Глава 22

Наконец-то дома… Петунья выдохнула с облегчением. Здесь она была в безопасности.

— Это какой-то кошмар, мистер Кэрт, — пожаловалась она коту, — тролль знает, что такое. Ты ничего не слышал про Зеркало Некроманта?

— Мур-р-р? — удивился кот.

— Мне придется его делать. В том, что делал Мастер Маркус, отразилась Смерть. Поэтому его деактивируют. А мне придется выполнять контракт. А я ведь еще ничего такого никогда не делала. Я просто боюсь. Это может быть намного страшнее, чем обращение к луне. И как мне быть?

— Мур-р-р! — Кэрт направился в дом и поцарапал то место на стене, где был скрыт вход в мастерскую.

— Ты что-то знаешь? — прищурилась Петунья.

— Мур-р-р!

В мастерской кот направился прямиком в кабинет.

— Мне нужно что-то прочитать? Здесь есть записи? Книги? ЭТИ книги? Вот эта?

Тяжелый фолиант в кожаном переплете так фонил черной магией, что до него было страшно дотрагиваться. На обложке не было никаких надписей или значков. Только черная кожа и серебряные застежки с изображением герба Сигрейвов. Петунья сглотнула. Она уже знала, что эта книга откроется, только если напоить ее кровью. Но деваться было некуда. Петунья достала из шкатулки ритуальный кинжал, надрезала ладонь и приложила ее к гербу. Руку буквально прострелило болью. Книга полыхнула зловещим багровым светом. И медленно раскрылась. Латынь, что ожидаемо. Готический шрифт. «О посвящении в дух мастерства и его секреты». Очень интересно.

Ну, что можно было сказать — Петунья еле оторвалась от книги. Сигрейвы понимали толк в извращениях. Петунья пила вино и смотрела на звезды. Пора было возвращаться домой. Мама наверняка рассказала папе о срочном вызове, они оба волнуются. Но сперва стоило подумать. Она прочла далеко не все, но общий смысл был понятен.

Черная магия, которой так боялась Лили, не требовала обязательных жертвоприношений несчастных младенцев, кроме, конечно, отдельных наиболее мерзких ритуалов. Суть была в извращении сути вещей и изменениях в самом маге. Пост и длительные медитации позволяли заглянуть в самое себя и многое понять. И принять. А пожертвованная кровь позволяла получить доступ к памяти предков, которые когда-то проводили ритуалы в этом самом месте. Это выглядело чертовски заманчиво, поэтому стоило подумать о том, в чем собственно заключается подвох. Петунья уже прекрасно знала, что за все в жизни надо платить. За знания и умения — длительными тренировками и занятиями, повторениями заклинаний и движений до боли в руках и ломоты в теле. А большее? Что придется отдать за умение создавать то, что не под силу другому? Как там говорил Дамблдор? Сигрейвы были готовы душу дьяволу продать?

— Мур-р-р! — кот нарисовался рядом и подсунул голову по руку хозяйки.

— Ты, мистер Кэрт, небось, все-все знаешь, — проговорила Петунья, почесывая у него за ушком, — а я вот сомневаюсь. Что отдать-то придется?

— Мур-р-р! — мистер Кэрт явно давал понять, что ничего страшного не случится.

— Ну и ладно, — вздохнула Петунья, — проведу ритуалы. Вот ледяной котел сделаю — и проведу. И зеркало сделаю.

— Мур-р-р…

Пора было возвращаться домой. Родители действительно волновались.

— Старый контракт открылся, — сказала Петунья, — очень много работы. Я с таким еще не сталкивалась. Надо много литературы просмотреть. Предлагают работу в Отделе Тайн, но я не хочу. Мне нравится то, что я могу сама решать, чем мне сегодня заниматься. А они запрягут, мяукнуть не успеешь. И будут принимать решения за меня. А это для мастера — смерть.

— Тебе виднее, дочка, — кивнул мистер Эванс.

— Ты справишься, — миссис Эванс держала на руках Гарри, который с удовольствием опустошал рожок с детским питанием.

— Конечно, справлюсь, — улыбнулась Петунья. — Просто все очень необычно. Сейчас не делают большую часть из того, что делали раньше. Необходимо многое восстановить.

