Выживший. Книга третья

Глава 17

Я не хотел убивать магов сразу. Вернее, не так. Хотел убить, но не сразу.

Сначала мне нужно было убедиться, что ни одна тварь не найдёт лазейку. А для этого первым делом необходимо лишь их силы. Выпить, высосать, сожрать всю их сраную магию.

Вот это я и сделал. Пил чары присутствующих лордов. Позволил энтропии пуститься во все тяжкие. Мне нужно много энергии. Вся. Чтоб потом активировать разрушение Изначального града.

Зал Совета перестал быть местом власти. Он превратился в клетку. В герметичный гроб, из которого нет выхода.

Лорды метались, как крысы на тонущем корабле. Это было очень забавно. Я наблюдал за творящимся безумием с улыбкой на губах. Ради такого финала стоило пройти путь, который мне выпал.

Они били заклятиями в фиолетовые стены барьера, созданного Рибаем и запечатанного мной. Орали. Визжали. Огненные шары, ледяные копья, потоки чистой энергии — все это разбивалось о мою волю, впитывалось в структуру щита, делая его только крепче. А потом, как бумеранг, возвращалось ко мне. Напитывало чарами.

Меня уже не просто мутило. Я реально начал опасаться, как бы не стошнило. Будет как-то не очень героично, оказаться в собственных рвотных массах в момент уничтожения мира лордов и спасения мира людей.

— Ты сдохнешь вместе с нами, идиот! — визжал кто-то из аристократов, царапая ногтями камень.

Многие уже поняли, что именно я хочу сделать. Они чувствовали, как магия со свистом выкачивается из них. И, конечно, догадывались, вряд ли чары просто исчезнут. Я должен буду их выплеснуть.

Мне на эти вопли было вообще по хрену. Я смотрел только на Рибая. На сумасшедшую тварь, которая обосрала мою обычную человеческую жизнь своими чертовыми экспериментами. Я мог быть обычным ребенком. Простым пацаном. Если бы не ублюдочные маги с их раздутым эго.

Рибай больше не улыбался. Он все понял самым первым. И еще он понял, что его шантаж с Лялей не прокатил. Я не собираюсь отступать.

Лицо мага исказилось от ярости и… страха. Впервые за триста лет он почувствовал, что теряет контроль. Рибай привык быть кукловодом, дергающим за ниточки. Но сегодня деревянный мальчик эти ниточки пререзал.

— Ты не понимаешь, что делаешь! — его голос гремел, перекрывая вопли остальных магов. В нем уже слышались визгливые нотки паники. — Мы могли стать богами! Мы могли переписать законы мироздания! А ты выбираешь смерть? Смерть ради чего? Ради жалкой мести? Ради вырожденцев?

Я мысленно усмехнулся. Вот придурок. Он на полном серьезе считает, будто я готов умереть ради уничтожения Изначального града.

Ну ладно. Не такой уж он придурок. Признаю. Вообще-то так и планировал. Хотел устроить не просто взрыв, а настоящую магическую Хиросиму. Постараться одним всплеском уничтожить весь Изначальный град. Чтоб эти крысы наверняка не просочились сквозь невидимые дыры в мой мир.

Но теперь, когда Браслет оказался такой полезной штукой, когда я отсек длинные, загребущие руки Изначального града, все можно сделать аккуратнее. Ну и еще… Я вдруг понял что до чертиков сильно хочу увидеть Лялю. И мать. И, наверное, Стаса… Обещал же придурку вернуть глаза. Так что — нет. Жертвенное самоубийство отменяется.

— Ради того, чтобы вымести мусор, — с усмешкой ответил я Рибаю.

В моем теле бушевал ураган. Прах, смешанный с энергией голема, рвал меня изнутри. Кожа на руках трескалась, выпуская струйки черного дыма. Вены на шее вздулись толстыми жгутами, бешено пульсируя в ритм сердцу. Я чувствовал себя живым реактором, который работает на пределе, готовый расплавиться.

Не торопись, Макс… Не торопись. Надо сделать все правильно.

Риус, мой бывший «хозяин» карячился рядом. Он то ли пытался отползти в тень, то ли наоборот, добраться до моей ноги, припасть к ней и молить о пощаде. Его золотой камзол порвался, лицо перепачкалось сажей. Старый ублюдок скулил, как побитая собака.

