Заманчивое предложение мистера Чета

-Девушка, платочек возьмите,- вывела Марго из ступора женщина, стоявшая за свечным ящиком.

Маргарита застыла на пороге, раздумывая, как задать интересующий ее вопрос.

-Деточка, матушка имеет в виду, что вот там, в углу весят и платочки и юбочки. Возьми!- подошла благообразного вида дама средних лет.

Заметив растерянность Марго, она сама поковыляла к вешалке и принесла трогательный кружевной платок с розовыми цветочками.

Марго неловко повязала его на голову, поблагодарила и подошла к прилавку со свечами. За спиной у свешницы, которую назвали Матушка, блестел стеллаж с иконами, вышитыми рушниками, фарфоровыми ангелочками, роскошными венчальными свечами в розанах, коробками с ладаном, подсвечниками, и разными красивыми вещами, о назначении которых Марго могла лишь догадываться.

-Хотите подать записки на молебен или заказать требы?- решила помочь ей матушка.

Марго лишь покачала головой.

-Наверное, вы записаться на венчание?

-Нет,- наконец, выдавила из себя Маргарита,- у вас есть заговоренный, ой, простите, освященный мел?

На лице матушки отразилось изумление.

-А что это?- поинтересовалась она.

-Это мел, который освещают, чтобы рисовать крестики, чтобы отпугивать нечистую силу,- смело выдала Марго.

-Нет, девушка, в православной практике нет такой традиции,- ответила продавец.

Марго немного потопталась у свечного ящика и, понурив голову, устремилась к выходу.

-Куда ты, милая, платочек нужно на место повесить, - взяла ее под локоть новая знакомая.

Марго растеряно потянулась к голове.

-Что ж ты, даже свечку не поставишь? - укоризненно спросила женщина, но, заметив в глазах у юной захожанки слезы, повела ее к скамейке.

-Почему у вас нет мела? – в отчаянии спросила Марго.

- Так крестики же ставят не мелом, а свечечкой,- стала объяснять женщина,- принесешь свечечку от двенадцати Евангелиев, и сразу по углам рисуй, над притолокой рисуй, нечистая сила сразу разбежится.

-А где эти свечечки достать?- немного оживилась Марго.

-Это надо Страстной ждать, а сейчас еще Рождественский пост пережить надо. Долго это! - разочаровала прихожанка.

-Я не могу ждать, я с ума сойду!- схватилась за голову Марго.

-Ну, так есть другие способы! Купи живой пояс, повяжи. Вон у нас продается!

-Да. Да. Я слышала. Это то, что мне нужно!

-У нас нет живых поясов,- вмешалась Матушка, которой был хорошо слышен весь разговор,- наши пояса не дышат и не бегают. На них всего-то напечатан 90й псалом. А ты, Борисовна, молодежь не соблазняй своими суевериями. Вы девушка, не расстраивайтесь. Просто поговорите с нашим батюшкой, когда он придет.

-Да!- согласилась Борисовна, совсем не обидевшаяся на укор свешницы,- надо попросить батюшку, чтобы квартиру освятил!

-Спасибо!- поднялась со скамейки Марго,- но я предпочитаю обойтись без посторонних.

Уже на улице Маргарита заметила, что невольно похитила казенный платочек. Но возвращаться ужасно не хотелось, и она спрятала платок в сумочку, пообещав себе, тихонько подкинуть его завтра, когда будет служба и много людей, чтобы больше не привлекать к себе назойливого внимания.

Приближаясь к дому, Марго все больше замедляла шаг, понимая, что идти туда совсем не охота. Перед самым подъездом, она нырнула в подвальчик салона красоты, где убила пару часов за маникюром и массажем. Приятные процедуры немного придали храбрости, и она смогла переступить порог собственной квартиры. Наступил вечер, и ожил телефон Марго. Настойчиво звонил Ярис. Ну конечно! Ведь он обещал позвонить и обсудить вечером некие вопросы, которые Маргарите вовсе не хотелось обсуждать. Она поняла, что Ярис не собирается спасать ее от нечисти, а напротив намерен завести в болото поглубже. Поэтому, как не страшно было оставаться ночью одной, она решительно отключила телефон.

Глава 13.

Марго глотала слезы, паря в полуметре от пола вместе с собственным стулом. Полтергейст в доме разбушевался не на шутку, а обратиться не к кому. Раньше в сложных ситуациях, Маргарита убегала домой, спасаясь от бед под родительским крылом. Теперь путь домой закрыт, если она не хочет подвергнуть опасности самых дорогих, и ни в чем не повинных людей. А вот свою вину, девушка осознавала полностью. Нужно было слушаться маму, которая предупреждала, что законы нарушать нельзя. Сперва речь шла о законах природы, например, таком простом, как закон притяжения. Мама говорила: «Не прыгай с высоты - разобьешься». И Маргарита не прыгала. Позже мама предупреждала о законах общества. Она говорила: «Не воруй - посадят!». И Маргарита не воровала. И поэтому не села в тюрьму, как ее когда-то лучшая школьная подруга. Маргарита хорошо усвоила законы природы и общества, но почему-то совсем упустила из вида законы духовные. Будешь дружиться с силами зла - пострадаешь! Эту простую истину Марго осознала слишком поздно. И теперь совершенно не знала, как ей избавиться от тех, которых не убьешь, не посадишь в тюрьму, от которых не убежишь даже на край света. И более того, Марго подозревала, что и смерть не избавит ее от них.

Она не спешила себя хоронить. Чувствовала, что спасение обязательно где-то есть, вот только как узнать где? Утомленная морально и физически, девушка остро нуждалась хоть в чьем-то обществе. Она неловко спрыгнула с летающего стула, поймала отскочившую от нее, как лягушка, сумочку и включила телефон. Пусть Ярис и не поможет ей, пусть начнет уговаривать, окончательно погубить себя, но общество живого человека и разговоры, помогут ей не потерять остатки разума. Дрожащими руками, Маргарита стала набирать номер Яриса, когда ее прервал входящий звонок.

-Да, слушаю!- она поспешила нажать на кнопку «принять вызов».

-Я не слишком поздно?- спросил знакомый голос.

- О, Вовка!- обрадовалась она,- хорошо, что позвонил!

-Правда?- удивился Владимир,- Значит, ты не против пойти погулять?

-Конечно, не против. Уже выхожу! – воскликнула Марго, - А-а!!!

-Что случилось?

-Ой, кажется, мой стул загорелся,- послышался ее плачущий голос.

-Кажется?

-Нет, уже не горит.

-Что там у тебя? - забеспокоился Владимир.

-Вовочка, оно не выпускает меня из дома!

-Что оно?

-Полтергейст!

-О, Господи помилуй! Давно у тебя это?

-Весь вечер.

-Почему же ты мне сразу не сказала? Я мчусь к тебе, так быстро как могу! Жди меня!

Владимир положил трубку и заметался по квартире. Он никогда не имел дел с полтергейстом, но понимал, что это такое. Насколько он помнит, икон в доме Марго не было. Вова подскочил к иконостасу и взял небольшую, Спаса. В кухне он нашел бутылочку святой воды, которую передала тетя Таня. Вода стояла забытая уже года три, но, конечно, не потеряла свежесть. Чего-то не доставало. За иконами обнаружилась маленькая библия и крест. Упаковав все это в пакет, Владимир выбежал из дома, и только в машине заметил, что в комнатных тапках. Но это не повод поворачивать назад. Он чувствовал небывалое возбуждение и прилив сил, как каждый влюбленный мужчина, которому предоставляется возможность совершить геройский поступок и спасти любимую.

Маргарита ждала его на улице, кутаясь в пальто, накинутое поверх пижамы. Выглядела она неважно. Но спутанные волосы, покрасневшие глаза и нос, притягивали его как магнит. Не в силах соблюдать дистанцию, Владимир обнял Маргариту. А та лишь прижалась к его плечу и заплакала.

-Идем, разберемся, что там у тебя,- предложил он через минуту,- Идем, а то простудишься!

Маргарита вошла в квартиру, крепко держась за руку Владимира. Дома царила тишина, нарушаемая лишь успокаивающим тиканьем часов. О недавних событиях напоминал лишь беспорядок. Вся легкая мебель была перевернута верх дном, вещи выброшены из шкафов. Марго предложила гостю располагаться, как знает и, всхлипывая, стала убирать все по местам. Не смотря на отсутствие явных признаков потустороннего вмешательства, Владимир ни на секунду не усомнился в правдивости Маргариты. Он достал икону и поставил в изголовье кровати. Налил святую воду в кружку и предложил Марго глотнуть немного и умыться. Девушка машинально послушалась, но вскоре с удивлением почувствовала какое-то странное облегчение. Как будто что-то отпустило внутри. Как будто сердце вырвалось из цепких лап ужаса. Владимир уговорил Марго лечь в постель и принес ей чай.

-Я боюсь, что ты уйдешь, и все повторится, - вздохнула она.

-Я не уйду,- он погладил ее по руке.

-Ты же не можешь возиться со мной всю ночь.

-Могу,- признался он.

-Понимаешь,- решилась Маргарита,- я должна тебе признаться, что...

-Что?- спросил Владимир, когда молчание затянулось.

-Ты, наверное, имеешь на меня планы, а я пока не могу ответить на твои чувства.

-Да перестань! – поспешил успокоить ее Владимир,- Ты права, чувства у меня есть. Но мы еще и друзья. Да?

-Конечно,- неуверенно согласилась Марго.

-В любом случае, я не могу оставить тебя в беде. И ничего не буду требовать взамен, ты уж не беспокойся.

-Да я не о том… Ладно, проехали,- зевнула она, но тут же спохватилась,- а где ты спать будешь?

-Здесь на стуле.

-Ну, уж нет!

-Тогда на коврике,- улыбнулся Владимир.

-Ложись в постель, диван большой.

Владимир снял ботинки, и без второго слова улегся рядом прямо сверху одеяла.

-Свет потушить?- поинтересовался он.

-Если ты не против, то пусть горит,- попросила Марго.

-Раньше с тобой происходили такие явления?- спросил он, разглядывая потолок.

-Да, что-то подобное было. Вообще, это началось недели две назад.

-Думаю, нужно менять квартиру.

-Думаешь, это из-за квартиры?

-Ну, а из-за чего еще?

-Я не знаю,- покачала головой Марго.

Она знала. Но не за что не призналась бы Владимиру, чем занимается. Признаться в этом, значило бы потерять друга. Марго понимала, насколько Володя, несмотря на внешнюю грубоватость, чистый человек. Она была готова поспорить, что Владимир по своей доброте многое простил бы ей. Может быть, даже не испугался, если бы она сказала, что занимается проституцией. Но с ведьмой он не станет дружить. Ведьма - никак не жертва, а преступница. Но даже он, не смог бы представить, сколько горя она уже причинила людям, занимаясь этим невинным с виду ремеслом. Куда больше, чем большинство, населяющих тюрьмы несчастных. Которые, кстати, уже заплатили за свои преступления.

А она что делает? Пытается уйти от возмездия и представляется несчастной жертвой. Обманом втянула в это дело совершенно постороннего человека. А ведь он может пострадать не за что! Однако эти мысли не помешали Марго уснуть. Слишком устала - уже не до нравственных терзаний.

Владимир воспользовался оказией, чтобы поближе рассмотреть любимые черты спящей девушки. Он был уверен, что все еще наладится, надежда есть. А полтергейст - ерунда! Маргариту нужно познакомить с тетей Таней. Уж, она поможет. Эта хрупкая женщина до сих пор несет на своих плечах огромную толпу своих великовозрастных детей, с их семьями и родственниками. И каждый знает, что нет ни одной проблемы, которая не по плечу мамочке. Чтобы там не было, тетя Таня поможет, решил Владимир, и тоже стал засыпать. Через минуту был выброшен с кровати небывалым шквалом, невесть откуда возникшим в комнате. Приземлившись, Владимир пребольно стукнулся головой о шкаф, но тут же вскочил и кинулся к перепуганной Маргарите.

-Ты в порядке?- спросил он, обнимая девушку за плечи.

-Когда же это кончится?- в отчаянии воскликнула она, отчаянно цепляясь за него.

Кровать трясло балов на семь, притом, что все окружающие предметы оставались в покое. Не отпуская Маргариту, Володя перекрестился, отчего кровать злобно стукнулась о стену и замерла. Он выудил из пододеяльника, упавшую от толчка икону, всунул ее в руки Марго и взял библию. Открыл наугад Евангелие и стал читать вслух.

-Сначала было Слово, и Слово было у Бога и Слово было Бог…

-Кажется, оно ушло,- прошептала Марго, но тут же услышала шепот, похожий на шуршание ветра в листве.

-Прогони его, немедленно - тихо требовал голос.

-Ой, мне страшно!- пискнула Марго, оно говорит со мной.

-Слушай Евангелие и шепчи «Господи помилуй»!- повелел Владимир, на миг, оторвавшись от книги.

В ответ на это кровать сантиметров на десять приподнялась над полом и рухнула вниз. Раздался металлический скрежет.

-Это соседи по батарее стучат, - нашел в себе силы улыбнутся Вова,- а ты делай, как я тебе сказал!

И он снова принялся читать Евангелие, а Маргарита шептать молитву.

Когда Владимир окончил чтение, за окном уже появился серый свет, зацарапала по асфальту метла дворника. Маргарита спокойно спала, положив голову к нему на колени. И даже не пошевелилась, когда он аккуратно высвободился. Владимиру совершенно не хотелось спать, и он пошел готовить кофе. Предупредив своих девушек, о том, чтобы справлялись в этот день самостоятельно, он удобно расположился в кресле, и стал ждать пробуждения любимой. Рассветное солнце, выплыло из-за горизонта, как красавица из холодной воды озера. Ветер зашелестел листьями, загоняя их в зябнущие лужи.

Маргарита села в кровати, замерла на минуту, и слегка приоткрыла глаза. Промычав что-то отдаленно напоминающие приветствие, она походкой зомби направилась в ванную. Через десять минут вышла оттуда, сияющая и благоухающая. Владимир встретил ее свежей порцией дивного кофе и бутербродами с брынзой, найденной в холодильнике.

-Спасибо большое,- улыбнулась она,- я не ем бутерброды.

-А брынза у тебя зачем?- удивился Вова.

-Для греческого салата.

-А хлеб?

-Для тостов с вареньем.

-Эти девушки, им не угодишь!

-Вот за кофе, спасибо! Угодил!

А бутерброды сам ешь, я съем йогурт.

Она открыла холодильник и достала баночки с малоаппетитной жижей.

-Что это?- заглянул ей через плечо Вова.

-Это очень полезный йогурт. Я делаю его сама из закваски.

-Дай попробовать!

Она протянула ему ложку, он проглотил содержимое, и сдержанно поблагодарил. Марго засмеялась.