— О, утраченное мастерство! — мистер Эванс широко улыбнулся. — Это так интересно! Расскажешь?

— Если что-нибудь получится, — вздохнула Петунья, — тут столько работы. И старые заказы никуда не денутся.

— Ты здорово устаешь, — сказал мистер Эванс, — ни к чему так выкладываться.

— Пап, я ничего не могу с этим поделать, — ответила Петунья, разливая чай, — все время хочется большего. Если я остановлюсь, то мне первой станет плохо. Волшебники сейчас так мало живут еще и потому, что отказываются от самосовершенствования.

— А ты уже замахнулась на возраст Мафусаила? — усмехнулся мистер Эванс.

— Знаешь, папа, знаменитому Фламелю уже больше шестисот лет.

— Ого, тому самому Фламелю? Но ведь он пользуется эликсиром вечной молодости? Или это легенда?

— А неизвестно, папа, легенда это или нет. Может быть, и пользуется. А может, просто перешел на другой уровень развития. Согласись, что тот, кто сумел создать Философский камень, человек необычный. И его Сила дает ему возможность жить долго и плодотворно. А интерес к науке и всему новому не дает устать от жизни. Обычного человека долгая жизнь может утомить. Он просто пресытиться однообразными впечатлениями и удовольствиями.

— В этом есть смысл, — согласился мистер Эванс, — но у тебя точно все впереди.

Петунья счастливо улыбнулась. Нельзя останавливаться. Если для того, чтобы создать что-то необычное, нужно перейти на другой уровень, то она готова сделать этот шаг. Потому что иначе… иначе все остановится. А это рутина и гниение. А она хочет большего. И создаст это троллево зеркало.

Так что утром она отправилась в свой домик в самом радужном настроении. И начала с книги о зеркалах. С этим тоже нужно было ознакомиться. Информации было море. Зеркала издревле считались вещью магической и пользовались ими по-разному. Кто-то пытался узнать будущее, кто-то общался с потусторонним миром. Зеркал боялись. Считалось, что если смотреть в них в определенное время, то можно увидеть дьявола или саму Смерть. Верили в неких духов, которые живут в зеркалах. Но в большинстве случаев зеркало считалось окном в мир духов или проходом в иное измерение.

Вариантов чар, накладываемых на зеркала, было множество. Столь привычные для магов говорящие были всего лишь забавной игрушкой. Сквозные зеркала, позволяющие связываться с другим человеком, были далеко небезобидны. Они питались магией того, кто их активировал. Были и прочие… Они действительно сводили с ума, показывая заветные желания. Зеркало Некроманта фактически являлось проходом в иную реальность. И было очень опасной вещью. Причем не для создателя, а для того, кто им пользовался. Черт! Не был ли мистер Смит наркоманом наподобие Дамблдора и миссис Бэгшот? Об этом определенно стоило подумать. И посоветоваться с Принцем. Может им там, в Отделе Тайн, пора к Тикки на прием сходить?

Принц ожидаемо заинтересовался новой проблемой и пригласил Петунью в гости.

— Ничего себе, чем Отдел Тайн занимается! — искренне удивился он.

— Вот я и хотела узнать, — сказала Петунья, — может, они там уже того…

— Вообще-то, это отслеживается, — мистер Принц вызвал домовика и распорядился подать чай, — постоянный контакт с сильными артефактами, да еще такими, все свойства которых неизвестны, может быть очень опасным.

— Да-а-а! — Северус покрутил головой. — Кошмар какой! А как такое зеркало делают?

— Там весь секрет в обработке стекла и амальгаме, — ответила Петунья, — и зелья нужны. Сваришь? Вот рецепты.

Оба Принца тут же уткнулись в свитки с рецептами.

— Ого! — Северус был полон энтузиазма. — Желчь руноследа, кровь летучих мышей, яд нескольких видов змей. Это что же такое будет?

— Буду обрабатывать стекло, — ответила Петунья, — ингредиенты за счет заказчика. И то зелье, что придает эффект металлической поверхности тоже нужно. Амальгаму сама сделаю, там ничего сверхъестественного. А вот самородное серебро сплавлять с драконьим стеклом мне еще не приходилось.

