Глава 6. Хью

— Твой двойной эспрессо.

Оливер протянул мне бумажный стаканчик с логотипом «Старбакс», накрытый белой пластиковой крышкой. Дождавшись пока я возьму его, грузно плюхнулся в кресло. Сдвинув бумаги так, что они частично переместились ко мне, напарник расчистил место для своего стакана. В участке наши столы стояли таким образом, что мы сидели лицом к лицу. Иногда, когда в помещении становилось особенно шумно, только так и можно было расслышать друг друга — наклонившись вперед как можно ближе.

— Спасибо, — произнес я, делая первый глоток. — Завтра моя очередь покупать кофе.

— А то! — Оливер откинулся на спинку кресла и тоже отхлебнул свой напиток. Зажав стаканчик большим и средним пальцем, он ткнул в меня указательным. — Твой с двойным сахаром, между прочим.

В его голосе сквозила легкая зависть. Я всегда пил очень крепкий и очень сладкий кофе, просто потому, что не мог с утра взбодриться иным образом. Оливер же страдал диабетом, и поэтому жена строго следила за его рационом. Единственным послаблением был капучино с сахарозаменителем. Я прекрасно понимал напарника: стоило сделать лишь глоток подобной дряни, чтобы начать завидовать тем, кто ее не пьет.

— Может, разок и себе возьмешь такой же, как у меня? — посочувствовал я.

— Нет, что ты! Лейси мне потом весь мозг вынесет. Буду представлять, что это виски с колой, — рассмеялся Оливер в ответ.

— Кстати, как жена?

— Отлично! Вчера забрал их с малышкой домой, — он потянулся и нажал на кнопку включения компьютера. — Не поверишь, всегда хотел сына, но стоило взять дочь на руки…

Оливер осекся и замолчал. Его глаза заблестели. Я поспешно отвел взгляд, чтобы не ставить напарника в неловкое положение.

— В общем, это не объяснить, — продолжил он. — Чтобы понять, надо просто стать отцом.

Я многозначительно хмыкнул. На этом тема отцовства была исчерпана. Некоторое время мы молча пили кофе, размышляя каждый о своем.

— Ну, а у тебя что нового? — Произнес, наконец, Оливер, точным броском отправив пустой стаканчик в корзину для мусора, стоявшую в углу.

— Да все ломаю голову над этим трупом из тоннеля.

— Миссис Бишоп?

— Она самая. Знаешь, что интересно? Это убийство не с целью ограбления: все деньги и украшения обнаружены при ней. Ее никто не насиловал. Зачем ее было так распинать?

Оливер задумчиво постучал пальцами по столу.

— Может извращенец просто получал удовольствие?

— Тогда он бы выбрал одинокую девушку, а не женщину, гуляющую с мужем в парке. К чему такие сложности? Лишний свидетель. И тело бы оставил там же, на скамье. Зачем было волочь ее в тоннель? Насаживать на кол и выставлять, как пугало на огороде?

— Газы. Ты же сам выдвигал такую версию.

— Да, но мы просили проверить предположение, и в воздухе примесей не обнаружено. Зато обнаружено кое-что другое…

Взгляд Оливера скользнул поверх моего плеча, и я невольно обернулся. В дверях показался Джус. Фамилия необыкновенно ему подходила. Краснолицый толстый коротышка на тонких ногах, он походил на апельсин, затянутый в костюм и украшенный галстуком. А обильная потливость, из-за которой начальник то и дело утирал капли со лба, была предметом шуток о том, что «наш фрукт дает сок».

Джус просканировал взглядом помещение от еле вращающегося вентилятора под потолком до ботинок стажера, примостившегося за угловым столом с кипой бумаг. Затем быстрыми шагами начальник направился к нам с Оливером.

— Тоддлер! Дениэлс! — рявкнул он. — Хватит прохлаждаться, как девицы на курорте! Берите свои задницы и тащите их в комнату для допросов. Там дело по вашей части.

— По последнему трупу из тоннеля? Свидетель? — удивился я.

Джус вытаращил на меня глазищи.

— Свидетель, не свидетель, это уж ты разберись, детектив. Но еще одно похищение на том же месте должно тебя заинтересовать, не так ли?

— Да, сэр, — ответил за меня Оливер.

Поглазев на нас еще несколько секунд, Джус круто развернулся и с такой же удивительной для своей комплекции стремительностью покинул помещение. Я перевел компьютер в спящий режим и собирался подняться, когда напарник жестом остановил меня.

— Погоди, ты не закончил. Так что там обнаружено?

Я опустился обратно в кресло.

— Обнаружена ДНК.

— Есть совпадения по базе?

— В том-то и дело, — я замялся, подбирая слова. — Это не совсем человеческая ДНК.

У Оливера отвисла челюсть.

— Что значит: не совсем человеческая?