— Выродок… — прохрипел он, протягивая ко мне трясущуюся руку. — Вспомни… Я кормил тебя… Я сделал тебя сильным… Защити меня! Убей Рибайя! Останови это безумие. И мы снова будем жить!

Я медленно повернул голову. Мои глаза, залитые абсолютной чернотой, встретились с его взглядом.

— Знаешь… Ты был хорошим хозяином, Риус, — голос звучал тихо. Однако уверен, маг слышал каждое слово, — Упорно дрессировал пса. Думал, что ломаешь его. Подчиняешь. А вырастил волка. Прикинь? Так что я, пожалуй рад, что ты оказался такой мразью. Будь в твоем поведении хоть немного человечности по отношению ко мне, все могло сложится иначе. Но ты очень постарался, чтоб я всем сердцем ненавидел магов и ваш сраный Изначальный град. Спасибо тебе, мерзкая ты тварь.

Я сделал ленивый жест рукой.

За спиной Риуса появилась тень. Она отделилась от пола, обрела плотность и форму. Черные щупальца, сотканные из моего Праха, обвили его лодыжки, поползли вверх, как хищные лианы.

— Нет! — взвизгнул он. — Не смей! Я Лорд! Я…

Щупальца сжались. Хруст костей был слышен даже сквозь вопли других магов. Риус захрипел, его глаза вылезли из орбит. Тень поглотила его, втянула в себя, не оставив даже мокрого пятна.

О-о-о-о-о… Хрена се! Я и так умею? Ну ок.

Один готов. Остался главный.

Я шагнул к Рибаю.

— Ты думаешь, что победил? — прорычал он. — Меня не смогла уничтожить даже Пустошь! Когда произошёл взрыв, часть ее энергии влилась в мои вены! Ты не можешь убить того, кто наполовину соткан из той же магии!

Он ударил.

Это было не заклятие, а поток чистой, концентрированной ненависти. Луч фиолетового света, способный испепелить все, что существует в этом мире, вхреначился мне в грудь.

Невидимый молот отшвырнул мое тело назад. Я врезался спиной в колонну. Камень раскрошился в пыль. Боль была адской, но она лишь подстегнула меня.

Я встал, отряхиваясь. На груди, там, где ударил луч, дымилась проженная на ткани дыра. И все. Больше ни хрена не произошло. Кожа была цела. Моя Аномалия сожрала удар. Впитала его.

— Видишь ли, Рибай, — я оскалился, — Ты соткан из Пустоши наполовину. А я — целиком. И это охренительная разница. Слабо бьешь. Как девка. Давай еще, «папочка».

Рибай отшатнулся.

— Невозможно… — прошептал он. — Ты должен был сгореть! Это смесь магии Пустоши и чар Изначального града, подкрепленная артефактами! Даже ты должен был сдохнуть!

— Опоздал, придурок. Я сдох восемь лет назад, — Шаг к Рибаю, — В тот день, когда ваши гребаные интриги привели меня в Изначальный град. — Еще один шаг, — За это время я сильно изменился. А ты, как был шизанутым психом, так им и остался. Не смог понять, что Выродок — это совсем не тот объект экспериментов, который ты задумал изначально.

Между нами осталось не больше нескольких метров и я ударил в ответ.

Просто выпустил всё, что накопил. И не только. Мне много раз за последнее время говорили, что я — есть Пустошь. Настоло время принять этот факт. Потому что так оно и есть. Я не просто выпустил свои чары, я открыл шлюзы между собой и Пустошью. Но направил поток не внутрь себя, а вовне.

— Сдохни, тварь…

Черный луч, похожий на струю нефти под давлением, ударил Рибая в грудь.

Он закричал. Так громко и с такой болью, что некоторые лорды, продолжающие тщетно рваться из приготовленной им ловушки, взвыли от страха и принялись биться о стены с утроенной силой.

Я вливал в Рибая магию распада Праха, подпитанную чистой энергией Пустоши. Заставлял его структуру, его нутро, его тело стареть, гнить, распадаться на атомы.

