Нежданный наследник. Юный бастард. Книга седьмая

Глава 5

Глава пятая

Тяжко и как-то пусто стало на душе.

Мы всей колонной тронулись в путь. Из новиков никто с родителями так и остался.

Почти восемь десятков народа, а с командованием, все десять… Растянулся отряд по дороге, на добрые полкилометра, наверное, а может и больше. Кто считал? Ведь и расстояние между лошадьми приличное. Всадники едут в колонну по двое. Последними, замыкая отряд едут три телеги макров и крайним мой фургон.

Пылищи…

Если, кто и хотел бы меня так проучить, то сильно просчитался. Артефакты великого архимага работают безупречно. До меня… да чего там, даже до лошадок моих, что впереди находятся и тянут за собой мой фургон, и то не достаёт пыль.

Солнце в зените. Жарковато. Но мне на облучке, да под навесом над ним, вполне себе комфортно в тени. Да и холодок идёт из комнаты, через открытую дверь. Там у меня охлаждающий воздух артефакт работает, создавая комфортную температуру в комнате, когда с наружи жара стоит. По земному, такой агрегат кондиционером называется. Так его и мама называла. Вот и тянет из комнаты холодком через, приоткрытую в комнату дверь…

Волнуюсь, что накопитель фургона быстро разрядится с таким серьёзным расходом манны, а я за ночь его не восстановлю, этот расход. Но всё покажет, как раз-то эта поездка смогу ли я самостоятельно обеспечивать работоспособность систем фургона. Или, всё же, мне как-то придётся выкручиваться, на всём экономить, и в поселениях мага искать, чтобы он мне помог зарядить до предела накопитель фургона. А может, стоит свести знакомство с приданным к нашему отряду магу поближе? Посмотрим, пока же я надеюсь на запас своих накопителей, которые с помощью мыслежогов я забил маной и магическими силами, под завязку…

Мама надолго прощания растягивать не захотела. Сказала… «долгие проводы длинные слёзы». Обнялся со всеми по очереди. Потом они свой маленький караван составили, и никого больше из провожающих не дожидаясь, помахав мне на прощание руками, отправились обратно к нам домой.

Хайп тоже получил и обнимашки от Улии, и откровенные любовные поцелуи. Как прокомментировала мама поведение старшей дочери… Улия выдала неплохой аванс кавалеру…

Все посмеялись.

Так что, когда наш отряд продолжил дальнейший путь, меня никто из родных уже не провожал. Что не говорит о том, что за мной никто не наблюдал со стороны. Ещё как глаза таращили, даже с расспросами подходили. Но я отговаривался плохим настроением, что расстроился сильно из-за прощания с родными.

Отставили в итоге, в покое… Только надолго ли. Ко мне в отряде многие неровно дышат. Слышу иногда со стороны народа, кучкующегося невдалеке, отрывки разговоров… меня красавца обсуждают, и мой фургон. Любопытных хватает.

Ну вот, примерно, как сейчас…

А это, кто тут у нас? Баба и лейтенантские погоны у неё на печах. Что-то, я среди командования, эту красотку не припомню…

— Привет! — подъезжает ко мне верхом на пегой лошадке упакованная, как хороший воин-мечник, красивая девушка.

На вскидку ей лет так двадцать-двадцать пять не больше. Курносая, смешливая. Ямочки на щёчках. Недлинная коса за спиной. Волосы, скорее светлые, как-то выцвели, или просто пшеницей отдают по цвету. Не разберу. Да, если честно, то в этом несильно-то и разбираюсь. Одно слово, пригожая девочка. Интересно, чего ей надо от меня? Каков интерес?

— Здравия желаю, господин лейтенант. — говорю я не меня позы, придерживая одной рукой вожжи, а второй руке держа уже покусанное яблоко.

Права мамуля… когда волнуешься или настроение испорчено, нет ничего лучше, как чего-нибудь сладкого покушать. А, что можно ещё организовать в моём положении? Правильно… маленькое ведёрко местных спелых яблок и груш намыть. Есть их у меня, приличный запас. И семечки подсолнечника, поджаренные с солью, достать. Всё веселей путешествие пойдёт.

Плечом прикрываю дверь, ведущую во внутрь фургона.

Это движение не осталось не замеченным, моим новым собеседником.

— Лейтенант-магистр, Петрушева Анна Васильевна. Прошу любить и жаловать! Буду с вами до конца этого перехода, потом домой вернусь, при первой же оказии. А может, и там служить, на годик останусь, и затем, уже с парнями, кто в полк возвращаться будет, уеду. А ты, я слышала, в крепость надолго?

