Ветеран хаоса

Глава 17

Всплеск произошёл в нескольких часах езды от города, совсем рядом с какой-то отдалённой деревушкой. По меркам этого мира это нормально, такое случается сплошь и рядом. Без нормальной индустриализации деревни разбросаны повсюду, ведь в сельском хозяйстве используется в основном ручной труд. Так что территории заселены равномерно, и нет той концентрации населения в городах, как это было в моей прошлой жизни.

Деревенька небольшая, домов на двадцать, может чуть больше. Половина уже пустовала, а крайние дома и вовсе находились почти в самом эпицентре. Земля там уже шла трещинами, из которых сочился знакомый до боли жар.

Колбаса занервничал ещё на подъезде, косился по сторонам, всхрапывал, бил копытом по земле. Умная скотина, чует опасность. И правильно чует, между прочим, ему туда соваться рановато.

— У-у-у… А ты лучше иди отсюда, тебе такое пока не по зубам, — похлопал по шее коня и развернув его, приложил ладонью по крупу.

Колбаса недовольно фыркнул, но послушно поскакал прочь. Интересно, а он там не потеряется? Хотя на седло уже нанесли изображение герба Клинцовых, если что должны вернуть. А украсть эту скотину вряд ли у кого-то получится, в этом можно не сомневаться. Характер у него такой, что любого вора сам же и затопчет.

Остался один, если не считать пару свиней в загоне у ближайшего дома. Люди сбежали, а скотину не успели выпустить. Хрюшки метались по загону, визжали так, что уши закладывало. Тоже чуют неладное, бедолаги.

Открыл ворота, пинками отправил свиней прочь. Те с визгом рванули в сторону, подальше от жара. Хоть кого-то спас, уже хорошо. А вот в курятник заглянуть не успел, накрыло волной. Жар ударил в лицо, по телу прокатилась дрожь, и внутри что-то отозвалось, словно старый знакомый постучался в дверь.

Ну всё, вроде успел вовремя, всплеск как раз начался.

Зашёл в самый близкий к центру домик, нашёл там лавку с сеном и улёгся. Жар расходился по телу, проникал в каждую клетку, и больше всего проблем было в груди, там, где хранился скудный источник магии порядка. Вот там сейчас настоящая война, два противоположных начала столкнулись и пытаются вытеснить друг друга.

Закрыл глаза, сосредоточился на ощущениях. Главное сейчас не сопротивляться хаосу, впускать его, не блокировать. Хотя оказалось, что обладая магией порядка это делать сложнее, чем я думал. Холод в груди машинально выставил заслон, и приходилось хорошенько напрягаться, чтобы его отключить. Организм пытается защититься от вторжения чужеродной энергии, а я заставляю его впустить эту энергию внутрь. Звучит как рецепт самоубийства, но мне не привыкать.

Время тянулось незаметно, а тело всё разгоралось, ведь вокруг бушевал энергетический пожар, и внутри всё начинало бурлить. Знакомые ощущения, даже родные, всё-таки в царстве хаоса я прожил в этом состоянии столько лет, что уже и не помню точного числа.

Вот они, сильные эмоции. И они значительно усиливаются от каждой капли хаоса, тогда как он попадает в организм совсем не каплями, а плотным потоком. Ярость нарастала волнами, накатывала, отступала, снова накатывала. Хотелось вскочить, бежать, крушить всё вокруг, вспомнить врагам Клинцовых старые обиды, разрубить каждого, кто встанет на пути! Руки сами сжимались в кулаки, зубы скрипели от напряжения, а ноги дрожали от нетерпения, хотелось вскочить прямо сейчас и уничтожить всё вокруг. Патлатовы пользуются землями? Уничтожить дом до основания! Вальтеровы? Пф! Всех порублю, и не надо никаких хитростей. Просто идешь, и рвешь врагов на части!

Не знаю, сколько так пролежал. В какой-то момент очнулся, уже держась рукой за ручку двери. Эй, старый! Куда собрался? А ну лежать дальше! Усилием воли заставил своё тело вернуться и усмехнулся про себя, ведь даже при моём опыте первый контакт с хаосом смог на пару секунд захватить контроль.

