Воины игры

Глава 1

Исходив множество дорог, свидевшись с множеством людей, поневоле начинаешь видеть их двойственную суть. Не спеши делать вывод по первым впечатлениям. Они, как правило, обманчивы...

Из путевых заметок сумасшедшего Яро.

Хагер много читал и слышал об ощущениях, которые положено испытывать при переходе через портал: тошнота, головокружение, потеря чувства реальности, слабость в ногах... А если как следует покопаться в памяти, то к этим "симптомам" прибавится еще с десяток. Загвоздка в том, что все эти знания оказались совершенно несостоятельными здесь, в виртуальной реальности. Игроки только что перенеслись на другой Остров. Не через речку прыгнули, не через море - а пересекли безвоздушное пространство магокосмоса. Или какое оно там?

Хагер ожидал каких-то необычных ощущений. На деле же помнил лишь быстрое мелькание множества цветных пятен, которые в итоге слились в непрерывные линии, в свою очередь образовавшие нечто вроде туннеля.

Ничего так прокатились - с ветерком. Будто на американских горках побывал. Теперь Стендар остался где-то там, далеко за спиной. Наверное, играй они в обычном режиме, не покинули бы Остров, пока не прошли все возможные квесты. Но времена изменились - смерть стала реальной, а мир Форсвейма пронизали нити вируса. Домой не выбраться, пока не соберешь ключ. Части же ключа разбросаны по всем Островам - по одной части на Остров. Чем быстрее найдешь, тем быстрее вернешься в реальность. Излишне торопиться, конечно, тоже не следует. Но четырнадцатого уровня должно хватить, чтобы сразу не сложить головы. Хотя, возможно, поначалу будет нелегко.

Хагер скосил взгляд на собственные характеристики.


-->

Сила: 16

Дух: 5

Ловкость:9

Телосложение: 17


Количество здоровья: 170

Выносливость: 160

Сопротивление магии, %: 1.5

Сопротивление ядам, %: 15.1

Сопротивление болезням, %:5.1

Вероятность критического удара, %: 5

-->


Чего и говорить - негусто, хотелось бы куда большего. Как бы пригодились сейчас чит коды. Наверняка же такие имеются в игре. Хагер не очень понимал интереса использовать читы в обычных играх - теряется весь интерес от процесса. Разве что ненадолго почувствовать себя мега героем, чуть ли не богом... А смысл? Ценность результата, над достижением которого не пришлось попотеть, для Хагера стремилась к нулю. То же самое касалось излишне быстрой прокачки.

Но сейчас дело другое - на кону собственная жизнь и жизнь друзей.

С умениями дела обстояли повеселее.


-->

Мельница: 5

Проникающий удар:1

Калечащий удар:2

Оглушение:1

Вихрь:1

Аура битвы: 1

-->


Вся коллекция доступна для применения, а впереди ожидаются новые плюшки. Кроме того, всего один уровень - и придет время развития класса. Сколько можно ходить в мечниках, пора продвигаться по служебной лестнице.

Осталось освежить в памяти значения навыков и можно продолжать путь.


-->

Легкая броня:11

Тяжелая броня

Мантии

Легкое оружие

Среднее оружие:12

Тяжелое оружие:6

Стрелковое оружие

Парирование: 10

Запугивание:3

Верховая езда:4

Плавание

Красноречие:4

Танцы

Пение

Обман

Увеличение максимального урона:4

Древковое оружие

-->


- Ну, надо же - и не тошнит даже, - Сарф озадаченно поскреб белобрысый затылок. Лучник выглядел разочарованным.

- Наверное, разработчики решили свести к минимуму большинство заезженных штампов, - отозвалась Арагна. - Или ты чем-то расстроен? Если сильно охота - сунь два пальца в рот. Только отойди в сторонку.

Из каменной арки телепорта она вышла последней, и вокруг нее еще не улеглось золотистое свечение чар. Через мгновение оно исчезло, каменная арка застыла, словно и не бушевала только что мощными магическими потоками.

Хагер прислушался к собственным ощущениям. Ничего. Как будто он повернул за угол и оказался на другом Острове. Точно на другом - никаких сомнений. Пейзаж сменился радикально и не очень-то радовал глаз: камень и снег. Кроме того настроение портил злой ветер.

Выходной портал расположился посреди хорошо укрепленного форта, в полудне езды от столицы острова - Фьергарда. И на том спасибо - хоть не в мертвой глуши. Форт был обнесен высокой стеной, из-за которой виднелись пики далеких гор. Внутри стен - мощенная булыжником площадь с несколькими строениями. Народу - никого. Точно все вымерли. Только в мутных окнах строений отблески света да чадный дым из дымоходов. Что ж - уже хорошо. Значит, кто-то есть.

На улице смеркалось. Все вокруг выглядело серым и неприветливым.

Странно, но вопреки промозглому ветру и снегопаду Хагеру нравилась новая "локация". А ведь он никогда не числил себя ценителем зимы. Возможно, все дело в Стендаре, с которым было связано слишком много паршивых воспоминаний. А с другой стороны (он украдкой посмотрел на пританцовывающую от холода Руни), там началась новая жизнь.

"Хорошо, что запаслись теплыми вещами".

В игровом кодексе Фьергард упоминался вторым по величине Островом Форсвейма и самым холодным из шести. На смену Стендару с его теплыми влажными тропиками и обжигающими горячими ветрами пришли снегопад и мороз. Хватило нескольких минут, чтобы на щеках привычно бледной Руни появился алый румянец. Брандин выразительно дрожал и старался жаться к шее своего гэла.

- Кто придумал прямо вот такой реализм? - сетовал он, рассматривая облачка пара, вырывающиеся из собственного рта.

- Стыдись, холодный южный парень, - шутливо пристыдил его Хагер, хотя и сам успел порядочно замерзнуть, - нам тут еще фиг знает сколько времени коротать.

В ответ на эти слова заклинатель закатил глаза, скорчил скорбную мину и предложил заканчивать пустую болтовню. Поскорее в тепло, а там уж и языки развязывать можно. Его поддержали единогласно.

- Мне кажется, или это гостиница? - Руни кивнула в сторону двухэтажного массивного здания в восточной части площади.

Над добротной деревянной дверью, на трех медных цепях, раскачивалась кованая вывеска с изображением ношеного сапога. И название ей в унисон - "Старый сапог". Несмотря на приличный вид здания, Хагеру не особо хотелось соваться в заведение с таким "говорящим" названием. Но холод подстегнул не тратить времени на поиски нового жилья. По крайней мере, они могут скоротать тут ночь, а завтра отправиться во Фьергард.

- Сомневаюсь, что здесь есть другая гостиница, - видя его колебания, подсказала Арагна.

- Идем, - согласился Хагер. - Надеюсь, у них найдется пара свободных комнат.

Когда до заветной двери с "потрепанным" названием оставалось всего несколько шагов, внимание Хагера привлек громкий мужской крик о помощи. Воин быстро, повинуясь привычке, обнажил Смертоносец и повернулся на крик.

Мужчину он заметил сразу - тот бежал со стороны ворот и руками пытался укрыться от догоняющих его стрел. Неопрятный пыльный балахон мешал ему двигаться быстрее, но мужчина и в нем показывал невиданную прыть. Следом за орущим в ворота форта ввалилось еще несколько мужчин и женщин, одетых точно так же, как и убегающий. А уже за ними - четверо всадников, в кожаных доспехах, отороченных мехом. Двое, удерживаясь на лошади только при помощи ног, жалили беглецов стрелами, двое оставшихся норовили достать тех короткими копьями. Не успел Хагер подумать, стоит ли ввязываться в очередной квест, как в спину одной из женщин вошла стрела. Беглянка вскрикнула и упала под копыта настигшей ее лошади.

