Сандра Мартон Черный виноград

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Последний месяц лета, на дороге в Лас-Вегас

Солнце едва тронуло золотыми лучами край пустыни, когда Кир О'Коннелл пересек границу штата Невада.

На дороге не было ни души, и Кир гнал свой черный «феррари» с огромной скоростью. Мимо промелькнул дорожный знак. 75 миль до Лас-Вегаса. Добро пожаловать в казино и отель «Песня пустыни».

«Семьдесят пять миль. С такой скоростью мне понадобится меньше получаса». Кир ослабил педаль газа.

Он в дороге уже два дня, мчится почти без остановок, но свадьба матери того стоит.

Мысль о матери заставила его улыбнуться.

Пропустить свадьбу герцогини — об этом не может быть и речи. Она будет ждать, пока все ее шестеро детей соберутся вместе, и только тогда сможет спокойно сочетаться узами брака с Дэном Койлом. А после церемонии она шкуру снимет с каждого, кто задержался, никого не пощадит.

Но у Кира уйма времени. Торжество состоится только завтра. Кир убеждал себя, что торопится, потому что ему не терпится повидаться с семьей. Но это лишь повод, причина же была в том, что он обожал скорость.

Не быстро ехать, а низко лететь — вот что любил Кир, вот что его расслабляло и успокаивало. Да, именно ощущение полета и еще занятия любовью. Правда, последнего ему хотелось сейчас меньше всего.

Он не притрагивался к женщине уже тридцать дней: с тех пор, как уехал из дома… Месяц прошел с того самого вечера в саду… Тогда он повел себя с Касси Берк как настоящий осел.

Неужели целый месяц он провел вдали от родного дома? Были ли важными и тщательно продуманными решения, которые он принял за эти четыре недели? Всю жизнь братья дразнили его из-за того, что он чересчур аккуратен и просчитывает каждый шаг. «Тебе не хватает спонтанности, экспромта», — утверждали они.

Кир нахмурился.

И как так получилось, что он сложил с себя полномочия по управлению отелем, переехал в Коннектикут, что за две с половиной тысячи миль отсюда, и купил завод по изготовлению вин?

Кир поерзал на сиденье, пытаясь немного размять затекшие ноги. «Феррари» довольно просторный автомобиль, и все же при росте сто девяносто сложно удобно устроиться в машине.

«Что же делать? — спросил он себя. — К чему лгать?» То, что он увидит Касси, раздражало и беспокоило его.

Сейчас она уже, наверное, успокоилась, приняв его униженные извинения и сожаления. Но тогда было слишком много шампанского, медленные танцы и невольная близость, которая возникла из-за того, что он был свидетелем жениха, а она подружкой невесты на свадьбе Грея Бейрона с Дон Линкольн.

Кир прекрасно понимал, что все произошло исключительно по его вине. Он ее босс, черт возьми, и знает правила — нельзя заводить интрижки с подчиненными. Знает? Да он сам и составил их для своих сотрудников.

Логика. Благоразумие. Здравый смысл. Он верил в эти слова… и забыл о них, как о ненужном хламе, в ту ночь с Касси.

— Вы самонадеянный, эгоистичный, тупой сукин сын! — выкрикнула она ему в лицо, когда он вспомнил о благоразумии и отступил от нее, пытаясь извиниться.

Больше всего его злило то, что это была правда.

Он загнал Касси в тупик. Проигнорировать настойчивую страсть она не могла. И ответила.

Он взял ее на руки и понес в темный уголок сада. А секундой позже она уже прижималась к нему всем телом, раскрыв губы для поцелуя, и застонала, когда его руки скользнули под ее платье, длинное, воздушное одеяние, которое превращало скромную официантку из Лас-Вегаса в прекрасную фею из сказки…

«Ну и чепуха же лезет мне в голову», — нахмурился Кир. Ровно тридцать дней прошло с того момента. Тридцать. Почему бы просто не забыть об этом?

Голод рождает странные мысли. Желудок Кира не просто урчал, он взывал к хозяину с мольбой. Последние два дня Кир останавливался, только чтобы наполнить бак машины бензином, а свой желудок кофеином.

«Если вы, сэр, хотите пофилософствовать, — подумал Кир, — прибавьте газу, иначе этот путь станет самым длинным путешествием в вашей жизни».

Но на дороге стали чаще встречаться машины, и ему пришлось сбросить скорость…

На свадьбе Грея мать и Дэн Койл, начальник службы безопасности отеля «Песня пустыни», отвели его в сторону.