-Я знаю, что не вкусно! Оно и не должно быть вкусно. Это для здоровья.

-Ты что болеешь?- сочувственно поинтересовался он.

-Нет, к счастью.

-Тогда не понимаю. Моя тетя Таня всегда возмущается, когда люди лечатся, не будучи больными или сидят на диете, если не страдают ожирением. Даже в бардавской песне одной поется: «А что такое обезжиренные сливки? Не хочешь есть, так и не ешь!».

Марго снова показала свои белые зубки и покосилась на мягкий животик гостя:

-Тетя Таня, видно, любит, когда люди хорошо кушают.

-Это точно!- согласился Вова, - даже чересчур. Впрочем, как любой человек, когда-то переживший голод. Мне хотелось бы, чтобы ты познакомилась с ней. Возможно, она поможет решить твою проблему.

При воспоминании о прошедшей ночи, улыбка Маргариты погасла.

-Скажи, а откуда ты знал, как защищаться от нечистой силы? С тобой раньше было что-то подобное?- спросила она.

-Нет. Это чисто интуитивно. Меня с детства учили, что эти существа боятся Священного писания, Креста и молитвы. Я тебе принес все. Держи при себе.

-Но я же почти не молилась. Пошептала немного и уснула.

-Я был с тобой. Я, между прочим, верующий. А ты?

-Ну, так…. Верю, что что-то есть.

-Ничего себе что-то! Ты это что-то почувствовала!

- Ну, может, это инопланетяне или души злых умерших.

- И с чего, кстати, если нет Христа, они испугались Евангелия и Креста?

Марго задумалась.

-Да, ты прав, конечно. Значит, чтобы отпугнуть их, достаточно держать все эти вещи у себя и молится?

-Достаточно и просто молится, но ты должна быть верующей христианкой.

-Хорошо. Я верю и я христианка.

-Прекрасно! Тогда нужно примириться с Богом. Я думаю, раз ты столько лет живешь в этой квартире, и ничего не было, то возможно, то, что с тобой сейчас происходит, направлено именно на тебя.

-Возможно! И что теперь делать?

-Примирится с Богом.

-Хорошо. Я примирилась.

-С чего это ты решила?

-Ну, я теперь хочу верить, и хочу, чтобы нечистая сила оставила меня в покое.

-Для этого ты должна стать православной христианкой.

-Я и так православная христианка. Я крещенная.

-В детстве?

-Да.

-И никогда с тех пор не исповедовалась и не причащалась?

-Причащалась совсем недавно.

-Как, без исповеди?

-Ну, да.

-Так же нельзя!

-Почему же нельзя?

-Ты не могла приступить к такому страшному таинству не покаявшись!- стал горячиться Владимир.

-Я покаялась. В душе. Я считаю, что между Богом и мной не нужны посредники!

-Да что ты?! Зачем же ты вообще понеслась в церковь? Еще и причащалась?

-Мне сказал мой начальник.

-Приказал, значит?

-Нет, это был дружеский совет.

-А он не дал тебе дружеский совет, что перед Причастием нужно поститься, молиться и держать себя в чистоте телесной? Ты накануне вечером в храм ходила?

-Нет, к нему приехали гости из Индии и мы провели ночь в клубе. И один махараджа сказал, что очень хорошо получать энергетику от наших таинств. Так вот Ярис, так зовут моего начальника, посоветовал мне сходить утром в храм, причаститься.

Владимир схватился руками за голову и забегал по кухне, устав, он рухнул на табуретку. Маргарита наблюдала за его метаниями с высокомерным недоумением.

-Как тебе объяснить,- начал он,- тысячи лет отцы, ищущие Бога, и нашедшие его, христиане, апостолы, мученики, духоносные старцы, составляли церковное предание, чтобы помочь своим братьям тоже приблизится к Христу, стать достойными христианами. Ими написано множество книг, было множество откровений о Великом таинстве Евхаристии. И что? Тут появляется какой-то укурок… Язычник, прилетевший из Индии, чтобы посетить наш ночной клуб, и учит нас, христиан с такой богатой и славной историей, как причащаться! Во, дела!

Владимир снова не выдержал наплыва чувств, вскочил со стула и заходил по кухне.

Марго тоже поднялась с места.

-Ну, что ж,- сказала она холодно,- спасибо тебе за все. Тебе нужно идти домой отдохнуть, а мне нужно собираться по делам.

-Обращайтесь! - коротко ответил Владимир, и поспешил ретироваться.

Лишь на миг, он остановился на пороге, чтобы поинтересоваться:

-У тебя начался весь этот полтергейст после того случая?

-Нет,- соврала Марго.

Глава 14.

В ночь, когда Марго упорно не реагировала на его звонки, Ярис не мог найти себе места. Так хотелось показать этой выскочке кто хозяин, но сейчас он не мог себе этого позволить. Он был в ярости, а обстоятельства вынуждали притворяться идиотом. Так с ним еще не один человек не обращался, если не считать миллионеров, которым он позволял немного больше, чем обычным людишкам. Теперь и с этим ничтожеством приходится быть милым! Чего это ему стоит! И почему эту дурочку выбрал великий Чет? Вот уж загадка. А ведь Ярис не раз безуспешно пытался связаться с этим духом! Ярис страдал от несправедливости. Мысли о том, что эта безмозглая девчонка, Марго может получить все что захочет, больно саднили сердце. Утешала надежда, что она настолько глупа, что еще можно повернуть дело в свою пользу. И вот, когда возник гениальный план, та, что совсем недавно смотрела на него глазами побитой собаки, и была готова бежать на край света по первому зову, нагло его игнорирует.

К полуночи Ярис понял, что беготня по собственной комнате бессмысленна. Он достал из холодильника порцию бычьей крови, подогрел на водяной бане, и запил этим напитком пригоршню успокоительных таблеток. После лег на свое роскошное ложе и дернул за золотистый шнур, в результате чего, тяжелый балдахин отгородил его от всего мира. Но час неподвижного лежания не принес долгожданного сна. Не выдержав пытки, Ярис кое-как оделся и через полчаса подъезжал к дому Марго. При виде автомобиля, припаркованного во дворе, Ярис заскрежетал зубами. Рядом на асфальте нашелся крупный осколок стекла, который с легкостью нарисовал на капоте ненавистного джипа бранное слово. К счастью, это все на что хватило ненависти Яриса. Видимо, подействовало лекарство. Немного полюбовавшись своей работой, он сел за руль и вернулся домой.

Зоя уже третий раз за ночь закапывала глаза. Она понимала, что боль и резь в ее прекрасных очах вызвана не чем иным, как долгим сидением за компьютером. Но как всегда она не могла заставить себя выйти из Интернета и лечь спать. Там столько интересного. И нужного. В данный момент она тщательно копировала наиболее важные отрывки книги о картах Таро. Среди непонятных и загадочных символов, она чувствовала себя как в сказке. И когда комнату наполнила приятная индийская мелодия, она не сразу поняла, что следует взять трубку.

-Зоя, я не разбудил?- скромно поинтересовался ее главный босс.

-Нет, я еще не сплю,- хриплым от усталости голосом ответила девушка.

-Мне нужна кое-какая информация. Поможешь?

-Да, конечно!- обрадовалась Зоя (Ярис никогда раньше не обращался с просьбами лично к ней).

-Что ты знаешь о нашем цветочнике?

Зоя сразу уловила смысл вопроса и кинулась проявлять свою компетентность:

-Зовут его Владимир. Он прибился к Марго с первого дня, как появился. Приходит гораздо чаще, чем можно ожидать от человека, который только и обещал, что бесплатно привезет цветы. Он устроил дорогущий японский сад возле салона и следит за ним, как за собственным дитятей.

-Я понял! - досадливо прошипел Ярис,- что у него с Марго?

-Трудно сказать. Сначала мне было забавно наблюдать, как его неуклюжие заигрывания натыкаются на ледяную стену презрения нашей Маргариты Николаевны, но потом…

-Что ж ты замолчала?- нетерпеливо осведомился Ярис.

-Я не могу сказать определенно, но мне кажется, что они начали встречаться. И самое удивительное, что Маргарита Николаевна, похоже, сделала первый шаг.

-Каким это образом?

-Я слышала, как она буквально вынудила его пригласить ее в театр!

-Неужели,- пробормотал Ярис.

-Да, да! Я была просто шокирована! Такая видная Марго обратила внимание на какого-то землекопа самой пошлой наружности…

-Телефон его есть у тебя?- перебил Ярис.

-У меня нет, но в базе данных есть, там, где телефоны сантехника и электрика.

-Спасибо Зоя! Спокойной ночи,- вдруг свернул разговор босс.

Зоя сунула телефон в сумочку со смешанным чувством. Тут были триумф от потери Марго доверия босса, и досада, что не удалось еще больше очернить администраторшу в глазах хозяина.

Значит, Марго потеряла доверие? Этим нужно воспользоваться. Только как?

И Зоя крепко задумалась.

Эта ночь стала бессонной для всех. Не спала Марго, снедаемая страхом, не спал Владимир, защищаясь от темных сил, преследующих любимую. Не спал Ярис, мучимый досадой, завистью и ревностью. Не спала Зоя, обдумывающая коварный план смещения администраторши и добычи заветной книги заклинаний.

Зоя не зря провела ночь без сна. К утру в ее белокурой головке, созрел простой и гениальный план, позволяющий убить двух зайцев одной пулей. И избавится от адмистраторши, подставив ее, и завладеть книгой. Коварная блондинка оказалась достаточно наблюдательной, чтобы заметить; ее выходка хоть и не привела к увольнению, но после этого, у входа в магазин появились камеры. Конечно же, они засекут взломщика. Что если в этот раз им окажется Владимир, новый любовник Марго? Тогда преданная сотрудница сможет полностью открыть глаза Ярису на его протеже и ее аферы.

Зоя подозревала, что она умная девушка, но сама себе удивлялась, когда, перепрыгивая через замерзшие лужи, спешила на встречу с Владимиром.

Достаточно было набрать, его номер и трагическим голосом прошептать:

-Маргарита в страшной опасности!

Как он бросил все и поспешил в назначенное для переговоров кафе.

-Я обратилась к вам, потому что, похоже, она считает вас единственным другом,- приободрилась Зоя, заметив по выражению лица цветочника, что он готов проглотить любую наживку, если есть надежда помочь Марго.

-Да. Я вас внимательно слушаю. Речь идет о последних мистических происшествиях?- озабоченно поинтересовался он.

- Да. Но не только,- (значит, Марго рассказала другу о нападении духов в ее квартире?)- все началось гораздо раньше. Вы знаете, чем занимается наш салон?

-Продает восточные сувениры,- удивленно ответил Владимир.

-Восточные сувениры продаю только я. И когда мы с Маргаритой устраивались на работу, мы понятия не имели о главном заработке нашего хозяина. Он занимается магией!

Владимир ошеломленно взглянул на Зою.

-Значит, вы с Марго занимаетесь магией?

-Она занимается.

-Понятно,- на его лице появилось разочарование, соседствовавшее с брезгливостью,- что ж теперь все ясно! Но вы должны понимать, что эти игрушки, именно так и заканчиваются. А в целом, каждый выбирает путь.

Заметив, что Владимир сделал движение в сторону официанта, чтобы попросить счет и ретироваться, Зоя схватила его за рукав.

-Ты не понял! Хозяин заколдовал Марго. Она не может не работать на него. Все эти нашествия нечисти появились потому, что она, во что бы-то не стало, хочет вырваться из этого салона и не заниматься больше колдовством.

-Так надо было знать, что делаешь,- растерянно промолвил Вова.

-Так ты меня слушаешь или нет?- стала раздражаться Зоя,- Марго заколдована, она не в своем уме! Она бы по собственной воле, никогда не стала этим заниматься!

С минуту Зоя наблюдала, какое смешное лицо у Владимира, когда он сосредоточено думает.

-Она заколдована? Но ты-то в своем уме?- наконец спросил он.

-Я - в своем. Не знаю почему, но он выбрал ее. Может, я не так поддаюсь внушению?

-Тогда почему ты работаешь в таком месте? Продавать сувениры можно и подальше от нечисти.

-Это все из-за нее! Мы были как сестры. А теперь она относится ко мне как к врагу. Но я могу это понять. Для меня главное помочь ей. И я знаю, как это сделать.

-И почему не сделала?- поинтересовался Вова.

-Я пыталась, но мне нужна помощь.

- Разве, ваш хозяин не твой любовник?

Что?- поперхнулась Зоя.

-Марго мне как-то сказала.

- Зачем мне это?- пожала плечами Зоя, пряча за маской равнодушия нахлынувшую волну ненависти,- Она его кукла. С ней он и веселиться.

-Что нужно сделать? – спросил Владимир, сжимая многострадальный шнурок побелевшими от напряжения пальцами.

-Похитить книгу тайн, с помощью которой заколдовали Марго, и сжечь ее. Я не могу проникнуть в салон, так чтобы меня не узнали. Там камеры. У меня есть ключи, я знаю, как открывается сейф, где лежит книга.

-Зоя, ты предлагаешь устроить ограбление?- поразился Владимир.

-Это единственный шанс. Иначе Марго погибнет. Все уже зашло слишком далеко.

-Нужно подумать,- решил он.

-Как хотите,- грустно согласилась Зоя, и добавила,- если бы ты знал, каким человеком раньше была Риточка. Прямо ангелочек! Я ее очень люблю. Она мне как сестра, поэтому и рискую собственной жизнью, оставаясь работать в таком месте. Я чувствую, что ее душа, запертая заклятием, полюбила вас. Если она освободится, возможно, вы будете счастливы.

Владимир слушал Зою и крутил в руках шнурок мобильника. Он глубоко задумался, а когда очнулся, шнурок уже покрылся узелками и напоминал четки.

-Конечно же, я помогу,- вздохнул он,- только давай максимально постараемся, чтобы я не сел в тюрьму.

-О! Я все продумала. Это практически исключено!- улыбнулась Зоя.

В душе она уже праздновала победу, в который раз убедившись, что лучше всего человек ведется на изысканную смесь правды и лжи. Такое блюдо легко переваривается, как простаками, так и умниками.

Глава 15.

Вова чувствовал себя полным идиотом в пятнистом костюме хаки и маске, сделанной из вязаной шапочки, с прорезью для глаз. В таком клоунском виде, новоявленный преступник, вышел из машины сотрудницы салона, который он собирался ограбить.

В день, когда Зоя сделала странное предложение, Владимир был уверен, что не согласится не за какие коврижки. Он сам не знал, почему его ноги несут к магазину, руки открывают замок ключом, переданным подельницей. Сердце стучало, а мозг уговаривал успокоиться. За кражу какой-то книжки много не дадут, да и в первый раз он идет против закона. Параллельно с этим мозг выдавал одно и то же слово: «Идиот»!