Стражники форта (и откуда они только взялись?) выбежали наперерез всадникам. Один, самый молодой, как показалось Хагеру, не успел ударить копьем и упал с раной в горле. Второй оказался проворнее и даже сумел контратаковать, но черный жеребец нападающего буквально смел его с пути.

- Им нужно помочь! - выкрикнул Хагер, еще не вполне веря, что все-таки вступает в "игру".


-->

Вы успешно применили умение "Аура битвы"

-->


По телу разлилась уже привычная легкость. Мышцы аж завибрировали от пронизывающей их мощи.


-->

Вы получили новое задание "Помоги или отойди"

-->


Вместо Сарфа ответила тетива его лука, Арагна и Брандин подготавливали заклинания, а Руни уже исчезала в тенях.


-->

Вы стали объектом заклинания "Благословение"

-->


Хагер бросился наперерез ближайшему всаднику, с легкостью отбил копье и вывернулся так, чтобы тут же контратаковать.


-->

Навык "Парирование" повысился. Текущее значение:10

-->


-->

Вы стали объектом заклинания "Каменная кожа"

Вы стали объектом заклинания "Призрачные доспехи"

-->


Кожа будто задубела, но при этом совершенно не замедляла движений.

Противник, должно быть, заподозрил намерения воина, потому что натянул поводья, стараясь увести лошадь в сторону, но его это не спасло. Хагеру хватило нанести однин удар, чтобы отхватить нападающему руку с частью плеча.


-->

Вы нанесли критический урон

-->


Всадник сильно выпучил глаза и, забыв о поводьях, второй рукой попытался схватить свою же отвалившуюся часть тела. Но, не успев совершить задуманного, без сил повалился из седла.

Мимо Хагера пронеслась лошадь, волоча за собой застрявшего в стременах всадника-лучника со стрелой в глазу.

"Уже двоих нет", - неплохое начало.

Он быстро осмотрелся, прикидывая позицию. Второго всадника, с копьем, словно муравьи, атаковали стражники форта. Вероятно, они и были слабее его, но давили числом. Видя такой поворот дел, последний лучник развернул коня обратно, к воротам, что-то зычно выкрикнул, ударил животное пятками по бокам. Уйти не удалось - его остановила Руни. Ловкачка вынырнула из теней, словно черт из табакерки. Она не стала атаковать всадника, а изловчилась прошмыгнуть под его лошадью и подрезать седельные ремни. Лучник зашатался, не удержал равновесия и грохнулся на камень.


-->

Ваш спутник применил заклинание "Огненная стрела"

Ваш спутник применил заклинание "Молния"

-->


Огонь и электрический разряд жадно впились в тело, словно соперничали, кому достанется больше. В воздухе запахло горелой плотью.

Да уж - перестарались заклинатели. Зато наверняка.

Хагер осмотрелся: стражники уже закрывали ворота, на стенах форта показались лучники.

"Интересно, где они раньше были?" - подумал воин.

Когда стало ясно, что нового нападения, по крайней мере, в ближайшее время можно не опасаться, Хагер спрятал меч и, как положено, первым делом собрал причитающееся с тел нападавших. Негусто - кроме нескольких серебряных монет и взять-то нечего. Кожаные доспехи и оружие выглядели весьма старыми и видавшими виды. С таким лутом больше натаскаешься, чем выгоды поимеешь. Несколько стрел оставил Сарфу - ему нужнее.

"А это что?"

Хагер поднял смятый пергамент. Несколько минут безуспешно пытался прочесть его содержимое: буквы, хоть и были знакомыми, шли сплошными строками, без пробелов и абзацев. Как воин ни старался, но не смог найти среди них ни одного связного слова. Белиберда какая-то.

- О, добрый господин! - Перед Хагером, словно гриб после дождя, вырос тот самый мужчина, который первым вбежал в форт. Высокий и худой - даже в теплых одеждах. Средних лет, но с заметной сединой в выбившихся из-под капюшона волосах. - Я рассеян теперь в словах и не могу выразить, как благодарен вам за спасение меня и моих спутников!

Он обеими руками вцепился за ладонь воина и принялся яростно трясти ее. Хагер поспешил высвободиться.

- Не за что, - ответил первое, что пришло в голову. - Кто они такие?

- Страшные люди! - выпалил спасенный. - Меня зовут Рамат, господин. Рамат Совиная Голова, если тебе будет угодно. Могу ли я узнать имя своего спасителя?

Хагер подумал, что справедливости ради спасенному следовало разуть глаза и заметить, что спасителей (учитывая стражу) было не меньше дюжины, но спорить не стал.

- Хагер. - "Хм, а не придумать ли себе прозвище?" - Хагер из Стендара. Это, - он кивнул на подошедших товарищей, - мои спутники.

Воин назвал всех поименно, и Рамат Совиная Голова нашел лестное слово для каждого.

- Позволь мне, отважный господин, отблагодарить тебя и твоих почтенных спутников кружкой доброго вина и горячим обедом и, если на то будет твоя воля, поведать тебе грустную историю наших злоключений.

Хагер с готовностью согласился.


-->

Задание "Помоги или отойди" выполнено

-->


Внутри "Старого сапога" оказалась намного уютнее, чем предполагал Хагер. Хотя после лютой стужи он бы принял за счастье и теплую собачью конуру. Воин насчитал три камина, которые обогревали просторный каменный зал, украшенный шкурами диких животных и их же головами. Есть под головой мертвого медведя - не самое приятное занятие, но не уходить же из-за такой ерунды. Большая часть посетителей, судя по меховым одеждам, была из местных: воины, несколько чиновников (судя по богатым украшениям на их накидках). Но имелись и явные чужаки, скорее всего, игроки. Хагер насчитал пятерых: двое сделали вид, что не заметили новых постояльцев гостиницы, один вполне дружелюбно отсалютовал кружкой, а две девушки в мантиях заклинательниц проводили его и Сарфа заинтересованными взглядами.

- Господа, добрые господа! - привлек к себе внимание Хагера Рамат.

Он с двумя мужчинами и женщиной, которых Хагер видел среди беглецов, заняли самый большой стол в центре зала. Их балахоны покоились тут же, на лавках. Под ними оказались землистого цвета тоги с капюшонами.

Вокруг новых гостей уже крутились служки и служанки: сносили кувшины с напитками, подносили блюда с дымящимися кусками мяса, тарелки с сырными нарезками; высокие медные вазы, полные квашеных овощей; и прочие разносолы. Стоило Хагеру подойти, как ароматы вкусной пищи защекотали нос.

- Прошу тебя, отважный Хагер из Стендара, прими наше скромное угощение в знак признательности и вечной благодарности!

- Хагер из Стендара? - переспросила Руни, и в ее взгляде запрыгали озорные чертики.

- Не спрашивай, - отмахнулся он и занял место на лавке.

Совиная Голова сел напротив него и уже что-то разливал из кувшина по кружки. В воздухе запахло терпким сливовым вином. Сарф, не потрудившись поблагодарить за угощение, в два глотка приговорил содержимое своей кружки и разрешил услужливому Рамату налить себе снова. Хагер тоже пригубил: питье вызывало скорее оскомину, чем радовало вкус, но, судя по довольным лицам остальных, не понравилось ему одному. Приличия ради воин все же заставил себя выпить половину, улыбнулся, поблагодарил и первым завел разговор о случившемся.

- Кто были те люди, что гнались за вами? Разбойники?

- В землях Фьергарда есть люди пострашнее разбойников, - сказал Совиная Голова.

- И чем вы им насолили, что они не побоялись сунуться в защищенный форт?

Совиная Голова посмотрел на своих спутников: те после небольшого колебания закивали, давая молчаливое разрешение. В глазах Хагера это выглядело так, словно Рамат собирался раскрыть вселенскую тайну. И такой поворот событий не мог не заинтересовать.