— Нет! Я создатель! Я…

Рожа Рибая пошла трещинами. Реально. Как глиняная маска. А из этих трещин вместо фиолетового дымка, который сопровождает магию этого лорда, повалил черный туман.

— Ты — мудила обыкновенный! И тебе пора сдохнуть по настоящему! — крикнул я напоследок, а потом наотмаш ударил Рибая чарами последний раз.

Он взорвался. Буквально. Забавная картина. Его просто разорвало изнутри. Не было ни крови, ни мяса. Только вспышка ослепительного света и облако серой пыли, которое тут же осело на пол.

В зале наступила тишина. Мертвая, звенящая тишина. Резко. Маги даже выть и орать перестали.

Они замерли, глядя на то место, где только что стояла «легенда» их мира. Потом посмотрели на меня. В глазах лордов появился ужас, по сравнению с которым страх, внушаемый Рибаем, казался детской шалостью. Они, наконец, поняли в полной мере, кто такой Выродок.

— Ну все, детишки. Поигрались и хватит, — усмехнулся я этому скопищу магических ублюдков. — Пора заканчивать наш утренник. Он скучный и невеселый.

Поднял руку вверх, щелкнул пальцами и с усмешкой сказал:

— Бум!

В ту же секунду Цитадель начала рушиться. Стены трещали, с потолка падали огромные камни. Земля под ногами ходила ходуном. Я запустил цепную реакцию на уничтожение. Не взрыв, как планировал изначально. Просто уничтожение. Изначальный град начал пожирать сам себя. На это уйдет немного времени. Минут десять, может пятнадцать. Ровно столько, чтоб я закончил свои дела и свалил отсюда.

— Выродок! — крикнул Маркус, протягивая ко мне руки. Он держался неплохо. Был спокойнее остальных. Наверное, именно поэтому его выбрали главой Совета. За характер, — Спаси нас! Мы сделаем все! Мы…

— Поздно, — ответил я. — Ваш мир сдох давно. И вы все уже давно трупы.

Закрыл глаза, активировал Ключ. Выстроил Путь в замок Риуса.

Вывалился из разлома прямо на кучу золотых монет и драгоценных камней. Ого! Артефакт привёл меня прямиком в сокровищницу старого ублюдка. При том, что маги больше предпочитают… предпочитали обмен, они все равно фанатично копили бабло. Чтоб было.

Меня тошнило. Голова кружилась так, будто я неделю катался на карусели.

— Макс⁈ — раздался настороженный голос Диксона.

Док стоял посреди сокровищницы с огромным мешком в руках. Он, как мы и договаривались, не терял времени даром. Пока я развлекался в Цитадели, грабил своего бывшего хозяина. Я оставил ему именно такое указание прежде, чем уехать с Риусом в Цитадель.

— Живой! — он подбежал ко мне, бросив мешок. — Твою мать, ты выглядишь как настоящее чудовище! Что там произошло? Земля трясется!

— Рибая больше нет, — ответил я, поднимаясь на ноги. — Риуса тоже. Цитадель пала. Изначальный град вот-вот превратиться в кучу дерьма. У нас мало времени, Док.

— Рушится⁈ — Диксон побледнел. — Совсем? Ты не сказал, что планируешь его уничтожить.

— Совсем. Я открыл дорогу Пустоши. Она уже здесь. Решил, что так будет правильно. А не сказал… Чтоб ты не отговаривал.

Посмотрел на мешок. Из него торчали артефакты, золото, сверкали драгоценные камни.

— Бери больше, Док, — усмехнулся я. — Нам нужна пенсия. В моем мире за эти побрякушки можно купить остров.

Схватил еще один мешок из тех, что валялись тут же, и начал сгребать туда все, что попадалось под руку. Алмазы размером с кулак, слитки редких металлов, какие-то амулеты. Плевать, что это. Главное — дорого.

Стены сокровищницы задрожали. С потолка посыпалась пыль.

— Пора! — крикнул я. — Хватайся за меня!

Диксон вцепился в мою руку. Забавно, но он верил мне безоговорочно. Не сомневался, что я вытащу нас обоих.

— Куда мы⁈

— Домой, Док. Домой.

Я снова активировал Ключ. На этот раз создавать Путь было труднее. Магия вокруг бушевала, мешая сосредоточиться. Пространство рвалось, как старая ткань.