Правда на самом деле я ошибся. Не на пару секунд, и далеко не один раз.

Следующие часы провёл в борьбе с самим собой. Пару раз всё же открывал дверь и выходил наружу, один раз чуть не пробил стену голыми кулаками, хорошо хоть вовремя опомнился. Потом, когда снова пришёл в себя, оказался уже в курятнике и бился с озверевшими курами. Те стали значительно сильнее, быстрее и агрессивнее от воздействия хаоса, но просто раскидал их в разные стороны, одну даже укусил, причем сам не знаю зачем. Хаос он такой, творит с разумом странные вещи.

Но постепенно контроль над хаосом рос, и с каждым часом тушить приступы непомерной агрессии становилось легче. Тело запоминало ощущения, привыкало к потоку энергии, и я уже начал думать, что всё идёт по плану.

А спустя какое-то время ощутил приятное покалывание в груди. Искра… Она зародилась, крошечная, едва заметная, но такая родная. Красное пламя затеплилось рядом с холодным комком магии порядка, и в этот момент почувствовал, как ярость снова застилает разум. Не просто ярость, а чистая, концентрированная агрессия, которая не признаёт никаких преград. Но в этом тоже ничего нового, ведь последняя волна — она всегда самая сильная и разрушительная.

Перед глазами появилась красная пелена, по телу пробежали разряды концентрированной энергии, а руки сами собой потянулись к оружию. В прошлый раз эта неуёмная ярость продлилась десятилетия. Тогда царство хаоса содрогнулось в первый раз, и местным обитателям пришлось несладко. А ещё хуже им стало, когда я всё-таки пришёл в себя и научился контролировать хаос. Вот тогда там и началась весёлая жизнь.

Но сейчас у меня есть опыт. Есть знание того, как бороться с этой силой, как подчинять её своей воле. Сжал зубы, сконцентрировался, загнал ярость обратно в глубину сознания. Не сразу получилось, пришлось повозиться, но в итоге красная пелена отступила, и мир снова обрёл нормальные краски.

Полежал ещё немного, прислушиваясь к ощущениям. Искра горела ровно, не пыталась вырваться наружу. Хорошо, значит, первый этап пройден. Теперь надо закрепить результат, но это уже потом, а сейчас неплохо бы отдохнуть.

Встал с лавки, огляделся. Домик небольшой, одна комната, печка в углу, стол, пара табуреток. На столе нашёлся чайник и кружка, в печке ещё теплились угли. Хозяева убежали совсем недавно, даже чай остыть не успел.

Налил себе чаю, сел за стол. Руки немного дрожали от усталости, но в целом чувствовал себя неплохо. Даже лучше, чем раньше. Искра хаоса уже начала свою работу, тело постепенно наполнялось энергией, и старческая немощь отступала хоть на пару миллиметров.

Сделал глоток, поморщился. Чай такой себе, явно недорогой, и отдаёт какой-то травой. Но ничего, сойдёт.

Сигнал о всплеске пришёл ещё днем, и отряд выдвинулся сразу же, как только поступило сообщение от местных крестьян. Десятник Фёдор Игнатьевич вёл своих людей по раскисшей от дождей дороге, привычно оглядывая окрестности. Двенадцать человек, стандартный патрульный отряд, вооружённый мушкетами и саблями. На груди у каждого висел защитный артефакт, обязательный при работе со всплесками.

— Деревня уже близко, — доложил разведчик, вернувшийся из головного дозора. — Крестьяне эвакуированы, но там что-то странное.

— Что именно?

— Конь бесхозный бродит. С седлом, на котором герб какой-то. И люди говорят, видели какого-то барина, который скакал прямо к центру всплеска.

Фёдор нахмурился. Барин, значит. Какой-то дурак из благородных решил поиграть в героя, и теперь придётся вытаскивать его труп из эпицентра. Или того хуже, если он ещё жив и успел нахвататься хаоса, придётся его прикончить. От человека там остаётся только оболочка, внутри уже зверь.

— Оцепить периметр, — приказал он. — Собрать ударную группу, идём внутрь.