— Хорошо у нас слухи расходятся. — хмыкаю я — А, что до самого вопроса, то не знаю. Это, как пойдёт. Могут и через декаду выдернуть, а могут и, правда, на пару лет обо мне забыть. Всякое бывает… там… в верхах… — и тут же уточняю — В самых верхах! Вы с объездом? Господин капитан, сказал проверку провести?

— Можно, сказать и так. — улыбается мне эта, щупленькая на вид, красавица. — Просто заняться в походе особо нечем. Скучно, а тут такой интересный экземпляр. Фургон огромный… и ты, красавчик, при нём. И тебя почему-то, наши командиры запретили к делам отряда припахивать. А это несправедливо.

Пожимаю плечами…

— Значит, мне повезло, в отличии от некоторых. — улыбаюсь я ей, своей располагающей улыбкой.

— Повезло-то, повезло… но ребята на тебя обиду затаят. С претензиями придут. — предупреждает она меня.

— Как придут, так и уйдут. — отмахиваюсь я — Не впервой, с толпой мне разбираться, причём, с толпой макров. В деревне мальчишки в благородство не играли. Толпой бить противника, для них естественная привычка. Старшими не возбраняется. Благородством, повторюсь, и не пахнет. И вот вопрос из опыта, эта их привычка и во взрослой жизни проявляться будет? — задаю я ей провокационный вопрос.

Но она явно раскусила мою задумку, и смутить её у меня не получилось…

— Не знаю. Я в драках, обычно, в детстве не принимала участие и меня никто не трогал. А парням… тем да… всё бы им подраться. — отвечает она спокойно — Так о чём я… твой фургон…. И, когда можно в гости напроситься к тебе на чай?

Прёт она, как Хрюша на противника. Нагло и неотвратимо…

— Как, только приглашу. — отвечаю я столь же нагло — И-то, если приглашу.

А ведь и, правда, от общения, даже такого с красивой девушкой настроение поднялось у меня, и вокруг мир стал казаться уже немного добрее.

— А, почему, если? Со мной что-то не так? — деланно удивляется дивчина, в офицерском звании, в форме королевских войск макров.

— Всё не так. — ухмыляюсь я, чем и вовсе вывожу её из себя.

— И, это ещё почему? — уже со злостью в голосе задаёт она мне вопрос, немного повысив свой голос.

— А потому, что вы красивая женщина. А я красивый мужчина. И на «чай» ходить, в нашей ситуации, это распустить слухи, о наших с вами отношениях. Мне, лично, это совсем не нужно. Нет… от самих отношений я бы, конечно, даже с вами, не отказался. Но так… без всяких обязательств. — шокирую её своими заявлениями — Причём, подписанных вами лично и добровольно. Знаете ли… под венец я пока к алтарю не собираюсь совершать путешествие, да и запрет у меня имеется на это. Лёгкую интрижку завести, без обязательств, это пожалуйста. Но так, по серьёзному, нет уж, увольте. Рано мне ещё такое ярмо на шею вешать…

Во, как меня прорвало! И всё виной тому, мамина накачка по этим вопросам.

Интересно, чем ответит эта девица…

— А я, как ваш командир, могу ведь и проверку провести вашего имущества, на наличие запрещённых вещей… — заявляет она.

— Тогда это будет не приглашение в гости, — отвечаю я — а своевольное нарушение личного пространства. Тем более, вы не явитесь для меня непосредственным начальством. И прямым, тоже. Только по факту взаимодействия. Но и в таком случае, делать осмотр моего личного… заметьте, имущества, вам не позволительно. Потому, — развожу я руками в стороны — только по моему личному приглашению. А девушка зайдёт в мой холостяцких дом на колёсах… любая девушка… — делаю я уточнение — только в голом виде и с листочком, написанным ею от руки рапортом о том, что претензий, что дальше между нами произойдёт, у неё не будет.

Похоже добился я своего. Какой-то ошарашенной выглядит лейтенантша…

— Да ты оказывается большой оригинал, однако!!! — вернулась к ней былое спокойствие и уверенность. — Думаешь, что кто-то рискнёт воспользоваться таким способом, попасть тебе в гости? — задаёт она мне вопрос.

— Пока, во всяком, случае только так. — отвечаю я — Сам я навязывать кому-то своё общество, считаю неправильным. Поживём, увидим.

