VIII

Галапорт

Галатея

Маршрут Скаи, Федеративное Содружество

30 апреля 3057 г.


Герман Бовос присел за свободный столик и осмотрелся вокруг. Внешний облик завсегдатаев «Ленивого кавалериста» оставлял желать лучшего, но, по крайней мере, никто из них не проявлял особого интереса к его персоне. Женщина, с которой ему предстояло встретиться, настаивала на месте, где бы ее не могли узнать, и Бовос рассудил, что «Ленивый кавалерист» вполне подходил для этой цели.

Официантка средних лет подошла к его столику, лениво жуя на ходу жевательную резинку. Ее обнаженные до плеч руки были испещрены наколками с именами ее бывших любовников. Судя по их количеству, ее прошлая жизнь была весьма насыщенной.

«Меланхоличное зрелище, — подумал Бовос, — наверняка большинства этих парней давно уже нет в живых, и эти наколки остались единственными эпитафиями в их память».

— Чего тебе, молодец? — спросила женщина, принимая кокетливую позу, мало подходящую ее возрасту, но зато позволяющую досыта налюбоваться ее внушительными прелестями.

— «Северный ветер», — произнес он название своего любимого напитка.

— Гуляешь, — фыркнула она, возвращаясь меньше чем через минуту и ставя на стол стакан подозрительного вида жидкости, — дело хозяйское.

Гони монету.

— К чему такая спешка? Я еще не собираюсь уходить.

— Знаю я вас. У нас не принято отпускать в кредит, даже если ты собираешься просидеть здесь всю ночь. Откуда мне знать, есть ли у тебя бабки. Так что деньги на бочку.

Бовос не стал спорить и покорно извлек из кармана десятку.

Ему потребовалось не меньше недели, чтобы договориться о встрече с одним из дюжины вербовщиков, оперирующих на Галатее. В отличие от своих коллег на Аутриче, они предпочитали держаться в тени, что было ничуть не удивительно, учитывая специфику их профессии. Галатея давно уже стала надежным пристанищем для пиратов, контрабандистов и прочего сброда, готового за умеренную плату взяться за любую, даже самую грязную работу.

Впрочем, Бовос хорошо понимал трудность стоящей перед ним задачи и не рассчитывал, что ему повезет с первого раза. Вне всякого сомнения, люди, атаковавшие Широ-3, не собирались афишировать свою деятельность. Ему следовало соблюдать особую осторожность, если он надеялся добиться успеха и при этом остаться в живых.

В дверях забегаловки появилась женщина, закутанная в длинный плащ, обычную одежду обитателей планеты в дождливое время года. Ей было никак не меньше пятидесяти лет, и ее огрубелая от ветра и солнца кожа свидетельствовала, что большую часть их она провела на Галатее, во всяком случае последнюю их часть. Седые волосы были коротко острижены.

Суровое выражение лица наряду с кобурой лазерного пистолета у пояса недвусмысленно указывали на то, что она умеет постоять за себя.

Бросив быстрый оценивающий взгляд на посетителей, женщина решительно направилась к столику, за которым сидел лейтенант.

— Вы Бовос? — коротко спросила она.

— Лейтенант Герман Бовос, — представился он, вставая и протягивая руку.

Она презрительно проигнорировала его жест и уселась на стул напротив него.

— А вы, следовательно…

— Она и есть. Не стоит без надобности называть моего имени. Стены имеют уши, а мне не нужна лишняя реклама. Я не веду дел с подонками, собирающимися в подобных местах, и сама решаю, кто мне подходит.

— Я слышал об этом, — подтвердил Бовос. Согласно слухам, которые ему удалось собрать в ночных притонах Галапорта, Клара Либ собирала команду наемников для операции в Синдикате Драконов. Как и всякие слухи, они были достаточно неполны и противоречивы, но Бовос не терял надежды. Кто знает, может быть, Либ и была тем человеком, которого он искал. Другого способа выйти на бандитов, совершивших налет на Широ-3, у него не было.

В любом случае, она могла располагать информацией, которая позволила бы ему найти следы этих людей.