Дружинники действовали слаженно, без лишней суеты. Дело привычное, не первый всплеск на их счету. Расставили посты, проверили оружие, активировали защитные артефакты.

К оцеплению подошёл один из крестьян, немолодой мужик в потрёпанной рубахе, и сразу закивал головой, увидев свиней, которые мирно паслись неподалёку.

— Мои! Это же мои свиньи! — обрадовался он. — Думал, всё, пропали, дом-то мой как раз близко к эпицентру был, не успел скотину вывести.

— Сами выбрались? — уточнил Фёдор.

— Вряд ли, господин десятник. Может, тот барин выпустил?

Фёдор собрал ударную группу, шесть человек, самых опытных. Остальные остались на периметре, на случай если придётся отступать или звать подмогу.

В деревне оказалось довольно тихо, пусто, только жар висит в воздухе и земля под ногами ещё тёплая. Трещины на дороге светились тусклым красным светом, но уже затухали, а значит всплеск шёл на убыль.

— Не расслабляться, — негромко напомнил Фёдор. — Сопротивляйтесь хаосу, не давайте ему накапливаться.

Бойцы кивнули, хотя все и так знали правила, но напоминание никогда не бывает лишним. Особенно когда впереди неизвестность.

Прошли мимо первого дома, второго. Пусто, никаких следов того барина. Может, уже сгорел? Или обратился и убежал куда-то?

И тут из-за угла вылетели куры.

Не обычные куры, а озверевшие от хаоса твари с горящими глазами и когтями, способными пробить кольчугу. Они набросились на отряд с визгом, от которого закладывало уши, и дружинникам пришлось несладко. Один боец получил глубокую царапину на руке, другой едва увернулся от удара в лицо.

— Не стрелять! — рыкнул Фёдор, отбиваясь саблей. — Шум привлечёт тварей покрупнее!

Справились, хоть и не без труда. Пятерых кур порубили, остальные разбежались. Но Фёдору это не понравилось. Куры были задеты хаосом, а значит, всплеск зацепил живых существ. Мало того, тут явно пролили кровь, судя по следам в курятнике. А кровь может привлечь порождения хаоса, и тогда ситуация станет намного хуже.

— Усилить бдительность, — приказал он. — Двигаемся дальше.

Прошли ещё пару домов. И тут словно накаркал, откуда-то издалека послышался утробный рёв. Низкий, вибрирующий, от которого по спине побежали мурашки, а сама тварь появилась в следующее мгновение.

Монстр выскочил из-за сарая и сразу сбил с ног двоих дружинников. Здоровенная туша, гуманоидная, но без шкуры, с красной влажной кожей, тощая, жилистая. Морда вытянутая, зубастая, а на голове загнутые острые рога, как у козла. Когти на руках длиной в ладонь, глаза горят алым огнём.

— Занять боевое построение! — рыкнул Фёдор и, собрав волю в кулак, активировал защитный артефакт.

На груди вспыхнул камень, перед отрядом появился мерцающий полупрозрачный купол. Бойцы сомкнули щиты и по команде дали залп из мушкетов.

Двор заволокло дымом, монстр взвизгнул от попаданий, но выжил. Несколько пуль застряли в его плоти, из ран сочилась чёрная жижа, но тварь только разозлилась. Бросилась на щит, ударила когтями, и купол задрожал от напряжения.

— Перезарядка! Держать строй!

Фёдор сконцентрировался и швырнул в монстра огненный шар. Заклинание ударило в грудь твари, опалило красную кожу, но не остановило. Порождение хаоса было слишком сильным, слишком злым, слишком голодным.

Прогремел второй залп, затем третий. Монстр шатался, истекал чёрной кровью, но продолжал атаковать. Один из дружинников не выдержал, выскочил из строя и рубанул саблей по лапе твари. Попал, отсёк несколько пальцев, но сам получил удар в грудь и отлетел к стене.

— Назад, дурак! — заорал Фёдор, но было поздно.

Тварь навалилась на щит всей массой. Купол треснул, замерцал, начал рассыпаться. Ещё немного, и порождение прорвётся к людям.

