Воспоминания участников штурма Берлина (2-е изд., перераб. и доп.)

8. ПЕРВООЧЕРЕДНЫЕ УРОКИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Великая Отечественная война — одна из самых трагических страниц в истории нашей страны. Много трудностей и лишений пришлось испытать советскому народу и его Вооруженным силам. Но четырехлетняя ожесточенная борьба с фашистскими захватчиками увенчалась нашей полной победой над силами вермахта. Опыт и уроки этой войны имеют большое значение для ныне живущего поколения.

Один из главных уроков состоит в том, что борьба с военной опасностью должна вестись, пока война еще не началась. Причем она должна осуществляться коллективными усилиями миролюбивых государств, народов, всех, кому дороги мир и свобода.

Вторая мировая война не была фатально неотвратима. Ее можно было предупредить, если бы западными странами не были допущены роковые политические ошибки и стратегические просчеты.

Безусловно, непосредственный виновник войны — германский фашизм. Именно на нем лежит вся полнота ответственности за ее развязывание. Однако и западные страны своей близорукой политикой умиротворения, стремлением изолировать Советский Союз и направить экспансию на восток создали условия, при которых война стала реальностью.

Советский Союз со своей стороны в тревожные предвоенные годы прилагал немало усилий для консолидации противостоящих агрессии сил. Однако выдвигаемые СССР предложения постоянно наталкивались на преграды со стороны западных держав, их упорное нежелание сотрудничать. Кроме того, западные страны стремились остаться в стороне от военного противоборства фашистской Германии и СССР.

Только после того, как агрессор захватил едва ли не всю Западную Европу, советской дипломатии удалось не допустить образования единого враждебного СССР блока государств и избежать войны на два фронта. Это явилось одной из предпосылок возникновения антигитлеровской коалиции и в конечном итоге разгрома агрессора.

Другой важный урок Великой Отечественной войны состоит в том, что военное сотрудничество должно осуществляться не только с учетом экономических возможностей страны, но и реальной оценки существующих военных угроз. От этого зависит решение вопроса, к какой войне следует готовить вооруженные силы и какие оборонные задачи предстоит им решать.

При планировании военного строительства важно учитывать все факторы, обеспечивающие безопасность страны: политико-дипломатические, экономические, идеологические, информационные и оборонные.

В предвоенные годы многие военные теоретические разработки остались нереализованными. А ведь наша страна является родиной оперативного военного искусства, и именно в те годы была завершена разработка теории глубокой операции. Это же можно сказать и в отношении вооружений; новых разработок было немало, но войска их в необходимом количестве не имели.

Этот недостаток отчасти проявляется в настоящее время и в российской армии. Так, если во Второй мировой войне было использовано 7 ранее неизвестных видов оружия, в Корейской войне (1950–1953 гг.) — 25, в четырех арабо-израильских военных конфликтах — 30, то в войне в Персидском заливе — около 100. Поэтому необходимость в совершенствовании продукции военно-промышленного комплекса государства очевидна.

Не потерял своей актуальности и следующий урок: вооруженные силы могут рассчитывать на успех, если искусно владеют всеми формами военных действий. Надо признать, что в предвоенный период были допущены ошибки в теоретической разработке ряда важнейших проблем, что негативно отразилось и на практике боевой подготовки войск. Так, в военной теории того периода основным способом действий Вооруженных сил в будущей войне считалось стратегическое наступление, а роль обороны оставалась приниженной. В результате проявлялось необоснованное стремление советского военного командования вести военные действия «преимущественно наступлением и на чужой территории», соответственно с этим велась и подготовка наших войск.

После войны, в условиях глобального противостояния, не было другой альтернативы, как готовиться к мировой войне с применением всех имеющихся сил и средств. Ныне первоочередной задачей является подготовка к локальным войнам и вооруженным конфликтам, освоение способов ведения боевых действий с учетом их особенностей по опыту Афганистана, Чечни, войны в районе Персидского залива и др., а также борьбы с терроризмом.