— Кир, — начала герцогиня, повиснув на руке Дэна, — я знаю, новость удивит тебя… Мы с Дэном собираемся пожениться.

Кир улыбнулся.

Удивит? Он давно замечал долгие оценивающие взгляды, которые Койл бросал на герцогиню, которая, словно школьница, краснела в ответ.

Он поцеловал мать, хлопнул Дэна по плечу. И тут герцогиня сказала, что сыну необходим месячный отпуск.

— Приказы свыше обсуждению не подлежат. — Дэн весело подмигнул.

— Ты заслужил полноценные каникулы, — настаивала мать. — Только вернись к свадьбе.

Кир еще раз поцеловал мать, пожал руку Дэну и предупредил, что не будет называть его папочкой.

Когда все шутки и пожелания иссякли, Кир перевел дух и спросил, не пора ли матери вернуться к управлению отелем, тем самым освободив его.

Дэн возмутился:

— Ты решил бросить дело из-за свадьбы? Кир, в этом нет необходимости.

— Конечно, — тихо проворковала герцогиня, не нужно. — Ее губы слегка дрогнули. — Впрочем, он хочет уехать, не так ли, Кир? Управление отелем никогда не входило в твои планы.

Кир не стал ничего отрицать.

— Дэн разделит со мной все тяготы семейного бизнеса, — твердо заявила мать, Кир кивнул в знак согласия. Дэн Койл ему нравился. К тому же если кто-то и мог осчастливить герцогиню, то только он.

Затем Кир вернулся к праздничной кутерьме свадьбы… И к Касси…

Кир надел солнцезащитные очки.

Он собирался отправиться в Таксон, но после сцены в саду побросал вещи в багажник и помчался вместо запада на восток, не в поисках развлечений, а в поисках своей собственной жизни.

Прекрасно вновь обрести свободу, сбросить груз ответственности, который он нес на своих плечах уже шесть лет… Но для чего ему нужна свобода? Он не хочет возвращаться на биржу, хотя сделал там состояние еще до того, как стал управлять отелем. Но теперь все осталось в прошлом.

А впереди лишь туманное будущее. Стараясь с помощью работы отвлечься от мыслей о своей глупой выходке с Касси, Кир навел кое-какие справки и отправился в Нью-Йорк. Через пару дней его поверенный сообщил об одной французской компании, работающей в отельном бизнесе и планирующей сооружение эксклюзивной гостиницы. Они желали получить консультацию Кира и платили хорошие деньги. Он начал подумывать об открытии в Нью-Йорке консультационного центра. Эта идея грела душу, ему нравились ритм и мощь города, и он всерьез стал помышлять о том, чтобы пустить здесь корни.

Он даже решил купить жилье, но, стоя на террасе пентхауса и слушая агента по продаже недвижимости, внезапно задумался. Что произошло с мальчиком, который мечтал стать космонавтом? С парнишкой, который хотел убить дракона? Пентхаус, бассейн и джакузи с минеральной водой не имели ничего общего с его мечтами. Как он мог забыть об этом?

Кир отказался от покупки, сел в свой «феррари» и погнал на север, наслаждаясь скоростью, риском, уединением.

Он оказался на небольшой дороге, пролегающей между стройными рядами дубов и кленов.

Кир чуть не пропустил придорожный знак:

Винодельческий завод «ОЛЕНЬЯ ТРОПА». Праздничные ужины и обеды. Четверг — воскресенье. Только по предварительному заказу.

«Сегодня как раз четверг, — подумал Кир, взглянув на часы. Было почти два. — Немного поздновато для ланча, кроме того, нужно сначала зарезервировать место, но какого черта?»

Итог поездки его умилил: красивый старый амбар, превращенный в маленький ресторанчик, рядом цветущий сад, а дальше — нескончаемый виноградник, ползущий вверх, на холм, к старинному каменному зданию, возвышающемуся на фоне безоблачного голубого неба.

— Только что отменили заказ на второй столик. Вы можете подождать несколько минут? — спросила хозяйка.

Кир выпил стакан вина и отправился на прогулку. Медленно и осторожно ступая между рядами виноградника, вдыхая густой запах земли и ягод, он понял, что принадлежит этой земле.

Он попросил хозяина выпить с ним чашечку кофе и приступил прямо к делу: Кир О'Коннелл желал купить «Оленью тропу». Владелец просиял: его жена болела, и нужно было сменить климат. Они как раз накануне говорили о продаже, и надо же — какой приятный сюрприз, подвернулся приличный покупатель.

Кир не удивился. До этого дня он не верил в судьбу. Однако именно она и привела его сюда.

