсестры, оставшейся за дверью и даже не попытавшейся зайти с ними, да и дверь открылась без пароля или ключа – защитой, по-видимому, служил только книжный шкаф.

Они оказались в уютной спальне.

В дальнем углу, за кроватью, поистине королевских размеров, сидел Северус и читал книгу. Возле кровати стояли два высоких стульчика, а рядом, у левой стены, где была опрокинута коробка с игрушками, расположились двое малышей. Женщина уж было шагнула к следующей двери, за которой, наверно, и находился Драко, когда ее глаза остановились на детях. Присмотревшись, она ахнула, узнав в одном из них своего сына.

Две детских головки мгновенно повернулись к ним. Их реакции на неожиданное появление отличались так же, как и цвет их волос: оба вскочили на ноги, черноволосый мальчик с криком бросился к Северусу, отчего сердце Нарциссы болезненно сжалось, но ее внимание тут же было отвлечено маленьким Драко, подбежавшим и обхватившим ее колени. Она не смогла сдержать улыбку, заигравшую на губах и мягко осветившую холодную красоту лица. Ей всегда нравилось растить Драко, заниматься с ним, баловать, и она жалела, что у неё больше нет детей. Сминая дорогое платье, женщина опустилась на колени и, крепко обняв сына, ласково взъерошила его шелковистые волосы.

– Мамочка! Ты пришла! – радостный вопль прямо в ухо.

Она засмеялась: – Конечно, дорогой. Ты сомневался, что я приду?

– Тебя так долго не было, – обиженно протрубил Драко, немного отодвигаясь и влажно целуя её в щеку.

Нарцисса посмотрела на его длинную маггловскую футболку и сморщила нос. Тонкие волосы сына были спутаны, глаза покраснели от слез. Нахмурившись, она обратилась к Дамблдору: – Сколько?..

– Они в таком состоянии с ночи понедельника, – вздохнув, пояснил он. – В их возрасте такой срок мог показаться слишком долгим.

– Мне хорошо известно, как дети воспринимают время, – натянуто произнесла миссис Малфой, нервно сжимая руки, и внимательно посмотрела на сына. – Почему ты плакал, Драко?

Сын покраснел и опустил от стыда голову: – Я плохо себя вел.

– И что это означает? – женщина нежно приподняла его подбородок.

– У меня плохой характер и папа из-за этого разозлился. А еще я расстроил малыша.

– Папа?.. Малыша? – ничего не понимая, переспросила она, и сын указал на угол, где стоял Северус, покачивающий всхлипывающего темноволосого мальчика. Нарцисса снова повернулась к директору.

– Это Гарри Поттер, – пояснил Дамблдор. – Он, похоже, очень боится незнакомых людей. Исключение сделано лишь для Северуса. Мы надеялись, что и к вам ребенок отнесется нормально, и Вы сможете заботиться о мальчиках в течение дня.

– Вы имеете в виду моего сына? – ровно спросила Нарцисса. – Почему я должна заботиться еще и о том мальчике?

Дамблдор открыл было рот, но Драко опередил директора, вырвавшись из ее объятий. Бледное личико было искривлено от гнева, подозрения и страха.

– Я останусь с малышом, – хмуро уставившись на нее, процедил он.

– Драко, – предостерегающе промолвила она. Всякий раз, когда мать говорила таким тоном, Драко знал, что лучше послушаться. Еще никогда, когда мать говорила с ним так, – независимо от возраста, – он не спорил с ней. Этот тон использовался не часто и никогда без важной на то причины. И сейчас она говорила так, потому что Гарри Поттер был мишенью. Ни при каких обстоятельствах Нарцисса не хотела, чтобы её сын жил рядом с мальчиком, который проклят.

– Мама, – грустно сказал Драко, и тонкие губы предательски дрогнули, – мне жаль. Но я должен остаться с малышом.

