Глава 11


Эмили невероятно страдала за сына, однако собралась с силами и не показала Джейн, насколько подавлена. Она считала себя обязанной скрывать свою слабость от этой гнусной женщины, для которой не было ничего святого.

Температура в салоне ее старенького «мустанга» достигла отметки сорока восьми градусов. Пот стекал по лицу и капал с кончика носа на грудь. Нижнее белье промокло и противно липло к телу.

Давало знать о себе и вчерашнее мучительное путешествие под палящим солнцем. Обгоревшая кожа пылала. Эмили казалось, что еще немного — и она упадет в обморок.

Но больше всего ее донимала тревога за Керри и мысли о последствиях его дурацкой выходки. Возмущение поступком сына то и дело сменялось жалостью и сочувствием к нему. Она пока не знала, как поведет себя при встрече с сыном: набросится на него с упреками и обвинениями или попытается успокоить. Но как же Керри совершил такую непростительную для его возраста глупость? Впрочем, он сделал это ради нее и ради благополучия их хоть и неполной, но все же дружной семьи.

Чем дольше Эмили размышляла над поступком сына, тем больше убеждалась в том, что он виноват далеко не во всем случившемся с ними за последнее время. Например, в том, что ее жизнь исковеркана и бестолкова, виновата только она сама. При встрече необходимо объяснить это сыну. Он не должен страдать из-за матери и уж тем более совершать ради нее противозаконные поступки.

Да, при первой же встрече… Но когда произойдет их встреча? И что ее ждет сейчас? Нет, не стоит забивать себе голову подобными проблемами. Лучше думать о другом. Нужно во что бы то ни стало найти выход из сложившейся ситуации, пока она не превратилась в безвыходную.

Эмили видела, что сидящая за рулем Джейн страдает не меньше, хотя и по иной причине. А уж несносную жару ее спутница переносила еще хуже, так как, похоже, никогда не бывала под палящим солнцем, а больше привыкла к кондиционерам. К тому же на Эмили была тонкая хлопчатобумажная, майка и шорты, а на Джейн — шелковый костюм с длинными рукавами и туфли на высоких каблуках.

Они проехали почти тридцать миль в полном молчании. Тишина не тяготила их. Каждая думала о своем, радуясь тому, что нет никакой необходимости поддерживать разговор. Эмили решила не проявлять инициативу, а у Джейн явно не было желания болтать, поскольку ее не покидали мысли о пропавшем чемодане.

Кроме того, составляя план дальнейших действий, она считала излишним откровенничать с почти незнакомой женщиной. Бог знает, что ожидает их впереди. А вдруг они нарвутся на полицейских и те начнут расспрашивать Эмили о ее спутнице? Нет, лучше держать язык за зубами и не расслабляться. Главное — сосредоточиться и заполучить обратно свои денежки.

Эмили между тем пыталась понять, знает ли Джейн о конечном пункте их поездки. В мотеле она сказала ей, что они отправляются в Калифорнию, чтобы перехватить Керри возле дома, но назвала ли адрес, не помнила. Конечно, Эмили обмолвилась о том, где они живут, однако Джейн могла увидеть адрес в счете, когда Эмили расплачивалась с тетушкой Вилмой. Да и на водительских правах их адрес указан. В конце концов Эмили пришла к выводу, что Джейн до сих пор не спросила адрес только потому, что уже знала его.

Теперь все зависит от того, что предпримет эта женщина, когда они доберутся до Сан-Кармелиты. Если бы Джейн, наорав на Керри, забрала свои деньги и убралась восвояси, Эмили считала бы, что они отделались легким испугом. Однако на такой исход не приходится рассчитывать. Что же делать ей, Эмили, если Джейн выкинет нечто экстраординарное?

Так или иначе, сейчас надо немного успокоиться и поступать в соответствии с развитием событий. Выжидать и надеяться на лучшее. Но Эмили знала по горькому опыту, что фортуна — слишком капризная дама и редко помогает тем, кто сам не прилагает усилий. Значит, необходимо на что-то решиться. Конечно, не исключено, что в Джейн возобладает здравый смысл, и все же это маловероятно. Уж слишком непредсказуема и опасна эта женщина. Ставки слишком высоки, поэтому нельзя полагаться на случай. Значит, Эмили должна рассчитывать на свою храбрость и ум.