Вместе с тем, по мнению некоторых военачальников, было бы большой ошибкой исключать возможность возникновения крупномасштабной войны в России, которая может разразиться в результате разрастания вооруженных конфликтов и региональной войны. Учитывая это, необходимо не ослаблять внимание к мобилизационной, оперативной и боевой подготовке войск, всесторонне готовить личный состав армии и флота. События в различных регионах мира подтверждают, что основной акцент в боевой подготовке необходимо делать на обучение боевым действиям в условиях применения обычного, дальнобойного, высокоточного оружия, но при сохраняющейся угрозе применения ядерного оружия. Последнее становится достоянием все большего количества государств, в числе которых и страны с экстремистски настроенными политическими режимами.

Важнейшим уроком начала войны является необходимость тщательного анализа различных вариантов действий вероятного противника и гибкого планирования применения сил и средств, а главное — принятия всех необходимых мер по поддержанию вооруженных сил в достаточной степени боевой готовности.

Как известно, в минувшую войну мероприятия по переводу войск на военное положение были проведены с большим опозданием. В результате наши войска оказались в состоянии «относительной боеготовности» при некомплекте по личному составу до 40–60 %, что не позволило завершить не только стратегическое, но и оперативное развертывание группировок в предусмотренном мобилизационным планом составе.

Несмотря на наличие данных об угрозе войны со стороны фашистской Германии, советское руководство не приняло надлежащих мер для приведения войск западных округов в боевую готовность.

Стратегическое развертывание ударных группировок Германии значительно опережало по срокам развертывание войск Красной армии в приграничных округах. Соотношение сил и средств, а также количество соединений первых эшелонов противостоящих сторон давало более чем двукратное преимущество в пользу Германии, что позволило ей нанести первый мощный удар.

Урок минувшей войны состоит и в том, что побеждает не та сторона, которая первой нанесла удар и достигла решающих успехов в самом начале военных действий, а та, у которой больше моральных и материальных сил, которая умело использует их и способна превратить потенциальную возможность победы в реальную действительность. Наша победа не была исторически предопределена, как это подчеркивалось в прошлом. Она была завоевана в упорной борьбе, ценой огромного напряжения всех сил государства, его народа и армии.

Ни одно государство антигитлеровской коалиции не осуществило такой мобилизации людских и материальных ресурсов, как Советский Союз в годы войны, никто не перенес таких испытаний, какие выпали на долю советского народа и его Вооруженных сил.

Только за первые 8 месяцев войны было мобилизовано около 11 млн человек, из которых более 9 млн направлено на укомплектование как вновь создаваемых, так и существовавших боевых частей. Война поглотила такое количество резервов, что за 1,5 года стрелковые войска в действующей армии обновляли свой состав трижды.

За 4 года войны было мобилизовано (за вычетом повторно призванных 2237,3 тыс. человек) 29 575 тыс. человек, а всего — вместе с кадровым составом, находившимся в Красной армии и Военно-морском флоте на 22 июня 1941 г. — встали в строй (за годы войны) 34 476 тыс. человек, что составило 17,5 % населения страны.

Тяжелейшие испытания, выпавшие на долю народов Советского Союза в годы войны, позволяют извлечь еще один исключительно важный урок: когда народ и армия едины, армия непобедима. В эти суровые годы Вооруженные силы страны были тысячами незримых нитей связаны с народом, который помогал им как необходимыми материальными средствами, так и духовными силами, поддерживая в воинах высокий моральный дух, уверенность в победе. Подтверждением тому служат массовый героизм, мужество, несгибаемая воля к разгрому врага.

Героические традиции великого исторического прошлого нашего народа стали примером высокого патриотизма и национального самосознания для наших граждан. Только за первые 3 дня войны в Москве от них поступило более 70 тыс. заявлений с просьбой направить на фронт. Летом и осенью 1941 г. было создано около 60 дивизий и 200 отдельных полков народного ополчения. Их численность составляла около 2 млн человек. Вся страна в едином патриотическом порыве встала на защиту своей независимости.

Оборона Брестской крепости в первые дни войны — это символ стойкости, несгибаемости, мужества и героизма воинов. Целые соединения и части, роты и батальоны покрыли себя неувядаемой славой.