Всхлипнув, Драко развернулся и подбежал к Северусу, крепко прижавшись к его ногам. Разъяренная Нарцисса поднялась и обернулась к директору так резко, что широкая юбка взлетела, закружилась и туго обвила ее ноги. Дамблдор, защищаясь, вскинул руки.

– Мы очень подвели маленького Гарри… Лучше я оставляю Вас с профессором Снейпом. Он все объяснит Вам.

После того, как старик ушел, она повернулась к зельевару. Нарцисса знала Северуса очень давно: он был крестным отцом её единственного сына и его союзником в школе. Он заслуживал доверия: умный, практичный, холодный, но не бессердечный. Но за все время, что они были знакомы, она никогда не видела его таким.

Северус смотрел сверху вниз на Драко, длинные волосы, падающие на лицо, не скрывали слабый румянец на высоких скулах. Несмотря на то, что поза была неудобной, руки, обнимающие Гарри, ласково поглаживали напряженную худую спинку. Нарцисса хорошо помнила, как неловко он обращался с маленьким Драко, но от прежней неловкости теперь не осталось и следа. Что-то случилось с ним. Что-то настолько важное, что сильно изменило мужчину. Поэтому она решила сдержать эмоции и выслушать крестного ее сына.

– Северус, объясни, пожалуйста, что случилось?

Снейп поудобнее усадил мальчика на своих руках, и стали видны маленькие очки, палец во рту и слезы, все еще текущие по щечкам. Это зрелище неожиданно сильно задело женщину, но она не позволила себе растрогаться – к сожалению (или к счастью для Гарри), – было бы только хуже, если бы эмоции взяли верх.

– Гарри? Дамблдор ушел. Ты в порядке? – мягко спросил Северус, и мальчик спрятал лицо у него на груди. Мужчина пропустил пальцы сквозь его растрепанные вихры. И, конечно же, пальцы запутались в спутанных прядках (волосы Гарри еще ни разу не расчесывали за это время), и Северусу пришлось мягко потянуть, чтобы освободить руку. – Мне жаль, что я не предупредил тебя о приходе чужих людей – но я не знал. Может, ты пока посидишь и поиграешь с Драко? А мы с леди Малфой отойдем вон в тот угол, подальше от вас. Ладно?

Гарри отчаянно замотал головой, ещё крепче вцепившись в него.

– Это только мама, малыш, – нежно пояснил Драко, который, запрокинув голову, внимательно смотрел на них. – Я с тобой.

Северус опустился на колени и поднял Драко на другую руку. Блондин обхватил Гарри за шею, поцеловал его, что-то чуть слышно прошептав на ухо, а затем кивком указал Нарциссе в сторону коробки с игрушками. Она покорно проследовала туда и села на стул, как ее и просили, очарованная сценой, свидетельницей которой только что стала. Северус поставил Драко на пол и попробовал отпустить Гарри, но тот снова громко заревел.

– Гарри, чего ты боишься? Я стану между тобой и этой леди, и Драко будет рядом с тобой.

Гарри все еще цеплялся за мужчину, по-настоящему расстроенный. Из носа у него текло, глаза покраснели и опухли, он громко судорожно всхлипывал. Зельевар присел и стал легонько покачивать его, а Драко стоял рядом, ласково поглаживая темные волосы, и бормотал что-то нежное, как и Северус. Потребовалась пара минут, чтобы успокоить мальчика. Отойти Северусу Гарри так и не дал.

– Ну что, Гарри? Скажи мне, – умолял тот.

Мальчик, не выпуская изо рта пальца, повернулся к Драко. Зеленые глаза пристально и требовательно впились в глаза Драко. Северус был счастлив, что блондин, кажется, понял, чего от него хочет Гарри, потому что он сам даже не представлял, что делать. Драко необычно серьезно обратился к Северусу:

– Малыш боится двери. Как мы это исправим, папа? – и неожиданно в уголках его глаз появились маленькие слезинки.