- Полагаю, добрые господа недавно в наших краях? - спросил Совиная Голова, и, не дожидаясь ответа, продолжил: - Здешние жители узнают нас по одежде.

С этими словами мужчина поднялся и дал Хагеру получше рассмотреть свою тогу. Воин заметил, что та не вся одинакового землистого цвета: на груди виднелась порядком вытертая вышивка в форме глаза с двумя зрачками.

- Странный символ, никогда такого не видел, - ответил чистую правду. На всякий случай заглянул в Путеводитель по миру, но пока похожего символа там не нашлось. Видимо, информация обновится после разговора.

- Мы служители Истинного знамени - благородного ордена историков. Испокон веков служители Истинного знамени разгадывали загадки истории, отбирали тайны у времени и воскрешали забытые страницы истории. Не смотри на меня так насмешливо, отважный Хагер, орден, к которому я имею честь принадлежать, оказал множество услуг сильнейшим людям Форсвейма: некоторых усадил на трон, некоторых - сверг. Большинство известных артефактов в руках самых могущественных магов нашли мы - кропотливые служители Истинного знамени.

Хагер и не думал насмехаться над Совиной Головой, но не стал его переубеждать. Итак, перед ними группка сумасшедших археологов, которые копаются там, где воняет даже не слишком щепетильным людям. Нетрудно догадаться, что на этот раз они копнули слишком глубоко.

- Вы откопали то, что трогать не следовало?

На этот раз вместо Рамата ответила женщина. Точнее - девушка, как выяснилось, когда она скинула капюшон тоги. Тонкая, с острыми плечами и точеной фигурой, она самую малость уступала Хагеру ростом. Взгляд голубых глаз с интересом изучил его лицо. Потом девушка поправила слегка растрепанные рыжие волосы и сказала:

- Мы, уважаемый, не можем тронуть то, чего не следует, потому что у истории и прошлого нет хозяина.

- Это как посмотреть, - отозвался он. - Некоторые шкафы лучше не открывать, даже если они стоят посреди пустыря и без замка.

- Шкафы? - не поняла голубоглазая.

Воин улыбнулся, махнул рукой, мол, не заморчивайся. Девушка еще несколько мгновений сосредоточенно морщила лоб, а потом, пожав плечами, улыбнулась ему. Хагеру от этой улыбки стало не по себе: слишком... откровенно?

"Ну, а что ты хотел? Разработчики наверняка позаботились о том, чтобы игрокам, которым не досталось живых партнеров для вирта, было с кем хорошо провести время в перерывах между квестами".

Сидящий рядом Брандин ощутимо ткнул его локтем в бок, сально хмыкнул, после чего воину захотелось двинуть его в ответ с утроенной силой. Полежал бы под столом, подумал о своем поведении.

- Моя младшая сестра - Закейра, - представил девушку Совиная Голова.

На этот раз девушка улыбнулась еще слаще. Хагер нашел взглядом Руни - кажется, ловкачку больше волновали посетители гостиницы, чем откровенный флирт НПС-шной красотки. Во всяком случае, она была единственной, кого, похоже, совершенно не интересовало происходящее за столом.

- Закейра - моя верная спутница. Так же, как и все мы, она увлечена историей и именно с ее помощью мы нашли немало ценных кладов в последние годы. - Совиная Голова нахваливал сестру так, словно собирался сосватать за одного из сидящих за столом. И все это время голубоглазая красавица продолжала ласкать Хагера взглядом.

Воин кашлянул в кулак, думая, как в случае чего отделаться от навязчивого внимания. Вирт с НПС - не повод для ревности, конечно, да и с Руни их связывает всего пара поцелуев, но желания разделить постель с красоткой не было и в помине.

- Твои слова ранят меня, брат, - печально произнесла Закейра. - Ведь если б не моя последняя находка, нам бы теперь не приходилось бояться каждой тени.

- Что за находка? - поинтересовалась Руни.

"Значит, она только делала вид, что не слушает".

- Пусть брат расскажет.

- Нет, ты об этом знаешь больше меня, - покачал головой Рамат, - тебе и рассказывать.

Красавица пригубила сливовое вино, и мужчины, сидящие слева и справа от нее, в унисон услужливо поинтересовались, не хочет ли она еще. Девушка так же вежливо отказалась и, сделав еще глоток, начала свой рассказ.

- Несколько сотен лет назад, когда в здешних краях и знать не знали о городах, неподалеку от этого места, где мы сейчас сидим, располагалась охотничья деревушка. На месте же форта стоял единственный во всей округе храм светлой госпожи Акморы. Все путешественники, простые жители и искатели приключений, собираясь в далекие земли, посещали храм в поисках ее доброго благословения. Акмора слышала молитвы всех и была щедра к тем, кто чтил ее устав. В благодарность жители всегда приносили к ее мраморным стопам дары: меха, драгоценные камни, деньги и добрую пищу. Со временем казна храма стала ломиться от сокровищ. Слухи об этих богатствах расползлись по округе и, как черная гниль, осквернили душу молодого воина. Он был беден, но без ума любил дочку старосты, который обещал ее в жены сыну местного торговца. Отчаявшись получить любимую, юноша задумал черное злодеяние: под покровом ночи он пробрался в храм Алкморы в поисках сокровищ, о которых твердила молва. Парень был охотником, а не вором, поэтому его проникновение в храм сразу же заметили. Служитель Алкморы попросил его покинуть храм, но юноша не отступил. Служитель поднял переполох, и юноша убил его. На крики прибежали другие служители, но и они пали от руки неудавшегося вора. Вскоре храм светлой богини наполнился запахом крови и смерти. Последний из служителей, самый старый, умирая, молил Алкмору отомстить за них. И богиня услышала. Она явилась к убийце, прекрасная и печальная, и слезы текли по ее щекам. В наказание госпожа прокляла юношу, сказав, что раз так велика его жажда золота, то не знать ему утоления своей страсти и до скончания времен принимать те страдания, что испытывают несчастные, кто умирает от руки воров. Юноша стал молить о пощаде, но было поздно: богиня обратила его тело в прах, а душу заточила в золотой шар.

Девушка сделала паузу, и Хагер поймал себя на мысли, что заинтересовался ее рассказом.

- Наверное, речь пойдет об этой самой заточенной душе? - лениво попыталась угадать Арагна. Весь вечер она выглядела меланхоличной и с большим азартом налегала на выпивку, при этом практически не притрагиваясь к еде.

Видя такое дело, Хагер потянулся за кувшином, который ведьма нарочно поставила около себя. Арагна стрельнула в воина глазами, когда тот отобрал кувшин и передвинул его на другой край стола.

- Это не просто заточенная душа, госпожа, - ответила Закейра. - Это - реликвия нашего народа. Одно из немногих свидетельств того, что боги следят за всеми нами и не допускают несправедливости.

- Вы нашли сферу? - Хагер снова включился в разговор.

Голубоглазая посмотрела на брата. Закусила губу в нерешительности.

"Конечно, нашли, - сам себе мысленно ответил Хагер, - иначе стали бы за вами гоняться головорезы".

- Нашли, - почтив в унисон его мыслям подтвердила девушка. - Но ...

Совиная Голова не дал ей договорить: положил ладонь на плечо сестры, сжал, и они обменялись короткими взглядами.

- Прошу простить мою сестру, - перехватил ее рассказ Рамат, - мы только пережили сегодня, столько вынесли и несколько раз успели попрощаться с жизнью. Нам еще нужно заплатить служителям за заботы о наших мертвых братьях и оплакать погибших. Мы просим вас насладиться угощениями и простить нам спешку.