— Ну, с этим утверждением не поспоришь. — смотрит на меня внимательно офицерша — Хорошо. Буду знать. И помни… я за тобой слежу…

Хмыкаю…

— Нашли, чем удивить. Сами же говорили, что за мной, тут все почти, следят. — смеюсь я.

Она лошадку свою подхлестнула слегонца плёткой… и уже пылит куда-то, в сторону головы нашей колонны.

Я же про себя думаю…

Вот же, как повеселился. Но и по-другому нельзя. Одну выделишь из всех, дав слабину, так и остальные тогда на шею сядут. А так, сейчас по отряду пойдёт молва… какой же я. оказывается гадёныш, в отношении девушек, и женоненавистник.

И ведь, уверен, сейчас начнут и другие в гости набиваться. А вдруг? И от провокаций не откажутся. Кто-то да решит прилюдно раздеться, чтобы потом меня во всех грехах обвинять. Но вопрос-то непраздный… не хочется мне о своём фургоне все секреты рассказывать. Так что, что-то нужно будет придумывать такое и на счёт посещения гостей из парней. Хотя, тем же командирам не очень-то откажешь в своём гостеприимстве. Одно успокаивает, у того же Хайпа сейчас своих проблем «воз и маленькая тележка». Такая ответственность, за почти сотню жизней ребят. Тут не до хождения по гостям…

Увы, но я ошибался…

Время после обеда. В дороге мы уже почти шесть часов. Уже даже уставать стал и в сон меня сильно клонить начало.

Солнце ещё высоко. Но что-то там Ким говорил на счёт того, что и обучением бойцов капитан в походе заняться хочет, и этому, конечно, есть причины. Благо, что пообещали меня не дёргать на такие мероприятия…

Не понял… А, чего народ рассыпался по сторонам? Колонна распалась. Мы… что всё? На привал встаём? И вопрос… ещё поедем куда или на сегодня наше мучение закончилось???

Ага… Вон и сам десятник Ким своих бойцов объезжает, раздавая команды и распоряжения.

Заглянул он и до меня…

— Всё, приехали… — смеётся он.

— Что случилось? — пугаюсь я.

Как по мне, ещё можно ехать и ехать…

— Ничего особенного, просто встаём на большой привал. — делится информацией он — Ты-то, я вижу, путешественник опытный, раз так смог подготовиться. А вот остальные, увы, в большинстве своём, домашние птахи. Их приучать нужно и приручать. Встаём на привал и готовимся к ночлегу. Ты присматриваешь за нашим тылом. Перекрой, по возможности, дорогу. Она, вон там, чуть назад если проехать, близко к речке подходит. А с другой стороны овражек. Так просто не обехать. Вот и присматривай, чтобы к нам на обед, кто или что, не попросилось без спроса. Так-то тут спокойно всегда. Но сам же понимаешь, Пустошь рядом. На сегодня всё. Отдых, и занятия потом с личным составом проводить будем. Тебя, как сержанта, трогать пока не будем. Ты у нас, считай, в дозоре стоишь, за тылами присматриваешь. — ухмыляется довольный Ким. И тут же становиться серьёзным… — Есть данные, малой, что кочевники разгулялись. Сюда они нечасто забредают, но их разведка… нет-нет, да появится в наших краях. А обычно, след в след за ними, идут гоблины. А это, те ещё твари. Так что, будь настороже. И оружие держи под рукой. Ты опытный уже, раз нашивки на оружии имеешь. Тут у нас парни и девки все старше тебя, и значительнее, и-то, в этом вопросе девственники, в своём большинстве. Неопытные бойцы и как войны, они пока, никакие. Да… кстати о девственниках и девственницах. Знаешь закон, перехода? Такой… неофициальный. Парням всё равно… но вот девки должны вернуться домой целками. Им ещё замуж выходить. Нужно давление в шарах спустить… ищи уже замужних или, кто замужем побывал. И среди молодых, вдов хватает. Просто имей это ввиду, чтобы потом, проблем по самые яйца свои не отхватить. Слышал уже о твоём разговоре с нашей магичкой-недоучкой. Возмущалась тут слишком громко, какой ты оказывается большой засранец… в гости не приглашаешь. — смеётся опять Ким. — Да и про условия твои сказала, которые девушкам нужно будет выполнить, чтобы ты их в гости, к себе на «ЧАЙ» — выделяет он это слово интонацией в голосе — пригласил.Бунт на корабле!!! Девки все возмущены твоими непозволительными, но таким волнующими требованиями. Сами в слух возмущаются, а про себя явно уже прикидывают твои требования к себе, и как они будут смотреться их выполнив. Будь осторожен, а-то яйца они тебе, в итоге, отрежут и скажут, что так и было. Принцип старый… «да не доставайся же ты никому…». Потому и говорю… осторожнее с ними будь. Раз на одну залезешь… потом не отпустят. Но твой прикол с написанным рапортом… — опять задорный смех десятника — Мы с капитаном уже прикинули форму рапорта, причём, на его имя пускай, подают. Он утверждать будет прошение на соитие… — и опять этот его задорный смех. — Ладно. Распрягайся и вставай на привал. Ночной привал, заметь. Живность свою корми и пои. Речка рядом, но на той стороне уже Пустошь. Помни об этом. Вечером, после занятий в гости к тебе заглянем. Совет держать будем. Буду я, капитан и пара моих приятелей. Все десятники. За одно, ближе познакомитесь. Ручаюсь за них, нормальные парни. Обещаю… баб не будет… — и опять заливисто смеётся.