Без препятствий грабитель прошел внутрь, почти бабочкой пролетел мимо груд бьющегося хлама, расставленного на продажу на первом этаже. Раньше он и при свете с трудом проходил здесь, а теперь справился с одним фонариком. Вот что значит адреналин! Слегка запутавшись в портьере, Вова преодолел путь до кабинета, почти с первого раза нащупал маленькую кнопочку, которую необходимо было нажать, воспользовавшись тонкой пилочкой для маникюра, и вот сейф открыт.

Про себя Владимир отметил, что если все сейфы открываются с такой легкостью, то профессию медвежатника может освоить и ребенок. Содержимое тайника, банально скрытого за единственной в кабинете картиной, тоже было банально: пачка денег, документы и пистолет. Книгу найти было не сложно, и без сомнения это была та самая книга. Владимир не стал тянуть время, схватил добычу, захлопнул сейф и, сдерживая себя, чтобы не наделать шума, преодолел весь путь назад. Само ограбление заняло у него не больше пяти минут, и Зоя была удивлена, когда Вова так скоро плюхнулся на сидение ее авто.

-Ты не смог?- воскликнула она.

-Оно?- спросил Вова, доставая книгу из-под куртки.

Зоя с горящими глазами протянула руку к книге, но Владимир уже сунул ее обратно.

-Поехали, нечего здесь тусоваться,- сказал он.

-Здесь нас не увидят,- возразила Зоя.

-Ну, конечно!- криво усмехнулся он,- мы находимся в паре метров от места преступления. Думаешь, полиция не найдет нас за углом?

-Если ты все сделал тихо, искать не будут.

-Откуда ты знаешь?

-Я пыталась это сделать сама, и никто не заметил.

-Опа! Это новости! А кто говорил, что камеры? И что боишься, что узнают тебя? Давай, дорогая, колись! Иначе книгу не отдам!

-Я проговорилась Марго, что пыталась. И она после этого поставила камеры.

-Ну, допустим! А не поставила ли она сигнализацию?

-Давай книгу!- не выдержала Зоя.

-Это я ее украл! Оставлю у себя!- возразил Вова.

-Ты не знаешь, как с ее помощью спасти Марго!

-Ты сказала, что ее нужно уничтожить.

-Да, но держать ее у себя опасно. Дай ее мне!

-Хорошо. Если не хочешь ехать, я сделаю это здесь.

Владимир выскочил из машины, и пока Зоя выбиралась вслед за ним, ломая каблуки, промозглую ноябрьскую ночь осветил огонек маленького костра. Владимир заранее позаботился о спичках и баночке с зажигательной смесью. Все лежало в кармане армейского бушлата. Правда, обряд сжигания ведьм он думал провести в более укромном месте. Но сейчас, он намеревался поскорее закончить эту историю.

Зоя кинулась топтать костерок, не жалея явно недешевых сапожек из тонкой кожи. И тут до Владимира дошло, - дело нечисто и его, по-видимому, здорово накололи. Он схватил девушку под мышки и оттащил от пылающей книги. Зоя беззвучно билась в его руках, стараясь пустить в ход зубы и ногти. В этот момент сообщники услышали знакомый голос.

-Что попались?

В паре метров от них стояла Марго, одетая в спортивный костюм и дутую куртку. Ее роскошные волосы бились на ветру, лицо без косметики казалось совсем детским.

-Что зависли?- поинтересовалась она,- может, объясните, что за спектакль вы здесь устроили?

-Как ты тут оказалась?- хрипло спросила Зоя.

-Сигнализация сработала. Сигнал идет ко мне домой. Я ожидала, Зоя, тебя поймать при повторной попытке похищения книги, но подельник твой - это полнейший сюрприз!

Вова отпустил, переставшую вырываться блондинку, и растерянно уставился на любимую.

-Это что, моя книга горит? Вы ее не поделили? – нахмурилась Маргарита.

-Не хотела делиться со мной знаниями,- злорадствовала Зоя,- теперь и ты ничего не сможешь!

-Ха-ха!- дернула плечом Марго,- книга - это макулатура! Она нужна разве что для солидности. Я могу магические рецепты из Интернета выписать. Эффект будет одинаковый.

-Вот не надо мне сейчас лапшу на уши вешать!- возмутилась Зоя.

-Я, наоборот, снимаю лапшу. Я была такая же дурочка, как ты! Чтобы общаться с этой нечестью, не нужны особые формулы - было бы желание!

-Марго права! – вклинился в их перепалку Владимир,- бесам все равно, как вы им поклоняетесь! Правильно я понял? Никто никого не околдовал, и Марго занимается магией по собственной воле?

Повисла тишина. Свидетели этой сцены, фонари, равнодушно освещали горькую гримасу разочарования на лице молодого человека в пятнистой форме, злобу высокой блондинки и стыд красивой брюнетки.

-Что ж, Марго, желаю успехов на этом нелегком поприще! Только просьба, воздержись в дальнейшем от втравливания в свои отношения с бесами невинных людей. Хочешь в ад? Добро пожаловать! Но там и так тебя ждет большая компания, не соскучишься. Прощайте, девушки!

После его ухода, Маргарите больше всего хотелось заплакать, но выражение злобного торжества на лице Зои не давало раскисать.

-Как это вам удалось открыть сейф?- поинтересовалась она, разглядывая то, что осталось от книги.

-Ты же сама мне открыла секрет,- рассмеялась Зоя,- открыть сейф можете либо вы с Ярисом, либо человек, делающий это с благими намерениями. Так вот, лох твой бывший, собирался тебя спасти от страшного заклятья. Чем не благое намерение?

-Ясно!- выдавила из себя Марго.

Ее ноги подкосились, ужасно захотелось сесть прямо на мерзлую траву.

-Кстати, я увольняюсь,- бросила Зоя, усаживаясь в машину.

Не дожидаясь ее победного отъезда, Маргарита развернулась и побрела домой.

Месяц, данный мистером Четом на раздумья, подходил к концу. Марго написала Ярису заявление на отпуск за свой счет, пока Зоя не доработает своих положенных перед увольнением недель. Яриса удовлетворило объяснение, что девушки не поладили, и он равнодушно отпустил Зою. Перед уходом хитрая продавщица, взяла у хозяина прощальную премию, заявив, что поссорила Марго с цветочником, раскрыв ему глаза, на занятия любимой. Пропажа книги пока не была обнаружена, что подтверждало ее низкую ценность в глазах Мага. Марго снова не стала жаловаться на поведение Зои, ведь здесь был замешан Владимир.

Так Зоя занималась салоном, в котором временно не проводились сеансы магии, а только продавались различные обереги, Марго коротала дни дома, а Ярис, казалось, и вовсе потерял интерес к салону, к Марго и ко всей этой истории с мистером Четом.

Полтергейст посещал девушку почти каждую ночь.

Посуду пришлось заменить пластиковой (вся фаянсовая была разбита), ножи, и ножницы Марго выбросила. Кровать переставила поближе к батарее и привязала ее, а на ручки шкафа надела резинки, чтобы они не хлопали. Но духи все равно не давали спать, и Марго долгими ночами читала Евангелие, которое ей принес Владимир. Только это как-то гасило проявление полтергейста.

Сначала она читала непонятную книгу на странном языке с большим трудом. Не понимала, о чем пишется, и это напоминало ей чтение заклинаний, но со временем, слова прочитанного обрастали смыслом, наполнялись образами. Незаметно, Маргарита оказалась на каменистой земле, покрытой убогой красновато-серой растительностью. Увидела, обутые в кожаные сандалии запыленные ноги апостолов, и с ними особого Человека. Пророка, которого еще не рождала земля. Он вел себя свободно, как не один пророк, он не боялся не властей, не толпы, не даже Бога. С Богом у него были особые отношения, как у Сына с Отцом, а не как у Господина с рабом.

Маргарита удивлялась этому человеку.

Она даже понимала фарисеев. Жили спокойно себе, и точно знали, что и кому следует в жизни делать. Кого следует судить, кого хвалить. Кого уважать, кого порицать и даже извергать из общества, кого нужно казнить, а кого миловать.

Они считали, что заслужили всеобщее уважение и спокойную совесть, тем, что отказались от, несомненно, сладостных грехов. Тем самым они принесли жертву Богу, за что должны получать от него всякие блага. Немаловажны и другие заповеданные Богом жертвы: тельцы и голуби, и прочая живность, которая приклонит гнев на милость в случае чего. А если пожертвуешь лишнее, то и награду стократ получишь.

А тут приходит Он. Какой-то бродяга объявляет себя Мессией и называет самых благочестивых и угодных Богу людей, крашенными гробами. Раздает направо и налево исцеления и прощения, не интересуясь, принят ли в иудейском обществе исцеленный, или признан нечистым. Конечно же, такой Человек не может быть их Учителем! Нищие рыбаки, понятное дело! Они неграмотные. Обласкай, и побегут, увидят чудо - и не отстанут. Но Учитель-то их грамотный в Священном писании и ученым уста закрывает своими знаниями. Он явно опасен! А чудеса? Творит их без разрешения, и в неположенные дни. Самим Богом, между прочим, положенные для покоя. Разве от Бога эти чудеса? Конечно, от князя бесовского! А раз так, нужно его казнить. Потому что кто как не они, фарисеи, знают, что полезно для народа. А для народа полезно казнить Иисуса. Потому что «лучше одному человеку умереть за всех».

С тех пор, как Марго погрузилась в слова Евангелия, она перестала замечать полтергейст. Он сам утих. И со временем, девушка уже читала Книгу только для себя.

Она даже не подозревала, что христианская религия со всеми своими обрядами и законами, куда проще, чем кажется на первый взгляд. Закон ее практически один - это закон Любви. Все остальное - поправки к нему. Заповеди, не что иное, как обещание наград и утешений. Исповедь, судя по всему, не экзекуция, а обряд прощения. Причастие, не обязательный магический ритуал, а следованием завету Христа: «Творите сие в мое воспоминание!». А что такое богослужение? Она думала – это жертва Богу. Приходить каждую неделю и стоять до изнеможения. Наверное, богослужения - это сбор верующих. Как раньше собирались у ног Христа послушать его. Тоже были толпы, тоже все были голодные и уставшие от долгого пути.

Откуда эти мысли появлялись в голове недавней атеистки Маргариты? Теперь она пропускала христианство через призму Евангелия, и искала его в личности Христа.

Эта личность захватила сердце Марго. Она хотела с кем-то поделиться своими мыслями, спросить. Даже думала пойти в церковь, но боялась. Боялась разрушить зародившееся в душе чувство. Вдруг встретит женщин, шепчущихся о «живых поясах» или священника, который напомнит евангельских фарисеев? Боялась.

Больше всего Марго волновал вопрос любви. Она поняла, что весь мир и все заповеди стоят на Любви, но очень хотела понять, что же такое Любовь?

Маргарита любила папу и маму. Но, была ли это та самая любовь? В юности они часто раздражали ее, потому что смотрели на мир другими глазами. Маргарита была рада, что уехала от них. И когда ей не удалось поступить в институт, предпочла скитания по общагам возвращению в родное гнездо. А ведь могла просто вернуться на годик, и попытаться следующий раз приехать и поступить. Дело не в том, что гордость не позволяла, а в том, что она радовалась, находясь подальше от любимых папы и мамы. Еще одна любовь, поселившаяся в сердце Марго за ее недолгий век, была любовь к Ярису. Она была куда сильнее, чем к родителям. Чувство настолько сильное, что Марго была готова пойти на все что угодно, чтобы только быть с любимым. Именно это чувство и привело ее в западню. Но со временем, не получая подпитки и оно стало угасать. Ярис удивлялся, куда делась недавняя рабская покорность девушки. Почему она стала брыкаться на ровном месте. А Марго несколько лет надеялась, что если будет такой, какая ему нужна, он полюбит ее.

Он не обещал ей семьи, исключал с самого начала. Но она надеялась, что любовь победит все преграды. Прошло время, и она не хочет видеть его. Вот и вся любовь!

Эта ли любовь, ради которой стоит жить? Маргарита уже прочитала в апостольских посланиях о том, какой должна быть любовь и знала, что она «все прощает, не помнит зла, не требует своего». «Нет, никогда я в жизни не любила!»,- сделала она вывод. Но, может, не все потеряно? Личность евангельского Христа вызывала в сердце теплоту. Мысль о Нем вызывала в горле горький ком, как о чем-то родном и когда-то утерянном. Ощущения напоминали тоску о человеке самом дорогом, но бесконечно далеком. Немного напоминали чувства, которые она испытывала, вспоминая свою бабушку.

Бабушка жила в соседнем селе. Когда Риточка была маленькой, родители на два года отдали ее старушке и уехали на заработки. И потом часто отвозили дочку к ней на выходные. Когда Маргарита подросла, у нее появились свои взрослые заботы. Бабушка скучала по внучке и часто писала ей письма с просьбами приехать. Но Марго все откладывала. И даже, когда родители уезжали навестить бабушку, у Марго находились неотложные дела. Время нашлось только в день похорон. Девушка поняла, как много потеряла. С тех пор было миллион ситуаций, когда она отдала бы все за возможность увидеть бабушку. При мысли о ней, на глаза наворачивались слезы. И вот теперь знакомое ощущение стало возникать при мысли о Христе.

Маргарита не знала, почему Он так нужен ей. Она чувствовала, что даже, если пойдет искать Его, то не сможет найти. На нее нахлынули ощущения покинутого рая.

Глава 16.

Ярис смотрел в зеркало. Таким идиотом он чувствовал себя лишь однажды, в далекой юности, когда его накрыла первая и единственная влюбленность. Меньше всего он желал повторения той истории, и вот его страшный сон, превратился в явь. Из зазеркалья на него глядела гладко выбритая и тщательно причесанная физиономия в до хруста новом костюме. Физиономия принадлежала немолодому мужчине, собирающемуся на свидание. Его намерение встретиться с женщиной подчеркивал букет в руках и шлейф дорогих духов. Прежде чем двинуться в путь, Ярис достал мобильник и одной кнопкой выбрал знакомый номер.

-Марго, привет! Как отдыхается?- спросил он, стараясь придать голосу максимальную мягкость,- Нет, нет, дорогая! Отдыхай! Я не по работе звоню. Ты дома? Зайду на минутку?

Маргарите пришлось позволить ему прийти. Нельзя же оттягивать встречу бесконечно? Марго много раз прокручивала в голове предстоящий разговор. Возможно последний. Работать в салоне она больше не будет не дня. И давно надо было об этом сказать, а не брать отпуск. Она не решалась. Ведь речь шла не только о работе, но и о чувствах, которыми она жила несколько лет. Нельзя просто сказать «увольняюсь», когда этот человек буквально вырастил тебя. Заплатил за обучение, устроил на работу, снимал жилье. В эти годы весь мир Марго вертелся только вокруг этого человека. Теперь идол пал, а с ним и весь мир, в котором она жила и взрослела.

