Эпилог

В театр набилось народу столько, что удивительно, как не сидели друг у друга на головах. Скамейки, поднимающиеся уступами вверх, уж точно не рассчитаны на такое количество людей. Помимо военных и местных, пришло немало воинов из сельской местности и простых крестьян. Всем крайне любопытно, чем закончилось противостояние.

— В милости своей безграничной… — сказал я, не особо напрягая глотку. Неведомые строители умудрились создать изумительную акустику. В любом месте, от самого низа до верха, каждый прекрасно слышит выступающего со сцены. Как раз по этой причине здесь собрание. — …Правитель Джокум решил прекратить войну.

И первая половина фразы, и вторая совсем не случайны. Даже если здесь отсутствуют слухачи и соглядатаи, непременно все сказанное разнесется далеко. Каждый из присутствующих будет рад-радешенек поделиться с соседями и собутыльниками, а также женами и детьми. Вот пусть и передадут, что я крайне благодарен не кому-нибудь, а правителю. А дополнительно посадил того самого бывшего раба-секретаря. Пусть записывает буквально.

— Он берет в свой личный домен Йамтар с окрестностями…

Ну по поводу компенсации не мои проблемы сообщать, даже если ее примутся доить со слушателей. По идее для жителей ничего не изменится. Как прежде были признаны все права, льготы и привилегии, так они и останутся вкупе с прежними налогами и податями. Но бывает по-всякому.

На верхних рядах, где собрались все больше горожане и местные крестьяне, шепоток. Аж сюда доносится. Акустика обратного результата обычно не дает, ведь что было бы за представление, раздавайся шепот со скамеек постоянно на сцене.

— Также не нужен отныне Табор! Молчать! Сидеть! — Это в адрес вскочившим воякам. — Я обещание выполнил, — гораздо громче заявил. — Ветераны получили новый ранг, став воинами, и это касается любого вступившего в ряды отряда до штурма. Более того, вам не придется служить весь срок, оговоренный в контракте. Вы можете наняться на службу к кому угодно. А поскольку я назначен Наблюдателем Запада, то в тамошнем остане мне понадобятся умелые ребята. На прежних условиях, с уже полученными званиями.

Замолчать пришлось надолго. Все это скопище в несколько сотен человек принялось дружно бить по щитам мечами и выкрикивать мое имя. Затыкать их совершенно не хотелось. Приблизительно на подобную реакцию и надеялся. Честное слово, не очень-то рвался бы на их месте. После консультации со Щербатым, Мортеном, Кари и ехидного замечания Бойса, не преминувшего подколоть, ситуация оказалась далеко не безоблачной и в высшей степени противной. Тот еще подарок. Прежний Наблюдатель стар, крепкой власти на местах не имеется. Набеги с гор регулярны, а еще с эшалитами, проживающими на пресловутом Западе, постоянные стычки и спор из-за границы. Кровушки придется пролить немало. Своих и чужих людей. Но тем важнее иметь за спиной преданных бойцов. Уже понюхавших побед и деливших трофеи. Знающих, что не обману и в пекло не суну, лишь бы сэкономить серебро.

— Кто захочет наняться из остальных, тоже возьму, но в качестве новобранцев на основе прежнего контракта. Я все сказал. Срок до конца недели, пока свадьбу сестры отмечаем. Затем уходим.

Поворачиваюсь и иду на выход, в сопровождении Ястреба и Крохи. Как получу знаменосца, непременно впишу обоих в соответствующие списки всадников. Не знаю, как с землей, придется снова штудировать законы, кому и на каких условиях, будучи Наблюдателем, раздавать имею право, но денежное содержание давно пора повысить.

— Господин, — выныривая сбоку, встревоженно сказал вольноотпущенник. — А со мной?

Понятное дело, оставаться в городе ему не особо хочется без покровителя. Зарежут в темном переулке родичи убитых и проданных в рабство.

— Как хочешь, — говорю небрежно. — Грамотные и знающие люди всегда понадобятся. Необязательно быть воином, чтобы служить. Мне нужны не одни военные, но и свитские с «друзьями».

Вассалы бывают очень разными. В принципе в Ойкумене каждый человек должен находиться под чьей-то защитой. Лишь сэммин стоит вне пронизывающих сверху донизу общества связей. И не зря. Тебе удалось добиться благосклонности влиятельного человека? Его покровительством зачастую пользовались все члены семьи. Обязанности патрона состояли, прежде всего, в юридической, физической и иной защите его «клиентов». Помощь следовало предоставить в любом случае, и если неприятности были нажиты на службе господину, и если они явились результатом преследования свитским собственных целей. Более того, степень вины не имела ни малейшего значения. Даже доказанная вина «своего человека» была недостаточным поводом для того, чтобы не помочь ему, обратившись к влиятельным знакомым.

Естественно, существовало несколько уровней. Например, «жильцы» или свитские могли не иметь других доходов помимо службы, а могли быть зажиточными людьми. В любом случае служба занимала практически все их время и подразумевала, что они должны постоянно находиться в распоряжении своего господина. Попасть в число свитских можно было лишь по надежной рекомендации. Таких людей никогда не называли слугами.

— Ирма, — сказал сразу, стоило ей загородить дорогу к лошадям. — Тебе решать, я сам не знаю, что ждет впереди. Не удивлюсь, если могила. Но если боги пожелают, будет и слава с богатством. Тебя возьму вместе с отрядом без разговоров, можешь не задавать глупого вопроса.

Может, я дурак и надо было прежде поговорить с ближним кругом? Есть куча народу, которых так или иначе нужно тащить с собой. От аптекаря до Хенши. И все важны для будущего. Ведь если я защищаю свою свиту, они трудятся на меня. Обязательства взаимны.

Загрузка...