Мужество и героизм советских воинов признавали даже наши противники. Так, бывший гитлеровский генерал Г. Блюментрит, который еще в Первую мировую войну воевал против России в звании лейтенанта, в интервью английскому военному историку Б. Г. Лидделу Гарту рассказывал: «Уже сражения июня 1941 г. показали нам, что представляет собой новая Красная армия. Мы теряли в боях до 50 % личного состава. Фюрер и большая часть нашего командования не имели об этом представления. Это вызвало массу бед». Другой немецкий генерал — начальник генштаба сухопутных войск вермахта Ф. Гальдер на восьмой день войны записал в своем дневнике: «Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека…»

Из исторического опыта можно извлечь должные уроки и выводы для современных условий лишь при его критической и объективной оценке.

Один из уроков имеет отношение к согласованности военно-политической и военно-стратегической деятельности. Главная причина неудач первых дней и месяцев войны заключается в том, что войска не были приведены в боевую готовность и не изготовились к отражению агрессии. Стратегическое управление начинается с определения целей и задач. Важно, чтобы войскам, направляемым на войну, руководство страны ставило четкие и конкретные задачи.

Следующий урок касается прежде всего деятельности Наркомата обороны и Генерального штаба. Он связан с умением предвидеть назревающий характер вооруженной борьбы. Накануне войны бытовали в основном обоснованные взгляды о военно-политическом характере, масштабах, возможной продолжительности войны, необходимости сбалансированного сочетания различных видов оружия и родов войск, но неправильно оценивался начальный период войны, недооценивалась стратегическая оборона.

Маршал Советского Союза Жуков отмечал: «При переработке оперативных планов весной 1941 г. практически не были полностью учтены особенности ведения современной войны в ее начальном периоде. Наркомат обороны и Генштаб считали, что война между такими крупными державами, как Германия и Советский Союз, должна начаться по ранее существовавшей схеме: главные силы вступают в сражение через несколько дней после приграничных сражений. Фашистская Германия в отношении сроков сосредоточения и развертывания ставилась в одинаковые условия с нами. На самом деле и силы, и условия были далеко не равными».

Весьма важный вывод для нашего времени сводится к тому, что при оценке характера новой войны нельзя исходить из модных идеологических установок, устоявшихся стереотипов и отвлеченных принципов, надо уметь разглядеть то новое, что она несет.

Важный урок состоит в научной организации стратегического управления вооруженными силами. Исторический опыт показывает, что еще в мирное время должны быть приняты определенные решения, касающиеся того, как будет осуществляться военно-политическое и стратегическое руководство. На учениях и тренировках вопросы управления в высшем звене должны систематически и практически отрабатываться. Но эти вопросы к началу войны не были решены.

Не был продуман даже вопрос, кто будет Главнокомандующим Вооруженными силами во время войны. Первоначально предполагалось, что им должен быть нарком обороны. Но уже с самого начала войны эти функции взял на себя И. В. Сталин. До сих пор трудно понять, почему заранее не были подготовлены защищенные пункты управления для Главнокомандования, Наркомата обороны и Генштаба. Пришлось на ходу, «экспромтом» перестраивать организацию стратегического руководства применительно к военному времени. Все это не могло не сказаться отрицательно на управлении действующей армией.

Один из первоочередных уроков целиком относится к области военного строительства и свидетельствует о том, что его потребности нельзя рассматривать изнутри, их необходимо соотносить с реальной оценкой существующих военных угроз. От этого зависит ответ на вопросы: к какой войне следует готовить вооруженные силы и какие оборонные задачи предстоит им решать?

Следующий урок связан с единством управления всеми силами и средствами.

Во время войны, особенно при обороне больших городов, остро встал вопрос о необходимости согласованного применения всех родов войск, видов Вооруженных сил и военных формирований различных ведомств (пограничных, НКВД, др.), а также единого управления ими при решении общих оборонных задач. Нежелание подчиняться этим интересам, стремление действовать обособленно приводило к тяжелейшим последствиям.