Пока он раскланивался, остальные служители Истинного знамени, как по команде, поднялись из-за стола и цепочкой направились на второй этаж. От прощального откровенного взгляда Закейру не удержали даже предстоящие траурные хлопоты. Хагера, однако, больше волновал ее брат. Совиная Голова, дождавшись, пока братья по ордену отойдут на приличное расстояние, и поравнявшись с воином, шепнул:

- Я бы хотел переговорить с тобой позже, Хагер из Стендара, без посторонних ушей.

И, не дождавшись реакции на свои слова, поспешил за остальными.

Воин пожал плечами и отодвинул руку Арагны от кувшина с вином, который та успела отвоевать обратно.

- Не мешай мне наслаждаться своей хотя бы виртуальной жизнью, - оскалилась ведьма. - Я замерзла. И вообще - имею право отпраздновать маленькую, но победу. Кто знает, вдруг завтра удача будет на стороне противника?

- Если надоело жить - пойти сколоти гроб, - черно пошутил воин. - Может, пока будешь махать молотком, чего-то в голове прояснится.

- Если мне хочется напиться - я это сделаю все равно. Ты же не будешь вечно держать меня за руку, - огрызнулась ведьма. - Рано или поздно захочешь потискаться с нашей сердобольной воровкой. Или, может, с красавицей Закейрой? Или тебя на обеих хватит?

Хагер встал из-за стола, убеждая себя в том, что у Арагны наверняка есть веская причина говорить такую хрень. Они с Руни по-прежнему не слишком ладили, но открытой вражды ведьма больше не выказывала. Сейчас же - воин в этом не сомневался, - Арагна за что-то злится именно на него и насолить хочет именно ему, а никак не ловкачке. Гадать - где и в чем провинился, воин не стал. Еще не дело женскими дуростями голову забивать.

- На, напивайся, если хочется, только не забывай, что во Фьергард мы выедем с рассветом и меня меньше всего будет волновать твое похмелье. И если из-за того, что у тебя болит голова, в пути ты подставишь кого-то из группы - я самолично скину тебя с какой-нибудь скалы. А пока пойду, закажу нам комнаты.

Направляясь в сторону стойки управляющего, Хагер поймал себя на мысли, что ведьме все-таки удалось укусить его за живое, иначе стал бы он так злиться? Может, и правда снять с себя неформальное обязательство лидера и плыть по течению: напиваться, развлекаться со всеми доступными НПС женского пола, наслаждаться жизнью? Арагна ведь права - чтоб ее: неизвестно, сколько времени им отмерено. Может, он умрет раньше, чем сделает следующий шаг...

Управляющий был высоким мужчиной, не толстым, но с округлым животом. Он поприветствовал Хагера, высказал пару хвалебных слов в адрес героизма самого воина и его друзей и поинтересовался, чем может услужить.

- Мне нужно пять комнат, - ответил Хагер.

- Будут комнаты, господин, - услужливо ответил управляющий и вдруг помрачнел. - Нижайше прошу прощения, но свободных только две. Зато просторные, что танцевать можно.

- Две - так две. Кроватей-то, надеюсь, всем хватит?

- Не извольте беспокоиться. Прикажете подогреть воды для купания? Много не нагреем - у нас тут особо и роскоши-то нет, но пару ведер...

- Достаточно, - согласился Хагер. - В одной комнате будут жить девушки. Хорошо бы, чтобы там немного натопили. Им воду нагреть первым.

- Будет сделано, господин.

Хагер расплатился выше названной за постой платы - у них было достаточно золота, чтобы снять на ночь, наверное, весь форт, так отчего не побаловать себя хотя бы услужливым обслуживанием, если ни на что другое рассчитывать не приходится.

Комната, в которую провела его помощница управляющего, оказалась лучше, чем опасался Хагер. Не слишком низкий потолок, под которым на балках сушились связки каких-то трав. Вместо кроватей - огромные, набитые пухом матрасы, укрытые, наверное, десятком шкур. Верхние (судя по виду, некогда снятые с белых медведей) следовало использовать вместо одеяла. Комнату подогревало несколько зажженных жаровен, половину одной из стен занимала поленница.

Что ж, околеть не должны.

В соседней с входной дверью стене Хагер заметил проем, за которым оказалась совсем крохотная комнатушка с лоханью для купания. Ждать, когда ее наполнят, пришлось недолго. К сожалению, вода остывала слишком быстро: пришлось торопливо смыть с себя грязь, опрокинуть на голову ведро холодной воды и одеваться. Брандин с Сарфом все еще оставались внизу, потому, если тоже захотят ополоснуться, придется снова заказывать воду.

Выйдя из купальни, Хагер остановился в дверях, улыбкой встречая гостью.

- Тебе нужно лучше запирать свою дверь, - пожурила Руни и отправила в ближайшую жаровню несколько поленьев.

- Не думаю, что смогу запереться достаточно надежно от тебя.

- Наверное, - улыбнулась она. - Ничего, что я без приглашения? Арагна взяла с собой кувшин вина, но забыла прихватить уверенность, стоит ли его пить. Я не выдержала смотреть, как она гипнотизирует его взглядом.

Хагер заметил, что девушка успела переодеться. Ее соломенные волосы до сих пор влажно поблескивали, локоны, отпущенные на свободу из-под привычных шпилек, змейками струились по плечам. Руни сменила легкую броню на платье-тунику из тонкой шерсти, отороченное соболем по вороту и рукавам. Тяжелый серебряный ремень стягивал ее талию так туго, что Хагер даже удивился:

- И ты нормально в этом дышишь?

- Да, - пожала плечами она.

От воина не укрылось разочарование, промелькнувшее в серебряном взгляде. Он мысленно ругнул себя и поспешил исправиться:

- Ты выглядишь просто волшебно. Но лучше не ходи в этом наряде слишком долго - мало ли кто еще заявится посреди ночи. Не хочу, чтобы ты стала хорошей мишенью.

"О, черт, это я спорол такую тупость?!"

Он и в реале не слишком умел говорить девушкам комплименты, но обычно все срасталось и без красноречия с его стороны.

- Спасибо, - ответила ловкачка. - Я... В общем... Ты прав, мне лучше переодеться.

Она так быстро метнулась к двери, что Хагер не успел ее остановить. На пороге Руни столкнулась с синеглазой красоткой Закейрой. Хагер очень грубо выругался про себя. Рядом с высокой Закейрой ловкачка казалась совсем крохотной.

- Руни, я...

"Ну-ну, и что ты ей скажешь? Не виноватый я, она сама пришла?"

Ловкачка оглянулась на него, улыбнулась совершенно обыденно. И не угадать, что за улыбкой спрятала: злость, обиду, ревность? Или ей в самом деле все равно? Хагер, порядком уставший от кутерьмы последних часов, махнул на все рукой.

- Надеюсь, я не помешала твоему уединению, Хагер из Стендара? - мягко, без намека на сожаление поинтересовалась красотка, как только за Руни закрылась дверь.

"Помешала", - мысленно огрызнулся воин. Осознание того, как эта ситуация выглядит со стороны, стукнуло по лбу стальным кулаком. Руни пришла к нему сама, нарядилась, а он, вместо того чтобы сказать ей, как волновался, пока она была под действием проклятия, начал пороть чепуху. А потом, когда она собралась уйти, не услышав ни одного теплого слова, - явилась красотка, которая (только слепой бы этого не видел) весь вечер пожирала его глазами.

- Если у тебя что-то срочное - подожди меня, если нет - лучше продолжим разговор утром, - на ходу бросил Хагер.

"Нужно сказать ей. Догнать - и сказать. Может быть, еще не поздно..."

- Я хотела... - начала было Закейра, но Хагер уже не слышал ее слов.

Ловкачку он догнал почти у самого порога их с Арагной комнаты. Поймал за локоть и не дал открыть дверь. Руни обернулась, посмотрела на него то ли с сожалением, то ли с удивлением. Невероятно, как она все-таки хороша в этих серебряных, под цвет ее глаз мехах.