И все же, ожидая Яриса, она не забыла причесаться, переодеться в скромное, но изящное платье и чуть подкрасить свои выразительные глаза.

От вида посетителя, Марго практически потеряла дар речи. О таком Ярисе не так давно она мечтала в своих девичьих снах. Красивый, обаятельный, он протягивал ей огромный букет темно-пурпурных роз. На ее губах играла неожиданно смущенная и ласковая улыбка. Марго не узнавала бывшего любовника. Куда подевалась властная манера обращения, его нетерпеливые жесты и покровительственные замашки? Она не сразу нашлась, как ответить на его приветственную фразу, и совсем онемела, услышав:

-Прости, если помешал. Я сильно соскучился. Не знал, что думать. Особенно когда ты завела привычку не отвечать на мои звонки.

-Заходи, - пригласила она,- я просто не смотрю на телефон. Хочется отдохнуть, побыть одной.

Марго словила себя на мысли, что снова оправдывается, и пытается отложить серьезный разговор. Но как это сделать, если она опять попадает под воздействие его очарования? Вот-вот залипнет в масляных глазах и сладких речах, как муха в меду!

-Что же ты не возьмешь цветы? Не нравятся?- лукаво осведомился он.

Марго поспешно приняла букет и отправилась в кухню, искать вазу. Пока суетилась, хлопая дверцами, Ярис любовался видом из окна. Если бы Марго в этот момент повернулась, то заметила бы, как встревожено он вглядывается в округлившийся, почти полный лунный диск.

-Милая, как ты хочешь? Пойти куда-нибудь или побудем дома?

Марго поперхнулась от этих слов. Никогда он не называл эту конуру домом, а ее «милой». Немного раздумав, она решила делать вид, что не удивляется таким необычным проявлениям нежности. Решила дождаться, чем же кончится этот спектакль. Поиск вазы дал возможность взять себя в руки, и она ею воспользовалась. Решила играть по его правилам, но из-за всех сил не поддаваться чарам, пока не выяснится к чему все это.

-Давай побудем дома, милый - последнее слово ей не удалось произнести без иронии, хоть и пыталась.

-Прекрасно!- Ярис с апломбом фокусника освободился от пальто, и в его руках, откуда не возьмись, явился пакет из супермаркета. Похоже, его он оставил в углу прихожей, когда входил.

Из недр пакета родились необходимые атрибуты домашнего праздника: бутылка шампанского, торт, икра, ветчина и нарезка деликатесных видов сыра.

Марго быстро накрыла стол в кухне, и через десять минут бывшие влюбленные напряженно молчали за праздничным столом. Первым заговорил Ярис. Он сладко улыбнулся и предложил тост:

-За красоту моей любимой?

-А кто она?- кокетливо спросила Марго, и сразу почувствовала себя глупо.

-Ну, конечно же, моя маленькая Маргарита,- усмехнулся Ярис, добавив бархата в голос.

Марго молчала, чувствуя, как румянец заливает ее щеки, под страстным взглядом гостя.

-Сегодня для меня особенный день,- заговорил Ярис взволновано,- я решился сделать признание.

Он поднялся, не выпуская из руки бокала, и буквально прожег в Маргарите дырку своими темными глазами.

-Я люблю тебя, Марго!

Маргарита испугано смотрела на него снизу вверх.

-Я люблю тебя и хочу провести с тобой вечность!- добавил Ярис, и быстро опрокинул в себя игристую жидкость.

При этих словах Марго вскочила на ноги и пулей вылетела из кухни. Ярис услышал сдерживаемые рыдания, раздающиеся из ванной, ухмыльнулся и налил себе еще бокал. Он уселся поудобней в кресле у окна, весело отсалютовал луне, и стал пить с удовольствием, маленькими глоточками.

Помаявшись с полчаса, Марго решила дать ему и себе последний шанс. Ведь часто бывает так, что мечты сбываются в тот самый момент, когда надежда, кажется, похоронена и оплакана. Она быстро привела себя в порядок, и вышла к гостю широко улыбаясь. Даже план разговора придумала. После проявления слабости ей хотелось выглядеть спокойной и слегка циничной.

- Ну, что, за любовь?- она подняла бокал и одарила Яриса одним из своих обворожительных взглядов.

-За тебя, моя любовь!- встрепенулся он.

Бывшие любовники, молча, выпили и закусили.

-А теперь расскажи, что это за цирк? Откуда такой приступ романтики?- спросила Марго.

Ярис нахмурился и с тревогой взглянул в сторону девушки. Неужели не повелась? Но тут же успокоился. На смуглых щеках Марго играл лихорадочный румянец, глаза горели. Видно, что девушка просто напрашивается на комплименты, и уже готова проглотить все, что он ей подаст.

- Понимаешь,- начал он, проникновенно глядя ей в глаза,- я всегда сдерживал себя в наших отношениях. Может, это иногда выглядело грубо, но так было нужно.

-Ты боялся полюбить?- попыталась угадать Марго.

-Поздно было бояться, я знал что люблю. Я не хотел, чтобы любила ты.

-Почему?

-Потому что не видел будущего для нас. Я грубил тебе, потому что хотел, чтобы ты ушла сама. Я не находил сил расстаться с тобой по собственной инициативе.

Марго молчала и водила по клеенчатой скатерти маленьким пальчиком с аккуратным круглым ногтем.

-Почему мы не могли быть вместе? - наконец спросила она.

Ярис глубоко вздохнул, но это был вздох облегчения. Разговор шел по намеченному курсу.

-Ты знаешь, что я не обычный человек. Но вряд ли понимаешь, насколько.

Моя мать родила меня от вампира. Мой Лама, который приезжал с Индии, помнишь его? Он рассказал мне все об отце. Мой отец настоящий вампир. Он живет Вечность. Родом из Румынии, но прекрасно знает русский, как и многие другие языки. Отец оказался на той советской тусовке не случайно. Под его руководством был проведен ритуал, а моя мать была избрана им по причине своей красоты и невинности. Но я не должен был родиться! Мой отец знал о моем существовании, но был уверен, что я погибну. Ведь я не такой, как он. Я смертный. Я недовампир.

Продолжить рассказ Ярису помешал ком в горле. Ему еще не перед кем не доводилось так раскрывать душу. Он налил в бокал еще шампанского и выпил. Марго смотрела своими оленьими глазами и боялась дышать, чтобы не спугнуть приступ откровенности.

-Так вот,- продолжил он, - от отца мне досталось не самое лучшее наследство. Светобоязнь, боязнь чеснока, серебра, зависимость от крови.

-Ярис,- не выдержала Марго!- почему ты так безоговорочно веришь этому Ламе! Он какой-то сказочник!

-Марго!- воскликнул Ярис, нахмурив брови.

-Да, да!- стала горячиться она,- Он мне рассказал, что в прошлой жизни я была Клеопатрой. А Вере, которая была с твоим другом, сказал, что она была Екатериной второй. Я не удивляюсь, что твой отец, которого ты знать не знаешь, вдруг оказался великим и бессмертным!

-А что со мной, по-твоему?- поинтересовался Ярис, и его лицо вновь приобрело то желчное выражение, каким привыкла видеть его Марго последний год их знакомства.

-Ты болен! Эта болезнь довольно распространена. Я даже видела в Интернете одного мальчика, который…

-Стоп! Уволь меня от интернет - баек! Как ты объяснишь, другие способности, полученные мною от отца? Я получил от него не только минусы (что для вампиров не более, чем побочный эффект к действительно великому дару), но и пару плюсов. Я не открывал тебе их, но имею способность видеть в темноте и гипнотизировать людей и животных, и ты знаешь, что у меня магический дар.

-Но, многие могут гипнотизировать. Этому можно научиться. Да и магический дар есть у всех. Все могут его получить, а вот избавится от него, не может, кажется, никто,- с горечью заметила Маргарита.

-Гипнотизировать можно научиться, но не животных.

-А змей?

- Я могу загипнотизировать человека на расстоянии! Правда, чем дальше человек, тем тяжелее. Однажды я загипнотизировал женщину, находящуюся в другом городе. После этого спал, сутки и не мог принимать клиентов. С тех пор этим не занимаюсь. Слишком дорого мне обходится, и здоровье мое, к сожалению не вечное. Пока.

Марго встала, чтобы заварить Ярису чай. Откровенный разговор расслабил ее. Значит, он серьезно намерен быть с ней, раз позволяет ей высказывать не слишком приятные вещи.

Ярис с благодарностью принял чашку, но не стал пить. Он усадил Марго к себе на колени, и продолжил разговор.

-Раньше я думал, что у нас с тобой нет будущего, но теперь оно может быть, любимая. Я уверен, что будет! Мы будем любить друг друга вечно. И это не метафора. Но все зависит от тебя.

-От меня?- спросила Марго, нежась в объятьях Яриса.

На этот простой вопрос, она не ждала ответа. Была уверена, что Ярис скажет, что-то вроде: «все возможно, если ты любишь меня», или «мы будем счастливы, если ты согласишься выйти за меня замуж». Но Ярис был слишком уверен в своих чарах и слишком не терпелив, кроме того, он понятия не имел, о том какие перемены произошли в последнее время в душе Марго. Поэтому он поторопился.

-Ты должна загадать желание Чету.

-Какое желание?- напряглась Марго,- При чем здесь Чет?

Она сделала движение, чтобы подняться, но Ярис удержал ее.

-Послушай,- терпеливо продолжил он,- я уже сказал тебе, что, так как есть сейчас, мы не можем быть вместе.

-Ты хочешь, чтобы я загадала, чтобы ты выздоровел? Ты хоть знаешь, чего это мне будет стоить? Адской жизни и вечного ада после смерти! Ты этого желаешь мне? И еще говоришь, что любишь!

Она сделала усилие, и высвободилась из его объятий. Вскочила и нервно заходила по кухне. Ярис тоже поднялся, он попытался поймать ее руку, но она одернула.

-Глупая! У меня совсем другие планы! Как ты могла подумать, что я погублю тебя в обмен на жалкую жизнь ничтожного людишки? Выходит, ты меня совсем не знаешь!

-Я не понимаю, - остановилась она.

-Так выслушай! Не перебивай! И избавь меня от своих глупых домыслов! Сядь!

Марго упала, как подкошенная на стул, а Ярис сел у ног, сжав ее колени руками.

Никаких вечных мучений у тебя не будет, потому что ты не умрешь!

Бровь Марго поползла вверх, но она промолчала.

-План таков. Ты просишь мистера Чета не о моем выздоровлении, а о том, чтобы он из недовампира сделал меня настоящим. После я инициирую тебя, как единственную вечную мою спутницу жизни. И вот, мы живем вечно, любимая. И ничего не боимся!

-И служим вечно мистеру Чету?- тихо спросила она.

-А что в этом такого сложного? Ведь ад тебе не угрожает. Ты будешь со мной. Я буду тебе помогать. Ведь все это я делаю для тебя. Поверь мне.

-Для меня? Нарисовал хорошенькую перспективку. Вечность служить тьме, делать гнусные дела. И я так понимаю, охотится за людьми, чтобы убить их и высосать кровь?

-Главное, что мы будем вместе, разве нет?- обиделся Ярис,- и, кроме того, какая у тебя перспектива? Чет все равно не отстанет. Кончится тем, что ты захочешь стать президентом, или принцессой Монако, немного пошикуешь и погибнешь в цвете лет. Ты была совершенно права, когда думала о вечности. Всегда знал, что ты у меня умница.

Марго застыла на стуле, не обращая внимания на Яриса, который смотрел на нее масляным взглядом и гладил ее ноги своими холеными руками. Она будто впала в анабиоз.

-Ты не замерзнешь, милая? - спросил Ярис, но ответа не дождался.

-Может, отвести тебя в постель?

Снова никакой реакции. Ярис начинал скучать.

-Ты хочешь побыть одна?- снова попытался он, и в этот раз получил в ответ едва различимый кивок.

-Ну что ж,- поднялся он, разминая затекшие ноги,- я скоро вернусь!

Он чмокнул окаменевшую девушку в затылок и хлопнул входной дверью. В съемной квартире Маргариты повисла необычная тишина. Много позже девушка заметила, что привычно надоедливо тикающие часы почему-то остановились.

Глава 17.

В квартире тети Тани царила необычная тишина. Чай остыл, а Вова все размешивал его ложечкой. Женщина, заменившая ему мать, сидела рядом, уставившись в пространство и подперев щеку сухой, поблекшей ладонью.

-Вот что,- наконец заговорила она,- знаю, ты разочарован, но твой христианский долг помочь этой девушке!

-Может, мой христианский долг быть он нее подальше?- не согласился Вова,- В этом и проблема, что я слишком привязался к этой обманщице.

-Прекрати,- остановила его тетя Таня,- она же совсем молоденькая, ребенок. Родители далеко. Ее саму обманули.

-Как бы мне хотелось, чтобы все было так, как ты говоришь, но, боюсь…. Подожди, мне кто-то звонит.

Вова вышел в прихожую, откуда раздавалась трель рингтона, и нащупал в кармане телефон.

- Вова, прости меня, пожалуйста, мне снова нужна твоя помощь.

-Знаешь Маргарита, - устало ответил он,- я не разбираюсь в магии. Советую попросить помощи у главного мага, твоего начальника.

-Вова, я уволилась. Я хочу покончить с этим, ты мне поможешь?

-Если это правда, то помогу. Мама, говорит, это мой христианский долг.

-Ты рассказал обо мне маме?

-Она не совсем мама, тетя, но воспитывала меня, как мать. Да, я рассказал ей. Она на твоей стороне. Приходи, познакомлю.

-Я сейчас под твоей дверью. С чемоданом. Он довольно тяжелый.

-Да уж, самоуверенности тебе не занимать! А если бы я отказался тебе помочь? Знаешь, если бы не тетя Таня…

-Я бы поехала домой.

-Так почему не поехала?

-Боюсь привести за собой эту заразу.

-Ну, да. Меня не жалко!

-Ты умеешь справляться с этим.

-Хорошо, позвони в дверь напротив, и передай трубку Ване, который откроет тебе.

Марго толкнула кнопку звонка, прикрепленную над вычурной, позолоченной дверью Вовиного соседа. Она сразу открылась, как будто ее ждали. Похоже, Ваня давно наблюдал за девушкой с чемоданом, «загорающей» под дверью соседа.

-Вы Ваня?- спросила Марго, окинув взглядом грузную фигуру в трениках и тельняшке.

-Боцман Иван к вашим услугам, мадмуазель!

