ПРИ МЕРОВИНГАХ И КАРОЛИНГАХ


После падения Рима монетное дело Европы пришло в полный упадок. Первое время короли вестготов и остготов, вандалов, бургундов и лангобардов - новая знать мира - или довольствовались старой римской монетой, или чеканили подражания римским и византийским деньгам. Часто им было достаточно, чтобы на монетах стояли начальные буквы их имен и монограммы. На монетах остготского короля Теодориха, который создал в Италии на развалинах римских городов и вилл новое государство, изображен византийский император, а на обороте - только монограмма Теодориха. Монету другого остготского короля, Аталариха, украшает голова самого короля в короне, весьма примитивно изображенная, с надписью «Счастливая Равенна». На ее обороте буквы DN (т. е. Dominus Noster - «Господь наш»), монограмма короля и крест.

Реалистический портрет, который так ценили римские цезари, поощряя правдивость его, даже если их физиономии требовали от монетных портретистов лести, - этот портрет почти исчез в V веке в римском монетном деле. И совсем выродился он на монетах первых варварских королевств.

Но из-за схематизма и примитивности изображений раннесредне-вековые монеты не становятся менее важным источником информации о той эпохе, когда они были отчеканены. В частности, они рассказывают нам о взаимоотношении варварских королей с христианской церковью - важнейшем политическом и социальном вопросе того времени. Эти короли считали себя христианами. Монограммы Христа и христианские символы - крест или фигура ангела с крестом, появившиеся на римских монетах при Константине и время от времени встречавшиеся в IV и V веках, на деньгах королей готов и франков VI - VII веков присутствуют почти всегда.



Византийские монеты: 1 - Тиберия (VI век н.э.), 2 - Ираклия (VII век н. э.).

Реалистические портреты античного времени уступают место на раннесредневековых монетах условным и схематичным изображениям правителей.


Франкский король из династии Меровингов Хлодвиг однажды во время битвы с племенем алеманов поднял руку и воскликнул: «Я призвал своих старых богов, но они меня покинули. Если ты, Ису-се Христе, дашь мне победу над врагами, и я узнаю силу твою, испытанную народом, который тебе поклоняется, я поверю в тебя и окрещусь именем твоим». Так рассуждал этот король, готовый признать любого бога, который принесет ему победу, а с ней золото, серебро, каменья, рабов, богатые дары и выкупы. И он принял христианство. Когда епископ рассказал ему, как неофиту, об искупительных страданиях Христа, он сказал: «Если бы я был там с моими франками, я бы отомстил за него». Но это великодушное заявление, исходившее от самого сердца, не помешало ему убить одного соперника из франкских вождей за трусость, другого якобы за смерть отца, которую сам же он подстроил, и совершить еще множество кровавых дел. С щедростью, соразмерной только его жестокости, он дарил церкви огромные трофеи, захваченные в боях, - украшения, пояса, бляхи, сосуды, за что церковь простила ему все злодеяния и завоевания.

Такими «христианами» были и другие Меровинги. Религия нужна была им для укрепления и санкционирования своей власти. Но с другой стороны, за кем сила, с теми и церковь - вот о чем говорят эти освещенные христианскими эмблемами монеты.

Кроме символов христианства, монограмм или изображений королей на монетах Меровингов были знаки монетных мастеров. Обозначались иногда также места чеканки, часто совершенно неизвестные по другим источникам. Двор короля кочевал с места на место, собирая дань с подданных, и с ним кочевал монетный двор, часто развертывая свою работу в каком-нибудь никому не известном захолустье.

Монетные мастера иногда играли видную роль при короле. Таким был Элуа, казначей и ювелир короля Хлотаря II, который после смерти был причислен к лику святых. Его учитель, лиможский ювелир Аббон заведовал у себя в Лиможе «тискальным монетным заведением». Монетчики несли ответственность за качество продукции, для чего и нужно было обозначение их имен на монетах.

Денежными единицами первых варварских государств, образовавшихся после крушения Западной Римской империи, были римский золотой солид и особенно частый триенс (треть солида). Во Франции в местечке Лавожисьер найден клад из 3 тысяч меровингских золотых монет - все триенсы. Серебряная монета именовалась по-старому - денарий. Было сохранено и название фунта (либры) - ливр. В Европе эти названия дожили до сего дня. Итальянская лира происходит от латинской либры, денарий долго сохранялся во французском «денье». В Англии название либры сохранилось в обозначении фунтов стерлингов (L), солида - шиллингов (S), денария - пенсов (d).

Серебро при Меровингах чеканили, но в незначительных количествах. И только в конце этой династии, когда фактически заправлял королевством могущественный мажордом Пипин Короткий, отец Карла Великого, стали чеканить серебряный солид и серебряный денарий. При Карле монетная система окончательно перешла на серебро.

На одном из ученых конгрессов историков и археологов в середине XIX века во Франции был поставлен вопрос: почему Меровинги чеканили почти только золотые монеты, а Каролинги - почти только серебряные. Одни отвечали, что иссякли запасы золота. Другие, что при Меровингах было много еще старой римской монеты и не было нужды чеканить серебряные деньги, а когда при Каролингах римские денарии износились и стали исчезать с рынков, то и понадобились новые серебряные монеты. В этом вопросе и сейчас много неясного. Весьма вероятным кажется предположение, что при Меровингах потребности в денежном обращении были малы, и потому серебра чеканили мало. Золотые же монеты были больше средством накопления, чем средством обращения, ими награждали слуг и вассалов, в них перечеканивали награбленную добычу, их использовали в международной торговле. Особой потребности в массовых деньгах еще не было.