Фёдор стиснул зубы и вложил в следующее заклинание всё, что мог. Огненное копьё вонзилось в глаз монстра, пробило череп насквозь, отчего тварь дёрнулась, взвыла и рухнула на землю. А потом вспыхнула красным пламенем и начала распадаться в прах.

— Плохо… — процедил Фёдор, когда всё закончилось.

Слишком легко тварь появилась, слишком близко к людям. Если есть одна, могут быть и другие. А основные силы ещё не подтянулись, отряд усиления прибудет только через час.

— Командир, чувствую жар! — окликнул один из бойцов, тот самый, что выскочил из строя. Лицо его покраснело, руки дрожали.

— Вон отсюда! — отрезал Фёдор. — Эвакуируйся на периметр и пришли подмогу. Если по дороге почувствуешь, что теряешь контроль, режь себе руку и лей кровь на землю, это отвлечёт внимание от хаоса!

Боец кивнул и побежал прочь, а остальные молча проводили его взглядами.

Подмога прибыла быстрее, чем ожидалось. Ещё шесть человек, свежих, с полными зарядами в мушкетах. Фёдор коротко ввёл их в курс дела и повёл дальше, к центру всплеска.

Чем ближе к эпицентру, тем жарче становился воздух. Трещины на земле светились ярче, от них исходил характерный запах серы и чего-то горелого. Защитные артефакты работали на пределе, отводя часть энергии от тел, но все равно дышать становилось все тяжелее.

— Впереди дом, — доложил разведчик. — Последний перед эпицентром, дальше уже открытое поле.

— Если тот барин ещё жив, он там, — кивнул Фёдор. — Хотя скорее всего от него осталась только оболочка. Так что убивайте не задумываясь, человека там уже нет.

Бойцы переглянулись, но возражать не стали. Все знали, что бывает с теми, кто слишком долго пробыл в эпицентре всплеска. Хаос захватывает разум, превращает в бешеного зверя. Милосерднее убить сразу, чем позволить мучиться.

Подошли к двери. Фёдор поднял руку, давая сигнал приготовиться, и толкнул створку.

Дверь со скрипом отворилась, и дружинники замерли на пороге.

За столом сидел старик. Седой, морщинистый, в простой одежде. Перед ним стояла кружка, в руке он держал какую-то сушку. Увидев вооружённых людей, он поднял голову и приветливо улыбнулся.

— О! Сынки, а вы чего тут?

Фёдор моргнул и почесал затылок, не зная, что делать дальше. Просто к такому его жизнь не готовила, и шаблон слегка надломился. Старик выглядел совершенно нормальным. Никакого безумия в глазах, никакой агрессии, никаких признаков воздействия хаоса. Сидит себе, чай пьёт, как ни в чём не бывало.

— Вы… — начал было Фёдор, но слова застряли в горле.

— Чай будете? — предложил старик, кивая на чайник. — Чуть тёплый, правда, и на вкус как ослиная моча, но ничего, сойдёт. Сам только что пил, вроде терпимо.

Дружинники переглянулись между собой и как-то странно на меня уставились. Ну да, понимаю, выгляжу я сейчас не очень презентабельно. Старик в крестьянской избе, весь в соломе, с кружкой в руке, да ещё и рассказывает про ослиную мочу. Наверное, думают, что крыша уже съехала от хаоса, просто внешне это пока не проявилось.

От чая они отказались, что вполне ожидаемо, зато настояли на том, чтобы я отправился вместе с ними подальше от центра всплеска. Мол, так положено, протокол, безопасность и прочая ерунда. Пришлось подчиниться, хотя внутри всё клокотало от раздражения.

Вот зачем им вообще было лезть в самый эпицентр? Всплеск уже шёл на убыль, это даже слепой заметит. Сидите себе спокойно в оцеплении, подождите часок-другой, потом проверите территорию на предмет оставшихся и всё, спокойно по домам. Но нет же, полезли прямо в пекло, ещё и с такими серьёзными рожами, будто на войну собрались.

Дураки, одним словом. Ещё и козлёнка моего прибили, совсем ни стыда ни совести. А я ведь этого козлёнка сам хотел зарубить! Энергия от убитого порождения хаоса досталась бы мне, искра бы окрепла, и вообще всё было бы замечательно. А теперь что? Топай пешком вместе с этими олухами и делай вид, что всё в порядке.