Но в этой ситуации ни одна дельная мысль не приходила ей в голову. Она чувствовала себя разбитой физически и морально. Невыносимая жара иссушила мозги, а последние события лишили Эмили воли к сопротивлению. Да и как сопротивляться, если из-за пояса Джейн зловеще торчит рукоятка пистолета? Эта стерва в любой момент воспользуется оружием. На вид она довольно крепкая женщина, но и Эмили чувствовала себя в неплохой физической форме. К тому же ею движет желание спасти не только свою жизнь, но и жизнь сына.

Если бы удалось обезоружить Джейн, все остальное зависело бы от расторопности и ловкости. Но как это сделать? И когда? Сейчас или дома? Пожалуй, следует выхватить пистолет при первой возможности.

Эмили украдкой взглянула на Джейн. Солнце совсем сморило ее. Вот если бы она уснула за рулем или потеряла сознание! «Опять какие-то дурацкие надежды на счастливый случай, — с горечью подумала Эмили. — Нечего строить фантастические планы. Это ни к чему хорошему не приведет. Надо действовать, а не мечтать, притом действовать немедленно!»

А что, собственно, ей делать, если противница вооружена пистолетом? Однако более благоприятный случай может и не представиться. Ведь Джейн почти засыпает, она утратила бдительность и не готова к борьбе. Нечего ждать, иначе все закончится трагедией.

Эмили внимательно посмотрела на дорогу. Впереди до самого горизонта на шоссе не было видно ни одной машины. Она хотела взглянуть назад, но не решилась, опасаясь насторожить Джейн. Надо спешить. Через несколько часов они пересекут границу Калифорнии, а там движение более интенсивное, да и населенных пунктов намного больше. Если попытка завладеть машиной и оружием окажется неудачной, по крайней мере не пострадают невинные люди.

Эмили посмотрела в окно. Вокруг простиралась безбрежная пустыня. Ни единого деревца, ни кустика, ни населенных пунктов или столбов линии электропередач. В таких условиях машина, даже выскочив на обочину, не наткнется на препятствие.

Как же поступить? Наброситься на нее, выхватить из-за пояса пистолет, а потом попытаться удержать руль?

Дурацкая мысль! Во-первых, пистолет слева. Во-вторых, стоит Эмили сделать малейшее движение, Джейн пристрелит ее.

«Несомненно, — подумала она, — но только в том случае, если я предоставлю ей свободу действий. А чтобы этого не случилось, надо чем-то отвлечь ее. Но чем? Пожалуй, стоит попытаться завладеть рулем, оттолкнув Джейн. Однако не известно, кому при этом улыбнется удача. А что мне, собственно, терять? Жизнь. Но ведь я спасу ее в случае успеха! И главное, сохраню жизнь Керри».

Последний аргумент стал для Эмили решающим. Задача поставлена, и теперь оставалось осуществить ее.


— Скажи честно, Бенджамен, тебя злит, что я заглядываю тебе через плечо?

Маргарет Уинстон стояла за спиной полицейского художника, наносившего последние штрихи на почти оконченный портрет подозреваемой. Изнывая от нетерпения, Маргарет хотела поскорее удостовериться в сходстве рисунка с оригиналом.

— Да. Я даже ощущаю ваше горячее дыхание, и это отвлекает меня.

— Может, мне выйти?

— Не обязательно, — заверил художник. — Пожалуй, мне это даже приятно, тем более что за последние семь месяцев я ни разу не приближался к женщинам.

Не ответив на это странное признание, Маргарет уставилась на рисунок. В Калифорнии она привыкла ко всяким странностям, однако не отказала себе в удовольствии съязвить:

— Очень жаль, Бенджамен. Если тебя возбуждает дыхание старой женщины, то дела твои действительно плохи.

— Вы и не представляете себе, как плохи.

— Бедняжка! Давай выйдем в свет и тряхнем костями.

Бенджамен обернулся.

— Правда? Вы не шутите? Мы действительно можем развлечься?