Не потерял своей актуальности урок, связанный с огромным значением разведки. Известно, что разведчики своевременно докладывали об основных мероприятиях по сосредоточению германских войск у советских границ и их подготовке к наступлению. Добывались разведывательные сведения порой ценой жизни. Однако поступали не только донесения, подтверждавшие подготовку к нападению на СССР, но и данные, которые опровергали подобные сообщения. К сожалению, не обходилось, как всегда, и без угодничества, когда ответственные должностные лица старались докладывать только те сведения, которые «устраивали» руководство. В этой связи следует сказать, что смелость солдата заключается в том, чтобы приблизиться к танку противника и подбить его гранатой, смелость командира — в принятии решения и отстаивании его до конца, а смелость разведчика — в том, чтобы бояться лжи и не бояться правды при докладе разведывательных данных.

Начальник военной разведки генерал-лейтенант Филипп Иванович Голиков на основании данных, добытых военной разведкой, 20 марта 1941 г. представил руководству страны доклад «Варианты боевых действий германской армии против СССР», в котором содержались сведения исключительной важности. В этом документе на основании агентурных данных были указаны возможные варианты действий немецких войск при нападении на СССР. В докладе Голикова было 16 пунктов, в которых отражалось содержание практически всех донесений военных разведчиков из-за рубежа, поступивших в I квартале 1941 г. Ни в одном пункте доклада не отрицалась возможность начала Германией военных действий против СССР. Более того, в пункте 14 говорилось о том, что «столкновение между Германией и СССР следует ожидать в мае 1941 г.». Однако, как известно, Голиков сделал выводы, которые не соответствовали содержанию доклада. В частности, он считал, что наиболее возможным «сроком начала действий против СССР будет являться момент после победы над Англией и после заключения с ней почетного для Гитлера мира». Тем не менее этот вывод не должен был дезориентировать руководство страны.

Известно, что Л. П. Берия, ставя под сомнение доклады советского посла и военного атташе из Берлина о сосредоточении у советских границ 170 дивизий, заверял Сталина: «Я и мои люди, Иосиф Виссарионович, твердо помним Ваше мудрое предначертание: в 1941 г. Гитлер на нас не нападет».

Самая хорошая разведка без искусства глубокого анализа обстановки и умелого использования его выводов не может обеспечить эффективность принимаемых решений и действий. «Нет ничего проще, — писал Г. К. Жуков, оценивавший высоко деятельность военной разведки, — чем, когда уже известны все последствия, возвращаться к началу событий и давать различного рода оценки. И нет ничего сложнее, чем разобраться во всей совокупности вопросов, сведений и фактов непосредственно в данный исторический момент». И об этом мы всегда должны помнить.

Что касается следующего урока, то он связан с выводами, относящимися к военным потерям. Победу, достигнутую в Великой Отечественной войне, в некоторых СМИ пытаются поставить под сомнение из-за наших действительно больших потерь. Но все же они не такие, как это изображается. Военные потери за время войны составляют 8,6 млн человек, а фашистской армии и ее союзников — 7,2 млн человек. Разница около 1,5 млн образовалась за счет истребления советских военнопленных (в плен к фашистам попало около 4,5 млн человек, а возвратилось после войны только около 2 млн человек). Сбрасывается со счетов и то обстоятельство, что в конце войны вся германская и японская квантунская армии в полном составе капитулировали перед нашими Вооруженными силами.

Нам как победителям в минувшей войне надо критически оценивать собственный прошлый опыт. И действительно признать, что в старой русской и в Советской армии не всегда было принято строго спрашивать за потери. Требовательность в этом отношении к себе и своим подчиненным необходимо всемерно культивировать и воспитывать. Следует уяснить, что сбережение людей в боевой обстановке и сокращение неизбежных на войне потерь достигается не отвлеченными пожеланиями и призывами. Самое главное в этом деле — ответственный подход к организации и ведению операций, тщательная подготовка каждого боя. Безусловно, наши потери могли быть и меньшими, если бы не существенные просчеты и ошибки политического и военного руководства страны накануне и в начале войны. Сказались и некомпетентность ряда военачальников, и слабая профессиональная подготовка части командиров и личного состава, и предвоенные репрессии командных кадров.

Важнейший урок заключается в том, что войну выиграли мы. Мы вершители истории. Мы сломали хребет объединенной Европе. Великая Отечественная война в очередной раз показала, насколько жизнеспособен наш народ, она показала его силу, его могущество. В этом один из главных уроков войны. Наш народ не только непобедим, воюя зачастую один на один с коалицией объединенных стран Европы, но и способен менять судьбы всего мира, создавать новые мировые системы.