— Мне сказали… межвидовая. Как помесь человека и животного. В лаборатории считают, что образец просто испорчен, и результату не стоит доверять. Но еще следы. Тело не резали. Его рвали, как рвет когтями крупный зверь. Медведь, например.

— Твою ж… — выругался Оливер. — У нас в Центральном парке бродит медведь?

— Черт его знает, кто там бродит, Олли, — я потер лоб. — Честно говоря, два дня почти не спал, все пытался свести концы с концами. Даже мужа жертвы, этого мистера Бишопа, пытался прилепить к делу.

— У него алиби, — напомнил напарник.

— Сомнительное алиби, учитывая, что никто не видел, что произошло, а сам он якобы лежал без сознания. Если это был медведь… черт с ним, давай представим, что это на самом деле был медведь. Так вот, почему медведь так выборочно поступил? Убил одного и оглушил другого? Бред!

— Н-да, — согласился Оливер. — Похоже, стоит нанести еще визит Бишопу? Его в «дурку», кстати, не забрали?

— Не забрали, мы же не звонили туда. Только… — я прочистил горло, подбирая слова.

— Только, что? — насторожился напарник.

— Только я уже нанес ему визит.

— Без меня?! — Оливер выглядел так, будто увидел, как я превращаюсь в Деву Марию.

— Черт, Олли, — растерялся я, — у тебя рожала жена. Не мог же я взять и выдернуть тебя из больницы. Тем более, сам был ни в чем не уверен. Просто хотел еще раз расспросить нашего лунатика.

— И что он тебе сказал? — лицо напарника слегка смягчилось.

Я вспомнил, как долго стоял перед дверью Бишопа в подъезде, пропахшем средством для натирания полов и кошачьей мочой, как жал без конца на кнопку дверного звонка, оглядывался по сторонам, пытаясь понять, не наблюдает ли за мной в глазок кто-либо из соседей по лестничной клетке.

— Ничего, — наконец, ответил я. — Его не было. Судя по всему, минимум сутки: на столе протухла еда.

— Погоди, — Оливер побелел, и на этот раз, пожалуй, от злости. — Ты проник в квартиру? Без ордера?

— Да дверь хлипкая. Один удар ногой. Почти и шума не было.

На самом деле, шума было предостаточно, звук гулко разнесся по всему подъезду, но так как никто не вышел, моя совесть на этом успокоилась.

— Ты мог остаться без значка за такое, — судя по лицу, в напарнике боролись негодование и любопытство. — Было хоть из-за чего рисковать?

— Оказалось, что нет. Ничего, что хоть отдаленно можно было притянуть, как орудие убийства. У него в прихожей оленьи рога висели, обратил внимание прошлый раз? Я думал, может, какие еще охотничьи трофеи найду, что-то, похожее на когти… нет, все чисто. То есть, просто грязно.

Оливер растянул губы в улыбке, но взгляд его оставался холодным.

— А ты не думаешь, Хью, что эта белая штука в тоннеле, которую мы видели… ну помнишь, которая…

На моем столе оглушительно затрезвонил телефон, и мы оба вздрогнули.

— Тоддлер! — заорал Джус в трубку, как только я ее поднял. — Тебе почтовым голубем приглашение с вензелями послать?

Я молча положил трубку и взглянул на напарника.

— Надо идти, Джус в бешенстве. И давай версию с подземным привидением оставим на тот случай, когда все остальные рассыплются в прах. Тебе самому не смешно?

— Нет, — Оливер поднялся и застегнул пуговицу пиджака. — Это-то и пугает.


…В комнате для допросов царила прохлада. Помещение было маленьким, и здесь работал кондиционер. Войдя, я украдкой бросил взгляд на большое зеркало в стене: за ним находилась смежная комната, где в качестве наблюдателя остался Оливер. За прямоугольным металлическим столом, нахохлившись и прижавшись друг к другу, сидели женщина в возрасте и подросток. Мальчишка явно был подавлен и напуган, а его спутница вытирала заплаканные глаза платком и всхлипывала. Оба слишком непохожие, чтобы быть матерью и сыном. Парень рыжий и вихрастый, в растянутой майке — я сам был таким, когда учился в школе. Женщина аккуратно одетая и причесанная, но словно преждевременно поседевшая…

Присев напротив, я представился, и она без лишних слов сразу же открыла сумочку, лежавшую на коленях, и выложила на стол фотографию.

— Кейт, моя дочь, — дрожащими губами пробормотала женщина.

Я взял в руки фото. Девочка, изображенная на нем, показалась мне еще школьницей. Пожалуй, не старше парня, пришедшего с ее матерью. Она стояла на фоне какого-то дома и по-детски открыто улыбалась.

— Что случилось? — спросил я, возвращая снимок.

— Она… пропала… — женщина снова зарыдала, прижав к глазам платок.