Кир отправил по факсу документы своему поверенному и бухгалтеру. И не успело солнце закатиться за пологие холмы, как Кир О'Коннелл стал владельцем «Оленьей тропы».

Глупый поступок? Поверенный и бухгалтер были слишком вежливыми людьми, поэтому выразились иначе — «импульсивный»…

Кир прибавил скорость и перестроился на другую полосу движения. Возможно, они и были правы, но он ни минуты не сожалел о своем решении. Ему необходимо было изменить жизнь, и он ее изменил.

Лас-Вегас, десять миль.

Кир притормозил.

Он не был человеком, совершавшим необдуманные поступки. Правда, за последние несколько недель он наверстал упущенное: разорвал контракт с французской фирмой, купил виноградник и поцеловал женщину, которую целовать не смел.

«Нет, — решил Кир, — никаких сожалений… даже о Касси».

Он включил радио и услышал резкие звуки рока.

Больше всего он любил старый классический рок, который уже никто не исполнял.

На свадьбе Грея и Дон маленький оркестр играл знакомые мелодии. Он танцевал с Касси, они оба смеялись, двигаясь под быстрый ритм одной из песен «Роллинг Стоунз», внезапно темп изменился, стал медленным и тягучим.

Люди совершают на свадьбах и вечеринках несвойственные им поступки, и в этом виновато льющееся рекой вино.

Вальсируя, Кир увлек свою спутницу в глубь сада, подальше от фонарей и от других гостей, он даже представил себе, что попросит ее о свидании на следующий день.

— Касси, — в темноте прошептал он, приподнимая ее голову. И поцеловал ее. Просто поцеловал…

Чувства находились под контролем, пока она не издала тихий стон, не прильнула к нему, и тут, черт возьми, его руки обхватили ее, скользнули по мягкой шелковой коже.

Кир сжал руль.

Великолепно! Он опять очутился в прошлом, считая себя последним дураком, так как посмел прикоснуться к женщине, которая работала на него, которая, возможно, боялась сказать «нет» или посчитала близость хорошим шансом изменить свое служебное положение…

Он будто снова ощутил, как она сжалась в его руках, услышал голос: «Кир, нет, Кир».

Кир чертыхнулся, нажал на тормоза и остановился на обочине.

Он свалял дурака. Глупостей за свою жизнь он натворил немало, правда, они никогда не имели отношения к женщинам.

Но Касси… Конечно, ему очень жаль, что он поцеловал ее, но он все же надеялся, что проблема исчезнет сама собой. Хотя проблемы-то и нет. Надо просто перестать об этом думать.

Кир вздохнул и завел машину. На сегодня достаточно самоанализа. Он в нескольких минутах езды от дома, завтра его мать выходит замуж, и вечером наконец-то состоится воссоединение шумной, старомодной семьи О'Коннелл.

Полчаса спустя он въехал на территорию отеля «Песня пустыни», припарковал машину на стоянке. Охранник у заднего входа улыбнулся:

— Здравствуйте, мистер О'Коннелл. Вы вернулись?

— Как поживаешь, Говард? — Кир протянул руку. — Как жена? Ребенок должен родиться с минуты на минуту?

— Да, сэр. Через пару недель. Как отпуск?

— Потрясающий.

— Теперь обратно к работе?

— Что-то вроде того. — Кир хлопнул охранника по плечу. — Когда появится малыш, передай ему и жене мои наилучшие пожелания.

Кир перестал улыбаться, когда вошел в отель и спустился в служебные и офисные помещения. Он кожей ощущал, как это место поглощает его. Даже дышать стало труднее.

Перед его отъездом мать ясно дала понять, что не обидится, если он покинет «Песню».

Так ли?

Кир переехал в Вегас, чтобы помочь ей после смерти отца. Он — старший сын. На нем вся ответственность. К тому же Каллен совсем недавно окончил колледж, а где носит Шона — неизвестно. Мэган, Фэллон и Бриана еще учились в школе.

— Ты останешься, здесь ненадолго, — предупредила мать, — скоро я сама смогу управлять отелем.

Через год Кир предложил нанять управляющего.

— Не уверена, Кир, что буду спокойна, если посторонний человек получит доступ к бизнесу семьи, — ответила герцогиня. — Ты не можешь побыть здесь еще немного?

Он мог, но, когда, казалось, его мать уже способна была взять бразды правления в свои руки, у нее случился тяжелый сердечный приступ.

Но теперь Кир освобожден от груза ответственности за «Песню». И наконец-то нашел свое дело.