— А в процессе изготовления нечисть призывать не надо? — поинтересовался Северус.

— Сами призовут, когда активировать будут, — ответила Петунья, — там какой-то ритуал на кладбище.

— Во невыразимцы развлекаются! — хихикнул Северус. — Интересно, а оргии они не устраивают? А то нам все запрещено, а им можно. Так получается?

— Тебе хочется поучаствовать в оргии? — спросила Петунья.

— Ну… — Северус смутился.

Его дед тихонько посмеивался.

— Не думаю, что это так уж интересно, внук. Как говаривал Петрониус Арбитр: «Одна обнаженная девушка впечатляет больше, чем десять тысяч». Разврат ведет к пресыщению, а это смерть для творческого человека.

Петунья улыбнулась, смущенный Северус выглядел очень забавно. Одни порозовевшие щеки и опущенные глаза чего стоили.

— Так когда сваришь зелья? — спросила она. — Я займусь зеркалом сразу после полнолуния, у меня есть заказ на ледяной котел.

— Когда скажешь! — Северус был явно благодарен ей за смену темы. — Я могу и у тебя сварить, если ты не против. Зелья на основе ядов не любят аппарацию и порт-ключи. Кое-какие свойства могут измениться. А для тебя это может быть критично.

Петунья кивнула.

— Я пошлю Смиту свиток со списком необходимого. Думаю, что он быстро пришлет мне все, что нужно. А потом дам тебе знать.

— Договорились.

Честно говоря, хотелось полюбопытствовать про ритуал. Вдруг зельевары тоже проникались духом мастерства? Но все-таки о таких вещах лучше не спрашивать. Вдруг это что-то очень личное.

Что самое интересное, этот ритуал не был привязан к фазам луны или чему-то подобному. Нужно было лежать в пентаграмме, окруженной активированными собственной кровью рунами, и проникаться. По идее, этим можно было заниматься по вечерам, а спать в домике. Родители отнесутся с пониманием. Тем более что к ним всегда можно заглянуть и днем.

— Зелья для Гарри не нужны? — спросил Северус. — А то я наварил. Все по справочнику. И масло, чтобы смазывать после купания, тоже. С ромашкой.

— Ромашка — это хорошо, — согласилась Петунья, — я спрошу у мамы. Вроде, там все было.

— Так они долго хранятся, — махнул рукой Северус, — я и Шаффику с Тикки сварил. Ничего сложного, но очень интересная обработка ингредиентов. Особенно нарезка. Хорошая тренировка.

Это Петунья прекрасно понимала. Сама набивала руку на эмалях и гравировке.

Смит, похоже, письму страшно обрадовался. Потому что прислал на адрес Эвансов целый контейнер со всем заказанным. И согласился отдельно оплатить услуги зельевара. Теперь надо было разобраться с ледяным котлом и приступать к ритуалу.

Чертить пентаграмму пришлось в мастерской. Не очень-то хотелось лежать голышом на холодных камнях, но деваться было некуда. Хорошо еще, что волшебникам в таких случаях простуда не грозила. А вот за курильницами и светильниками пришлось идти в Гринготс, они хранились там. Зелье Петунья заказала Принцам. Дед и внук понимающе переглянулись и дружно хмыкнули. Значит, все-таки какой-то похожий ритуал был и у них. Хм… В любом случае, лишних вопросов ей никто не задавал. На голодный желудок зелье, смешанное с вином в ритуальной чаше, сделанной из черепа какой-то неведомой твари, легло тяжело. В голове моментально помутилось. Теперь можно было зажигать курильницы и светильники, активировать своей кровью руны и устраиваться в пентаграмме. И будь, что будет. Обратной дороги нет.

Сперва ничего не происходило, потом постепенно свет стал более тусклым, серебристым. Откуда-то издалека словно бы доносился шепот. Очень тихий, на грани слышимости. Слов было не разобрать. Петунья резко открыла глаза. У границы окружающего пентаграмму круга стояла Маргарет Сигрейв.

— Ну, здравствуй, — тихо сказала она, — вижу, что справляешься. Не ошиблась я в тебе. Хорошее у меня посмертие.