Нам нужно к Вратам. Они теперь закрыты, но оттуда пробить тоннель между мирами будет проще. В этом месте особая энергия. К тому же, мне сейчас придется, тащить не только Диксона, но и пару мешков с драгоценностями.

Ключ послушно выстроил Путь. Буквально мгновение — и мы уже стояли перед Вратами.

Я оглянулся назад. Зрелище было апокалиптическим.

Небо над Изначальным градом горело. Оно было не багровым, а черным, прорезанным фиолетовыми молниями. Здания рушились, уходили под землю. Из трещин в почве вырывались фонтаны серого пепла Пустоши. Она услышала мой зов и поняла, что ей открыли дорогу.

Я считаю, это действительно правильно. Пусть Изначальный град полностью падёт. А его территорию захватят Кральги, Шёпоты и остальные. Твари, которые заслужили покой.

Врата стояли перед нами. Огромная арка из черного камня, внутри которой больше не клубился туман. После того, как я их закрыл, они превратились в абсолютно непроницаемое железобетонное полотно.

— Макс, нас сейчас накроет. Пора уходить. — Тихо сказал Диксон.

— Подожди. Буквально минуту. Сначала надо закончить дело.

Посмотрел на Врата. Мертвы. Но все еще существуют. Вдруг однажды в Пустоши, которая теперь заправляет этим миром, появится какой-нибудь самородок. Особо одаренный Кральг. И снова активирует их. Нет. Врата надо полностью уничтожить.

Я потянул чары, сформировал из них некое подобие снаряда. А потом с силой швырнул в арку.

Бабахнуло знатно. Каменный свод буквально разлетелся мелким крошевом.

Все. Стационарный проход закрыт окончательно. Навсегда. Его просто нет. Изначальный Град отрезан от мультивселенной во всех смыслах, по всем направлениям. Он стал изолированным пузырем, который наполнит Пустошь.

— Ты сломал Врата? — задумчиво поинтересовался Диксон. Его случившееся явно расстроило, но он все равно оставался спокойным. — Мы больше никогда не сможем вернуться. Вернее… Я не смогу вернуться. Да? Хочешь увести нас через Путь между мирами?

— Верно, — я кивнул, — Врата сломаны. Ты не сможешь вернуться. Теперь твой дом с другом месте.

Положил руку на грудь.

— Держись, Док. Будет трясти.

Я представил лес. Тот самый лес, где очнулся в первый раз. Запах хвои. Холодный ветер. Только костров под жопу нам не надо. Обойдёмся без экстримального приземления.

Активировал ключ и вслух произнес:

— ДОМОЙ!

Мир вокруг нас сжался в точку. Грохот умирающего города сменился тишиной.

Удар.

Мы упали на мягкую, влажную землю, припорошенную снегом.

Я лежал на спине и не мог пошевелиться. Тело не слушалось. Переход был настолько быстрым, что выкачал из меня бо́льшую часть сил. В том числе бо́льшую часть магии, поглощённой в Зале Совета.

— Макс? — голос Диксона дрожал. — Макс, ты живой?

Я с трудом приподнялся на локтях.

Надо мной было небо. Серое, зимнее, скучное небо Земли. Без багровых туч, без магии.

— Живой… — ответил даже больше себе, чем Доку.

Диксон сидел рядом, обнимая мешки с сокровищами. Он оглядывался по сторонам, и на его лице было выражение абсолютного счастья.

— Получилось… — тихо произнёс он. — Мы выбрались.

Я закрыл глаза, снова завалился на спину. Раскинул руки в стороны.

Изначального Града больше нет. Рибая нет. Риуса нет.

Но дело еще не закончено.

Принял сидячее положение.

— Вставай, Док, — сказал я. — Нам пора. У нас еще есть дела в «Светоче».

— Как ты себя чувствуешь? — он с тревогой посмотрел мне в лицо, — Чисто внешне исчезли все признаки Праха. Больше нет чёрных вен. И глаза… Они нормальные.

— Отлично чувствую, док, — я поднялся на ноги. — Мы же дома. Разве может быть иначе? Магов больше не существует. Началась зачистка. И я, черт возьми, лучший уборщик в этом мире.