Маргарет бросила игривый взгляд на Реджи и подмигнула ему. Тот с нескрываемым любопытством прислушивался к разговору.

— Конечно, почему бы и нет?

— Замечательная идея, — оживился художник. — Как вы сказали? «Тряхнем костями»? Восхитительно! Но что означает это выражение?

— Да что угодно, — усмехнулась Маргарет. — Отправимся, например, в музей Жан-Поля Гетти или прогуляемся по злачным местам Лос-Анджелеса. На худой конец, раз уж ты так истосковался по женщинам, сходим на крутую дискотеку с лазерной подсветкой. Кстати, неподалеку есть заведение, где до сих пор исполняют последние хиты потрясной группы «Пинк Флойд».

— Нет, я ненавижу рок-н-ролл.

— Правда? Почему? Боже, как это грустно! Ну ладно, заскочи как-нибудь вечерком ко мне домой. Я брошу все свои дела и приготовлю что-нибудь из своих знаменитых мясных блюд в горшочках.

— А это и впрямь вкусно?

— Еще бы! Такие блюда я готовила на семи свадьбах, и все заходились от восторга. Я использую тайные рецепты, не известные даже самым выдающимся поварам в шикарных ресторанах.

— А вы умеете готовить йоркширский пудинг? — загорелся художник. — Я хочу все выяснить и знать, что не зря потрачу время.

— Разумеется. А на десерт подам бисквит.

— Когда же мне заскочить к вам? — Бенджамен сглотнул слюну.

— Как только закончишь рисунок.

— Тогда придется немного подождать. — Художник тяжело вздохнул и вернулся к работе. — Это не так-то просто. Признаться, я впервые создаю воображаемый портрет женщины при столь скудных данных о ее внешности. Ну и задачку вы мне задали! На основе нескольких смутных эскизов я должен воссоздать портретное сходство с оригиналом.

Маргарет посмотрела на ряд набросков, составленных на основе показаний охранника гостиницы, домовладельца, супружеской пары, проживающей в соседней квартире, а также тех фотографий, которые она видела у миссис Иснер. Бенджамену предстояло, исходя из всего этого, дать общее представление о внешности таинственной злодейки. Поначалу Маргарет казалось, что она требует от художника невозможного, но сейчас она видела: для настоящего мастера ничего невозможного нет. Перед ней был портрет необычайно красивой женщины, в облике которой ничто, кроме глаз — холодных и жестких, — не указывало на преступность.

— Когда же ты закончишь работу? — с нетерпением осведомилась Маргарет.

— Скоро, если вы не будете мне мешать.

Маргарет улыбнулась.

— Вот и чудесно. А что, если мы с Реджинальдом оставим тебя, выпьем по чашке чаю и вернемся в половине второго?

Бен посмотрел на часы.

— Пожалуй, успею к этому времени. И буду весьма признателен, если вы принесете мне чашечку кофе.

— С молоком и сахаром?

— Со сливками и ложечкой сахара. А я, заканчивая работу, буду мечтать о восхитительном йоркширском пудинге.

Реджи последовал за Маргарет в ближайшее кафе.

— Знаете, Маргарет, этот парень действительно задумал обольстить вас. Лучше не приглашайте его к себе.

— Я понимаю, Реджинальд, что его интересует не мой ум, сообразительность и способность поддержать беседу, а нечто иное… йоркширский пудинг. Как и все мужики, он хочет лишь одного — вкусно поесть. Я, конечно, старуха, Реджинальд, но, надеюсь, еще не идиотка, поэтому прекрасно знаю, как устроен этот мир.

— То есть вы впустите его в квартиру, сознавая, что он интересуется вовсе не пудингом, а чем-то другим?

— Конечно, впущу. Видишь ли, Реджинальд, когда мне было двадцать три года, я провела лето и осень в Париже и до сих пор не могу забыть это прекрасное время. Так вот, с тех пор я очень сочувствую измученным жизнью художникам. — Маргарет грустно вздохнула. — Они почему-то напоминают мне вкусный малиновый бисквит, а уж меня-то не заподозришь в том, что я не наелась его в молодости.