Этот урок должен быть нами хорошо усвоен. Он должен лежать в основе нашего национального самосознания, быть краеугольным камнем всей политической пропаганды. Мы — вершители истории. Как мы сломали хребет объединенной континентальной Европе Наполеона в 1812 г., так же и объединенной Европе Гитлера — в Великую Отечественную войну 1941–1945 гг.

Американцы вообще ни разу не скрестили оружие с нацистами до 1944 г. — они воевали с Японией. И не британцы решили исход войны где-то в пустынях Африки.

Только под Сталинградом самим немцам стало предельно ясно — поход на восток обречен. И это сделали мы! Современники тогда и не думали ставить это под сомнение — ни враги, ни союзники.

Так считали гитлеровские генералы. «Для Германии битва под Сталинградом была тяжелейшим поражением в ее истории, для России — ее величайшей победой. Под Полтавой (1709 г.) Россия добилась права называться великой европейской державой. Сталинград явился началом ее превращения в одну из двух величайших мировых держав»[41].

Так считал Рузвельт, называя Сталинград «этической борьбой, решающей результат которой празднуют все американцы»[42].

Так считал король Великобритании, приславший Сталинграду дарственный меч, на клинке которого выгравирована надпись «Гражданам Сталинграда, крепким, как сталь — от Георга Шестого в знак глубочайшего восхищения британского народа».

Итак, мы выиграли войну, остальные нам только помогали.

Во время войны мы продемонстрировали урок великодушия нашего народа. Мы победили, но мы не мстили.

В любой войне есть место для мести. Но Красная армия до мести поверженным врагам не унизилась, несмотря на то, что у нас, как ни у кого иного, было моральное право и множество оснований мстить — и немцам, и их бывшим пособникам разных мастей. Разумеется, во время войны бывает всякое. На войне как на войне. Но на уровне приказов, на уровне системы государство не мстило! Когда солдат Красной армии вошел в Европу, расправы над населением поверженного врага не было. Не было никаких приказов и поощрения зверствам. Преступные действия жесточайшим образом пресекались командованием (см. приказ Сталина от 19 января 1945 г., директива Ставки Верховного главнокомандующего от 20 апреля 1945 г.). Никакого планомерного истребления вчерашних врагов никогда не проводилось и не планировалось. Истинное отношение Красной армии к мирному населению Германии в 1945 г. подтверждается примерами русского самопожертвования во спасение мирных женщин и детей (Берлинское метро, полевые кухни в поверженном Берлине и т. п.).

Следующий урок — это урок массового героизма. То, что всегда, во всей мировой военной истории, было исключением из правил, у нас стало правилом, нормой.

Массовый подвиг советских людей во время войны дал колоссальный пропагандистский материал. Когда победа оплачена кровью миллионов и скреплена десятками тысяч примеров того, как люди сознательно жертвовали жизнью, — это чрезвычайно укрепляет уверенность в нашей правоте в истории Великой Отечественной войне.

Великая Отечественная война дает урок того, что народ непобедим, пока есть идея, любовь к своему Отечеству, Родине, дому, семье. Та же идея двигала русскими партизанами и в 1812 г., и в 1709 г., когда Карл XII вторгся на Украину, и в 1612 г., когда народ поднялся против поляков. Мы знаем далеко не всех своих героев. Наша задача в том, чтобы узнать о них как можно больше, чтобы этот список был максимально полон. Мы обязаны помнить этих людей. Мы должны проанализировать их деяния, гордиться ими, называть их именами улицы городов, снимать о них кино- и телефильмы, вешать их портреты в школах, в учреждениях.

Нам особенно сейчас нужна память о них, нужны их бюсты, мемориальные доски и памятники, нужны классы и студенческие группы, носящие их имена. Чувство гордости за свой героический народ, за свою историю можно, нужно и должно формировать сегодня через пропаганду, через произведения литературы и искусства.

Актуальное значение имеет следующий урок: Победу нужно защищать и ею гордиться. Действительно, нам надо гордиться Великой Победой.