— Я проверила те сведения, — продолжала она, — и через моих друзей мне удалось выяснить, что вы действительно служили в чине лейтенанта во Втором батальоне Восточных Гусар. Неплохая рекомендация. Теперь я хочу узнать главное. Какого черта вы притащились на Галатею?

— По личным мотивам, — отрубил Бовос, нахмурившись.

— Если вы собираетесь иметь со мной дело, надо быть более откровенным, лейтенант.

— Я ищу работу, за которую платят деньги. Хорошие деньги. Те условия, которые мне предложили на Аутриче, меня не устроили.

Бовос сделал глоток из своего стакана и кончиком языка облизал губы.

Либ откинулась на спинку стула и несколько мгновений насмешливо разглядывала его.

— Так я и думала, — презрительно произнесла она, поднимаясь на ноги.

— Легавый!

— Что вы хотите этим сказать?

— То, что ты слышал. Легавый, да еще и новичок. Шпион! Они наведываются к нам время от времени. И какую же службу ты представляешь?

Должна сказать, что ты, пожалуй, самый худший из всех, кого я до сих пор встречала. Даром хлеб жрешь. Передай своему боссу, что ему следует уделять больше внимания подготовке своих агентов.

Герман, в свою очередь, встал на ноги.

— Почему вы решили, что я шпион? — сердито спросил он.

— А какие в этом могут быть сомнения? — насмешливо прищурилась Либ. — Должна еще предупредить, что парни, занимающиеся твоим делом, не долго заживутся на Галатее, если вовремя не догадаются убраться отсюда куда-нибудь подальше. Так вот тебе мой совет. Бери ноги в руки и мотай отсюда, пока еще цел.

— Вы ошибаетесь. Я не шпион. Мне просто нужна работа! — рявкнул он, хватая Либ за руку, чтобы помешать ей уйти.

Либ презрительно оттолкнула его руку и многозначительно потянулась к кобуре своего лазера.

— Послушай, Бовос или как тебя там. Не вешай мне лапшу на уши. Я и не таких видела. А твоим басням не поверит и ребенок.

Несколько посетителей, привлеченных шумом ссоры, подняли было головы, но, заметив металлический блеск оружия, поспешили вернуться к своим напиткам.

— Я слишком занятая женщина, чтобы тратить свое время на каждого дешевого филера, который сует свой нос в чужие дела.

— Я не шпион, — повторил Бовос сквозь зубы.

— Тогда докажи это.

Бовос совершенно не был готов к такому повороту событий. Кажется, в первый раз он растерялся.

— Что я могу сказать? — признался он. — Да вы все равно не поверите моим словам, что бы я ни говорил.

— Еще бы!

Бовосу не оставалось ничего другого, как признать свое полное поражение.

— Ну и черт с вами. Не хотите верить, не верьте. Но прежде чем вы уйдете, позвольте и мне сказать вам кое-что. В этой дыре вам никогда не найти пилота с моим опытом и квалификацией. Вы и сами это знаете, если не поленились проверить мой послужной список. Так стоит ли бросаться такими людьми, как я?

Клара Либ несколько секунд простояла молча, словно взвешивая силу его последнего аргумента.

Сам Бовос не питал особых иллюзий на сей счет, но был доволен уже и тем, что ему все-таки удалось заинтересовать ее.

Наконец, видимо приняв окончательное решение, Клара Либ вернулась на прежнее место.

— Не люблю вранья и недомолвок, Бовос. Попробуйте еще раз. Но имейте в виду: я далеко не девочка и без труда сумею отличить правду от лжи.

— Хорошо, — согласился он, — я ищу здесь вербовщика, сформировавшего отряд, напавший на подразделение, в котором я служил.

— Валяйте дальше, я слушаю.

— Я видел этих ребят в бою и готов иметь с ними дело.

По выражению лица Либ он понял, что она не поверила ему, но тем не менее осталась сидеть, давая ему возможность закончить свою историю.

— Я не собирала команду, совершившую налет на Широ-3, — наконец произнесла она угрюмо. — Дела на Галатее идут паршиво, не то что раньше.

Да и дальше Периферии мои ребята обычно не суются. Класс не тот. Но ты опять принялся за свое. Неужели ты думаешь, что я поверю твоим байкам о том, что тебе так понравились эти парни, что ты разыскиваешь их по всей Галактике? Ты что, за дуру меня держишь? Да одно выражение твоего лица говорит прямо о противоположном.