Северус со вздохом приласкал Драко: – Я боялся, что это случится. Проклятый Альбус! Он должен был предупредить меня, или постучать, или ещё что-нибудь. Он ведь знает, как чувствует себя Гарри. – Северус встряхнул головой и сосредоточился на крестнике: – Спасибо, Драко. Ты очень мне помог. Ты просто замечательно себя ведешь.

Слезы исчезли, и светловолосый ангел счастливо улыбнулся. Он понял, что полностью прощен за утреннюю сцену и взволнованно обнял Гарри, улыбнувшегося ему в ответ, но продолжавшего свободной рукой удерживать Северуса. Мужчина направил палочку на дверь. Деревянный засов запечатал дверь изнутри.

– Вот так. Видишь, Гарри? – Северус заглянул во влажные испуганные глаза. – Я её закрыл. Крепко, крепко. И никто не сможет войти, пока я не открою. Смотри.

Он подошел к двери и потянул за ручку. Большой деревянный брусок надежно пересекал дверь, и она не поддалась. Гарри торжественно наблюдал за происходящим, а затем вопросительно посмотрел вниз на блондина, и Драко твердо кивнул, подтверждая, что теперь дверь точно не открывается. Гарри кивнул в ответ, и Северус расслабился.

– Теперь я могу оставить тебя поиграть с Драко? Мне нужно поговорить с этой леди. Она останется сидеть на стуле. Я обещаю. И прежде, чем она встанет, я подойду и возьму тебя на руки. Хорошо?

Гарри согласился и неохотно позволил поставить себя на пол. Он все еще нервничал и отказывался играть, но охотно наблюдал за Драко, пытавшимся его рассмешить, и улыбался. Это было намного лучше, чем Северус надеялся. Теперь он мог спокойно поговорить с Нарциссой.

Все это время женщина неотрывно наблюдала за ними, и это заставило профессора слегка покраснеть. Северус замешкался, не зная, что сказать, а потом разозлился на себя за глупое смущение. Злость помогла вернуть самообладание. Он защитит Гарри. И ничто не помешает этому. Он убедит Нарциссу, что Драко должен остаться, даже если она решила иначе. Малфой, по всей видимости, является ключевой фигурой для выздоровления Гарри.

– Нарцисса, – ровно произнес он.

Она приподняла бровь, но промолчала.

– Полагаю, что должен кое-что объяснить, – и он рассказал ей все, что узнал с тех пор, как Гарри Поттер покинул поезд. Он не чувствовал необходимости скрывать что-либо. Ничего худшего, чем испытал Гарри, уже не могло случиться. Северус был уверен, что Нарцисса никогда не расскажет Темному Лорду или его сторонникам об услышанном. И она не проболтается газетчикам, и не поместит эту сенсационную новость в свою колонку.

Не потому, что это для неё неправильно, а потому, что это касается ребенка. Миссис Малфой всегда была хорошей матерью. Она любила сына и вообще любила детей. Она всегда ставила интересы Драко выше собственных. Всегда. Она правильно воспитывала его: любовь и здоровая дисциплина. И если она и была сейчас жестокой по отношению к Гарри, то только потому, что защищала собственное дитя.

Полтора часа спустя, после того, как Северус закончил рассказ, Нарцисса уже не была так бесстрастна. Она со скрытым беспокойством, нежностью и состраданием смотрела на зеленоглазого мальчика.

– Мне жаль, Северус, действительно, жаль. Это отвратительно, что ему пришлось такое пережить. Поверь, я многое отдала бы, чтобы помочь, но я не могу пожертвовать собственным сыном.

– Нарцисса, – он взял её за руку.

– Нет, Северус. Он отмечен. Темный Лорд поклялся убить его. Драко не должен оставаться с ним, когда это случится. И если Драко и Гарри Поттер связаны, то возможно, расстояние уменьшит эту связь.

– Ты знаешь, что это не лучший путь, – возразил Северус, в глазах которого сверкнул гнев.