- Слушай, я совсем не то хотел сказать, - торопливо заговорил Хагер. - Ты выглядишь волшебно. Я просто не ожидал увидеть тебя в своей комнате.

- Ничего, - спокойно ответила девушка, попыталась отстраниться, но он еще крепче сжал пальцы на ее локте.

- Я не звал Закейру, она пришла сама. Без понятия, что ей нужно.

- Наверное, тебе лучше пойти и спросить ее об этом, - все так же спокойно продолжала ловкачка, - у нее наверняка важное дело.

Хагер первое мгновение чувствовал растерянность - и не понять по ее взгляду, о чем думает. Поэтому, чтобы не мучиться домыслами и еще больше не усугубить ситуацию, сделал первое, что пришло в голову: потянул девушку на себя, поймал за подбородок свободной рукой и поцеловал. Руни пошатнулась, отступила - и воин, воспользовавшись ситуацией, прижал ее к стене. Вот так - она в плену, и все воровские штучки виртуального мира не помогут ей вырваться. Впрочем, Хагер рассчитывал, что она этого и не захочет.

На этот раз ловкачка пахла пряностями, от ее волос струился едва уловимый горьковато-терпкий аромат летних трав. Она не отступила, напротив - освободила руку и, встав на цыпочки, обняла. Крепко-крепко, как будто боялась чего-то. В голове воина промелькнула мысль, что тело, виртуальное оно или нет, испытывает те же потребности, когда рядом восхитительная желанная девушка, от одного присутствия которой становится в определенном смысле неуютно.

Он прижал ее еще сильнее, подсадил на колено и, уже не слишком понимая, где они, опустил руки на спину и ниже. Подхватил за ягодицы, поднял к себе. Пальцы настойчиво потянули ткань юбки вверх.

Руни издала едва слышимый стон, потом еще и еще, пока Хагер полностью не закрыл ей рот поцелуем. Мысль о том, что они в коридоре, где в любую минуту их могут увидеть и услышать, потерялась в ворохе плотоядных картинок. Какого... они каждый день рискуют жизнями, чтобы сдерживать желания, к тому же обоюдные...

Он остановился, когда понял, что Руни легонько, но настойчиво толкает его ладонями в грудь. Оторваться от нее оказалось сложнее, чем разделаться с пауком-боссом в шахтах Самоцветной гильдии. Хагер осторожно одернул ее юбку, поставил девушку на землю и, взяв за подбородок, заставил посмотреть себе в лицо. Лучше бы не делал этого: ее румянец на щеках, ее огромные ждущие глаза, влажные губы...

"Держи себя в руках, друг", - приказал он себе.

- Ты самый лучший, - прошептала она едва слышно.

- Только для тебя, - ответил он, надеясь, что теперь она правильно поймет его слова.

Она кивнула, попыталась извиниться, и Хагеру пришлось снова целовать ее. Снова и снова, пока Руни не напомнила, что Закейра, наверное, все еще ждет его в комнате. Он бы с радостью послал синеглазую к бесам и, вместо разговора с ней, сгреб бы Руни в охапку...

"Не беги впереди паровоза".

- Иди, - улыбнулась ловкачка, - пропустим потенциальный квест же.

- Ты мне веришь? - Он выразительно посмотрел на нее.

- Конечно, - отозвалась она, - и всегда верила. Встретимся утром.

"Правду говорят: женская душа - потемки", - размышлял Хагер, возвращаясь в комнату. Закейра никуда не делась, напротив - уселась на край кровати и всем видом давала понять, что не уйдет, пока не получит то, зачем пришла.

- Я решила подождать, пока ты вернешься, - сказала с улыбкой, которую Хагер принял бы за соблазнительную, если бы не жар от недавнего поцелуя. - Надеюсь, теперь ты никуда не убежишь, Хагер из Стендара.

- Извини, иногда я просто нарасхват, - отделался он бестолковой шуткой. Нет смысла расшаркиваться перед НПС. - Что у тебя стряслось?

Девушка ожидала другой реакции - разочарование проступило на ее лице, как веснушки на солнце. Хагер облокотился на поленницу, "прицепил" на лицо дежурную заинтересованность и молчанием подталкивал ее начать первой.

- Я знаю, что Рамат хочет нанять тебя охранять нас, - наконец, сказала она.

- Я догадался.

- И как ты планируешь поступить, Хагер из Стендара? - спросила осторожно.

- Зависит от того, что ты скажешь сейчас и чем закончится наш разговор с Совиной Головой. Ты ведь пришла перекупить меня? - Хагеру самому не понравилось, как звучит это слово, но в данной ситуации оно казалось самым уместным.

- Ты очень умен, - снова улыбнулась синеглазая красотка.

- Обойдемся без любезностей.

Воин адски устал: подготовка, а затем переход через портал, разбойники, вынужденное застолье. Теперь Хагер мечтал залезть под медвежью шкуру и проспать без задних ног хотя бы несколько часов. Если Закейра и дальше будет такой же медлительной, он рискует не лечь вовсе.

- Наверное, мне следует сказать кое-что, о чем ты не знаешь.

- Что Совиная Голова никакой не брат тебе? - опередил Хагер.

Девушка удивленно вскинула брови.

- Он так плотоядно смотрит на тебя, как не положено брату смотреть на сестру, - пояснил воин.

- Так и есть, - сказала Закейра с грустным вздохом. - Служителям Истинного знамени нельзя находиться в близкой связи - это запрещено нашим уставом. А я и Рамат... Два года назад мы стали любовниками. Он так увлек меня своими рассказами о тайнах прошлого, своим горячим желание найти истинную реликвию, что я не смогла устоять. Я пришла в орден и назвалась его сестрой, чтобы всегда и всюду следовать за ним. Да и его забота обо мне не казалась бы такой странной. Наша тайная связь придавала пикантности отношениям, и целый год прошел, как один миг. Но потом все изменилось. Рамату не везло, он становился все злее, срывался на мне, и я чувствовала, что значу для него гораздо меньше старых пергаментов и пыли на могильных плитах наших предков. А потом мне повезло раздобыть сведения о Заточенной душе. Рамат смеялся надо мной, говорил, что сам потратил несколько лет на поиски артефакта и не нашел даже пыли его присутствия. Поэтому, когда я привела экспедицию к храму и нашла золотую сферу, он пришел в ярость. Такой удар по его самолюбию - и более сильный человек сломался бы, а Рамат никогда не отличался трезвостью ума и благодушием. Попранное тщеславие понемногу отравляло его. Скоро я стала замечать, что он слишком много времени проводит около меня, но интересуется только Заточенной душой. Он, как мог, оттягивал наше возвращение во Фьергард. А когда я сказала, что хочу купить помощь наемников, - он пришел в ярость. Сказал, что мы нищенский орден, а наемники слишком любят деньги, чтобы не попытаться отобрать единственное ценное, что у нас есть - Заточенную душу.

- Ты думаешь, он хочет присвоить сферу себе?

- Я уверена в этом, - твердо сказала синеглазая. - Несколько недель назад мы остановились на ночлег в Лайте - городке на самой окраине этих земель. О нем всегда ходила дурная слава пристанища воров и разбойников. Все члены ордена уговаривали Рамата пройти мимо и заночевать в лесу, но он был непреклонен. Ночью я встала, чтобы выпить воды, и увидела свет из-под двери его комнаты. Я подошла и услышала разговор двух мужчин. В одном из них я узнала Рамата, другой был мне незнаком. Совиная Голова рассказывал путь, которым мы договорились идти накануне. Нужно сказать, что мы нарочно выбрали неезженые дороги, опасаясь следовать трактами, которые облюбовали разбойники. Больше я услышать не успела - где-то скрипнула дверь, и мне пришлось быстро вернуться в свою комнату, чтобы не быть разоблаченной. На следующий день мы покинули Лайт, но уже к вечеру случилось ужасное.