Бовос вздохнул, понимая, — что он сейчас ничуть не ближе к своей цели, чем был неделю назад.

— Вы правы, — сдался он. — Я и не собирался работать с ними. Я хочу отомстить за моих товарищей, хотя, возможно, и это мое желание снова покажется вам детским и смешным. Они заманили нас в ловушку, а потом безжалостно вырезали весь отряд. Я и сам уцелел разве что чудом.

В его словах прозвучала горечь, которую на этот раз он и не пытался скрыть.

— Я слышала об этом деле, да и кто о нем не слышал? Если верить слухам, это были Рыцари старого Марика.

Бовос отрицательно покачал головой, — В этой истории верно только то, что их роботы были окрашены в цвета Ордена. Остальное все чушь. Рыцари работают на машинах последних моделей. Эти же были старые развалюхи, кое-как подлатанные для этого случая. С другой стороны, никто не убедит меня, что генерал-капитан стал бы использовать Рыцарей против своих же союзников.

— Газеты придерживаются иного мнения.

— К дьяволу все газеты. Я был там и все видел своими глазами.

— Теперь послушай меня, Бовос. Ты взялся за дохлое дело. Не можешь же ты до конца своих дней мотаться по Галактике в поисках своих обидчиков.

Да для этого и двух жизней не хватит. Ты парень крепкий. Я найду тебе такую работу, что через шесть месяцев ты напрочь забудешь о всей этой истории.

«Может быть, она и права, — тоскливо подумал Бовос. — Шансов у меня никаких или почти никаких. Но как забыть павших товарищей, нарушить клятву? Нет уж, была не была. Пусть мне будет хуже».

Он неторопливо допил свой стакан.

— Спасибо за предложение, Либ. Ей-богу, большое спасибо. Но у меня другие планы.

Она слегка кивнула головой в ответ, словно и не ожидала от него ничего другого.

— Что собираешься делать дальше?

— Не знаю еще, — ответил он совершенно правдиво, — но я почему-то уверен, что человек, собравший команду для налета на Широ-3, оперирует здесь. Пилоты, работающие по официальным контрактам, не опустились бы до подобного дела.

Либ задумчиво почесала подбородок.

— Тогда на твоем месте я начала бы с того, что попробовала прощупать людей, занимающихся организацией турниров роботов. Слышал о таких?

— Да, даже видел один такой несколько лет назад, на Солярисе.

Либ насмешливо фыркнула.

— Тогда ты ничего не знаешь, сынок. На Галатее дело поставлено на широкую ногу. У нас построено несколько специальных арен для проведения подобных состязаний. Дрянное дело, должна тебе сказать, но приносит верный доход. На хлеб с маслом хватает. Да и на выпивку тоже.Но редкому пилоту удается продержаться больше чем пару месяцев. После этого их выносят с арены ногами вперед, если, конечно, остается что выносить. С твоим опытом ты мог бы продержаться немного подольше. Покрутись в этих местах, может быть, и услышишь что-нибудь полезное.

— Еще раз спасибо за совет, Либ. Звучит заманчиво, — согласился Бовос. — Как мне выйти на организаторов Игр?

Либ огляделась вокруг, не подслушивает ли их кто.

— Ладно, черт с тобой, хотя подобные услуги и не в моих правилах. У меня есть несколько знакомых, у которых ты сможешь получить нужную тебе информацию.

Бовос наклонился вперед, стараясь не пропустить ни одного сказанного ему слова.



Коммерческий десантный корабль, Система Левайн

Орбитальный приемный пункт

Эротитус, Периферия


Дункан поднялся по лестнице и постучал в дверь приемной. Полет на Эротитус занял у него более двух недель. Этот срок мог быть и большим, если бы не содействие генерал-капитана, предоставившего в его полное распоряжение один из собственных субпространственных звездолетов.

Сейчас, когда он находился всего в нескольких часах полета от Эротитуса, Дункан испытывал потребность в новом приватном разговоре с Родом Трейном. Чрезвычайная важность миссии требовала от него позабыть о личных амбициях. Дункан понимал, что их личная неприязнь может серьезно повредить порученному делу.