– Ты даже не знаешь точно, связаны ли они! Возможно, все изменилось, как только они стали четырехлетними, – спорила она. – Я забираю Драко в поместье и позабочусь о нем.

– Нарцисса, – настойчиво повторил он, сжимая её руку. – Там небезопасно.

– Поместье изменило местоположение, как только Драко стал Лордом. Никто не сможет найти это место, пока сам Драко не скажет, а я не думаю, что он сказал кому-нибудь, кроме меня и тебя. И даже если Люциус выйдет из тюрьмы, что маловероятно, право Главы Семьи он не вернет. Люциус совершил ошибку, которая позволила наследнику занять его место. Это неизменно. А ты – все еще Пожиратель Смерти и шпион Дамблдора. Ты – сам по себе мишень, – голос Нарциссы дрогнул, но в глазах горела решимость до конца защищать сына. – Если честно, ни один из мальчиков не находится с тобой в безопасности. Мы покидаем Хогвартс, Северус. Мне жаль. В самом деле.

– Психика Гарри сейчас слишком хрупка, чтобы забрать от него Драко, – Северус уже сердито шипел, сдерживая крик, чтобы не испугать детей. – Это убьет его!

– Северус…

– Нет. Это правда. Если ты заберешь Драко – Гарри умрет. Умрет из-за тебя, – злобно прошептал он. – Ты убьешь его. Я не позволю! Ни за что. Здесь Драко и Гарри настолько защищены, насколько возможно в эти времена. Хогвартс безопасен. И я смогу защитить их, несмотря на мое положение. Мое знание Темных Сил поможет защитить их лучше, чем что-то ещё. Даже ты. Люциус не рассказывал тебе о таких возможностях, а я не буду скрывать этого, – Северус вздрогнул. – И не обманывай себя, Нарцисса. Гарри – цель, как и я, но и Драко тоже! Я знаю! Я был тогда на собрании. Темный Лорд всегда был настолько уверен, что Драко будет его верным последователем, что его нейтралитет, и то, что он способствовал аресту отца, сделало мишенью и его. Пожиратели Смерти получили разрешение убить Драко, если у них будет возможность избежать при этом наказания. Только нахождение здесь, спасает твоего сына от попыток убийства, которые за этими стенами Драко, возможно, не пережил бы. До того, как заклинание сделало их детьми, я принял решение научить Драко защищаться против таких невидимых и неожиданных нападений, несмотря на неодобрение директора. Потому что у меня достаточно познаний в этой области. И потому, что он – мой крестник. Я позабочусь о его безопасности. И о безопасности Гарри. Их единственный шанс – быть вместе, за этими стенами, где я могу наблюдать за ними, обучать их, оберегать, и где Поппи может наблюдать за ними, и где есть Альбус, который пойдет на что угодно, чтобы спасти детей. И потом, мы все еще не уверены, как это заклинание действует. – Профессор помолчал, собираясь с мыслями. Сидящая перед ним женщина словно застыла; казалось, она даже перестала дышать. – Не делай этого, Нарцисса, не забирай Драко. Это поможет сохранить им здоровье и жизнь. Я, действительно силен в заклинаниях, но не знаю, как заботиться о детях. Я нуждаюсь в твоей помощи. Как и Драко и Гарри. Я прошу тебя…

Они внимательно смотрели друг другу в глаза. Нарцисса боролась со слезами. Она отчаянно, любой ценой, хотела защитить сына, но не была уверена, какое решение станет единственно правильным. Волдеморт назначил цену за голову Драко, и это ужасало ее. Но Лорд Малфой сделал свой выбор. И она должна была поддержать его. Но, тем не менее, позволяя ему остаться около Гарри Поттера, обреченного жить в окружении смерти – не самый лучший выбор. И положение, в котором оказался ее сын, не было добровольным выбором Драко. Он был готов помогать, но помогать негласно, не выступая на сцену, а оставаясь за кулисами, в тени, но все пошло совсем не так…

– Мама? Папа? – они одновременно обернулись на тихий голос Драко, раздавшийся рядом. Он настороженно смотрел на них. Гарри все еще был занят игрушками, но поза мальчика говорила о напряжении. – Мы хотим пить.