-С вами хочет поговорить Вова.

Он взял телефон и неожиданно поцеловал протянутую руку.

-Вован, нужно впустить красавицу? Вас понял! Завидую тебе!

Боцман вернул трубку, радостно сверкнув золотыми зубами. И через минуту Марго не только открыли дверь, она получила ключи и разрешение хозяйничать в квартире, как знает. Восхищенный Ваня, помог занести чемодан и удалился с большой неохотой.

Первым делом Марго устремилась в душ. Она долго стояла под теплыми струями, пока в голове не осталось ни одной мысли. Проигнорировав шикарную кофеварку, украшающую кухню Владимира, она закипятила чайник и заварила растворимый кофе, принесенный с собой. Сунула носик в холодильник, и стала раздумывать, поспать немного, или сходить в супермаркет за продуктами. Решила, что сначала дело, а потом отдых. Чем же она будет кормить мужика, когда он придет с работы?

Прогулявшись по рынку и супермаркету, Марго набрала продуктов, и решила устроить праздничный обед, чтобы отблагодарить Вову за его доброту. Что-то в глубине ее души, в памяти ее крови, говорило, что больше всего поразить мужчину могут пироги. И Марго приступила к замешиванию теста.

-Вот что,- продолжала тетя Таня,- ты принял правильное решение, но должен быть готов к испытаниям. Нелегко вам придется. И я боюсь, что ты не потянешь.

-Почему это не потяну?

-Страшно это все. И ты не готов. Когда последний раз причащался?

-Года два назад.

-Тебе бы поторопится,- забеспокоилась тетя.

-Не переживай, мамочка. Один раз мы уже справились.

-Это было просто баловство, - не соглашалась она,- теперь другое дело. Ты собираешься вырвать христианскую душу из рук демонов. Это тебе не шутки!

-Тетя, ты хочешь меня запугать?

-Может, у меня поживете пока?- вместо ответа предложила она.

-Вряд ли она согласится.

-Тогда вот что мы сделаем,- решила тетя,- я сейчас всех обзвоню, чтобы молились, а завтра берешь ее под ручку и к батюшке. С раннего утра! А сам готовься к причастию на воскресенье.

-Мне завтра на работу…

-Вова! Ты вообще слышал, о чем я говорила?- нахмурилась тетя,- Это не безопасно!

-Ну, хорошо, хорошо! - он погладил ее руку и заглянул в обеспокоенные глаза,- Если что, сразу к вам приедем.

-Вот и молодец!- улыбнулась она.

Домой Вова летел на крыльях. Там Она! Сердце готово было выскочить из груди, при мысли о том, что любимая, поселилась в его квартире. Радовала позиция тетушки. Ему было легко изображать послушного мальчика, когда его желания совпадали с ее советами. Правда, кроме обращения к священнику, тетя советовала молодой паре, не грешить (он сразу понял, о чем она вела речь), но и это не смущало. Во-первых, Марго не подпускала Вову слишком близко, и он не на что не надеялся, во-вторых, сейчас было важнее просто находиться рядом с этой девушкой, а в-третьих, он подсознательно понимал, что тетя права. Ситуация была такова, что романтика свиданий и прочие глупости, откладывались на неопределенный срок. Тут, как любила говаривать тетушка «не до жиру, быть бы живу». Владимир чувствовал, что жил не так как надо, и сейчас готов был все изменить. Страх за любимую, мистические приключения поставили все на свои места. Вова очнулся от летаргического сна, в который его засосала рутина благополучного довольства. Цветочки, заказики, девичьи ножки… хилое основание для жизни, когда за тобой из бездны следят черные глаза. Они одобряют, в то время, когда тебе тошно от собственных поступков, они злятся, когда по наитию ты творишь хоть капельку добра.

Думал ли он об этом? Он, верующий человек, знающий о добре и зле, и существах, которые его окружают. Знал, но не представлял, что все это касается лично его. Духовный мир ощущался дистанционно, там, где жили святые, из тетиных книжек. И вот Вовка, обыватель, старающийся не быть слишком большим нехристем, и не забывать о Боге и о церкви окончательно, лицом к лицу столкнулся с существами из бездны. Пусть он никогда не удостоится общения с Ангелами, но даже и негативного общения с их падшими представителями, было достаточно, чтобы прочувствовать красоту заповедей Божьих и чистой совести. Увидев грязь, он с новой силой устремился к чистоте. Вову немного сердило, что тетя посылает его на исповедь, как ребенка. Даже хотелось капризно ответить:

-Я сам собирался исповедоваться в воскресенье!

Тетя всегда считала Владимира ребенком. Дрожала над ним и не была уверена, что он сам сможет позаботиться о себе. Ей повезло, все дети умные, серьезные, живут искренней верой, а он… Вова чувствовал, что тетя переживает за своего приемного ребенка, больше чем за других, но не радовался этому. Он хотел заслужить ее доверие.

Поэтому в тот день, перескакивая через лужи, он был согрет мыслью, что тетя одобрила его отношения с Марго.

А тетушка не одобрила. Она тяжело вздыхала, когда рассказывала о положении дел своим детям. Намерение Вовы разорвать отношения с Марго не обманули опытную мать. Она видела, что мальчик влюблен, и понимала, что разум в этих делах не помощник.

-Ему придется пройти через все это,- говорила она Кириллу,- возможно, в этом Божья воля. Давно Вове пора пробудится от сна, меркантильных желаний и мещанского покоя! И девочку жалко. Кто ей поможет? Может, у нее даже мама неверующая! Была бы верующая, не угодил бы ребенок в такую беду!

-Ой, мама!- ворчал Кирилл,- А ты всех своим аршином меришь. Думаешь, все от матери зависит. На самом деле, виновата только она. Ведь своя голова на плечах имеется.

-Какая своя голова? Ребенку 23 года!

- Хорошо, мам,- сдался он,- возьмем под крыло, будем молиться. Тем более, Владимир не остановится, пока эта девушка не войдет в нашу семью, значит она уже практически наша часть.

Пироги удались на славу! Маргарита минуту полюбовалась изумительной золотистой корочкой и накрыла шедевр с вишней полотенцем.

Теперь можно еще раз в душ и отдыхать. Она долго плескалась, взбивая, как в детстве шапки пены, потом с наслаждением пила какой-то травяной чай, найденный в шкафчике. Отдыхать легла на диване в кухне, застелив его чистой простынкой из комода и накрывшись пледом, стилизованным под овечью шкуру.

Дома Владимира встретил упоительный запах пирогов и мирно сопящая на его диване красавица. Не раздеваясь, он тихонько устроился в кресле напротив, и стал любоваться. Вова почти не дышал, опасаясь, что спугнет миг, когда любимая рядом, так тиха и беззащитна. Ее лицо во сне сохраняло детское выражение. Изогнутый рисунок век, пухлые полуоткрытые губы, чеканный профиль и роскошные струящиеся волосы, казались Вове нереальными. Чем дольше он вглядывался в ее черты, тем больше казалось, что он сам ее выдумал.

Сейчас тревоги тетушки, выглядели пустыми. Дома тишина и покой, никакой мистики. И что может случиться здесь, в освященной квартире, под покровом старинных икон, поблескивающих ризами в правом углу? Владимир поднялся, подошел к киоту и открыл небольшой ящик, где хранились свечи, разнокалиберные лампадки, масло и фитили. Когда-то он покупал все это с уверенностью, что лампада в святом углу будет гореть почти негасимо. Сейчас у Владимира появилось огромное желание, зажечь лампадку и вместе с ней вернуть душевное состояние, какое было во время покупки.

Зажег, обернулся. Марго спокойно спала. «Ничего, мой ангел», - подумал он, - «завтра к батюшке пойдем, и все исправим».

Вечером пили чай с пирогами, и Марго рассказывала о своих планах.

-Я к тебе ненадолго,- уверяла она, отмахиваясь от его предложения: «живи, сколько хочешь». Сниму квартиру. Деньги у меня есть. Устроюсь куда-нибудь юристом.

-Ты же собиралась возвращаться домой,- вспомнил Владимир.

-Именно так я и планирую,- кивнула девушка,- хочу открыть свою консультацию в нашем селе. Но для этого нужен опыт.

-Молодец, Марго! - одобрил Вова,- с работой мы тебе поможем. А жить можешь у меня сколько хочешь.

-Спасибо. Но в этом нет необходимости,- упрямилась девушка.

-Маргарита, ты забыла, что пережила совсем недавно? Ты думаешь, что все прошло?

-Нет,- поникла она,- я совсем в этом не уверена.

-Тебе нужна помощь.

-А тебе не нужны проблемы.

-Я уже договорился с батюшкой. Он тебе поможет. Пойдем к нему завтра.

-Ты думаешь, он поможет?

-Уверен. Это же его парафия. Если не он поможет, то кто?

-Ну, хорошо. Если ты уверен…. В конце концов, другого выхода нет. С этим надо что-то делать.

Глава 18.

«Рановато она спать улеглась»- пробормотал Ярис, вглядываясь в темные окна жилища Марго. Он достал из багажника букет роз и большого плюшевого мишку и направился к подъезду. Поднимаясь по резко пахнущим котами ступенькам, заподозрил неладное. Шестое чувство говорило, что квартира пуста. Он даже не стал звонить, настолько утвердился в этом чувстве. Воспользовался своим ключом. Все казенные вещи остались на своих местах, но временная хозяйка со своими милыми женскими штучками, которые раньше можно было увидеть в каждом углу, покинула ее навсегда.

На столе белел лист бумаги, и поблескивала связка ключей. Ярис сразу догадался, что письмо предназначалось ему.

Он зашвырнул медведя и цветы в угол комнаты, упал на стул и принялся читать.

«Дорогой Ярис!

Я благодарна тебе за все, что ты для меня сделал. Жаль, что не могу отплатить тебе за добро и остаться. Ты достоин женщины, которая будет любить, и понимать тебя. Я не могу этого дать. Прости.

Вчера я была польщена предложением прожить с тобою вечность. Но для меня лучше миг при солнечном свете, чем вечность во тьме. Надеюсь, ты поймешь.

Не думай, что я обманывала тебя, когда говорила, что люблю. Я обманывала только себя, представляя тебя тем, кем ты не являешься.

Эта квартира мне больше не понадобится. Откажись от нее. С работы я тоже, естественно, увольняюсь. Надеюсь, Зоя согласится остаться. Думаю, она все равно не захочет свернуть с этой дорожки.

Мое решение, взвешенное и окончательное, поэтому умоляю тебя, не ищи меня.

Прощай. Марго».

-Ну, уж нет!- процедил он сквозь зубы. Так не будет! Где же ты, неблагодарная дрянь? Не у своего ли садовника?

Трясущимися руками он достал из кармана телефон и нашел номер Владимира.

-Але?- спросил веселый голос.

- Здравствуйте, это Владимир?- Ярис постарался изобразить спокойную благожелательность.

-Да. Это я.

-Передайте, пожалуйста, Маргарите, что она сможет забрать свою трудовую книжку в среду.

-Ммм…

-Передадите?

-Да.

-Спасибо.

-Ну, что ж! Постановка вопроса ясна,- объявил Ярис в пустоту и поспешно покинул квартиру, оставив двери открытыми настежь.

Ярис едва не попал под грузовик, когда преодолевал на своем ягуаре крошечное расстояние от квартиры, которую снимал для Марго до своего колдовского салона. Он торопливо припарковался и влетел по лестнице в кабинет. Если бы кто-нибудь в это время остановил его и спросил «Куда ты так торопишься?», он бы не нашелся, что ответить. Объективно спешить было некуда, но ему невыносимо была сама мысль, что Марго сейчас возможно счастлива и радуется жизни без него. И этому немедленно нужно было положить край.

Ярис скинул на пол плащ и стал рыться на полках с ритуальными предметами. Он быстро нашел нужное: черное слюдяное зеркало, зеленые свечи, чашу из черепа, мертвую воду и какие-то корешки. Ярис споро стал подготавливать стол. Застелил алой тряпкой, которую разрисовал загадочными знаками. Он уверенно водил по скатерти мелом, шепча заклинания. Вскоре перед зеркалом замерцали свечи, роняя капли воска в чаше с водой. Ярис облачился в мантию и уселся на троне, вглядываясь в темную гладь воды, отражающую другую зеркальную гладь. Его зрачки застыли, черты лица заострились и сейчас были лишены всякой приятности. Вмиг молодой красивый мужчина превратился в злобного и пугающего старика.

Его шепот перерос в шаманский гул, нарастающий минут пять. Внезапно все стихло. Ярис будто окаменел, только его бледные руки, с длинными пальцами и подпиленными ногтями, двигались по скатерти, как два паука. Белые на красном.

Марго открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Не слишком удобный, скользкий кожаный диван всю ночь норовил скинуть гостью на пол. Темную кухню освещал лишь микроскопический огонек лампадки. Да. Она у Володи. Хозяин настойчиво предлагал ей устоится в спальне, но она наотрез отказалась. Так что сама виновата.

Марго встала, поправила, почти полностью сползшую простынь, и спрятала озябшие ноги в свои пушистые тапки. Захотелось воды.

Не смотря на умиротворяющий свет лампады, с которым было так приятно засыпать, сейчас в комнате стало жутковато. Марго не стала включать свет, чтобы не будить Володю. Она нащупала на полке стакан и подставила его под струю воды. Что-то не так! В стакане вода обрела темный свет. Марго метнулась в ванну и зажгла лампочку. Жидкость была кровавого цвета. Взглянув в зеркало, она выронила стакан, который оказался достаточно крепким, чтобы не разбиться. Из зазеркалья на нее взглянуло собственное лицо, залитое кровью. В ту же секунду Марго ощутила, как кровь стекает с ее ладоней, и в ужасе затрясла ими. Девушка в панике выскочила в холл. Входная дверь отворилась, и вошел человек в шляпе и странных серых лохмотьях вместо одежды. Он приложил длинный палец к тонкому рту и жестом пригласил следовать за ним. На Марго накатила волна покоя. «Теперь все будет хорошо!», подумала девушка. Она взяла протянутую ей шляпу, повесила на вешалку и пошла вслед за посетителем в кухню. Человек подошел к столу, открыл ящичек и вынул из него большой длинный нож. Внимательно осмотрев и проверив пальцем остроту, он отдал его.

С этим оружием Маргарита направилась к лестнице, ведущей на антресоли, где Владимир устроил для себя спальню. Она слегка поскользнулась на ступеньке, и Человек поддержал ее под локоть. Вместе они стали у изголовья кровати, на которой спокойно спал Владимир. Человек жестами показал, как ей надо размахнуться и куда направить удар. Марго всматривалась в светлое пятно, где находилась Вовина шея. Туда ей нужно ударить ножом. Ударить нужно аккуратно, чтобы Владимир не успел проснуться, если его ранить, ей придется туго. Поэтому права на ошибку нет.