Петунья молчала. Время для вопросов еще не пришло. Марго улыбалась. Вот только забывать о том, что она мертва, не стоило.

— Что хочешь, то получишь, — Марго хищно ухмыльнулась, — только вот потерпеть тебе придется, ученица. Кровь в тебе не наша. Больно будет. Но ты сильная. Справишься. Смотри!

И пришла боль. В голову словно бы ввинтился огромный раскаленный гвоздь. Тело горело, словно кто-то заменил каменные плиты на решетку для гриля. Хотелось кричать и кататься по полу, но неведомая сила не позволяла ни того, ни другого. Перед широко распахнутыми глазами проносились картины неведомых ритуалов, сложных приемов. Вспыхивали и гасли руны. Проносились цепочки сложнейших расчетов. Мелькали страницы книг. Слышались голоса, которые что-то говорили на латыни, старо-английском, валлийском… Но страха не было. Видимо, все шло правильно.

Наконец, все закончилось. Петунья с трудом прохрипела слова, заканчивающие ритуал, и медленно встала. На полу потухла пентаграмма. Можно было выпить воды и доползти до кровати. Есть было нельзя. Хотя и хотелось.

Проснулась Петунья поздно, выпила воды. Голова была удивительно легкой. Физические нагрузки после ритуала не рекомендовались, но ведь можно было и просто почитать. Чего-чего, а книг у нее хватало. Она и понимала теперь намного больше. Например, теперь сама могла рассчитать нужное количество крови любого существа. Стало понятно, как именно эта кровь влияла на процессы, происходящие в расплавленной стеклянной массе. Хм… такими темпами она поймет, почему в некоторых ритуалах в качестве жертвы использовали петуха, а в других — ягнят, козлят и голубей. Взрослых животных практически не использовали.

Так и получилось.

— У детенышей энергетика чище, — объясняла она коту, пока нарезала для него и совы мясо, — значит, не будет риска ошибиться в ритуале. А вот у драконов и единорогов лучше использовать кровь взрослых особей. Потому что сильнее. Целая наука.

— Мур-р-р! — согласился кот, следя за ее руками.

— Угощайся, мистер Кэрт! Майя, твоя порция! А еще очень интересно про драгоценные камни. Кстати, их используют и в Зеркале Некроманта. Но только расположены они под рамой, поэтому в описании их нет. Хитро, правда? Гематит и морионы. Ха, я поняла, Смит потребует у меня точное описание, чтобы убедиться, что я не пытаюсь за счет их конторы пополнить свои запасы. Ну, уж нет! Описание они у меня получат вместе с готовым артефактом, а стоимость камней я впишу в окончательный счет. Подобрать камни я теперь смогу. И видела книгу об использовании их в артефакторике.

Кот задрал хвост и дернул лапой, всем своим видом демонстрируя отношения ко всяким невыразимым прохвостам и жуликам, которые спят и видят, как бы облапошить честных ведьм.

— Может быть, сегодня в банк и смотаться? Как думаешь?

— Мур-р-р! — кот был не уверен, что стоит сбиваться с настроя и мотаться по банкам, не завершив ритуала.

— Ты прав! И домой показываться не буду. Напишу письмо, родители поймут. И Принцам напишу. Вот уж кто точно все понимает, а если что — и маме с папой объяснят. А я пока еще почитаю про то, как правильно выбирать камни.

— Мур-р-р! — такой образ действий кот всецело одобрял.

Так что Майя отправилась с письмами сперва к Эвансам, а потом к Принцам. А Петунья устроилась в своем кабинете. Читать и пить по часам нужные зелья. Ночью ее ждал еще один ритуал.

В этот раз Марго не приходила. Видимо, это было что-то вроде прощального визита. Ну и ладно, Петунья была рада, что за Гранью у ее наставницы все хорошо. Никто из знакомых или не знакомых не появлялся на границе пентаграммы, но было ощущение того, что за ней из-за круга следит множество глаз. Иногда в горячем мареве возникало какое-нибудь лицо. Мужчин было больше, чем женщин. Они испытующе смотрели на Петунью, улыбались, усмехались. Но неприятия и агрессии от них не ощущалось. Новый поток информации был еще значительнее.