Северус кивнул и жестом показал ему возвращаться к Гарри, но ребенок заколебался: – Пожалуйста, не ссорьтесь, – тихо попросил он прежде, чем вернуться назад. Взрослые смотрели, как мальчики обнялись, а затем вернулись к игре. Северус отметил, как палец Гарри вернулся в рот, и устало взглянул на Нарциссу.

– Дай нам шанс. Вы ведь всегда успеете уехать. Но если ты сейчас заберешь Драко, то никакой возможности исправить ущерб потом не будет.

Нарцисса какое-то время молча наблюдала, как мальчики играют, прежде чем сдаться: – Хорошо, Северус. Я даю тебе два дня, чтобы убедить меня в том, что для Драко лучше оставаться здесь.

– Спасибо, – он на миг прикрыл глаза, затем поднялся и, подойдя к детям, взял Гарри на руки. Мальчик приник к нему. – Гарри, сейчас я вызову Добби, чтобы он принес вам попить. Не бойся, хорошо?

– Да, профессор Снейп, сэр? – эльф появился без предупреждения. Гарри дернулся, но не заплакал. Северус поинтересовался у Нарциссы, что именно должны пить маленькие дети.

Она слабо улыбнулась в ответ и незаметно вытерла слезы: – Добби, пожалуйста, две чашки прохладной воды.

– Да, мэм. – Секунду спустя он вернулся и осторожно подал обе чашки Драко. – Это все, сэр?

– Спасибо, Добби.

Эльф кивнул и исчез. Гарри приподнял голову и посмотрел вокруг. Видя, что женщина все еще в комнате, но больше никаких страшных незнакомцев нет, он позволил Северусу отпустить его. Драко вручил ему чашку, и они начали пить. Северус, скользнув ладонью по их волосам, вернулся к женщине.

– Как думаешь, почему Драко упорно называет Гарри «малыш»?

– Когда он был маленьким, у него была навязчивая идея, насчет всех детей, младше его. И он называл их всех малышами. Драко был бы превосходным старшим братом. Я всегда жалела, что у меня больше не было детей.

Снейп хмуро кивнул. Он знал, что рождение Драко чуть не убило ее, но леди Малфой была обязана произвести на свет наследника рода. И если бы не Северус, который, действительно, был одним из лучших зельеваров, ей вряд ли удалось бы пережить беременность и роды. Даже с его помощью, она тогда была очень близка к смерти.

Профессор быстро сменил тему, расспрашивая её, что будет лучше для мальчиков. Они должны решить, как добиться, чтобы Гарри привык к ней, и где малыши будут жить, поскольку Нарцисса считала, что эта комната не подходит для двух подвижных детей. К тому же, мальчики должны получать достаточно свежего воздуха и солнечного света. Очень плохо оставлять их в закрытом помещении в течение долгого времени.

В это время Гарри и Драко обсуждали собственные дела.

– Они сердятся, Рей?

Драко посмотрел поверх него: – Не думаю, малыш.

– Но ведь та леди сердится?.. Почему она недовольна?

– Не знаю. Я слышал, она хочет забрать меня домой, без тебя, а папа не хочет этого.

– Рей, – задрожав, Гарри взял Драко за руку и опустил голову, – я не хочу, чтобы ты уходил.

– Я тоже не хочу, – мальчик обнял его. – Я останусь с тобой, малыш. Я очень люблю мамочку, но не пойду с ней, а останусь с тобой. И с папой.

– Они старше, – печально покачал головой Гарри. – Они могут заставить тебя.

– Папа за меня заступится, – уверил Драко. – Малыш, все будет хорошо. Я клянусь.

– Спасибо, – Гарри застенчиво улыбнулся, а затем наклонился и поцеловал Драко в щеку.