Марго, как могла, напрягла мышцы рук, размахнулась и обрушила удар на спящего друга.

Это пробуждение было не из приятных. Девушка лежала лицом в подушку, со связанными за спиной руками. Где-то назойливо звонил телефон.

«По моей отмашке скажешь «Алло»!»- услышала она голос Владимира.

С трудом повернула голову, и увидела, как друг стоит перед кроватью в халате и держит ее телефон.

-Поняла?

Марго молча кивнула. Владимир нажал кнопку громкой связи.

-Привет, радость моя!- промурлыкал Ярис, - не соскучилась?

-Алло?- сдавленно произнесла она.

-Солнце мое, я знаю, ты сейчас не в себе. Но мне не терпится узнать, как наши дела. Скажи мне, он труп?

Прежде чем Марго успела открыть рот, получила болезненный пинок в бок. Она взглянула на Владимира, который пальцем в воздухе прочертил ей слова «да».

-Да, - прохрипела она.

На другом конце провода раздался торжествующий смех.

-Так вот, моя единственная навеки,- пропел Ярис,- я сделал это для того, чтобы ты поняла, что я не мальчик, которого можно послать, когда тебе вздумается. И я не то ничтожество, больной инвалид, которым ты меня всегда считала. У меня есть дар, и я смогу сделать с тобой все что угодно, да и не только с тобой. Поэтому, бросай твой трупик и беги к папочке, пока хуже не стало. Учти, я тебя везде найду.

-Поняла?

-Поняла,- еле слышно ответила Марго.

Едва послышались гудки, Владимир кинулся развязывать Маргариту. Положил не сопротивляющуюся девушку на кровать, накрыл одеялом и принес воды. Он поил ее из кружки и гладил по волосам, когда она захлебывалась слезами.

-Прости, шептал он,- что я так грубо с тобой обошелся. Я-то думал, что ты в сговоре с ним. Хотел тебя в полицию сдать и сдал бы, но очень было любопытно узнать вначале, зачем вам понадобилось убивать меня.

Маргарита жалостливо всхлипнула, едва не подавилась глотком воды и снова залилась слезами, уткнувшись в Вовино плечо.

-Ну, не убивайся ты так, Марго!- уговаривал он,- все наладится. Сейчас вот умоешься святой водичкой, и станет легче.

-Нет, не станет,- сдавленно ответила она,- духи по сравнению с этим – детское баловство. Что может быть хорошо, если он имеет такую власть, что я даже на себя надеяться не могу? А ведь то, что он сделал со мной и с тобой может сделать!

-Не переоценивай его возможности, мы справимся,- уверял Вова,- как ты себя чувствуешь. - Голова болит.

-Принести таблетку?

-Принеси святой водички, хочу ее попить.

-Хорошо. Лежи не двигайся.

Когда Владимир вернулся с чашкой, Маргариты на кровати не было. Он кинулся к двери, и еле перехватил ее в холе.

Марго полностью одета, в руках держала сумочку. Когда Вова схватил ее за плечо, она спокойно сказала:

-Я иду домой.

-Нет, не идешь! Идти туда сейчас не безопасно.

-Я иду домой.

Он заглянул в ее глаза и увидел пустоту.

-Я иду домой.

Он в панике плеснул стакан крещенской воды, который еще сжимал в руке, ей в лицо. Это подействовало. Марго смотрела на него недоумевающим, но вполне осмысленным взглядом.

Не теряя времени, Владимир, подхватил ее на руки и отнес на диван. Взял бутыль с крещенской и снова налил полный стакан. Марго жадно выпила и попросила еще. После второго ее глаза стали слипаться. Засыпая, она снова пожаловалась на головную боль. Вова вынул головной платок, выпавший из ее раскрытой сумочки, смочил святой водой и перевязал ей голову. Марго слабо пожала его руку, улыбнулась и заснула.

Владимир посидел пол часика у изголовья, затем, не зная, что еще предпринять, почитал псалтырь. Но книга оказалась на старославянском, и его глаза устали разбирать мудреную вязь, а голова сама собой склонилась на грудь. В 3.30 Вова уже крепко спал.

Маргарите снилось, что два огромных орла навалились всей тяжестью и пытаются сорвать с ее головы платок. Во сне она вспомнила, что это не ее вещь. Платок является церковным имуществом, которое она обязана вернуть. И, несмотря на то, что вместе с платком орлы пытались вырвать у нее все волосы, Марго переживала лишь о том, как принесет эту вещь в церковь ужасно потрепанной. Потом она провалилась в более глубокий сон, где мама читала псалтырь. Марго откуда-то знала, что это именно Псалтырь, может, где-то слышала? Но уж точно никогда не слышала от матери. Затем пришел покой. Просто сон, без терзаний и вопросов. Такие сны для Марго давно стали роскошью. Но он был недолог. Пришел рассвет, и Марго разбудили думы.

Она села в кровати и увидела, что серый свет уже наполнил кухню. Освещал ее сумочку, лежащую на полу, и разбросанные вокруг нее предметы: помаду, салфетки, ножницы и прочие мелочи, которые всегда были сложены в идеальном порядке. Тут же лежал ее плащ, скрученные из простыней веревки и большей кухонный нож. Марго долго смотрела на нож. Затем легонько освободилась от лежащего в ногах Владимира, и, подобрав плащ и сумку, прошмыгнула в прихожую. Из содержимого сумочки подняла с пола только паспорт. В холе возле входной двери стоял ее чемодан. Она аккуратно открыла дверь, взяла вещи и также тихо, придерживая собачку, захлопнула.

Словила такси и, усевшись на сиденье, взглянула в зеркало. Странный вид ее облику придавал деревенский платок в наивных маках, повязанный на голове. Одета девушка была в классическом стиле, элегантно, а платочек вносил диссонанс в ее образ. Заметив это, Марго потянулась к голове, чтобы снять, но передумала, и только поправила.

Она вошла в квартиру, которую уже успела возненавидеть, и надеялась больше никогда не увидеть. Дверь была широко открыта. Вероятно, Ярис ждал ее возвращения. Но сейчас можно было расслабиться. Он никогда не оставался вне своего дома в рассветные часы.

Маргарита засомневалась, придет ли днем тот, кого она намерена позвать немедленно. Но все же решила попробовать. Зашла в кухню, чтобы смочить водой пересохшее горло, и, споткнувшись о букет поломанных цветов, вернулась в спальню. Маргарита поплотнее закрыла окно шторой, и громко сказала:

-Чет, приходи! Я решила!

В ответ послышалось лишь завывание ветра за окном.

-Чет!- почти крикнула она куда-то в потолок, - Мистер, Чет!

-Именно мистер Чет,- спокойно ответили совсем рядом.

Марго вздрогнула и отшатнулась. Человек в черном плаще стоял, почти касаясь ее плечом. Она сделала пару шагов в сторону, собрала все свое мужество и начала:

-Нам нужно поговорить.

-Я не стану с тобой разговаривать пока ты в таком виде,- ответил он.

-В каком это?

-Во-первых, от тебя воняет святой водой. Но это ладно, она почти выветрилась. Я требую, чтобы ты сняла эту тряпку с головы!

-Чем это она тебе мешает? Тем, что она висела в церкви?

-Ну, вонючий ладан-это не так страшно, - стал объяснять Чет, - самое отвратительное, что эту тряпку носила жена попа. И прикладывала ее ко всем гробам и доскам.

-Каким гробам и доскам?

-Темнота,- ухмыльнулся он,- мощам и иконам! Поэтому, если хочешь, чтобы я с тобой разговаривал, немедленно сними тряпку. Или ты что-то против меня задумала?

-Если я ее сниму, боюсь, на меня подействуют чары Яриса.

-Понятно,- сразу успокоился Чет, - не подействуют. Он дрыхнет.

Маргарита неуверенно стянула с головы платок, и снова засунула его в сумочку.

-Теперь будем говорить?- спросила она.

-Не только будем говорить, но и будем контракт подписывать, так Маргарита?

-Так!- ответила она.

Глава 19.

На стол перед Марго лег свиток. Мистер Чет тряхнул огромным страусиным пером:

-Я слушаю вас. Что он меня требуется?

-Я хочу, чтобы Ярис полностью выздоровел,- ответила она дрожащим голосом.

-Вот те на! – ухмыльнулся Чет,- а он что болеет?

-Я хочу, чтобы ушло проклятие, наложенное на его мать, и он стал обычным человеком.

-Ага! И надо полагать, потерял всю свою силу!

-Да. Ведь, если он будет здоров, то перестанет влиять на людей?

-Конечно, моя дорогая! Вот где шкурный интерес! А я уж испугался, что ты решила загадать какое-нибудь запрещенное доброе желание. Значит, ты боишься его? Трясешься от страха? Ты могла бы попросить такой же дар.

-Нет, спасибо.

-Как хочешь! Но знай, ты попала в таинственную лавку Аладдина. Здесь ты получишь все и даже больше. В том числе, будешь влиять на людей не меньше Яриса. И не надо этого бояться. Тебе самой придется добыть в себе мужества, потому что этого я дать тебе не могу.

Он протянул Маргарите свиток и указал просвечивающимся сквозь тонкую ткань перчатки когтем вниз бумаги.

-Здесь распишитесь!

Марго взяла в руки перо немного помедлила:

-А что мне нужно будет делать?

-То, что и раньше. У меня на тебя вот какие планы. Мы открываем роскошный салон гаданий. Тебе даются знания о прошлом людей. Ты не представляешь, какое это могущество! Скажи человечишке, что он ел сегодня на завтрак, и он уже ловит каждое твое слово. И готов сделать все, что ты скажешь.

Чет довольно мерзко захихикал, ближе пододвигая свиток.

-И я буду с людьми делать, что ты скажешь?- тихо спросила Марго.

-Стоп! Вот только не нужно думать о самоубийстве. Рано еще. Туда успеешь. А до этого насладишься властью и богатством. И хоть ты не захотела стать президентом, денюшки будут литься к тебе рекой. И все удовольствия мира, будут следовать за ними. Давай, быстрей подписывай, а то Ярис просыпается!

Марго вздрогнула и вывела пером свою подпись.

-Ага, испугалась!- загоготал Чет.

В воздухе что-то щелкнуло, и он исчез вместе со свитком. А Марго еще долго стояла посреди комнаты и меланхолично пинала ногой, лежащий на полу растерзанный букет роз.

Она прислушивалась к привычному тиканью вдруг оживших часов, вглядывалась в зияющий темнотой дверной проем и искала в себе силы, для того чтобы двинуться с места. В голове звенела пустота, как бывает после тяжелого удара или обморока. Заболели ноги. Марго сделала пару шагов к кровати, упала поперек и провалилась в сон.

Утро она встретила со всеми признаками похмелья в организме. Голова раскалывалась, во рту стоял неприятный привкус, а на душе ощущался мерзкий осадок. Марго заварила остатки кофе.

За окном звенел детскими голосами и шумом машин, пробуждающийся день. Что делать? Начинать жизнь по распорядку, назначенному страшным существом? Тогда, наверное, нужно оформить частное предпринимательство и попытаться открыть салон. Или жить, как будто бы ничего не произошло? Ее размышления прервал звонок мобильного.

«Ярис!- сразу подумала Марго, - интересно, как он себя днем чувствует, и что думает о своем внезапном выздоровлении?».

Но ее любопытству не суждено было удовлетвориться. Звонила мама. Взволнованный голос звучал из такого милого забытого старого мира.

-Риточка, мне приснился ужасный сон о тебе, ты в порядке?

-Да,- меланхолично ответила Марго.

-У тебя странный голос, не заболела?- не верила мама.

Внезапно Марго расплакалась.

-Так, все ясно! – скомандовал родной голос,- все равно, что у тебя там, на работе, бери больничный и приезжай домой. Не приедешь ты, приеду я. Но все же ты пожалей старушку. Мне твоего папу и скотину не на кого оставить.

-Я приеду,- пообещала Марго, судорожно всхлипнув, - уже вещи собрала. Я с работы уволилась.

-Только и всего!- облегченно вздохнула мама,- а мне приснилось, что тебя черти в ад тащат! Вот это к чему, оказывается!

Мама звонко засмеялась, а Марго вдруг почувствовала, как волосы шевелятся на ее затылке.

Марго наскоро помыла чашки, подхватила чемодан и через пятнадцать минут уже направлялась в такси к автовокзалу.

«Давно нужно было бросить все и уехать домой, - думала она, направляясь к кассе, - если будет что-то происходить, родители помогут. На то они и родители. В одиночку мне со своим горем не справится. А как от Чета защититься, мне подскажет священник. Хороший батюшка у нас в церкви служит, и не занятой, как городские. Поможет и по этой части. В конце концов, я слишком многое на себя взвалила для своих лет. Я просто устала».

-Вы тоже до Троицева?

У кассы стоял красивый молодой человек с широкой улыбкой, открывающей белые крупные зубы. Из-под коричневой челки, зачесанной набок, сверкали голубые глаза.

-Да,- застенчиво улыбнулась Марго.

-Я туда в гости еду, а вы?- еще шире улыбнулся парень.

-А я домой.

-Не возражаете против компании занудного юноши? А то путь длинный и мой андроид почти разряжен.

Марго промолчала, но окончательно растаяла, после того, как парень легко подхватил ее чемодан и аккуратно положил в багажное отделение автобуса.

-Вас как зовут? - спросил он, когда они устроились в салоне.

-Рита.

-Лучше Маргарита, или даже Марго, правда.

-Меня и так зовут. А вас как?

- Тимур.

-Красиво.

-Да,- подтвердил он,- я бы не пережил, наверное, если бы меня звали каким-то Ванькой или Петькой. А надолго вы в деревню?

-Не знаю. Надолго. Может, навсегда.

-Да что вы?!? Все из деревни бегут, а вы в деревню?

-Хочу быть поближе к родителям.

-Хотите их осчастливить?

-Родители заслужили, чтобы о них позаботились.

-А вы уверены, что они этого хотят?

-Конечно!- Марго с удивлением взглянула на нового знакомого.

-А вы не думали, что они не ждут вас? По крайней мере, насовсем?

-Мне дома всегда рады,- обиделась она.

-Ну, вы подумайте по-человечески. Они выпустили дочку из гнезда довольно давно. Поплакали, да и вздохнули с облегчением. Теперь вдвоем, тихо спокойно. Быт налажен. А тут вы нагрянете в их дом со своими порядками. Сначала предки будут смущены и растеряны вашим решением, а потом начнется ссоры ругань, особенно с матерью, когда две хозяйки на кухне столкнутся. Отец станет вас стыдиться. Была дочка городская, работу имела, а теперь на шее у стариков.