От него требовалось любой ценой добиться хотя бы временного перемирия, даже если для его достижения пришлось бы потрафить гипертрофированному самолюбию благородного Рыцаря. По обыкновению, Дункан чувствовал себя лучше всего тогда, когда экстремальные обстоятельства готовы были загнать его в угол. Ему не надо было объяснять подоплеку эмоций, движущих поступками Трейна. Гордость Рыцарей Ордена давно вошла в пословицу.

Понятно, что для Трейна Дункан был всего лишь одним из грязных наемников, и перспектива служить под его началом никак не улыбалась самовлюбленному капитану.

«Хотим мы этого или не хотим, — повторил про себя Дункан, — нам предстоит работать вместе, хотя и на моей территории. Не могу же я допустить, чтобы из-за личного тщеславия мы поставили на грань провала важную операцию».

Дверь со скрипом отворилась, и Дункан оказался в кабинете Трейна, служащем в силу специфических условий Т-корабля одновременно спальней и жилым помещением. Вопреки своему скептическому отношению к Рыцарям вообще и к их капитану в частности, Дункан не мог не отдать должное идеальному порядку, царившему в комнате. Даже две книги, лежавшие на походной кровати Трейна, были расположены строго симметрично относительно изголовья. Дункан невольно усмехнулся, подумав о том, насколько все это было не похоже на тот бардак, который стоял в его собственной комнате.

— Чем обязан? — кисло осведомился Трейн, поднимаясь навстречу незваному гостю.

— Нам нужно поговорить, — сухо пояснил Дункан, — у нас всего лишь несколько часов перед высадкой на планету, и моя прямая обязанность рассказать вам все, что я сам знаю о Эротитусе.

— Благодарю вас, но у меня уже была возможность ознакомиться с докладами СБ на сей счет, — заметил Трейн все тем же кислым тоном, — и я не думаю, что вы смогли бы сообщить мне что-либо новое.

Дункан улыбнулся и без приглашения зашел внутрь, игнорируя очевидное намерение хозяина преградить дорогу. Он пересек комнату и, к ужасу Трейна, демонстративно опустился на тщательно убранную постель.

— Вы так думаете? Вы полагаете, что в докладах СБ содержатся сведения о том, в какие часы открыты местные казино? Там говорится о том, что в распоряжении шефа полиции Нью-Хедона имеются, по крайней мере, три собственных вооруженных формирования, которые он использует для того, чтобы выбивать денежки из местных торговцев и заезжих туристов? Что сообщает СБ о торговле женщинами в здешних краях?

Трейн прислонился к двери и величественно скрестил руки на груди.

— Мне вообще мало что известно о нравах преступного мира, не говоря уже о его локальной специфике.

Дункан оскорбительно усмехнулся.

— А к вашему сведению, это всего лишь верхушка айсберга.

— Вы так уверены, что мне необходимо это знать? Дункан равнодушно пожал плечами:

— Да, если вы намереваетесь выполнить поручение Марика.

— Допустим, вы правы. Чем же тогда объяснить столь халатное отношение наших агентов к своим прямым обязанностям?

Дункан машинально бросил взгляд на корешки книг, лежавших на постели Трейна. Одна из них принадлежала некоему Паттону, фамилия которого показалась Дункану смутно знакомой. Книга второго автора, судя по всему древнего китайского философа, впервые попалась ему на глаза.

— СБ не может знать всего, — заметил он примирительно.

Трейн недовольно нахмурился.

— То, о чем вы только что упомянули, подтверждает мою точку зрения на Периферию. Должен согласиться, что, возможно, я недооценил справедливость ваших слов, произнесенных во время нашей предыдущей встречи.

— Весьма признателен.

— Вероятно, я был склонен несколько переоценивать достижения цивилизации на окраинных планетах. Теперь я вижу, что здесь по-прежнему безраздельно властвует варварство и полное беззаконие. Местное население представляет собой отбросы общества, не имеющие понятия о чести или морали. Технологии вообще не существует. Что касается условий существования, то они не выдерживают никакой критики.

Невольно Дункану стало жаль Трейна.