После ритуала Петунья вымоталась куда больше, чем в первый раз. Если бы кот не начал орать, то она так и осталась бы лежать на холодном полу. Но Петунья собралась с последними силами, с трудом перевернулась и на четвереньках добралась до стола, на котором стоял стакан с водой. А потом с передышками доковыляла до кровати. И провалилась в сон.

— Это кошмар какой-то, — делилась она ощущениями с котом, — даже страшно представить, что сегодня будет. Но всего одна ночь осталась.

— Мур-р-р, — согласился мистер Кэрт.

— Слушай, — поинтересовалась Петунья, — а ты не знаешь, почему от Сигрейвов не осталось ни одного портрета? Или они хранились в другом месте?

Кот ехидно посмотрел на нее и принялся умываться.

— Знаешь, но не скажешь, да? Ох, и не прост ты, мистер Кэрт!

— Мур-р-р!

— Ну и ладно! Надо кое-что записать. И снова просмотреть расчеты. И поспать немного. Уж очень мне тяжело. Завтра, наверное, придется в Мунго отправляться. Если выживу, конечно.

— Мур-р-р! — кот явно имел в виду, что от ритуала еще никто не умер. Но в Мунго ей в любом случае помогут. Да, это была мысль.

Третья часть ритуала оказалась самой болезненной. Не приходили лица или призраки, картинки или видения. Было лишь пожирающее ее магическое пламя. Оно выжигало что-то внутри, меняя тело и душу. Было даже не страшно. Просто нужно было выдержать.

Наконец все закончилось. Можно было собрать себя с каменного пола, выпить воды и ползти в спальню. Кот суетился вокруг, не давая отключиться прямо на месте. Каждый шажок давался с колоссальным трудом. Но доползти нужно. Обязательно. Она и порт-ключи специально в спальне оставила, чтобы был стимул. Хотя сейчас это уже не казалось хорошей идеей.

— Мяу! — подгонял ее кот. — Мяу!

— И-и-ду!

Рано или поздно кончается все. Вот и Петунья из последних сил надела браслет и цепочку с порт-ключом в Мунго, рухнула на кровать, натянула на себя одеяло и отключилась.

Утром, как ни странно, она чувствовала себя хорошо. На всякий случай выпила укрепляющего и наведалась к Шаффику.

— Вы что сделали? — подозрительно ласково поинтересовался он.

— А это запрещено? — Петунья тяжело вздохнула. — Может быть, вы меня проверите и все?

— Мерлин! Все, кто серьезно изучают любое ремесло и хотят стать мастерами, проводят такие ритуалы. Но их всегда страхуют! Всегда! А вы? Кто там был рядом с вами?

— Кот, — честно ответила Петунья, — и… Марго заходила. Но это было во время ритуала, я подумала…

Шаффик замер с приоткрытым ртом и выпученными глазами. Похоже, что даже для него это было слишком. Петунья поежилась. Кажется, об этом не стоило говорить. Но ей все равно была нужна проверка.

Наконец главный целитель пришел в себя и позвал Принца. Вдвоем они стали проверять Петунью.

— Истощения точно нет, — сказал Шаффик, — но вы изменились. Мерлин знает, что такое, никогда с подобным не сталкивался.

— Майкл, — вздохнул Принц, — конечно, мы с таким не сталкивались. Мисс Шервуд, вы ели?

— Только зелье.

— Все с вами ясно. Сейчас выпьете бульона с гренками. И поговорим.

— Поговорим, — согласилась Петунья.

На столике появилась большая чашка бульона и тарелочка с аппетитными гренками. Целитель и зельевар решили выпить чаю.

— Итак, — мистер Принц сделал большой глоток, — Майкл вам уже сказал, что подобный ритуал у каждой семьи свой. При этом, что совершенно естественно, того, кто проходит ритуал, страхуют живые родственники.

— Ну да, — кивнул очухавшийся Шаффик, — именно так.

— Но у мисс Шервуд другая ситуация, — продолжал Принц. — Во-первых, она не Сигрейв по крови, во-вторых, живых Сигрейвов не осталось. По идее, ее мог страховать кто-то из магов, но это могло быть еще опаснее.