-Вот тут вы не правы. Открою свое дело, зарабатывать стану, и родители будут у меня на шее сидеть.

-Не успеете вы наладить дело, раньше с родителями переругаетесь. Особенно с отцом, который будет отговаривать от любых рискованных действий, потому что не верит в ваши силы. И невысокого мнения о ваших талантах.

Марго сердито взглянула на Тимура и отодвинулась от него на самый край сиденья. Если бы автобус не был забит под завязку пассажирами, она бы пересела.

-Кто дал вам право так говорить о моих родителях?- сердито прошипела она.

Тимур снова улыбнулся, и на его щеках заиграли очаровательные ямочки.

-Хочу отговорить вас жить в деревне. Вы особенная, и вам лучше не расставаться со мной.

Щеки Марго порозовели. Она искоса взглянула на парня, и поняла, что, пожалуй, не одна девушка, не отказалась бы от такого. Этот мужчина излучал совершенно удивительный магнетизм. Но было в нем что-то неприятное, вызывающее беспокойство и даже страх. Марго сердцем чувствовала, что не могла бы довериться такому человеку. В голове тут же всплыл образ Владимира, в сердце кольнуло. Простой, открытый, любящий, пусть даже не красивый. Воспоминание о нем вызывало горечь, как об утерянном близком человеке. Без него она остро чувствовала свое одиночество и сердечную пустоту, которую сейчас пыталась заполнить общением с родителями.

Тимур как будто услышал ее мысли.

-Что-то у вас глаза погрустнели, - отметил новый знакомый,- за своим парнем скучаете?

-У меня нет парня,- рассеяно ответила Марго, и подумала о том, что будет неплохо представить Тимура родным, как своего парня.

А почему нет? Он красив, хорошо одет, кажется, образован. Мама будет рада. Она давно переживает, что у дочери-красавицы не налажена личная жизнь. Познакомить ее с Ярисом не было, конечно, ни какой возможности. Можно узнать о попутчике больше, если уж он заигрывает.

Марго натянула на лицо обворожительную улыбку и придвинулась ближе.

-Хорошо. Я рассмотрю ваше предложение не расставаться, если расскажете, кто вы и чего от меня хотите. Или можно на Ты?

-Что ж, расскажу! На Ты я буду называть тебя, а ты меня на Вы, конечно.

Марго усмехнулась, но когда взглянула в его глаза, улыбка погасла. Облик незнакомца менялся. Лицо мрачнело, черты стали заостряться, глаза потемнели и приобрели кошачий разрез.

Марго ощутила удар током, поразивший ее в макушку и прошедший сквозь тело до пят. В попутчике она узнала Чета.

-Я скажу, что хочу от тебя, продолжал он,- Немногого! Чтобы ты выполняла свой контракт.

Уж не думал, что ты так глупа, что решила сбежать от меня в деревню. Хоть на луну лети, я найду. Поняла?

Он схватил ее за ворот и притянул к себе. Дохнуло серой, холод пробежал по телу и достиг самых костей.

-А любовником твоим я стать могу, если ты хочешь,- издевательски проблеял он, и раскрыл рот, пытаясь поцеловать ее. На месте его языка извивалось две тонкие гадюки. Марго вскрикнула и потеряла сознание.

Очнулась она в автобусе. Кто-то брызгал ей в лицо холодной водой. Сзади переговаривались женщины. Одна рассказывала другой о том, как девушка спала, потом стала громко бредить во сне, ужасно вскрикнула, вскочила и упала в проход. Другая высказывала предположение, что девушка больная, может шизофрения, а может, эпилепсия. Марго открыла глаза, поблагодарила, собравшихся вокруг людей, и уверила, что ей лучше. Она не успела прийти в себя окончательно, когда ее высадили на станции. Водитель вручил чемодан, недопитую бутылку воды, валидол, и пожелал беречь себя. Марго побрела к деревне, толкая чемодан на колесиках, который цеплялся за кочки. Но она шла не домой. Было еще одно дело. Впереди мелькнули и пропали за пригорком купола сельского храма.

-Риточка приехала!- кричала соседка Катя. Она бросила перебирать банки с закрутками и выскочила за калитку.

-Маленькая, ты наша! - причитала Катя, - куда тащишь чемодан? Позвонила б матери, предупредила! Мой Степан бы встретил тебя с вещами на станции. Отец-то твой, понятно, на работе. Но не уж-то некому помочь?!

-Тетя Катя, здрасти!- слабо улыбнулась Марго,- давайте я свой чемодан у вас оставлю, а потом заберу.

-Вот, молодец!- согласилась соседка,- так и поступим. А Степан освободится и сам привезет вам чемодан. Отдыхай уж!

Марго поблагодарила и отправилась налегке. Скоро она увидела родную черепичную крышу, унылый ноябрьский сад и ржавые качели во дворе родительского дома. Марго свернула в сторону от цели прибытия. Кралась огородами, чтобы не заметили не родители, ни любопытные соседи. Миновав оживленный район без встреч, она вышла на круглую площадь с храмом посредине. Воскресная служба еще не отошла, и двери были распахнуты. Доносилось нестройное пение деревенских старушек. По паперти гулял петух и согласно тряс красной бородкой. Марго издали перекрестилась и достала из сумочки платочек матушки. Надела, глянула в лужу, и решила, что плащ, прикрывающий ее ноги в брюках, сойдет за юбку. У ворот храма внезапно накатила тошнота, Марго схватилась за притолоку, в глазах потемнело. Она положила голову на резной карниз, украшавший большую икону Богородицы, и прошептала: «Помоги!». Слова, обращенные к образу, возымели действие, девушка два раза громко зевнула, и почувствовала облегчение. Мелькнула трусливая мысль отложить разговор со священником. Отдохнуть, поесть (ведь с утра ни маковой росинки), прийти в себя от пережитого, но она справилась со слабостью и шагнула в темноту храма.

Богослужение приостановилось из-за внушительной очереди кающихся. Батюшка в храме справлялся один, даже без диакона. Место держали для внука, который пока пономарил. В этом храме Марго была последний раз с дедом, лет пятнадцать назад.

Дедушку в их семье называли верующим. Он посещал церковь три раза в год: в день святого Николая, на крещение и в страстную пятницу. Бабушка ходила в другие дни: на Пасху и Рождество. Марго запомнила, как бабуля звала дедушку с собой, аккуратно укладывая в корзинку ароматные куличи и веселые разноцветные яички. Он только посмеивался: «Не молиться, старая, идешь. В игры играть!».

Марго спорила, что на Крещение в церкви тоже очень весело. Все поливаются водичкой, мерзнут, а потом пьют чай с калачами в притворе. За это получала щелчок по носу. Дед не любил, когда внучка вмешивалась во взрослые разговоры «со своими глупостями».

Рита ходила в храм и бабушкой, и с дедушкой. Сама напрашивалась, чтобы взяли. Хоть ничего не понимала в богослужении, но чувствовала, что там праздник и какая-то необычная радость. Духовная! Понятие духовной радости открыла для себя сама, и поспешила поделиться с близкими.

-Духовная радость-это, когда мороженное не ешь, на качелях не катаешься, а весело!- рассказывала она дедушке, но старик лишь посмеивался.

Как-то мама вернулась из командировки и Рита с порога озадачила:

-Какая духовная радость!

-К чему ты?- спросила мама.

-Потому что ты приехала!

Когда у девочки появилась новая подруга, за чаем в кругу семьи она выдала:

-У меня сегодня большая духовная радость! Я подружилась с Олей из Б - класса.

Так на уровне случайных слов и редких впечатлений и осталось Ритино духовное образование. Родные тоже знали не много, а что знали, не считали нужным объяснять - еще в школе что ляпнет. В то время в селе в церковь ходить считалось не зазорным, а вот детей церковному учить – ни - ни!

Бабушка отошла в иной мир раньше дедушки, поэтому последними воспоминаниями о храме родного села для Риты остались печальные дни Страстной седмицы. Черные облачения и какой-то встревоженный шепот старушек: «Плащаницу выносят!».

Марго вздохнула, поправила платочек и подошла к иконе на аналое. Она помнила, что ее нужно поцеловать. Склонилась и услышала голос.

-Риточка, перекреститься сначала надо.

Она обернулась и увидела седую женщину в желтом платочке с розами.

-Тетя Даша!

-Тихо, - зашептала женщина и, дождавшись, когда Марго приложится, взяла ее под локоток и увела в притвор.

-Рада видеть!

Тетя Даша расцеловала Маргариту в обе щеки и посадила на скамеечку.

-Как родители?

-Еще не заходила.

-Правда? Сразу в храм? Стряслось что?

-Да, тетя Даша, стряслось. Только мне бы не хотелось, чтобы об этом кто-то знал.

Марго не была уверена, стоит ли доверять соседке свои тайны, но очень нуждалась в поддержке. Родителям решила ничего не говорить, чтобы не пугать их. Но для нее одной эта ноша была слишком тяжела. Немного раздумав, Марго решила открыть тете Даше лишь часть правды.

- Мне ты можешь все рассказать, - уверяла та,- я тебя с пеленок помню. Даже кормила грудью, когда мама твоя заболела. Ты мне как дочь.

- Спасибо, тетя Даша! Но даже маме и папе это не нужно знать. Они и не поймут, и растревожатся. Решат, что я сумасшедшая. Вы же знаете, они не сильно верующие.

-Да уж,- согласилась тетя Даша,- у них один идол-телевизор. Так что с тобой?

-Меня преследуют злые духи.

-Да ты что?!- всплеснула руками тетя Даша,- Настоящие, или во сне?

-Настоящие, в ужасных образах.

-Как полтергейст?

-И это тоже было.

-Бедная девочка! И кто ж тебе такое сделал?

-Сама себе такое сделала. Колдовала.

-Ну, вот! Так я и знала! А все родители виноваты, не воспитывали дочь духовно, отправили ее в город без всякой защиты.

-Теть Даша, это я виновата…

-Но и ты, понятно. Че сидим? Надо идти каяться не откладывая. А то может ты уже бесноватая, приступ начнется.

-Какой приступ?

-Что не видела ни разу? Я вот была в городе, такого насмотрелась! И все из-за ворожбы.

Тетя резво вскочила и потянула за собой Марго.

Они вернулись в храм, где все еще тянулась очередь кающихся, которой не было конца. Оставив Маргариту, Дарья пробралась в голову очереди, где батюшка как раз читал разрешительную молитву. Когда человек был отпущен, она ринулась к священнику, выставив перед собой сложенные лодочкой руки. И поцеловав благословившую ее десницу, что-то зашептала ему на ухо. Батюшка согласно закивал и покосился в сторону Марго. Затем, повелев стоявшему перед ним старичку ожидать, поманил ее. Марго послушно подошла и нырнула под поднятую для нее епитрахиль.

С минуту они молчали. Марго вдыхала запах сырости и гадала. От чего так тянет мышами, от батюшкиной бороды, епитрахили или от стен храма? Догадавшись, что имеет дело с новичком, священник прокашлялся и спросил:

-Как имя твое?

-Маргарита.

-Нет, не то. Каким именем тебя крестили?

-Я не помню.

-Понятное дело, не помнишь. А никогда у родителей не спрашивала?

-Нет.

-А как причащалась?

-Дедушка называл мое имя сам. Кажется, Рита.

-Нет, не Рита.

-Нет-нет, я припоминаю точно - Рита. Разве так нельзя?

-Можно и так. Но вряд ли так и было. Просто традиция такая на Руси крестить именами святых, а святой Риты не было. К счастью, ты была одна в нашем селе Маргарита, и крестил тебя я, поэтому делу могу помочь. Окрестили тебя Мариной, точно помню. В честь святой Маргариты Антиохийской, которая крестилась Мариной.

-Вы меня, что младенцем помните?- удивилась Марго.

-Конечно, помню. Это совсем недавно было. Всего лет двадцать с лишком. В тот год тогда матушка моя померла. Как вчера, еще и не оплакал. Да что я о себе? О тебе побеседовать нужно.

Марго украдкой оглянулась и увидела, что очередь за ними не рассасывается. Люди терпеливо стоят.

-Батюшка. Мне неудобно как-то. Люди ждут. Может в следующий раз?

-Вот когда так говорят, я точно знаю, что откладывать исповедь нельзя. По опыту. Не переживай, я не спешу. Литургию завершим, когда закончим с людьми. У меня, бывает, до трех затягивается. Матушка к обеду не ждет, так что я весь к услугам чад.

Давай помогу тебе начать. Дарья сказала, что ты страдаешь чем-то вроде беснования?

-Что вы!- Марго поперхнулась от возмущения. Я по полу не валяюсь, и пена у меня не идет.

-Значит, нет эпилепсии?- улыбнулся батюшка.

-И ее тоже нет.

-А как на святыни реагируешь?

-Прекрасно реагирую. Только святыни меня и защищают.

-От чего.

-От злых духов.

-Они всех нас защищают.

-Да,- вздохнула Марго, - но у меня особый случай. Я их вижу.

-Как это? Во плоти?

-Во плоти. И разговариваю с ними.

-И какие они?

-Ужасные и отвратительные.

-Ну, это понятно. С ногами, руками? С лицом?

-По-разному.

-Мда. А ты уверена, что не привиделось? С врачом об этом не говорила?

Марго взглянула из-под епитрахили на священника. Уж не издевается ли? Его лицо выражало тревогу и казалось искренним.

-Батюшка, я здорова. Неужели вы не верите в темных духов?

-Как же не верить, верю. Только они чаще являются либо людям с очень больным самомнением, либо святым, либо людям с больной психикой. В последнем случае, трудно ручаться за реальность таких явлений.

-У меня есть два свидетеля реальности этих явлений. Я звала на помощь сначала девушку, а потом мужчину, и оба видели то же что и я.

-И чем ты заслужила такое?

-Вот об этом-то я и пришла рассказать,- тяжко вздохнула Марго,- я много колдовала за деньги, а потом продала душу дьяволу.

Марго почувствовала, как рука священника дрогнула при этих словах. Он снова сухо прокашлялся, присел на скамейку, указав рукой на половичек перед ней. Марго почему-то сразу догадалась, что нужно стать на колени. Священник плотно накрыл ее голову епитрахилью, наклонился ближе и повелел:

-Рассказывай!

Через час Марго выпорхнула из церкви. Она не только исповедалась, батюшка даже счел необходимым ее причастить.

«Теперь все будет хорошо!»- твердила она по дороге домой. Правда, отец Павел предупредил, что в церковь ей придется теперь ходить чаще, чем есть, но это, конечно, аллегория. Теперь все будет хорошо! И хотя она влетела в дом в преотличном настроении, как весенняя птичка, мама при виде дочки всплеснула руками и воскликнула:

-Риточка! Да ты совсем зеленая! Ты что заболела?

Глава 20.