Кстати, надо будет выяснить, как тут называют монстров хаоса. А то ляпну ещё привычное мне название, и все будут снова странно на меня смотреть. Прямо как сейчас, идут рядом и постоянно косятся. Думают, наверное, что я в любой момент могу озвереть и броситься на них с голыми руками. Смешно даже, если честно. Я бы их и без озверения раскидал, будь мне лет на пятьдесят поменьше.

На дальней окраине деревни уже организовали подобие походного штаба. Два шатра, несколько телег, суета вокруг. Люди бегают туда-сюда с важными лицами, передают друг другу какие-то бумаги, что-то обсуждают вполголоса. В общем, типичная картина бюрократии в действии.

В один из шатров меня и завели на допрос. Там уже сидел какой-то офицер, судя по погонам и надменной роже. Он указал на стул напротив себя, и пришлось сесть, хотя больше хотелось развернуться и уйти. Но ладно, потерплю немного, не впервой.

— Итак, — офицер достал блокнот и перо, — начнём с простого. Имя, звание, род.

— Игнат Васильевич Клинцов, профессор Императорской академии магии, глава дома Клинцовых.

Офицер поднял бровь, явно удивившись моему заявлению. Видимо, не ожидал услышать такое от старика в соломе.

— Профессор? Из Клинцовых?

— А что, не похож?

Он промолчал и записал что-то в блокнот.

— Хорошо, профессор. Тогда объясните мне, какого чёрта вы делали в эпицентре всплеска?

— Мимо проезжал, — пожал плечами я. — Увидел, что начинается всплеск, решил переждать в ближайшем укрытии. Что тут непонятного?

— Вы проезжали мимо на коне с гербом вашего дома на седле, — уточнил офицер. — И вместо того чтобы уехать подальше, как сделал бы любой нормальный человек, направились прямо к центру?

— Я старый, господин офицер. Зрение уже не то, да и соображаю медленно. Пока понял, что происходит, уже поздно было бежать.

Он посмотрел на меня с явным недоверием, но возразить было нечего. Я изображал из себя безобидного слабоумного деда, и делал это достаточно убедительно.

— Ладно, — продолжил офицер. — Допустим. Но как вы объясните, что провели несколько часов в самом эпицентре и при этом не подверглись воздействию хаоса?

— А с чего вы взяли, что не подвергся? Голова до сих пор гудит, в глазах двоится, тошнит немного. Думаете, мне там весело было?

— И тем не менее, вы сидели и спокойно пили чай. Не пытались никого убить, не бились в конвульсиях, не бормотали бессвязную чушь. Это, мягко говоря, необычно.

Я развёл руками с самым невинным видом.

— Что могу сказать? Повезло. Или старческий организм уже настолько дряхлый, что хаосу просто не за что зацепиться.

Офицер хмыкнул и что-то черкнул в блокноте. Потом махнул рукой кому-то за моей спиной.

— Проверьте его.

Подошёл какой-то тип в мантии с непонятным прибором в руках, похожим на маленький фонарь с мутным кристаллом внутри. Провёл этой штукой вокруг меня, потыкал кнопки, посмотрел на показания.

— Остаточный фон есть, — доложил он. — Но в пределах допустимого, ничего критичного.

Конечно же ничего не найдёте, умники. Я же не дурак, выпускать хаос прямо сейчас. Он под моим полным контролем, спрятан глубоко внутри, и даже эмоции вряд ли заставят его вырваться наружу.

Хотя нет, вру. Если сильно разозлюсь, такое всё-таки возможно. Такова сама суть хаоса, он не может быть подконтрольным на сто процентов, всегда есть шанс, что вырвется. Но ведь в этом есть даже свой плюс! По крайней мере для меня. Дело в том, что я достаточно стар, чтобы иногда позволять себе некоторые шалости. Если вдруг случится что-то этакое, всегда можно списать на старческий маразм.

Офицер почесал подбородок, явно не зная, что со мной делать дальше. С одной стороны, формально я ничего противозаконного не совершил. С другой, вся эта история выглядит подозрительно, и любой нормальный человек на его месте почуял бы неладное.

