Тридцать восьмая глава. Лайнер «Маршал Бролин». Гипер

Лаки вышел из рубки с сильным головокружением. Сознание путалось, в глазах двоилось.

В коридоре стояли два боевика. Негромко переговаривались, сняв шлемы.

— Капитан?

— Все в порядке?

— Да.

Лаки присел на корточки рядом с телами штурмовиков ПККБ. Снял с одного тактический шлем. Молодой парень с открытыми, тусклыми глазами. Незнакомый… и очень хорошо…

Надел трофейный шлем на голову. Ага… Шел постоянный вызов. Охрану рубки вызывало командование. Как долго уже?

Перед налетом на рубку Зара включила портативный отсекатель сигналов, и охрана не смогла сообщить о нападении… а теперь… Люди из ПККБ размещены на пятой и седьмой палубах. Они поймут, что-то не в порядке. Попробуют связаться с рубкой, узнают, что они блокированы и? Будут сидеть, сложив руки?

В пассивности штурмовиков Лаки не был уверен. Что бы сделал он сам?

Он поднялся на ноги, и чтобы сохранить равновесие оперся о стену. Голова закружилась еще сильнее, и тошнота подступила к горлу.

Он никогда в жизни не болел. Организм регенерировался очень быстро, но почему сейчас такое гадство?

Он с трудом добрел до пульта в рубке. Рухнул в кресло.

Включил обзор по палубам. По корабельным часам была глубокая ночь и время отдыха.

На пассажирских палубах бодрствовали охранники. Несколько сотен вооруженных парней в броне расположились по залам и коридорам. Охраняли покой господ с Мурсафии. На пятой и седьмой палубах видеонаблюдение отсутствовало. Люди из ПККБ заглушили все видео датчики… Молодцы, что сказать? Лаки переждал приступ тошноты и просмотрел схему технологических колодцев. Если лифты недоступны — штурмовики пойдут по ним. Тесно, но вполне возможно и заблокировать их нечем.

Он попытался вызвать Зару. В ответ тишина. В лифтах ее нет. Грузовой трюм?

Никого…

Он выглянул за дверь.

— Мне нужна связь с Зарой…

— Связь только через терминал, капитан. Она сама подключится. На вас лица нет? Вы не ранены?

— Легкая простуда… ничего страшного…

Лаки вернулся за пульт и закрыл глаза. Его лихорадило…

— Кэп! Я здесь! Кэп?!

Явился Белый. С ним рядом высокий блондин с испуганным лицом. К груди прижал короб диагноста.

— Я привел дока.

— Вы не капитан. — заявил доктор. — Что случилось здесь? Откуда трупы?

— Капитан и команда… в безопасном месте… мы контролируем… ситуацию… была попытка захвата…

Доктор дико огляделся по сторонам и с надеждой спросил у Белого.

— Он-больной?

— Да уж точно… не здоровый… — оскалился Лаки. — Срочно анализ крови…

Белый… позови парней из коридора… Надо закрыть вход чем-то… Штурмовики скоро будут здесь… Стрелять не станут… тут оборудование… а вот… газу напустят…

— Все блокировано, кэп!

— Технологические колодцы… один из них… метрах в пяти по коридору… Помоги мне снять бронежилет…

Лаки опять закрыл глаза. Так меньше тошнило.

Очнулся от того что его тормошил доктор.

— Давление двести на сто пятьдесят, пульс сто пятьдесят… в крови концентрация тромбоцитов и эритроцитов в десять раз больше нормы! Срочно надо в АКР и полное переливание крови! Ваша печень разлагается! Следы радиации… Вы работали с радиоактивными материалами и без защиты?

«Значит, это мне влили не сегодня… пару суток назад… Радиоактивное отравление наступает не сразу… Оли?…»

Моментально вспомнилась оскаленная мертвая Оли в контейнере АКР. Месть мертвеца-как говорили древние…

— Никакого АКР… Вколите мне пять кубиков кетарола…

— Это смертельная доза!

— А чем я рискую?

— Сто процентов-инсульт.

— Инсульта у меня еще не было… Колите…

— Он бредит, доктор! — завопил Белый.

— Я отказываюсь! — заявил доктор.

Лаки наставил на него ворчер.

— Колите или я вас пристрелю…

— Кэп, это же верная смерть!

— Мне лучше знать, я сам… доктор…

После иньекции голова просветлела и исчезло головокружение. Зато появилась сильная жажда. Язык стал сухим и царапал десна как наждак. Время… Совсем нет времени…

— Белый убирайся с парнями в кубрик экипажа! Времени нет! И забери доктора-чтоб не пристрелили в спешке! Быстрее!

Белый послушался и исчез из виду. Лаки пнул ворчер, чтобы откатился подальше. Пусть видят, что он не вооружен… Успел активировать плазменные двигатели, прежде чем раздался грохот и звон в коридоре. Штурмовики ПККБ взорвали панели. Фигуры в комбезах-хамелеонах и черных шлемах столпились у дыры на месте двери. Ворчеры наведены.