- Разбойники? - догадался Хагер.

Она кивнула и шмыгнула носом.

- С тех пор убийцы идут за нами по пятам. Каждый день мы кого-то теряли - и только чудо спасало меня от неминуемой гибели. Ты когда-нибудь чувствовал себя добычей, Хагер из Стендара?

- Да, - коротко ответил он.

- Нас осталось так мало, - продолжала горевать она, и Хагер снова поторопил ее. Девушка вытерла слезы и продолжила. - Я думаю, Рамат наймет тебя охранять нас, но на самом деле будет просить тебя о другом.

- Убить тебя и забрать Заточенную душу?

- Убить нас всех, - поправила Закейра. - Он выдаст сферу за собственную находку. Ему не нужны свидетели, которые могут разоблачить его. Уверяю тебя, Хагер из Стендара, у Рамата достаточно денег и красноречия, чтобы убедить в своей правоте и саму госпожу Акмору. Уверена, тебе не услышать от него ни слова правды.

- Если он станет говорить против тебя, как мне понять - коему верить?

- Прислушаться к своему сердцу? - предложила она и как бы невзначай поддела рукой юбку мантии. Ткань задралась, обнажая смуглое колено. - Заточенная душа - моя. Открытие, на которое меня благословили боги.

- Допустим, я поверил. Чего ты хочешь?

Юбка задралась еще выше.

- Ты согласишься на предложение Совиной Головы, но будешь охранять нас от разбойников и следить за тем, чтобы я добралась до Фьергарда живой и с Заточенной душой.

- А Совиная Голова?

- Ты убьешь его, - сказала она так запросто, словно предложила выкорчевать куст. - Незаметно, будто он тоже погиб от рук разбойников. А когда я привезу свою находку, орден даст мне много, очень много золота. Я охотно поделюсь с тобой, Хагер из Стендара. Не знаю, сколько предложит Рамат, но мое предложение в любом случае щедрее. И потом... - теперь ее нога оказалась голой до самого бедра, - ... мы можем быть не только партнерами, но и гораздо ближе...

- Меня интересует только золото, - разочаровал ее Хагер.

Красотка не выглядела расстроенной. Напротив, продолжала все так же лучезарно улыбаться.

"Наверное, рассчитывает переубедить меня в пути".

- Пусть будет так, Хагер из Стендара. Я согласна скрепить наш договор любыми подходящими тебе клятвами.

"Правильно ли я поступаю, не посоветовавшись с остальными?"

- Я не могу дать тебе ответ прямо сейчас, - попытался отделаться он, но девушка категорично махнула головой.

- Нет, Хагер, сейчас или никогда. Я знаю этого человека и знаю, какими убедительными могут быть его слова. Если ты не согласишься сейчас, ты ответишь согласием ему. Утром.

"И что мне ответить?"

История Закейры от и до выглядела убедительной. Конечно, девушка могла искусно врать, но ведь и Совиная Голова мог обманывать с не меньшим умением. К тому же он явно что-то утаивал. Разговор, начатый в зале, окончился ничем после очередного вопроса. Наверное, не самого приятного для искателя прошлого. Хренова дилемма.

- По рукам, - ответил Хагер, а про себя подумал, что еще не раз пожалеет о столь опрометчиво быстро принятом решении.

Ладонь Закейры оказалась до неприятного мягкой, словно девушка в жизни не занималась ничем, тяжелее расчесывания волос. Держа его ладони в своих руках, она нараспев произносила молитву Арнииру - богу странствий и покровителю всех путников, прося его стать свидетелем их устного договора. Хагер ни на секунду не поверил, что эта молитва имеет хоть какое-то значение, но неприятное подозрение червем точило душу.


-->

Вы получили новое задание "Невинная жертва"

-->


Стоило синеглазой красавице покинуть комнату, Хагер скинул доспехи, положил их около кровати и забрался под шкурные одеяла. Ничего не прочищает голову лучше, чем крепкий сон.


***

"Уже пора запомнить, что предчувствию скорой задницы стоит доверять", - думал Хагер, глядя на стоящего на пороге Рамата Совиную Голову.

Археолог выглядел уставшим, словно всю минувшую ночь провел за научными изысканиями. Не исключено, что так оно и есть. А может, в объятиях своей синеглазой любовницы. То, что он хочет завладеть ее реликвией, вовсе не означает, что Закейра перестала интересовать его как женщина.

- Могу я войти, уважаемый Хагер из Стендара?

Воин покачал головой, опустил ноги на пол. Сарф и Брандин все еще дрыхли - черт знает, когда притащились, но на грудь приняли немало - комната полнилась ароматом перегара. Пусть проспятся. И что их всех вчера понесло на дно стакана? Будто сговорились.

- Поговорим внизу, - проговорил, натягивая сапоги.

Не нужно быть провидцем, чтобы догадаться, о чем пойдет разговор, но воин не стал забегать вперед и предоставил археологу право первого голоса. Совиная Голова придирчивым взглядом осматривал комнату, словно искал в ней что-то или кого-то. Хагер же терпеть подобного не мог. И неважно, что ему нечего скрывать, - чужое любопытство он старался пресекать в зародыше. Нечего совать нос, куда не просят.

Хагер почти вытолкал любителя древностей за дверь, последовал за ним.

- Прости за мою вчерашнюю спешку, славный воин. После того, что ты для нас сделал, мою неучтивость ничто не оправдывает, но я все-таки извинюсь за нее.

Совиная Голова низко поклонился и распрямился вновь. Жест - скорее дань традициям, чем искренний поступок, но воина в любом случае мало интересовали извинения.

- Я также извиняюсь за столь ранний визит, - Совиная Голова отвесил еще один поклон.

- Наверное, для него есть уважительная причина.

- Верно. Я вынужден похитить еще немного твоего бесценного времени и просить выслушать меня. Если ты будешь благосклонен к моей беде, то и помочь.

- Слушаю, - коротко ответил Хагер.

Они спустились на первый этаж. Совиная Голова нашел место около окна, навалился локтем на куцый подоконник и, прочистив горло кашлем, начал рассказ.

- Ты, несомненно, помнишь историю, которую вчера рассказала Закейра.

- В общих чертах, - соврал Хагер. Сказка о пылком парне, вырезавшем служителей Акморы, занятна, но, в сущности, бестолкова.

Свой рассказ Рамат начал так же, как и голубоглазая. Они повстречались, полюбили друг друга и больше не могли расстаться. Хагер ожидал услышать что-то подобное, чувствуя, что самое "вкусное" в этой истории спрятано много глубже.

- В конце концов, мы стали настолько близки, что я не мог не доверить ей самую большую и самую заветную мою мечту - найти Заточенную душу. Много лет я потратил на то, чтобы отобрать у прошлого эту реликвию. Это не просто очередная редкость, выкопанная из земли или песка, это - моя жизнь. Многие состарились и ни на шаг не смогли к ней приблизиться, а я - смог. И я рассказал Закейре. - Он сдобрил слова горестным вздохом. Настоящим, как показалось Хагеру. - К сожалению, я был ослеплен любовью и не заметил алчной змеи под личиной красавицы. Несколько месяцев она расспрашивала меня обо всем, читала книги, изучала карты, а когда я был готов отправиться к главе нашего ордена, чтобы сообщить о местонахождении Заточенной души, Закейра остановила меня. Сказала, чтобы я не спешил - подумал о том, сколько стоит эта находка. Она осторожничала, конечно, но я слишком часто видел алчных черных копателей, чтобы не угадать ее задумку. Мне следовало пойти к главе ордена сразу же, как только я угадал ее намерения, но я любил Закейру и верил, что она, в конце концов, встанет на сторону истории и отринет обуявшую ее жадность.