– Пойдем, давай доиграем! Они будут еще целую вечность разговаривать.

– Что значит «вечность»?

– Долгое время, которое идет и никогда не заканчивается, – Драко сделал паузу, – ну, я так думаю…

Гарри захихикал, и они вернулись к игре, в то время как Северус и Нарцисса обсуждали новые комнаты. Северус признал, что мальчики должны переехать. Больница – слишком людное место; и дверь не является достаточной преградой, помимо того факта, что Гарри больше не чувствует себя здесь в безопасности. И детям, конечно же, нужен простор. Это чудо, что игрушки так долго занимают их. Если бы четырехлетний Драко сидел здесь один, да еще запертый в комнате с парой игрушек и одним мрачным профессором в роли няньки, он бы уже давно закатил дикую истерику.

Наконец, они выбрали комнаты, прилегающие к апартаментам Снейпа, и решили сделать между ними потайную дверь, через которую Мастер зелий мог бы попадать к детям, как только он будет свободен от своих обязанностей. Этот путь не возбудит никаких подозрений, так как никто не сможет заметить, куда и зачем ходит профессор, и оградит малышей от возможного проникновения посторонних в их комнаты. И подземелья не так многолюдны, как другие места в замке. Слизеринцы уважают своего декана и не шатаются без дела возле его комнат, подглядывая и шпионя, и быстро отгонят любого, кто попытается это сделать; к тому же его комнаты хорошо защищены. Расширить защиту на пару смежных комнат проблемы не составит.

Они найдут возможность для мальчиков гулять на свежем воздухе и бывать на солнышке, но позже. Сейчас надо придумать, как перебраться в новые комнаты без риска быть замеченными. Лучше, сделать это ночью… Дамблдор найдет способ, гарантирующий быстроту и безопасность. Единственная вещь, которую они должны попытаться сделать – приучить Гарри к присутствию Нарциссы, чтобы он мог без проблем проводить целый день с ней и с Драко.

Наконец, решившись, Северус приблизился к мальчикам и объяснил, что Нарцисса хочет посидеть и поиграть с ними. Гарри немедленно переполз на колени Северуса, и женщина осторожно присела рядом.

– Я остаюсь с малышом, – сказал ей Драко, двигаясь ближе к Северусу и Гарри.

– Ты сделаешь так, как тебя скажут. Но не переживай, Драко, мы останемся с ними на некоторое время.

Малфой хмуро вздернул голову и скрестил руки на груди.

– Драко, перестань дуться и подвинься, – уговаривал его Северус. – Через полчаса будет обед, но мы еще успеем поиграть.

Мальчик неохотно согласился, но уже спустя пару минут расслабился и начал показывать маме игрушки. Нарцисса чувствовала себя счастливой рядом с ним. Ей нравилось, каким человеком вырос ее сын, но она скучала вот по этому. Слишком многое в свое время у нее отняли…

Как и рядом с Дамблдором, Гарри медленно расслаблялся в её присутствии, и все еще отодвигался, если она оказывалась слишком близко или обращалась к нему.

Но время шло.

* * *

Ужин подходил к концу, и студенты начали покидать Большой Зал. Рон промчался мимо Гермионы и Джинни, даже не взглянув в их сторону. На глазах Гермионы выступили слезы, и подруга сочувственно взяла её за руку.

Рон шел в направлении гриффиндорской башни, но затем неожиданно свернул. Никто не заметил, как он тенью проскользнул в пустую классную комнату, на полпути к подземельям, где его терпеливо ожидали Крэбб и Гойл, тихо сидя в самом темном углу.

Трое слизеринцев решили, что юноши займутся рыжеволосым гриффиндорцем, в то время как Панси попытается разыскать всю имеющуюся в библиотеке информацию о временных заклинаниях и поищет какие-либо упоминания о подобных случаях. Если таковые были…

Несмотря на отчаянные попытки Крэбба и Гойла спрятать в тени свои неповоротливые туши, Рон заметил их сразу же, и понадобилось все его самообладание, чтобы громко не расхохотаться. Он наложил на вход слабое охранное заклинание (других гриффиндорец просто не знал) и сел за одну из парт. Слизеринцы уселись рядом.