— Руки с пульта!! На пол! Я сказал на пол!!

Лаки поморщился. Просто убийственная жажда. Миллион за стакан воды…

— Если я уберу руки с пульта-запустятся плазменные двигатели и нас унесет неведомо куда.

Он сам не узнал свой хриплый, надорванный голос.

Но парни продолжали орать, не рискуя войти внутрь. Похоже они его даже и не слышали… Увидели своих мертвых и осатанели.

«Выходит, что инсульт мне не грозит… Пристрелят раньше…»

— Лежать тварь! Руки убрал!!

Штурмовики орали. Лаки сидел за пультом и глазел на них совершенно спокойно. Если б не жажда…

«Ну вот, все заткнулись. Значит офицер прибыл…»

Солдаты замолчали. Человек в стандартном оснащении штурмовика снял тактический шлем. Вот и знакомое лицо…

— Капитан Дунан?

— Муравей…

В голубых глазах Дунана стыла ненависть.

— Уже давно не Муравей, капитан.

— А я уже — полковник Дунан.

— Поздравляю, полковник… Вы делаете успешную карьеру…

— А что делал ты, Муравей? Что ты сказал моим парням про двигатели?

— Они активированы. Если я уберу руку с панели управления, произойдёт запуск. Запуск двигателей в гипере… Корабль исчезнет… Все исчезнут…

Дунан поморщился.

— Это все сказки пилотов! Сдавайся и доживешь до трибунала.

— Это не сказки. Я уже был там, за краем галактики.

— Тогда ты первый, сынок. И как там? За краем?

— Пустынно и страшно.

— Зачем вы захватили рубку? Кто с тобой?

Где экипаж и капитан?

Лаки попытался проглотить слюну.

— Нас много, полковник…

— Ты из банды Волка Эброна?

«Я и есть тот самый Волк…»

— Ты бы отличным, перспективным солдатом, Муравей. Превратился в убийцу и грабителя. Как так вышло? Где ты свернул не туда?

— Душеспасительные беседы не ваш же стиль, полковник. Штурмовиков не учат болтать. На Срани меня учили другому…

— На Срани учат убивать и умирать, сынок. За что ты готов сейчас умереть? Ради денег? Они не стоят того. Ради чего?

— Ради того, чтобы мир изменился…

Информация на пульте изменилась. То-то отключил плазменные двигатели? Или просто перерубил кабели.

— Взять его. — негромко сказал Дунан.

Лаки не сопротивлялся, когда его уронили на пол, потом кто-то злой пнул по голове…

… Когда приходишь в себя от головной боли-это радует. Потому что есть боль, и ты живой…

— Кэп?

— Белый?

— Я, кто ж еще?

Альбинос без шлема наклонился над ним. Всматривается с испугом в лицо.

— Где я?

— Шестой шлюз. Мы тут окопались… пока.

— Что случилось? Вода есть?

Белый развел руками.

— Воды нет совсем…

С помощью Белого сел на пол.

Шлюз предназначался для транспортировки грузов. Сюда бы и пара челноков уместилась. Но сейчас пусто…

За грудой цилиндрических контейнеров, как за баррикадой, сидят с оружием наготове два десятка парней без шлемов. Ни одного знакомого лица… в дальнем углу человек сорок гражданских… Мужчины с бородами, женщины в накидках. Сидят молча, прожигают взглядами.

— Кто это?

— Заложники, шейхи с Мурсафии… Если б не они-нас давно бы взяли…

— Где Зара?

— Погибла.

— Как?

— Пошла за заложниками и там ее подстрелили из болтера. Заложников мы вытащили и… Зару тоже… Вон она лежит… у пульта.

У пульта управления шлюзом, у стены лежали в ряд тела в камуфляже, но без шлемов.

Лица залиты кровью… Отсюда и не опознать…

— Как я сюда попал?

— Зара поменяла тебя на семью шейха Имрана. Она уже умирала, но успела договорится с тем говнюком… с полковником Дунаном. Чтоб его демоны унесли!

Лаки добрел до тел. Зара-Ильди лежала на спине. Нос и рот в сгустках запекшейся крови, глаза закрыты. Пульса нет и тело уже остыло… Сколько же времени прошло?

Лаки снял с соседнего тела индпакет, вынул стерильную салфетку и аккуратно взялся стирать с лица девушки кровь. Осторожно и бережно. Чтобы не побеспокоить маленькую девочку Ильди. Веритку с планеты Рилон. Он вытирал кровь с ее кожи и не смотрел на порванный пулей живот. Смерть ее была мучительной… Как она смогла…

Все было не нужным и стало пустым.

Он злился на нее, а она думала о нем и умерла ради него… Напрасно умерла…

— Кэп? Что нам делать? Нас обложили серьезно. Мы на орбите Терры. Вокруг имперский флот… Парни говорят, что надо сдаваться. Кэп? И в тюрьме можно жить… а, кэп?

— Деньги?

— Чтоб они провалились, эти деньги! Лежат в контейнерах! Толку от них теперь?!

— Не истери, Белый. Сколько у нас людей?

Загрузка...