На некоторое время он прервал свой рассказ. Хагер не относил тебя к числу невеж, но молчание порядком раздражало его. Зачем сидеть в рот воды набравши, если пришел с конкретным делом? Ох уж эти разработчики с их "эффектом присутствия и живыми людьми". В конце концов, отчаявшись дождаться продолжения, воин все-таки поторопил гостя.

- Не прими за невежливость, но не мог бы ты перейти к делу?

Совиная Голова посмотрел на него так, будто Хагер только что всадил ему в спину кинжал. А, чтоб оно все! Еще не дело угрызения совести сюда впутывать. Каким бы "живым" ни выглядел этот человек, он только непись, и перед ним не обязательно расшаркиваться. Тем более, когда дело идет к тому, что именно он - заинтересованная сторона.

- Прости, - как-то излишне обреченно извинился гость, - мужчине не должно давать волю своей слабости, но эта женщина...

Хагер кашлянул, останавливая очередной приступ хандры.

- Я решил, что только откровенный разговор спасет ее от глупости и выветрит алчность из головы. Так и поступил. О чудо - она раскаялась. Говорила, что ей стыдно, что готова следовать за мной повсюду, готова служить истории. Мне следовало помнить, что я никогда не был великим мастером слова, но я так хотел обмануться, что без тени сомнения принял ее раскаяние. Мы решили, что вместе разыщем Заточенную душу. Тогда мне казалось, что все указывает на благополучный исход поисков. К сожалению, я ошибся. Чтобы не томить тебя скучными подробностями наших поисков, сразу перейду к главному. Мы разыскали его - великий артефакт, который до сих пор был скрыт от людского ока. Окрыленные успехом, мы отправились домой.

"Теперь-то я точно услышу самый смак этой истории", - подумал Хагер.

- Закейра ни словом, ни жестом, ни взглядом не выказала желания завладеть артефактом, и мне было не в чем упрекнуть ее. Я говорю это, уважаемый Хагер из Стендара, чтобы ты понял, как тяжело мне признаваться в своей ошибке. Подумай я тогда не сердцем, а головой - ничего бы этого не произошло. За мое слепое сердечное терзание заплатили жизнью невинные люди.

- Что она сделала?

- На обратном пути нас постигло несчастье - внезапный падеж лошадей значительно отсрочил время нашего возвращения. Каждый день мы теряли животное, а подчас и не одно. Наконец, у нас осталось всего несколько вьючных лошадей и один верховой жеребец, на которого мы и сложили ручную кладь. Путешествие пешком через ледяные пустыни стало испытанием нашей веры. Я видел отчаяние на лицах товарищей и подбадривал их, как мог. Я говорил им, что мы покроем себя славой, когда принесем реликвию, в существование которой многие даже не осмеливались верить. Какое-то время им хватало моих слов, но запас еды и воды истощался. Через несколько дней стало понятно, что без пополнения запасов мы не протянем и половины оставшегося пути. Я знал, что мы проходим неподалеку от поселения, где можно купить все необходимое, но я нарочно избегал его. Шивар - город, чья разбойничья слава опережает ветер. Но мои люди взбунтовались: они требовали, чтобы мы зашли в город. Никогда раньше я не видел между ними такого единогласия. Словно кто-то подговорил их действовать сообща.

- Закейра?

- Я не слышал ее наветов собственными ушами и не могу говорить наверняка. Ты же, уважаемый Хагер из Стендара, сможешь решить сам для себя, когда услышишь историю моих злоключений до конца. - Он перевел дух и продолжил. - Я уступил им.

Дальнейший его рассказ отличался от рассказа голубоглазой красотки с точностью до наоборот. Из слов Рамата выходило, что не он, а она наняла разбойников и рассказала им маршрут экспедиции. Что именно люди, получившие золото из ее рук, каждый день нападали на историков.

Хагер дал себе зарок не делать поспешных выводов, но чем больше он пытался вникнуть в суть "квеста", тем крепче становилось желание послать их обоих к чертовой матери.

- Я дорожу Заточенной душой, как мать, которая долго не могла понести, дорожит своим первенцем. Она - весь я, воплощение моих мечтаний. И я не позволю отнять ее у истории. В этом артефакте вся моя жизнь. Я понимаю, что тебе, должно быть, странно слышать такие речи из уст человека, чьи вески, посеребрили годы, но...

- Ты пришел в такую рань, чтобы рассказать о любви к куску камня?

- Я пришел просить твоей помощи, - Совиная Голова проигнорировал насмешку. - Ты силен, и у тебя отважные товарищи. Я видел, вы сможете противостоять ищейкам, идущим по моему следу. Я прошу твоей помощи: сопроводи нас до Фьергарда, и я щедро заплачу за твои услуги.

Хагер все ждал, когда же он попросить выполнить впридачу еще одно небольшое поручение, но Рамат молчал. Что ж, это все равно еще ничего не означает. Возможно, он попросит убить Закейру позже, а возможно, сначала хочет убедиться в том, что нашел нужного человека.

- Я влиятельный человек в своем ордене, а после того как Заточенная душа найдет свое пристанище, меня щедро наградят. Я готов отдать тебе половину полученного вознаграждения. И я обязательно расскажу главам своего ордена о храбром воине, вставшем на мою защиту. Тебе откроются новые двери, Хагер из Стендара.

"Языком ты работаешь не хуже, чем мозгами", - подумал Хагер.

- Я не могу принять твое предложение в одиночку, - ответил он. Достаточно и того, что Закейре согласился помогать единолично. Может, он и лидер в их пятерке, но ввязываться в новую передрягу лучше единогласно. Тем более что их сложность все возрастает.

- Как пожелаешь, - смиренно согласился археолог, - но я вынужден просить тебя поторопиться с ответом. Мы покинем форт в полдень, и, если ты не примешь мое предложение, я буду вынужден искать других наемников, хоть мне бы того и не хотелось.

- Я не задержу тебя.

Археолог кивнул, пожелал безоблачного дня и удалился.

Хагер только было собрался подняться наверх, когда увидел Сарфа и Брандина, замерших у самой лестницы.

- У нас новый квест? - в лоб спросил лучник.

- У нас перспектива серьезного квеста. Сам я решения принимать не хочу, так что вытаскиваем из постелей Руни и Арагну и будем думать.

- А может, сначала позавтракаем? - обреченно возразил заклинатель.

Хагер не успел отказать ему.

- Мы сами идем - не нужно нас звать, - раздался сверху голос ведьмы.

Руни шла следом.

- Поднимемся в комнату, - поспешил сказать воин, пока девчонки не спустились в зал.

Ни к чему лишние уши.

Они поднялись в комнату мужчин. Ловкачка зашла последней, закрыла дверь и привалилась к ней спиной. Хагер знал этот жест: наверняка будет слушать в оба уха в две стороны - в комнату и в коридор, чтобы их разговор не услышали посторонние.

Вкратце воин рассказал суть: начал с визита Закейры и честно признался, что согласился помочь ей. Он опасался негатива со стороны спутников, но все ограничилось недовольным ворчанием Арагны:

- Как хорошенькую мордашку увидел, так и растаял, балда.

Хагер мельком глянул на Руни - та, похоже, пропустила слова колдуньи мимо ушей.

- Я согласился, потому что она желала получить ответ сразу, без отсрочек. Я взял на себя ответственность.

- Ответственный выискался, - продолжала бубнить Арагна.

- Хватит его песочить, - неожиданно даже для Хагера вступился Сарф, - не души же наши продал. Что за беда? Одним квестом больше, одним меньше. Или за каким лешим ты в игру пришла?

Колдунья умолкла, но над ее головой Хагеру то и дело мерещились грозовые тучи.

- А чего от тебя этот ущербный хотел? - продолжил Сарф.

Воин рассказал остальное.

- Кто-то из них врет, - подытожил Брандин.