– Кажется, я кое-что придумал.

– Что? – спросил Крэбб, наивно хлопая ресницами.

– Кое-что, принадлежащее Гарри, хранится в кабинете у директора. Это – зачарованная карта Хогвартса, которая показывает местонахождение каждого, пребывающего на тот момент в замке. Где он, куда направляется. Она поможет нам обнаружить Малфоя и Гарри и покажет, есть ли шанс тайком пробраться к ним. Единственная проблема – я не знаю, как вернуть карту. Но если вы двое, тем или иным способом, отвлечете Дамблдора, я обшарю его кабинет.

– Карта – личная собственность Поттера? – удостоверился Грэгг.

– Да, – Рон пожал плечами. – А что? В противном случае, ты не согласен?

– Дело не в этом, – отмахнулся Гойл. – Отец научил меня сильному заклинанию Вызова, но это работает только в том случае, если предмет, который призывают, не является личной собственностью человека, хранящего его.

– Правда? – Рон сузил глаза. Это было хорошее предложение. – Заклинание, случайно, не черномагическое?

– Нет, – Крэбб испуганно покачал головой. – Это ритуал Светлой магии.

– В таком случае – пойдет. Что для этого нужно и сколько времени займет подготовка?

Гойл, усиленно симулируя напряженную работу мысли, время от времени делал паузы, смущался и запинался, пытаясь объяснить, что к чему. Они вдвоем смогут достать все необходимое, но потребуется день или два, чтобы все подготовить. Поэтому решили встретиться в этой же комнате послезавтра ночью и попробовать заклинание Вызова.

Слизеринцы так и стояли с глупыми улыбками на лицах, пока Рон не ушел.

* * *

Гермиона, Джинни и Невилл сделали все, что могли. Они перерыли всю библиотеку, умудрились проникнуть даже в запретную секцию, но никаких подтвержденных случаев превращения взрослого в ребенка не нашли. А еще они не были уверены, что снова смогут пробраться в больничное крыло повидать Гарри. Пришло время просить о помощи. Это они делали в первый раз…

Факт, что Драко Малфой – ребенок, такой же, как Гарри, и то, что их друг с каждым днем все больше зависим от слизеринца, все больше привязывается к нему, и что Снейп отвечает за обоих, их очень расстраивал. Независимо от того, насколько квалифицирован и хорош Снейп, они полагали, что Гарри в первую очередь нуждается в ком-то, кто, действительно, любит его всем сердцем. Так что они написали письмо, надеясь, что адресат сможет правильно интерпретировать то, что они не осмелились рассказать открытым текстом.

Дорогой профессор Люпин,

Надеюсь, что это письмо все-таки дойдет до Вас. Мы очень соскучились без Вас здесь в Хогвартсе, и как по преподавателю, и тем более, как по другу. Вы сказали, что мы можем писать Вам, если когда-нибудь будем нуждаться в совете или помощи, и именно по этой причине я и пишу. В начале учебного года я нашла искалеченного щенка. И не знаю, как помочь ему. Профессор Дамблдор пообещал, что постарается сделать все возможное для него, но не уверена, что это в его силах. Он также приказал, чтобы я держала присутствие щенка в тайне. Я очень обеспокоена, Профессор, так как это очень важно для меня, Джинни, Невилла и Рона. Может, Вы поможете нам советом или даже найдете время и приедете в замок? Мы, действительно, нуждаемся в Вас.