— Почему? — спросил Шаффик.

Петунья навострила уши.

— Так получилось, что я догадался, какой ритуал Марго Сигрейв вынудила пройти мисс Шервуд, — сказал Принц. — А догадавшись — начал искать всю доступную информацию по нему. Кроме того, мы с тобой сталкивались с последствиями отказа от выполнения условий клятвы.

— Да, я помню, — кивнул Шаффик, — ты хочешь сказать, что связь с донором остается и после его смерти? Поэтому мисс Шервуд и видела Маргарет Сигрейв? Это не галлюцинация? Приоткрылся проход за Грань? Да, в таком случае присутствие другого мага было смертельно опасно для него. Грубо говоря, мертвец мог выпить его и остаться в нашем мире. И ритуал бы пошел не так. Да уж…

— Мы бы получили труп, изувеченную ритуалом ведьму и лича, — кивнул Принц, — а вот с тем, что получилось, нужно поработать. И посмотреть, что, собственно, получилось. Мисс Шервуд, информацию теперь вам доступна?

— Да, сэр.

— Это главное. Магический фон тоже изменился, усилился. И на здоровье это не сказалось. Так что ничего страшного, я думаю, не произошло. Но вам, мисс Шервуд, стоит очень внимательно прислушиваться к своим ощущениям. И связываться с нами сразу же, как только почувствуете что-нибудь необычное.

— Хорошо, сэр. Эти ритуалы запрещены, да?

— Конечно, — улыбнулся Шаффик, — их ведь невозможно проконтролировать. А так как таким образом получается информация, то запрет любых знаний теряет смысл. К тому же магглорожденный без соблюдения дополнительных условий такого ритуала просто не переживет. Он станет жертвой для усиления Места Силы. Или его жизненные силы используют, чтобы связаться с покойными предками.

— Вы уже Сигрейв, хотя и по магии, — сказал Принц, — поэтому пережили все это и стали сильнее. Но вам должно было быть тяжело.

— Да, — кивнула Петунья, — это было очень болезненно. Знаете, я весьма благодарна Маргарет Сигрейв за ее выбор. Но я все время помню, что таким образом она лишила выбора меня.

— Так всегда и бывает, — грустно улыбнулся Шаффик, — за все надо платить. Какие у вас планы?

— Купить у гоблинов гематит и морионы, — ответила Петунья, — и сделать это троллево зеркало. Мистер Принц, Северус обещал мне помощь. Он сказал, что варить зелья на основе ядов лучше всего на месте.

— Да, это так, — кивнул Принц, — он ждет не дождется, когда сможет приступить.

— А… он тоже прошел такой ритуал? — не удержалась от вопроса Петунья.

— Прошел, — кивнул Принц, — ему было не легче, чем вам, он полукровка. Но он выдержал.

— Выдержал… — повторила Петунья.

— Чашечку чаю? — улыбнулся Шаффик.

— С удовольствием, — улыбнулась Петунья, — спасибо, что все объяснили. Знаете, я иногда просто чувствую, что должна что-то сделать. И я это делаю.

— Так бывает, — заметил Принц, — это называется интуиция.

— Но все-таки, мисс Шервуд, будьте осторожны, — сказал Шаффик, — это все очень серьезно.

— Хорошо, — кивнула Петунья, — буду.

— Ох, чует мое сердце, это до следующего раза! — проворчал главный целитель Мунго.

Петунья допила чай, пообещала написать Принцам, когда Северусу нужно будет приступать к варке зелий, и отправилась в Гринготс. За камнями.

Острозуб был счастлив ее видеть.

— Вас интересуют камни, мисс Шервуд? — оскалился в дружелюбной улыбке он. — Какие именно?

— Гематит и морионы, — Петунья выложила на стол листок пергамента, — вот размеры и характеристики. Несколько камней возьму про запас, на всякий случай.

— Хм… интересный заказ. Если не секрет, что собираетесь делать? Артефакт?

— Да. Артефакт.

Острозуб кивнул и ковырнул когтем пергамент.

— Я проверил, мисс Шервуд, у банка Гринготс не было контрактов с семьей Сигрейв.

