Яблочный купидон для Громилы

Глава 3

Мужик реально большой.

Что в высоту, что в ширину.

Как-то слабо я представляю, что вот этот здоровенный небритый амбал с чёрной вязью татуировок по груди, рукам и даже шее является сыном невысокой и миниатюрной Ирины Сергеевны.

Я настолько залипаю взглядом на его мощных бицепсах и капельках пота, стекающие по обнаженному торсу вниз по телу, что пропускаю момент, когда он прекращает колоть дрова и неподвижно замереть на месте.

— Чего надо? — от грубого вопроса я вздрагиваю и стремительно поднимаю глаза вверх.

Тёмный взгляд мужчины такой тяжелый. От него по спине пробегает холодок, который заставляет меня нервно сглотнуть.

— Здравствуйте. Меня зовут Катя. Я ваша соседка, — быстро тараторю, косясь в сторону топора, который он закидывает на своё плечо.

Клянусь, топор сейчас выглядит как какая-то зубочистка, настолько у него мощные плечи.

— Твой сосед на две недели. Гром. До свидания, — моя приветственная речь звучит в обратном порядке. Голос ни на грамм не стал доброжелательней. Я бы сказала, стал в несколько раз ещё грубее.

Нахал какой-то.

Удивительно, но весь страх и трепет перед таким роскошным, чего уж скрывать, экземпляром пропали напрочь.

— НЕ… приятно познакомиться, — говорю как можно язвительней и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ухожу с его участка.

Нет, это ж надо быть таким грубияном!

Надо сказать Алиске, чтобы не вздумала надоедать ему. Пусть держится от него как можно дальше эти две недели, что он тут будет жить. А я вообще собираюсь его игнорировать. Клянусь, даже соли не дам, приди он ко мне по-соседски.

Вечером, приказав сестре не соваться к соседу, получила в ответ тираду о том, что этот Громила прикольный и с ним интересно разговаривать.

— Мне всё равно, прикольный он или нет, — твёрдо произношу я, обрывая в какой-то момент восторженную речь Алиски. — Я запрещаю тебе с ним общаться. Это понятно?

Всем своим видом показываю, что не потерплю в этом вопросе никакого непослушания.

Я часто иду ей на уступки, и бывает, она вертит мной как хочет. Но когда у меня такой тон, она знает, что никакие уговоры не помогут.

Насупившись, сестра замолкает и, обиженно фыркнув, уходит в свою комнату.

Терпеть не могу с ней ругаться, но в данном случае по-другому никак.

Её дружба с этим Громилой точно не нужна ни ей, ни тем более мне.

— Ты собрала яблоки? — кричу в сторону её спальни после того, как по-быстрому съедаю бутерброд и запиваю его горячим чаем.

— Собрала! — кричит она в ответ, но из комнаты не выходит.

Понятно. Сегодня я иду одна продавать собранный урожай на базар.

Таких яблок, как у меня, в деревне больше нет ни у кого. И они пользуются большим спросом. И не только у местных, с города, до которого рукой подать (всего-то сорок километров) тоже много кто приезжает. У меня даже есть постоянные клиенты, которые предварительно звонят и говорят, сколько они купят моих яблок и когда приедут к нам.

Вот и хожу на местный базарчик, где вечером собираются многие жительницы нашей деревни, чтобы продавать овощи и фрукты со своих огородов.

Там я дожидаюсь своих клиентов, если они есть, а остатки распродаю местным, которые тоже любят мои яблочки.

Алиска практически всегда ходит со мной. Только когда мы с ней ссоримся, она в знак протеста игнорирует поход на базар.

— Я ушла! — кричу уже на выходе из дома, с надеждой смотря на дверь её комнаты.

И когда понимаю, что она не откроется, печально вздохнув, ухожу из дома.

Идя к калитке, чуть не спотыкаюсь, когда вижу соседа за забором. Он что-то чинит, судя по тому, что в руках молоток, а в зубах зажаты несколько гвоздей.

При виде меня он принимает самый зверский вид, внимательно сканируя меня прищуренными глазами.

Окатываю его презрительным взором и, задрав голову повыше, иду к калитке. И только закрыв её за собой, облегчённо выдыхаю.

Господи, ну и взгляд у этого Громилы. Тяжелый и давящий. И полыхающий таким чёрным огнем, что аж поджилки трясутся.

Удивительно, как я не навернулась там, во дворе.

Ладно, Катя, потерпи немного.

Он уедет, и ты снова заживёшь своей размеренной и… скучной жизнью.

В которой таких, как он, нужно обходить стороной.

Как показали события следующего дня, обойти этого товарища оказалось ой как не просто.

Я бы даже сказала… невозможно!