Искренне Ваша,

Гермиона Грейнжер

* * *

Северус неторопливо отмывал Гарри после ужина, пока Нарцисса разбиралась с Драко. Маленький гриффиндорец, казалось, привык к её присутствию достаточно, чтобы не бояться – Нарцисса уже могла свободно проходить рядом, и ребенок не цеплялся с плачем за Северуса, но прикасаться к себе пока не разрешал. Оставалось надеяться, что со временем он будет доверять ей, как доверяет Драко, а женщина полюбит Гарри, как собственного сына.

Они отнесли теперь уже чистых детей в кровать. Нарцисса была не слишком довольна тем, что мальчики будут спать вместе, но ничего не сказала, зная, что ночью их все равно перенесут в другое место. Дети терпеливо сидели на кровати, пока взрослые расчесывали им волосы. Северус снял с Гарри очки и положил на тумбочку, чтобы шнурок не мешал расческе. Гарри не протестовал. От успокаивающих движений гребней, оба малыша клевали носом и даже не вспомнили про вечернюю сказку. День выдался насыщенным, мальчики устали и хотели спать.

– Вы проснетесь у меня в комнатах, – сказал им Северус. – Никто чужой туда войти не сможет, вы будете в полной безопасности. А еще у вас будет много места для игр.

Счастливые, тесно прижавшись друг к другу, мальчики закрыли глаза. Зельевар подождал пока их дыхание выровняется, а затем наложил несложное заклинание, гарантирующее, что дети не проснутся, пока не придет время. Тихо закрыв дверь, Северус пошел к Дамблдору.

– Что ж, это разумное решение. Я буду рад помочь, – сверкнул глазами директор.

В лазарете уже ждала медсестра.

– Сегодня пришли результаты тестов, – сказала она, когда директор кивком разрешил говорить при Нарциссе. – Они показывают, что у Драко все прививки, необходимые четырехлетним детям, сделаны, но у Гарри ни одной.

– И когда можно будет это сделать?

– Я не рекомендую делать то, что вводят после четырех лет. Если ввести все сразу, ему будет плохо. Но даже если не брать в расчет этот факт, на все процедуры потребуется время. Всего в его возрасте нужно сделать семь прививок, и не чаще, чем раз в три дня.

– Мы сделаем только то, что требуется ребенку в его возрасте, – решил директор. – Начнем в эти выходные.

– Хорошо, сэр, – согласилась колдомедик. – Как очки, Северус, подошли?

– Да, Поппи. Все отлично. Спасибо.

– Хорошо, если мы будем действовать правильно, то, может, даже удастся исправить ему зрение.

– Мы, действительно, ценим твою заботу о мальчиках, Поппи, – улыбнулся Дамблдор. – Но здесь для них не совсем безопасно, да и места для игр маловато, поэтому решено переселить малышей в подземелья, поближе к Северусу. Тем более что недавно он справедливо напомнил мне, что ему нужно ещё и работать. А госпожа Малфой любезно согласилась присматривать за детьми, пока Северус будет занят.

– Правда? – нахмурилась медсестра. Ей было неприятно оставлять пациентов, особенно когда нет уверенности в стабильности их состояния. – Как Гарри реагирует на присутствие леди Малфой?

– Нормально, – уверил директор, – думаю, со временем он привыкнет к ней, чему немало способствует Драко, к тому же она умеет ладить с маленькими детьми.

– Я хотела бы хотя бы через день приходить и проверять их состояние, а при необходимости всегда готова помочь.

– Это будет прекрасно.

– Только, пожалуйста, предупреждайте заранее, чтобы я успел подготовить Гарри, – твердо произнес Северус, обращаясь в основном к директору. – Когда кто-то незнакомый появляется слишком внезапно, он пугается, нервничает и перестает верить в безопасность окружающей его обстановки.

– Конечно, Северус, – мягко согласилась Поппи.

– Я тоже буду так делать, Северус, – Дамблдор положил руку ему на плечо. – Надеюсь, что Гарри привыкнет ко мне так же, как к тебе и госпоже Малфой. – Снейп не ответил. – Пожалуй, нам пора. Еще раз спасибо, Поппи.

– Не за что, Альбус.