Я сочувственно молчал. Всегда тяжело, когда лицом к лицу приходится сталкиваться с чужим горем. Хочется отпрянуть, отгородиться от него, как от заразной болезни. В то же время невозможно не помочь, не утешить эту боль, если в тебе осталось хоть что-то человеческое. Особенно тяжело, когда понимаешь, что вся надежда только на тебя. Поднявшись, я отошел в угол к емкости с водой, набрал полстакана и принес безутешной матери. Та взяла его, но пить не смогла: слишком тряслись руки.

— Давайте, я расскажу, — подал голос парень, пока женщина пыталась успокоиться.

— Ну, давай, — перевел я на него взгляд, мысленно радуясь, что парень оказался довольно вменяемым, а значит можно было надеяться на полезные сведения. — Как зовут?

— Дилан.

— Это друг Кейт, — подала голос мать пропавшей. — И ведь говорила же я ей: не ходи одна, особенно в парке! Знаешь же, как там неспокойно! Только с Диланом ее отпускала. Хороший мальчик, надежный…

Парень залился краской до кончиков слегка оттопыренных ушей и опустил голову.

— Как она пропала, Дилан? — спросил я.

— Мы договорились встретиться у памятника основателям, который у входа в парк. Но меня задержали на тренировке. У нас скоро встреча с командой университета, а тренеру не нравится мой бросок, — парень покачал головой. — В общем, я задержался на полчаса… ну ладно, может на час. Кейт дождалась меня, но была ужасно рассержена. Мы поссорились.

Он с опаской покосился на женщину. Понятно, переживает, как та отреагирует, что кто-то может орать на ее дочь. Или что ее дочь может орать на кого-то. Кто знает, как у них там вышло. Женщина скомкала в руках платок и удивленно воззрилась на парня.

— Что дальше? — напомнил я.

— Мы были на аллее, которая ведет от входа влево. Она тупиковая, и там обычно можно спокойно поговорить, — Дилан покусал губу и умолк снова.

Я тут же почувствовал неладное. Парень что-то недоговаривал.

— Что такое? Ты разозлился и стукнул ее?

— Нет! — он вскинул на меня взгляд испуганных глаз.

— Она убежала?

— Нет, — его голос упал почти до шепота. — Там появилось… привидение.

В мыслях тут же мелькнуло воспоминание о белой фигуре из тоннеля, но я усилием воли отогнал его.

— Что за привидение?

Парень побледнел так, что мог слиться со стенкой.

— Она сидела на дереве… женщина… одета как привидение.

— А как одеваются привидения, а то я немного не в курсе?

Дилан посмотрел на меня, как на идиота.

— Вы что, не смотрите «телик»? То ли платье, то ли рубашка до колен. Оборванная. Длинные белые волосы. У нее глаза страшные. Как у кошки или змеи. Желтые с узкими зрачками.

Я сглотнул. Это не могло быть правдой. Если бы не та странная фигура из тоннеля, и не бредни Бишопа, который тоже что-то нес про женщину с белыми волосами, я бы уже разнес версию парня в пух и прах. Но что-то внутри подсказывало, что стоит прислушаться.

— Кейт тоже увидела ее, — продолжил Дилан, — и завизжала, я чуть не оглох. Даже испугаться не успел. Привидение спрыгнуло, цапнуло Кейт и куда-то утащило.

— Как утащило?!

— Через кусты.

— Давно?

Дилан растерянно посмотрел на свою спутницу.

— Я сразу к миссис Смит бросился, а потом мы побежали сюда.

Я вскочил, со скрежетом отодвинув стул и, подойдя к зеркалу, постучал в него. Успел заметить в отражении, как удивленно застыли свидетели, но дверь уже приоткрылась. Оливер, тоже слегка бледный, поманил меня в коридор.

— Ты все слышал? — мрачно поинтересовался я, когда мы вышли.

— Это белая штука, Хью… Клянусь головой, это оно!

— Уже склонен с тобой согласиться. Надо срочно отправиться на место. Может быть, девчонка еще где-то там. Живая…

— Я подумал так же, — кивнул Оливер, — и уже сделал пару звонков. Парк прочесывает патруль и группа добровольцев, оказавшихся неподалеку.

— Надо заглянуть в люк. Ты помнишь? Аллея, про которую говорит мальчишка, не так далеко.

Оливер открыл рот, но ответить не успел. В его кармане раздалась трель мобильного телефона. Он сделал мне знак молчать, и вынул трубку. Я ловил каждое слово, пытаясь вникнуть в разговор.

— Дениэлс. Где? О, черт! — Оливер круто развернулся вокруг себя и взъерошил волосы свободной рукой. — Кто? Как выглядит? Мигом в участок!

— Ну что? — не выдержал я, наблюдая, как напарник нажимает кнопку отбоя и несколько секунд задумчиво смотрит на экран телефона.

Оливер нахмурился.

— У нас еще один труп. Люк, тут ты был прав. На том же месте. А возле люка задержали подозрительного субъекта. И, судя по описанию, это наш мистер Бишоп.

Загрузка...