Марго призналась, что рассталась со своим босом и женихом по совместительству. Так что одновременно осталась без любимого, работы и квартиры. Это могло объяснить болезненный вид девушки.

-Зря говорят, что от любви вылечить нельзя,- говорила мама, как в детстве расчесывая длинные локоны Марго,- конечно консервативного средства от нее не придумали, но как от вируса тут помогают две вещи: время и симптоматическое лечение.

Узнав о намерении дочки поселиться в деревне, и открыть свое дело, мама только похихикала, и посоветовала сначала как следует отдохнуть «чтоб мозги на место встали».

Папа как всегда держался чуть в стороне, выполняя мелкие поручения, и поддакивая, когда речь заходила о Марго. Родители имели привычку разговаривать при дочери так, как будто она младенец, либо не слышит, либо не понимает.

-Я вчера не на шутку испугалась, когда влетает наша девочка в хату…лицо зеленое, на голове какая-то тряпка, глаза горят… говорит: «Мама! Пойдем в церковь, там праздник, батюшка всех нас к столу пригласил». У меня тахикардия началась. Думала, обезумело наше единственное дитя!- жаловалась мама.

-Почему это обезумела?- попробовала возразить Марго,- там же пол - деревни собралось…

-Ты кушай, Риточка, варенички,- прервала мама, и снова отвернулась к отцу,- так и есть! Ребенок на грани! Чувствовало мое сердце, что что-то не так! Я уже было собралась хозяйство бросить, и сама в город поехать.

Симптоматическое лечение матери приносило свои плоды. Марго стала забывать ужасы прошедших месяцев. Временами казалось, что все эй просто приснилось. И с каждым днем крепла уверенность, - она сделала правильный шаг, воспользовавшись советом Владимира, что нужно исповедоваться и причастится. Когда образы Яриса, Чета и жутких барабашек стали стираться из памяти, их неожиданно вытеснило другое лицо. Марго заметила, что все время думает о Володе. Она скучала по этому с виду неказистому парню. С ним было так тепло, так спокойно! Как под крылом Ангела. Почему-то возникало такое странное сравнение. Марго нравилась его хозяйственность и аккуратность, его рассудительность. Ярис, которого она когда-то считала образцом мужественности, по сравнению с Владимиром выглядел, как капризная примадонна.

С Ярисом Марго была в постоянном напряжении, а с Володей смеялась даже в свои трудные времена. Ей нравилась его улыбка, твердость жизненной позиции, нравилась его шумная многодетная родня, его способность понимать и прощать. Когда-то Марго была уверена, что выйдет замуж только за совершенно особенного человека. Сейчас она понимала, что хоть Владимир не совсем подходит под ее старые понятия "особенного", но успел стать для нее совершенно незаменимым человеком.

Марго не раз порывалась позвонить Володе, или хотя бы разблокировать его номер (внесенный в черный список после договора с Четом). Останавливало лишь одно. Что она скажет ему об этом договоре? Марго успокаивала себя тем, что после покаяния договор был, расторгнут, но где-то глубоко грыз червь сомнения. А если она выйдет из-под надежного родительского крова, вернется в город, и кошмар возобновится? Зачем такому чистому человеку как Вова, женщина, продавшая свою душу?

Между тем время шло, Маргарита стала терять былую бледность, исчезла тревожность, и в доме тут и там раздавалось ее веселое щебетание. В селе завершились сельскохозяйственные работы, прошел Покров, а с ним и время свадебных гуляний. Рита побывала свидетельницей на свадьбах своих школьных подруг. Обе вышли замуж за городских парней и гуляли свои вторые свадьбы после пафосной церемонии в городе. Все местные неженатые мужчины от 17 до 50 лет считали себя женихами Маргариты. Она произвела в умах этой немногочисленной публики фурор своим намерением остаться в деревне. Местные кумушки наперебой сватали Марго, «подкатывали» к ее родителям с намеками. Папа был не против очередного Васи или Пети, но мама, и слышать ничего не хотела. Все они ее дочери в подметки не годились. Она считала, что даже захудалый «городской» в сто раз лучше лучшего «сельского». Саму Марго не интересовали не те, не другие. Она отмахивалась от заигрываний и признавалась, что ее сердце занято. Но никто не принимал этих признаний всерьез. Видно у мамы была в селе «задушевная подруга», потому что уже на следующий день после приезда Марго, вся деревня знала, что она разругалась с женихом. Поэтому ее нежелание обращать внимание на парней списывали на временные страдания разбитого сердца. Которое срочно необходимо лечить старым методом под названием «клин клином».

Ленка, живущая через два дома от ритиных родителей, страстно хотела замуж. Но булочки она любила больше мужчин, поэтому обладательница солидной комплекции пока так и не встретила свою судьбу. Зато скольких подруг свела! Было бы странно, если бы она оставила без внимания «страдалицу» Риту. На очередном свадебном гулянии, сводня прицепилась к Марго как банный лист, уговаривая ее потанцевать с неким Славиком или сходить за угол поговорить с ним. Мужчины часто обращались к Ленке с просьбой «поговорить за меня». Девушка с удовольствием устраивала свидания, радуясь, что хоть таким образом, активно общается с молодыми людьми. В этот день старания Лены не увенчались успехом. Марго упорствовала до конца, но потом под влиянием жалости и молодого вина разоткровенничалась и рассказала подруге о то, что скрыла даже от матери.

-Ленка!- объясняла Марго, крепко ухватившись за полный локоть девушки, и направляясь к дому по освещенной луной дорожке,- я вовсе не страдаю по парню, который меня бросил, как все считают.

Лена недоверчиво покачала головой, но ничего не сказала.

-Правда, правда,- уверяла Марго,- я разочаровалась в том, с кем встречалась, я люблю другого.

-Другого?- оживилась Лена.

-У нас ничего с ним не было, но, кажется, он был в меня влюблен.

-А сейчас?

-Я не знаю,- неопределенно махнула рукой Марго.

-Так узнай!- остановилась Лена.

-Я не думаю…

-Вот и не думай!

-Я…- Марго схватилась за облупленный зеленый забор и захохотала,- хорошая идея, не думать.

Лена подвела хихикающую Марго к лавочке и насильно усадила ее.

-Звони!

-Не могу,- слабо отбивалась Марго.

Лена достала из кармана широких брюк в восточном стиле невесть откуда взявшуюся бутылку шампанского. Она заправски расправилась с пробкой, не пролив ни капли.

-Пей!

-Стаканчиков нет?

-Какие стаканчики?

Марго снова засмеялась и приложилась к горлышку. Через минуту она уже рылась в своем телефоне, выуживая заблокированный номер Владимира.

Он приедет завтра! Искал, волновался. Даже в институт ее ходил, пытался купить там домашний адрес Маргариты. Ведь в их области несколько Троицевых! Адрес ему не дали. На удивление честные и упрямые люди. Хозяйка квартиры, понятия не имела кто такая Маргарита, она имела дело только с Ярославом, который оплачивал по перечислению, а совсем недавно отказался от квартиры. На дверях салона-магазина «Фен-Шуй» висело объявление, что работа возобновится через месяц. Учитывая состояние девушки, в их последнюю встречу, Владимир предполагал самое худшее, поэтому милиция, скорая и морги были опрошены еще в день исчезновения. Он ждал, молился каждый день, и, наконец, Господь услышал. Владимир даже не нашел в себе сил, чтобы рассердится на молчание Марго. Он был счастлив. Марго сказала, что он ей нужен и пригласила домой.

-Мама, он приедет в воскресенье!

-Кто? Начальник твой?

-Да нет, Володя!

-Какой Володя?

-Парень, в которого я влюблена.

-Интересное кино! Откуда взялся этот Володя? Доча, ты что перепила?

-Мам, я ж со свадьбы. Конечно, я пьяная.

-Ладно, спать ложись, завтра расскажешь, кого это к нам принесет в воскресенье.

-Расскажу обязательно. Я же тебе не все рассказала.

-Это я сразу почувствовала. А завтра точно расскажешь?

-Клянусь!

Она проснулась от далекого пения петуха, нащупала в темноте тапки и поплелась в кухню. За окном было необычно светло. Первый снег! Марго прислонилась носом к стеклу и любовалась жемчужными переливами в свете луны. Грязный еще вчера двор обновился и засверкал, как мрамор во дворце. Не хотелось отрываться от зрелища рождения зимы, но страшно сушило горло. Марго зачерпнула ковшиком из ведра и с удовольствием приложилась к холодному металлу. Напившись, она наощупь двинулась назад в спальню, но тут заметила странную тень на стене. Руки похолодели, волосы зашевелились на затылке.

Он сидел в углу на табуретке с нарочито скромным видом.

-Узнала?

Как не узнать? Она каждый день содрогалась, вспоминая его мерзкую улыбку. Думала, что больше никогда не увидит ее. Просто хотелось так думать. Теперь-то понятно, что надежды избавится от мистера Чета нет. Неожиданная встреча лишила ее сил, Марго села на пол и заплакала.

Мистер Чет тоже поменял манеру поведения, он был слишком зол, чтобы шутить и измываться.

-Вот что, я тебе скажу, дрянь ты такая,- зашипел он,- еще раз сунешься к попам - ад тебе покажется увлекательным аттракционом, по сравнению с тем, что я с тобой сделаю!

-Я больше не буду,- проныла Марго, чувствуя, как ее накрывает волна безотчетного ужаса.

-Не будешь! И для профилактики, ты будешь наказана. А то слов не понимаешь!- заорал Чет визгливым голосом и превратился в смрадное черное облако.

Марго подождала, пока облако испарится, вытерла мокрое лицо рукавом пижамы, поднялась с пола и по стенке добралась до кровати. Она ощущала странную слабость, похожую на гриппозное состояние. «Чет наказал меня болезнью»,- решила девушка и провалилась в глубокий сон.

Разбудил жуткий холод. Пыталась натянуть на себя одеяло, но оно ни капли не грело. Она подумала, что где-то открыто окно и свесила ноги с кровати, пытаясь нащупать тапочки. Что-то не так. Под ногами не ощущалось не только тапок, но и пола. Марго открыла глаза и дотронулась до век руками. Да, глаза открыты, но тьма остается такой же глубокой. Марго зажмурилась и потерла глаза, рискнула снова открыть их и ясно увидела белеющую постель и темную пустоту вокруг. Она осторожно подползла к краю кровати и посмотрела вниз. Под темным пространством находилось еще более темное и густое, напоминающие бушующее море или волнующиеся грозовые тучи. Царила оглушительная тишина. Марго нарочно кашлянула. Тихий звук отразился многократным эхом.

«Спокойно, ты спишь!»- подумала Марго.

Она снова решила лечь в постель, и, несмотря на холод попытаться заснуть во сне. Слышала, что это помогает пробудиться от кошмара. Марго уже «засыпала», когда почудился громкий всплеск. Через секунду что-то плотное придавило ее ноги. Девушка подскочила и села на кровати. В ногах стояло ее проклятье. Мужчина с черной кожей и европейскими чертами, с кошачьими глазами в черном плаще. Это был Чет. Несмотря на окружающую тьму, его было очень хорошо видно. Марго разглядела даже структуру кожи чудовища, которая напоминала шкуру варана, только темнее.

Чет развел руки в стороны, и Марго увидела, то, что она раньше принимала за плащ, оказалось кожистыми крыльями. С их помощью Чет поднялся в воздух, и, сделав пару впечатляющих кругов, приземлился рядом с Марго. Впервые она видела черного человека так близко. Он смотрел на девушку с бесконечной ненавистью, глаза чудовища казались, наполнены кровью.

Марго хотела бежать, но боялась ступить за пределы повисшей в воздухе кровати. Монстр пригнулся и одним прыжком очутился где-то внутри девушки. Марго вскрикнула и забилась на кровати в припадке, похожем на эпилептический. В эти мгновения она чувствовала глубокое отчаяние. Она желала погибнуть и очутится в самой глубине ада, она желала непрекращающихся мучений, которые смогли бы заглушить черный огонь ненависти к самой себе, охвативший все ее существо. Она ползла к краю кровати, чтобы спрыгнуть в бездну. Это трудно было осуществить, потому что тело не слушалось. Еще немного и она была почти у цели. Но страшное существо покинуло ее тело в паре сантиметрах от пропасти. Ощутив колоссальное облегчение, она оглянулась и увидела… себя. Ее копия висела в воздухе рядом, и была неотличима от оригинала, только светлая пижама почему-то почернела. Новая Марго скривила рот в знакомой издевательской ухмылке Чета. А старая Марго снова провалилась в сон.

Она проснулась в своей спальне. Первые лучи восходящего солнца уже проникли за занавески. Со двора доносились привычные и такие приятные звуки. Квохтанье кур, мычанье коров, первые звуки просыпающийся деревни. Марго, любившая утром нежиться в постели, сейчас поспешила ее покинуть. После кошмарного сна, собственная кровать казалась ей тюрьмой.

Из кухни раздавалось легкое позвякивание. Вероятно, мама возилась с кастрюлями. Марго поспешила к ней.

-Надень тапки!- приказала мама, оторвавшись от помешивания теста для оладушек,- И иди умывайся, через минуту будешь завтракать.

-Я не хочу умываться,- улыбнулась Марго.

-Хоть причешись!- хмыкнула мама.

Марго подошла к зеркалу, взяла расческу и замерла, увидев свое отражение. Оно улыбалось улыбкой Чета! Девушка, которую увидела Марго в зеркале, была мало похожа на нее. Она внушала страх и была одета в черную пижаму. Марго отвернулась от зеркала и взглянула на свою одежду. Наваждение продолжалось. Пижама, действительно, была черной. Спасаясь от этого ужаса, Марго поспешила к матери и крепко ухватила ее сзади за талию.

-Ритка, не приставай!- попыталась вырваться из ее объятий мама.

Марго потянула за поясок на ситцевом халате мамы. Развязав его, она быстро накинула на тонкую шею, сдавила с невероятной силой, и отпустила только тогда, когда тело матери упало мешком на пол. Постояла минуту, вглядываясь в ее широко раскрытые глаза и посиневшее от удушья лицо, Марго направилась в спальню, где снова улеглась в кровать и моментально уснула.

В то утро петухи орали особенно громко. Тело налилось свинцом, в глаза будто насыпали песку, и открывать их, мягко говоря, не хотелось.

В памяти всплыли картины ночных кошмаров, что сразу смыло остатки сна и понудило Марго покинуть постель.

В доме было тихо, только из комнаты родителей раздавался привычный кашель курильщика-отца. С этого кашля начинался каждый день. Сейчас папа встанет, загремит ковшик о ведро с колодезной водой, и отец пойдет «добивать себя» во двор, то есть покурить. Мать станет пилить мужа за курение, а он ответит только «да ладно!».