Что бы он там знал или не знал о винограде и вине, он был рад, что купил «Оленью тропу». Всю жизнь его держали на привязи, причем это касалось не только шести лет, которые он работал на мать, но и скучного времени, проведенного в университете.

Кир никогда не позволял себе думать о собственных желаниях. Все изменил случай.

А возможно, он всегда был таким, но скрывал это от самого себя.

— Мой сильный, надежный мальчик, — однажды сказала его мать. — Ты такой же, как отец, как мой Рурк.

Его отец? Рурк О'Коннелл был игроком, таскавшим семью с места на место.

«Быть похожим на отца? Да ни за что на свете!» Кир желал знать все заранее, верил в расчетливость и планомерность, поэтому ни разу в жизни не бросил ни единой монетки в прожорливый рот игровых автоматов.

«Тогда зачем рисковать сейчас?» — поддразнил он себя. Но приобретение имущества не риск. Это логично, разумно. Так же разумно, как сознание, дьявол, того, что женщина желает тебя, но ты позволяешь ей притвориться, что это не так…

Ему нужен душ, короткий сон и горячая еда, тогда он снова станет логичным. Кир намеренно воспользовался черным ходом, чтобы ни герцогиня, ни братья, ни сестры, которые уже прибыли в «Песню», не увидели его.

Забавно, но он никогда не обращал внимания на Касси до злополучной ночи в саду. И возможно, никогда не узнал бы ее имя, если бы она не была подружкой невесты.

Она удалилась с ним в ночь, позволила ему дотронуться до нее, поцеловать и сказала «нет». Почему? Ведь она тоже немного сошла с ума от страсти, так же как и он желала…

Кир сжал губы.

Мужчины страдают СМШ, синдромом молний на штанах. Когда дело доходит до секса, парни думают своими молниями, а не головой.

Так оно и есть. Старая теория СМШ.

Кир издал вздох облегчения, когда лифт наконец-то спустился и объявил о своем прибытии мягким звоном.

Если бы сейчас двери лифта раскрылись, а Касси, обнаженная и прекрасная, стояла там…

Вот это да, мечты сбываются! Касси действительно была в лифте, в форменной короткой юбочке, облегающей блузке и туфлях на высоких каблуках.

Маленькое уточнение: в одной туфле. Она склонилась над другой, застрявшей в полу, повернувшись спиной к дверям, — соблазнительная поза.

Кир откашлялся и нацепил на лицо вежливую улыбку.

— Привет, Касси.

Она вздрогнула и быстро повернулась к нему, весь спектр чувств, от удивления до недовольства, отразился на ее лице.

— Ты!

В голосе звучало разочарование, вряд ли он мог укорять за это Касси. Ее воспоминания об их последней встрече были, возможно, не лучше его. Будь учтивым, приказал он себе.

— Ты права, Касси, это я. У тебя проблема?

— Нет, — отрезала она, — я всегда стою в лифте подобным образом: одна туфелька на ноге, другая…

Она пошатнулась.

— Осторожно!

Кир схватил ее, но Касси оттолкнула его руку и оперлась о стену.

— Не трогай меня!

— Хорошо. Хочешь свернуть себе шею — пожалуйста.

— Я сама справлюсь.

— Да, конечно. Я вижу, как ты справляешься. — Кир скрестил руки на груди, наблюдая, как Касси пытается вызволить туфлю. — Не глупи. Позволь мне помочь… или ты предпочитаешь, чтобы я вызвал ремонтную бригаду?

— Что? Этих идиотов? Они же и оставили здесь кусок деревяшки, черт бы их побрал. Я сама.

— Только не при мне, — резко сказал Кир, — и не в моем лифте. Провались все пропадом, почему необходимо спорить по пустякам?

— Кто я такая, чтобы спорить с начальством?

Кир сел на корточки и выдернул застрявшую туфельку.

— Вот. В следующий раз надень ходули… — Кабина лифта задрожала. Касси взвизгнула, подвернула ногу… и Кир поймал ее.

Она прижалась к нему всем телом, ее спина к его груди, ее бедра к его бедрам. «Не двигайся, Касси, — мысленно взмолился он, — ради бога, не двигайся…»

Двери второго лифта медленно раскрылись, и Кир услышал… хмыканье? Нет. Короткий смешок. Он повернулся, все еще обнимая Касси, и увидел два любопытных, хорошо знакомых лица.

Касси издала стон отчаяния:

— Твои братья? — Кир кивнул.

Шон и Каллен О'Коннеллы ухмыльнулись.

Загрузка...