- Спасибо, кэп, - не преминул поддернуть его лучник. - Думаю, врет девчонка - с чего она раньше Птичьей Головы прибежала тогда.

- Совиной, - машинально поправил Хагер.

- Один фиг.

- А я думаю, что врет археолог, - встряла Арагна. - Если бы она так ему досаждала - мог бы оставить ее здесь. Запер в комнате, дал бы хозяину пару золотых, чтобы не выпускал ее раньше заката - и всего делов. Или вообще... в лесу, к дереву привязал бы... или закопал бы в сугробе.

- Мадам знает толк в избавлении от любовников, - доверительно прошептал Сарф и подмигнул Брандину.

Тот будто ком проглотил, но смолчал.

- Он говорит, что любит ее, - покачал головой Хагер.

Сказал и не поверил сам себе. В самом деле - какая к чертям любовь, когда девчонка, если верить его словам, виновата в смерти десятка людей. На лицах спутников он увидел выражение, созвучное с собственными мыслями.

- В любом случае, мы вляпались в очередной квест, и я предлагаю принять его, - подвел итог Хагер.

- В любом случае мы собирались во Фьергард - в компании этих НПС дорога обещает быть интересной, - поддержала Руни.

- Какое умилительное единодушие, - фыркнула Арагна. - Я в деле, - уже более благодушно прибавила она.

- Без меня ведь пропадете, салаги, - вместо ответа зевнул Сарф. - И давайте закругляться, я есть хочу.

Четыре пары глаз уставились на Брандина.

- Тьфу на вас, - отмахнулся заклинатель, - без меня меня женили.


***

Хагер нашел археолога в зале. Тот сидел в компании Закейры и еще шестерых мужчин в туниках с изображениями символа Истинного знамени.

Воин нарочно прошел мимо девушки, даже не глянув на нее, хотя спиной чувствовал ее напряженный взгляд. Может, боится, что он выдаст ее Рамату?

- Я и мои спутники принимаем твое предложение, почтенный, - дал ответ Хагер.

Он ожидал от археолога большей радости, но тот отреагировал на удивление спокойно. Всего час назад чуть не со слезами на глазах уговаривал помочь, а в итоге - бесцветное спасибо. Настораживает.

- Мы закончим последние приготовления, - сказал Рамат, - и через час покинем форт.

- Встретимся около конюшен.

Туда Хагер и направился. Брандин уже крутился там, обхаживал своего гэла и, как показалось Хагеру, излишне суетился.

- Все путем будет, - в арсенале воина не нашлось ничего более успокаивающего. Заклинатель - не девица красная, чтобы перед ним расшаркиваться.

Брандин кивнул, не поворачивая головы, и Хагер не стал силком лезть ему в душу. После всего случившегося кто угодно может слететь с катушек. Сколько раз они чуть не погибли - не сосчитать.

- Может, мы... не будет встревать в переделки? - не очень уверенно предложил заклинатель. - Если уж нет острой необходимости, зачем рисковать? У нас и так достаточно золота, чтобы протянуть, пока разработчики разберутся с глюком.

- А если не разберутся?

- Должны, - упрямился Брандин. - Они не могут просто сидеть и ничего не делать, когда каждую минуту кто-нибудь умирает.

- Я верю, что они стараются, но не очень верю, что это реально решить в течение короткого срока. - Хагеру не хотелось усугублять упаднические настроения напарника, но лучше бы Брандину уже сейчас понять, что отсидеться на теплом горшке с надеждой на спасение не получится. По крайней мер до тех пор, пока они - одна команда. - Я не знаю, что делают разработчики и делают ли они что-то вообще, но верю, что спасение утопающих - дело рук самих утопающих. У нас есть части ключа - это мало, но уже что-то.

- Свет в конце тоннеля, - мрачно вставил заклинатель.

- Верный признак того, что даже из жопы есть выход.

Брандин все-таки улыбнулся.

- Осесть в какой-нибудь таверне - дело нехитрое. Ешь, пей и спи - никаких забот и никакого риска. Но, знаешь, однажды может оказаться, что в реале нам некому помочь. И, выбравшись из своей берлоги, ты поймешь, что уже ничего нельзя изменить, потому что пока ты был волком и отсиживался в тепле, другие успели стать волкодавами.

Хагер замолчал. Он и сам удивился, откуда взялась эта пафосная речь. Но, кажется, свое дело она сделала: Брандин заметно повеселел.

- Вижу, Руни на тебя хорошо влияет, - зачем-то брякнул он.

- А вот это уже не твое дело, - отбрил Хагер. - К тому же не забывай - там, в реале, наши тела по-прежнему подключены к системе жизнеобеспечения. Ты знаешь, сколько протянет твоя система? Быть может, счет идет на дни, если не на часы. Конечно, их можно провести в пьяном угаре, в объятиях какой-нибудь красотки. Но я бы предпочел посопротивляться и не плыть по течению. Мы не знаем, что творится в реале. Возможно, капсулы с телами всех, кто застрял в игре, собраны и подключены к какой-нибудь постоянной системе, которая не даст нам издохнуть. А, может, и нет. Не в наших силах это проверить. Но в наших силах действовать - собрать эти чертовы ключи и самостоятельно выбраться в реал. Я за этот план. А ты?

Заклинатель вздохнул, затем отмахнулся.

- Хрен с тобой. Уговорил. Хотя объятия красотки прельщают меня куда больше, чем перспектива снова морозить задницу.

- Ничего, доберемся до Фьергарда - сделаем себе пару выходных, - подмигнул ему воин. - А там уж сам смотри...

Как и говорил Рамат, они выехали спустя час. Археологи времени зря не теряли и успели основательно подготовиться. Они сменили мантии на походные костюмы. Под меховыми кафтанами Хагер без труда разглядел кольчуги. Также они где-то раздобыли еще одну вьючную лошадь и пару запасных верховых. Одно лишь осталось неизменным - археологи по-прежнему были безоружны. Но оно и понятно - вряд ли кто-то из них в состоянии пользоваться даже коротким мечом.

- Сарф, поедешь впереди, - Хагер отдавал последние распоряжения перед выездом. - Если разбойники преследовали их до самого форта, то вряд ли остановятся. Скорее всего, часть их успела выехать вперед и подготовить засаду. Скорее всего, даже не одну. Как увидишь что-то подозрительное - сразу возвращайся, без геройства.

В свойственной ему шутовской манере лучник вытянулся "по струнке" и отчеканил: "Рад служить, товарищ генерал!" Хагер скрипнул зубами, подавил в себе желание намылить клоуну шею и повернулся к Руни. Как ни не хотелось упускать девушку из поля зрения, лучше нее никто не прикроет их тыл.

- Прикрою ваши спины, - опередила она. По взгляду видно, что угадала его мысли.

- Ты тоже не геройствуй. - "А не то даже мои виртуальные волосы поседеют".

Ловкачка подмигнула и в один прыжок оказалась в седле.

- Вы двое, - Хагер перевел взгляд с заклинателей, - поедете вместе с колонной. Держите наготове защитные и атакующие заклинания. Судя по тому, что мы уже видели, предстоит столкнуться не с голодранцами с большой дороги, а с ребятами посерьезнее.

Себе самому Хагер отвел роль защитника Рамата. Этим он надеялся убить сразу двух зайцев: если жертва все же археолог, то и защищать нужно именно его; а если он охотник, то, постоянно находясь рядом, Хагер рассчитывал предотвратить его возможное нападение на Закейру.

Окинув придирчивым взглядом колонну, Хагер подумал, что задача по защите, вероятно, не так уж сложна. Восемь человек, один из которых в сговоре с наемниками, итого - семь. Пятеро хорошо вооруженных и подготовленных воинов в состоянии защитить такую малочисленную группу. Если, конечно, счет разбойников не пойдет на десятки.

Загрузка...