— Спасибо за информацию, мистер Острозуб, — улыбнулась Петунья, — важно знать, чего можно ожидать, чтобы планировать свое время.

Дверь открылась, и другой гоблин внес две шкатулки с камнями. Осталось только подобрать подходящие. Острозуб внимательно следил за процессом. А Петунья наслаждалась. Теперь она прекрасно понимала сам принцип отбора.

— Вот, — сказала она, — эти возьму.

— Отличный выбор, — одобрил Острозуб.

Сумма была значительной, но посильной. Теперь можно было отнести камни в мастерскую и наведаться домой, чтобы родители не волновались.

Мистера Эванса не было дома.

— Как твои дела? — спросила миссис Эванс, усаживая дочь за стол.

— Хорошо, мама. Все в порядке.

— Пришло письмо и Америки. Мы не стали вскрывать, оно на твое имя.

Из Салемской Академии сообщали, что Лили Эванс стоит продолжать обучение по общему профилю. Особых талантов у нее не обнаружили, но рекомендовали больше внимания уделять чарам.

— Все в порядке, мама, — Петунья передала ей пергамент, — как видишь, Лили будет учиться практически тому же самому, что и в Хогвартсе.

— Это хорошо, — кивнула миссис Эванс, — переучиваться всегда тяжело. Надеюсь, что у нее все получится.

— Я тоже надеюсь, — устало улыбнулась Петунья, — спасибо за чай, мама. Я все-таки здорово устала, как оказалось. Надо бы прилечь.

— Иди, иди ложись, дочка. А я пока тесто для булочек поставлю. Гарри спит в саду, погода хорошая.

Петунья поднялась к себе в комнату и выглянула в окно. В тени от яблони стояла коляска. Свежий воздух очень важен для маленьких детей, это она помнила. Все-таки хорошо, что у них есть свой дом с садом. В Коукворте было бы намного тяжелее.

Она проспала до самого вечера, прекрасно выспалась, с аппетитом поужинала. И обнаружила, что ей хочется чем-нибудь заняться. Сна ни в одном глазу. Хотелось действовать. Так что Петунья активировала порт-ключ и отправилась в свой домик. Впрочем, бросаться сразу «в бой» с зеркалом Некроманта Петунья не собиралась. Стоило перепроверить расчеты, почитать что-нибудь интересное, поспать пару часов, а потом написать Северусу и приступить к работе. Работать хотелось до покалывания в кончиках пальцев. Но все-таки стоило подождать.

Кот спустился в мастерскую и с интересом уставился на хозяйку.

— Как ты думаешь, мистер Кэрт, — спросила Петунья, — может быть, стоит сварить стекло загодя? Тут нужен хрусталь с высоким содержанием свинца. Хотя нет, я не знаю, сколько времени займет приготовление зелья. А стоять над душой у Северуса и подгонять я не хочу. Это неправильно.

— Мур-р-р! — согласился кот.

— Тебе вообще Северус понравился?

Кот задумчиво почесал за ухом и ничего не сказал.

— Ну и ладно, — хмыкнула Петунья, открывая фолиант с описанием волшебных зеркал. — Вот сделаю пару сквозных зеркал, чтобы с ним болтать. Будешь знать!

Петунья, тяжело вздохнув, погрузилась в описание зеркала, про которое она читала в сказках. Такое было у мачехи Белоснежки.

— Ничего себе, в зеркале действительно жила какая-то сущность, — пробормотала она, — и это не зеркалица, в которых верят славяне. И не дух умершего. А у королевы была явная привязка к этому зеркалу. Жуть какая! Похоже, мистер Кэрт, мне не стоит присутствовать при активации зеркала, которое я сделаю. Иначе тоже может возникнуть какая-нибудь нехорошая связь. Как ты думаешь?

— Мур-р-р! — кот был с ней совершенно согласен.

— Не зря зеркал всегда побаивались, — Петунья зевнула и наколдовала Темпус. — Ого, стоит немного поспать. А потом я напишу Северусу.

— Мур-р-р! — кот отправился наверх, оглядываясь на Петунью. Потом запрыгнул на постель, потоптался и устроился у нее под боком. А она провалилась в сон.

Загрузка...