Исходить надо не из деталей истории, а из нашего отношения к ним. Из фактов всегда конструируется правда. Именно она живет в народе, именно она формирует отношение к прошлому, определяет коллективную историческую память, Все новые получаемые нами знания обычно накладываются уже на эту правду. Нам незачем сегодня прятать от самих себя страницы, о которых умалчивалась в советское время. Наша история — это история не государства, не идеологии, а история народа.

Нам нужно не каяться в мнимых грехах, а гордиться своей Победой! Сейчас от нашей страны особенно настойчиво требуют каких-то извинений, покаяния за 1939–1940 гг. И за 1944–1945 гг. Призывают, в частности, извиниться за ввод советских войск в Польшу в 1939 г., хотя территория, которую тогда заняли советские войска, принадлежит ныне другим государствам — не Польше и не России.

Да, мы готовы согласиться, что при вводе советских войск на территорию бывшей Польши в 1939 г. не были до конца соблюдены какие-то нормы международного права. Но только при условии, что Польша одновременно с этим извинится перед Украиной, Белоруссией и Литвой за долгую (почти 20 лет) оккупацию части этих стран, а также перед Чехией за захват города Тешина и соучастие в гитлеровской агрессии в 1938 г.

Сталину часто ставят в вину, что он не поддержал Варшавское восстание в августе — сентябре 1944 г. И позволил немцам утопить его в крови. Но ведь восстание подняла Армия Крайова, подконтрольная эмигрантскому правительству, а через него — Лондону. Армия Крайова вела в тылу Красной армии, вступившей в Польшу, партизанско-диверсионную войну. Восстание она подняла, чтобы поставить СССР перед фактом образования в Варшаве прозападного антисоветского правительства. Что же, Сталин должен был жизнями русских солдат поддержать врагов Советского Союза?

Когда нам говорят о депортированных народах, мы вправе указать, что те же США превентивно заключили в концлагеря на все время войны всех лиц японского происхождения, даже если они уже не в первом поколении были гражданами США. Всего было отправлено за колючую проволоку 112 тыс. человек, включая женщин, стариков, детей… Только в 1988 г. президент Рейган признал это «ошибкой».

По сравнению с действиями «демократических» США сталинские депортации, предусматривавшие лишь переселение, выглядят образцом гуманности.

Победа в войне — предмет нашей гордости, и нам нечего стыдиться и оправдываться в чем-то за те годы. Не надо больше делать никому политических реверансов и не надо никого щадить, затушевывая одни и приукрашивая другие страницы истории. Как показал опыт, такая политкорректность принимается адресатами за слабость и к хорошим последствиям не ведет.

Защищая и спасая порой ценой своей жизни родную землю, язык, самобытность, наши деды и прадеды сплотились и отстояли право на мирную жизнь и на свою культуру… Мы, наследники и преемники того самоотверженного поколения, обязаны помнить и чтить их подвиг истинного служения Родине.

Военная мощь Советского Союза, искусство политического и военного руководства не позволили англо-американским союзникам перехватить победу СССР над фашистской Германией и утвердить свое господство в Центральной и Восточной Европе. Разгром сухопутных войск Японии, освобождение Маньчжурии и Северной Кореи советскими войсками завершили Вторую мировую войну в Азии, что воспрепятствовало США добиться господства на Азиатском континенте.

Совместными усилиями народов и армий Объединенных Наций общая политическая цель антифашистской войны была полностью достигнута — фашистский блок разгромлен благодаря мужеству и героизму советского солдата-победителя — гордости Отечества.

Решающая роль СССР в разгроме фашизма — великий подвиг и историческая заслуга советского народа в освобождении человечества от угрозы фашистского рабства и в защите социалистического пути развития народов мира. Победа в Великой Отечественной войне — национальная гордость российских народов, всех республик Советского Союза, героический пример для многих поколений.

Один из уроков заключается в том, что Великая Отечественная война показала: силе можно противопоставить только силу, победить в ней могло только сплоченное общество, люди, уверенные в правоте своего дела, твердо знающие, во имя чего они сражаются и за что умирают, что положено на весы истории.

Любовь к Родине и ненависть к ее врагам сцементировали фронт и тыл, сделали страну мощной крепостью, стали важнейшим фактором в достижении победы.