Но постепенно эта потребность стала чувствоваться все более и более. Золото было для повседневной торговли неудобным металлом. Переход к чеканке в массовых количествах серебряной монеты был официально оформлен серией постановлений Пипина Короткого и Карла Великого. Монетные металлы как бы распределили обязанности, поделили сферы своей деятельности: серебро обслуживало массовую торговлю, золото - сферу накопления, образования сокровищ, а также крупные торговые операции. В 754 - 755 годах постановили чеканить из фунта серебра монет не более чем на 22 серебряных солида. Каждый солид был условной счетной единицей, равной 12 денариям. Чеканили монету из серебра, которое приносили на монетный двор частные лица. За чеканку должны были платить один солид из каждых 22 в пользу монетного двора. Карл Великий установил твердый весовой стандарт фунта. Теперь он делился не на 22, а только на 20 солидов. Серебряный солид стал немного тяжелее, а старые монеты были запрещены, изъяты из обращения и перечеканены в новые. Далее Карл проводит ряд мероприятий для централизации монетного дела. При Меровингах оно было распылено. Выпускалось много монет без имени короля и без имени правителя-мажордома, а с одним только обозначением монетного мастера. Монетные мастерские получали разрешение чеканить монеты по случаю какой-либо ярмарки или сессии суда, когда ожидалось скопление народа, и часто такие местные монеты пользовались большим доверием, так как местного монетчика хорошо знали и с ним легко можно было расправиться, если бы он вздумал делать плохие монеты. К новой ярмарке мастерская выпускала новые монеты или перечеканивала старые и каждый раз брала с отчеканенных монет определенный процент в свою пользу. На этот доход накладывала руку и местная власть. Карл пытался ограничить это распыление денежного дела, запрещал местную чеканку, в 794 году угрожал даже высоким штрафом свободным людям, а несвободным - телесным наказанием, если они будут отказываться принимать королевскую монету и пользоваться некоролевской. Ничего не помогало. Монеты, чеканенные на некоролевских монетных дворах, успешно соперничали с королевскими. Но Карлу I все же удалось добиться, чтобы местная чеканка производилась от имени короля: на монетах его времени нет имен и знаков монетчиков. Сделал Карл также попытку регулировать цены, но она. осталась только на словах и на пергамене.

Монеты провозглашали Карла Великого императором, как римского цезаря. Они изображали его иногда в римском плаще и лавровом венке. А легенда на них гласила: «Господин Карл, император Август, король франков и лангобардов». Раннесредневековая Западная Европа в этот период переживала период непрочного и кратковременного единства. Раннесредневековое государство закабаляло крестьян, закладывались будущие феодальные отношения. А феодальная система должна была привести впоследствии к децентрализации и раздробленности. И действительно, очень скоро империя Карла распалась. Его преемники еще пытаются удержать некоторый централизм денежного дела. Так, например, Карл Лысый в 864 году издает эдикт - самый древний документ о регламентации монетной чеканки, дошедший до нас от эпохи средневековья. По этому эдикту кроме королевских мастерских только 8 городов, в том числе Париж, Руан, Реймс, Орлеан, могли выпускать монеты. Серебро выдавалось из королевской казны и за его расходом следили: оно должно было в виде монет через определенный срок быть возвращено в казну, видимо, с удержанием какой-то суммы в пользу мастерской. Если монетный мастер навлекал на себя подозрения, то должен был отвести их от себя «божьим судом» - испытанием огнем или кипятком. Если «божий суд» оказывался для него неудачным, ему отрезали руку как фальшивомонетчику. Устанавливался обязательный внешний вид монет: на лицевой стороне - имя короля в круговой надписи, а в центре - монограмма короля, на оборотной - обозначение места чеканки и крест в центре. Крест и монограмма иногда вытесняли портрет правителя, но полностью заменить его они не смогли: он сохраняется в ряде мест Европы, например в Англии. Старые монеты под угрозой штрафов и побоев должны были быть сданы в казну. Правительство составило список официально разрешенных рынков, чтобы удобно было следить за ними и за монетами, на них циркулировавшими. Король сулил жестокие кары частным монетчикам, которые приравнивались к фальшивомонетчикам. Устанавливалось соотношение цен на золото и серебро. Строго запрещалось снижение пробы металла в монете. Наказывалось даже хранение низкопробного серебра в слитках. Так пытался король Франции навести порядок в денежном деле.

Это был средневековый, феодальный порядок. При господстве натурального хозяйства каждое поместье и каждое крестьянское хозяйство почти ничего не покупали и не продавали, торговля была развита слабо, денежное обращение проникало в жизнь неглубоко, скользило по ее поверхности. Торговля была обвешена всякими пошлинами и запретами, бесконечными ограничениями и поборами: мостовыми, береговыми, рыночными, колесными - с телег, пылевыми - со всадников и стада… Также и денежное дело было опутано запретами и условиями. Тот же эдикт Карла Лысого 8G4 года, который подтверждал монопольное право королей выпускать монеты - монетную регалию, устанавливал и рыночную регалию, т. е. монополию на взимание всех рыночных пошлин. Когда централизм уступил место раздробленности, торговля и денежное дело не освободились от этих ограничений и поборов. Право налагать их перешло в руки крупных и мелких местных сеньоров, светских и духовных. Долгое время, пока силен был феодальный строй, городские корпорации или купеческие объединения были отстранены от монетной и рыночной регалий.


Загрузка...