— Ей-богу, вы странный человек, Род. Я помню слова вашего Магистра, с которыми вы наверняка согласны, о том, что Орден представляет собой скорее социальную, нежели военную организацию, некий прообраз будущего общества. Но я не перестаю поражаться, как вы, человек, посвятивший свою жизнь столь высоким идеалам, так мало осведомлены о жизни реальной.

Иногда у меня создается впечатление, что вы просто не верите в возможность применения своих идей на практике.

— Вы оскорбляете меня, сэр! Мне странно слышать подобные слова от человека, чье положение в обществе всецело зависит от былых заслуг его отца.

— Запомните раз и навсегда, Трейн, — произнес Дункан нарочито холодно, с трудом удерживаясь от настойчивого желания дать своему собеседнику по морде, — мой отец не имеет никакого отношения к моей миссии. Генерал-капитан лично пригласил меня. Я не знаю, какие у него были основания для этого, и не стремлюсь узнать. Скажу только одно: я собираюсь выполнить его поручение, даже если вы приложите все силы, чтобы помешать мне в этом. И еще одно. Не судите слишком строго обитателей здешних мест. Приберегите свое суждение до той поры, когда вы с ними получше познакомитесь. Держу пари, что вы в первый раз на Периферии.

— Вы правы. И могу добавить, что не горю желанием задерживаться здесь особенно надолго.

— Могу только повторить, что для человека, служащего в элитном подразделении Томаса Марика, у вас весьма странные взгляды на способы достижения целей, записанных в его уставе.

— Что вы этим хотите сказать? — осведомился Трейн все тем же высокомерным тоном.

Дункану с большим трудом удалось подавить приступ охватившего его раздражения.

«Черт побери, — подумал он, — ну и послал же Господь мне такого сноба».

— Не забывайте, что Периферия — это граница цивилизации, в традиционном значении этого слова, — терпеливо напомнил он. — Понятно, что люди здесь собрались разные, но упаси вас Бог смотреть на них сверху вниз. Во-первых, в этом случае я не дал бы за вашу жизнь и гроша, а во-вторых, в каких бы примитивных условиях они ни жили, они заслуживают не меньшего внимания и уважения, чем обитатели Внутренней Сферы. Вы правы, здесь больше чем достаточно преступников, профессиональных игроков, контрабандистов, пиратов и проституток, но большинство населения составляют все же фермеры, золотоискатели, охотники и другие честные люди, поставившие своей целью обеспечить благосостояние своих детей ценой своего повседневного изнурительного труда.

Если вы изучали историю Звездной Лиги, то должны помнить, как много лет потребовалось регулярной армии, чтобы поставить территорию Периферии под контроль правительства. Здесь живут гордые и независимые люди.

Приглядитесь к ним, Трейн. Право, они заслуживают хотя бы этого.

На какое-то время Трейн, казалось, потерял дар речи. Но Дункан хорошо понимал, что выиграть одно сражение еще не означает выиграть войну.

Чтобы закрепить свой успех, он быстро поднялся со своего места и направился к двери.

— Увидимся при посадке.

К его удивлению, Трейн остановил его, схватив за руку:

— Подождите, наш разговор не окончен.

Не торопясь Дункан освободил свою руку и широко улыбнулся капитану:

— В данный момент мне нечего больше сказать. Трейн попытался было возразить, но запнулся на полуслове.

Несколько секунд мужчины молча смотрели друг на друга.

— Вы ненавидите меня, не так ли? — прервал затянувшееся молчание Дункан.

Трейн энергично потряс головой:

— Вы ошибаетесь. Я всего лишь… не уважаю вас.

— Это одно и то же.

— Нет. Совершенно разные вещи.

— Каковыми бы ни были ваши чувства ко мне, капитан, — твердо сказал Дункан, — напоминаю вам, что до выполнения порученного нам дела вы являетесь моим подчиненным. Вы можете не любить меня, но обязаны выполнять мои приказы. Такова воля Томаса Марика, которую, я уверен, вы не захотите нарушить.

«Будем надеяться, что я все же не ошибся в своей оценке, — подумал Дункан, закрывая за собой дверь. — Если это так, то у меня есть все шансы рассчитывать на успех».

Загрузка...