А вот, похоже, и первые гости вечером нагрянут. Хорошо хоть, не нежданные…

В комнату их не поведу. Со стороны выносной кухни стол поставить раскладной можно, как и стулья. Стол большой… и стульев штук восемь, наверное.

С угощением проблем не будет. Тут нельзя лицом в грязь упасть. Ничего, конечно, не скажут, но выводы сделают. Ведь они ко мне, почти, как к равному относятся. Тут нельзя терять лицо. Пускай, лучше сами косячат… всё больше будут мне должны…

Ну, а дальше… начал разворачивать свой лагерь.

Как и предложил Ким, немного назад отъехал, шагов с полсотни.

И, правда, тут берег более пологий, и дорога почти в притык к реке подходит. Сама речка на вид, приличная, или просто она тут так сильно разливается. Метров с сотню точно есть до противоположного берега. А как на глубину она, пока не скажу. Хотя, есть мысли, сходить, потом, с Хрющей покупаться. Гостей, всё равно ждём лишь вечером…

А готовить ничего не буду. Всё есть в готовом виде и салаты, и хлеб, и жаркое, и плов. Причём плов рассыпчатый. Павел его готовил… пальчики оближешь, такой вкусный. У меня так, увы, не получается…

Как планировал, так и получилось.

Развернул походную кухню. Достал стол, кресла к нему. Сервировал стол основательно. Посуды у меня, запас приличный. Жаркое из свинины. Мясо кролей я решил попридержать. Куча салатов уже в холодильнике дожидается, и спиртное там же охлаждается. И, кое-что покрепче достал, вдруг мужественные макры больше водку или коньяк любят, а то и простой самогон предпочитают. Пиво, тоже, почти ящик в холодильнике, оптимальную температуру набирает.

Или в походе сухой закон? Вот, заодно и узнаю…

А теперь и, правда, можно спокойно искупнуться. Хрюша уже непривязанный, бегает вокруг нашего лагеря. К соседям сам не идёт, но и на подступах к нам встречает нежданных гостей, кому интересно, чего я так далеко свой бивуак устроил. Шугает любопытных.

Ну, что, не пора ли нам несуществующий пот и пыль с себя смыть? Потом ещё и в душе сам ополоснусь перед тем, как спать завалиться. И да… столик второй вытащить не забыть, и всю снедь на него переставить с напитками из холодильника. Не хочется пока светить всеми возможностями своего необычного фургона. И кухню сворачиваем…

А водичка-то тепленькая. Успела нагреться на солнце за день. Хрюша тоже не прочь ополоснуться, тем более со мной. Я его и потереть могу во всех местах, где ему больше хочется. Мне нетрудно, зато он доволен.

А и, правда, чего это он сияет-то в последнее время, как начищенный пятак медный? Весь день порхает радостный, словно у Петра, из его заначек все вкусняшки стырил, и зараз слопал. Но ведь точно… вкусняшками я его сегодня не кормил. Тогда, чего он весь такой, словно светится от счастья?

Потом с этим разберёмся.

Водичка парная почти. У берега, на месте, где у нас стоянка, отойдя от берега шагов на десять, воды уже по грудь. Мне, а не Хрюше. Течения воды почти не чувствуется.

Одно для других плохо… тут очень сильно чувствуется давление магии проклятых земель. Другие бы макры сильно страдали, а мне в самый кайф.

О, нужно не забыть, проверить, сколько за сегодня потратил фургон манны. Вечером перед сном его подзаряжу…