— Ладно, — наконец буркнул он. — Можете идти, профессор. Но настоятельно рекомендую в следующий раз держаться подальше от всплесков.

— Непременно, — кивнул я и поднялся со стула. — Спасибо за заботу, господин офицер.

Вышел из шатра и огляделся. Где-то здесь должен быть мой конь, если эти олухи его не упустили. Ага, вон он стоит, привязанный к телеге, и косится на ближайшего дружинника с таким видом, будто прикидывает, куда лучше укусить.

— Ну что, Колбаса, — похлопал его по шее, — нам тут больше нет смысла задерживаться. Козлёнка нашего они прибили, но может в следующий раз повезёт.

Конь фыркнул, словно соглашаясь. Я забрался в седло, благо никто не стал возражать, и направился прочь от этого бардака.

Дорога домой пролетела незаметно, и несмотря на поздний час, спать не хотелось совершенно. Бодрость такая, что хочется бежать с конём наперегонки, и складывается впечатление, что у коня шансов на победу почти нет. Тело буквально гудело от энергии, каждая мышца напряжена, каждый нерв натянут как струна. Давно забытое ощущение силы, пусть и не такой, как раньше, но всё равно приятное.

Впрочем, это обманчивое чувство, ведь сейчас остаточная энергия хаоса испарится, и останется только то, что даёт искра. А это совсем крохи, если сравнивать с привычным мне уровнем. Даже сложно сказать, насколько этого мало. Капля в море, не больше. Но капля это уже кое-что, а со временем и капли складываются в ручей.

Добрался до дома уже затемно. Спешился, отдал Колбасу подбежавшему Григорию и направился к входу. И сразу понял, что что-то не так… Пётр стоял на крыльце с таким лицом, будто только что похоронил любимую собаку.

— Василиса, — коротко произнёс он. — В гостиной.

Больше слов не понадобилось. Влетел в холл, оттуда в гостиную и застыл на пороге.

Внучка сидела на диване, вся зарёванная. Платье извалялось в грязи, местами порвано, на лице ссадина. Увидела меня и сразу вскочила, прижимая к груди руки.

— Дедушка! Вы только не ругайтесь!

— Что случилось?

— Я… Я не хотела… Это не специально…

— Что случилось? — повторил я и посмотрел на дворецкого, который бесшумно появился за моей спиной.

— Со слов Василисы, у неё отняли некоторую сумму прямо на улице, когда она шла в магазин за каким-то ценным подарком, — как всегда чопорно и спокойно отчеканил он. — Потому сумма довольно приличная.

— Я хотела купить вам какой-нибудь подарок, сделать приятно, — затараторила внучка, и голос её дрожал. — Не сердитесь, дедушка! Я пыталась сопротивляться, честно, но они гораздо сильнее! И я испугалась, потому не смогла применить магию…

— Погоди, — помотал головой я. — А почему я вообще должен ругаться?

— Ну а как же? — захлопала глазами удивлённая девушка. — Там же было сто двадцать рублей! Вы мне их дали на расходы, а я просто так их отдала каким-то бандитам!

— Я сейчас буду ругаться, Василиса, но не за это, — делано нахмурился я. — А за то, что пускаешь такие дурные мысли в голову! Ты важнее любых денег, запомни это. А о ста двадцати рублях даже не переживай. Жаль только, что этих уродов не получится найти, а то я бы с ними поговорил по душам.

— Почему же не получится? Я их знаю, они всегда там ошиваются, — неожиданно выдала она. — Просто не думала, что они на меня нападут. Они ведь знали точно, что у меня деньги в сумочке, и даже примерную сумму… Но не надо, дедушка! Давайте лучше я когда вырасту и устроюсь на работу, сразу всё верну? Они настоящие бандиты, дедушка, очень опасные!

Кулаки невольно сжались, и я едва сдержал подступающую к горлу ярость. Хаос из моего тела ещё не выветрился, это процесс небыстрый. Если, конечно, его не ускорить специально. И кажется, очень скоро появится повод потратить эту энергию на благое дело.