Эмили судорожно вздохнула и схватилась за горло. Казалось, язык распух так, что перекрыл дыхание. Замерев, она приготовилась к схватке за свою жизнь. Все это время Эмили украдкой поглядывала на Джейн, сильно сомневаясь в том, что та ничего не подозревает. Джейн словно дремала за рулем, тупо уставившись на простирающуюся впереди пустынную дорогу.

«Неужели она не ощущает напряжения, исходящего от меня? — подумала Эмили. — Ну что ж, считаю до трех — и вперед».

«Стоп, стоп, — остановил ее внутренний голос, — надо еще определить, на какой счет начинать атаку. От такой мелочи порой зависит исход всей операции».

«Нет, нет, — убеждала себя Эмили, — не хитри, ты просто боишься решительных действий, вот и все».

«Нет, не боюсь, — возразил внутренний голос. — Это чрезвычайно важно. Малейшая ошибка способна привести к катастрофическим последствиям. Итак, раз, два… или раз, два, три?..»

Эмили решительно тряхнула головой, ухватилась за рулевое колесо, быстро повернула его влево, одновременно прижав левой ногой правую ногу Джейн.

Покрышки «мустанга» взвизгнули, машину бросило в сторону, и Джейн, не пристегнувшая ремень, навалилась на Эмили всем телом. Готовая к подобному развитию событий, Эмили оставила руль, обхватила Джейн и попыталась завладеть пистолетом.

«Мустанг» бешено закружился на раскаленном асфальте; салон наполнился едким запахом гари и бензина.

— Ах ты, сука! — взвизгнула Джейн и так ударила Эмили локтем под дых, что та не сразу пришла в себя. Однако главную задачу она выполнила, завладев пистолетом. Покрепче сжав рукоятку, Эмили сделала резкий выпад вперед левой рукой, вцепилась в длинные волосы Джейн и сильно дернула их. Та, заорав от боли, откинулась назад и ударилась головой о спинку сиденья. Эмили сунула ствол пистолета ей под нос.

Прижав Джейн к сиденью, Эмили сняла ногу с педали газа, и в тот же миг машину вынесло на обочину. Только тогда Эмили осознала, что немного просчиталась. Грунтовая, присыпанная песком обочина была изрыта колдобинами, поэтому «мустанг» запрыгал, как молодой жеребец, вздымая клубы песка и пыли. Салон заполнился пылью, и стало трудно дышать. Женщины судорожно кашляли, ничего не видя перед собой.

Эмили, к счастью, была пристегнута ремнем безопасности, тогда как Джейн мотало из стороны в сторону. Эмили видела, что противница пытается нащупать ногой педаль тормоза, но ее швыряло вверх и вниз, поэтому сделать это было невозможно. «Мустанг» между тем вышел из-под контроля.

Проскакав по колдобинам несколько десятков метров, машина врезалась в песчаную дюну, почти зарылась в нее, дернулась и замерла. Мотор поворчал, чихнул и умолк, выбросив из выхлопной трубы темный сгусток едкого дыма.

Воцарившаяся в салоне тишина парализовала женщин. Джейн, застыв почти на коленях Эмили, удивленно таращилась на ветровое стекло, однако вскоре опомнилась.

— Ах ты, сука долбаная! — заорала она, отчаянно вырываясь и колотя Эмили кулаками.

Та хотела снова ткнуть ей в лицо пистолетом, но тут заметила, что в руке у нее ничего нет. Видимо, она выронила оружие во время жуткой скачки по кочкам. Но куда он упал? Впрочем, сейчас не до поисков. Надо что-то делать. Но что? Будь здесь чуть больше места, она развернулась бы и как следует врезала соседке.

Джейн между тем беспрестанно наносила ей удары, от которых, впрочем, не было никакого толку. Правда, Эмили пропустила очень болезненный удар по макушке, от которого у нее потемнело в глазах, и она почувствовала, что быстро удаляется от всего этого кошмара. Эмили смутно услышала слова «убирайся вон!», и вскоре ее вытолкнули из машины.

Затем дверца «мустанга» захлопнулась, и через минуту натужно взвыл мотор. Эмили с трудом подняла голову, смахнула пыль с лица и увидела, что машина медленно сдает назад. Эмили поджала ноги и перекатилась в сторону, чтобы не оказаться под колесами.

— Эй! — закричала она, еще не зная, хочет ли, чтобы Джейн остановилась и забрала ее. Эмили понимала одно: поединок закончился не в ее пользу. Джейн победила и уезжала вместе с пистолетом, бросая ее на произвол судьбы в безлюдной пустыне. Конечно, утешало то, что она осталась жива, но выжить в такой глуши под палящим солнцем было невозможно. А самое ужасное то, что эта вооруженная стерва помчится сейчас к ее Керри и Бог знает, чем все это кончится.

Эмили поднялась на ноги и с тоской смотрела, как ее «мустанг» ползет к шоссе. Сейчас он развернется — и поминай как звали. Но она ошиблась. Машина остановилась, а потом медленно направилась к ней. Черт возьми! Что задумала Джейн? Эмили растерянно огляделась, тщетно надеясь найти хоть какое-то убежище. Нет, ей негде спрятаться, некуда убежать.

А «мустанг» между тем приближался к ней. Неужели ей суждено погибнуть под колесами своего автомобиля?

Эмили видела за ветровым стеклом широко раскрытые и удивительно спокойные глаза Джейн. Когда расстояние сократилось до двух метров, Эмили напряглась и отпрыгнула в сторону. «Мустанг» пролетел мимо, обдав ее едким дымом из выхлопной трубы. Эмили посмотрела вслед машине и сообразила, что у нее есть около десяти секунд. Потом машина развернется и возобновит охоту за ней. «Ну и сколько же ты собираешься играть с ней в прятки?» — осведомился внутренний голос.

«Пока у нее не кончится бензин, — подумала Эмили, готовясь к новому прыжку. — Или пока у меня не иссякнут силы». Однако она сама заправляла бак «мустанга», поэтому знала, что в нем оставалось еще много бензина. А силы покидали ее с каждой секундой.

Джейн, сделав круг, направила машину для второго захода. Эмили сжалась в комок и безотрывно следила за «мустангом». Она догадывалась, что на этот раз отскочить будет сложнее, поскольку Джейн готова к ее маневрам и постарается не упустить жертву.

Эмили не ошиблась. Джейн действительно приготовилась к неожиданностям и, когда до вожделенной жертвы оставалось чуть больше двух метров, резко вывернула руль влево. К счастью, Эмили, разгадав ее уловку, отпрыгнула вправо.

Натужно взревев, машина пронеслась мимо. Эмили снова огляделась. Неужели это конец? Но что там?.. Она напрягла усталые глаза, прищурилась и увидела вдалеке фургон.

А «мустанг» тем временем уже развернулся и быстро приближался к ней. Эмили бросилась к шоссе, размахивая руками.

— Помогите! — кричала она. — Помогите! По-мо-ги-те! — Выскочив на середину дороги, Эмили размахивала руками и громко взывала о помощи. Бросив взгляд назад, она поняла, что Джейн решила выждать и не связываться с ней при свидетелях. Однако Эмили неверно истолковала ее намерения. Джейн быстро развернула машину, выехала на шоссе и устремилась на запад. У Эмили вспыхнула надежда, что приближающаяся машина подберет ее и избавит от дальнейших мучений. Вот если бы добраться до ближайшего телефона и позвонить в полицию! Тогда полицейские арестуют Джейн до того, как она отыщет Керри. Господи, побыстрее бы кончился этот кошмар!

Между тем фургон был уже почти рядом. Эмили увидела морщинистое обветренное лицо старика, нависшего над рулевым колесом. Увы, он не остановился. Очевидно, странная женщина с окровавленным лбом, всколоченными волосами и безумными глазами на обгоревшем лице напугала его.

— Ах ты, мерзавец! — заорала Эмили, грозя ему вслед кулаками. — Пердун старый! Ублюдок! Чтоб ты провалился! Чтоб ты зубы свои проглотил и подавился ими!

Но грузовик уже удалялся. Выкрикнув еще несколько грязных ругательств, Эмили решила поберечь силы и обдумать дальнейший план действий. Однако обдумывать было нечего. «Мустанг» замедлил ход, быстро развернулся и помчался к ней. Теперь уже ничто не поможет.


Загрузка...