Глава 2. Пиарщики не едят комбикорм



Алайни

Растворяясь в приятном волнении, Алайни стоял напротив правого края сцены у высокого старого дерева и ждал выхода принцессы. Под трактирную плясовую в исполнении трех старых эльфов, сменивших оружие на народные музыкальные инструменты, отец Ниллин отплясывал на сцене с Мариной, а наемники и их подруги вертелись на лужайке в дурацком танце, напоминавшим прыжки горных коз.

Алайни притаился за деревом, опасаясь, что его собьют хмельные плясуны. Он будет танцевать только с принцессой. Время текло, а Ниллин все не выходила к воинам.

– Встречай важных гостей. Разнуздай, почисть и накорми их коней, – пропищала фея Незабудка, зависая в воздухе над его плечом. – Учти, Алайни, кони безумно дорогие, а гости еще дороже.

Как много стало у него командиров!

Алайни покинул переполненную народом концертную площадку и вышел на подъездную дорогу встречать гостей.

Пара длинногривых белых коней мягко ступала в ногу по влажной дороге. Не производя привычного для ушей Алайни громового топота, кони то скользили по земле, то плыли над ней по воздуху.

Уверенно держащиеся в седле осанистые стройные всадники в украшенных золотым шитьем длиннополых эльфийских нарядах гордо смотрели прямо перед собой. Они не обращали ни малейшего внимания на трещащих без устали лесных птах, снующих туда-сюда через дорогу, и глупых вечерних мотыльков, привлеченных золотыми бликами их роскошных одежд и ярких подвесок на конской упряжи.

“Кто они? Богатейшие аристократы? Королевские придворные?” – в величайшем волнении гадал завороженный зрелищем Алайни.

Подъехав к встречающему, почетные гости остановили коней, соблюдая невидимую линию. Спешиваться они не торопились и хранили надменное молчание.

– Добро пожаловать в империю Господина Эйлинана Иллиэля! – совершив предписанный эльфийским обычаем поклон, Алайни осмелился вглядеться в лица величественных всадников.

Вздох изумления застыл в его груди. Молодой вампир узнал сородичей. Не почувствовал, они были неосязаемы для его ментального чутья, словно бесплотные тени, а именно распознал по плоским крыльям напудренных носов, по хищно сощуренным глазам чуть скошенного к вискам разреза, в которых среди отблесков заката терялись мелкие точки зрачков. Издали почетные гости были неотличимы от эльфов. Они и вели себя вопреки кровному завещанию их народа – не шевелили поставленными торчком ушами, не водили носом, принюхиваясь… Сколько им лет? Не вопрос, а головоломка. Гости точно были значительно старше Алайни, а на пятьдесят лет, или на полтора столетия, ему не удалось определить.

Ближайший всадник медленно повернул голову и внимательным холодным взглядом посмотрел на юношу. В его желтовато-рыжих, как янтарь, глазах переливались темные и светлые крапинки. Вьющиеся медно-рыжие волосы, уложенные ровной волной, через равные промежутки перехватывались темно-зелеными резинками, повторявшими тон его шерстяного костюма. Нос у него был длинный, с отчетливой горбинкой. Губы, несколько широковатые для вампира, совершенно не двигались, точно были нарисованы на кукольном лице.

Не прерывая леденящего душу Алайни безмолвия, рыжий всадник посмотрел на его руку чуть ниже плеча. Свежая татуировка, гордость Воина Сумрачных Гор, которая позволила ему наконец выйти на люди в камуфляжной майке, изображала рычащего пятнистого кэнпана, притаившегося в зарослях. Рыжий на миг призадумался и взглянул на свою левую руку, державшую уздечку. Из-под кружевного манжета рубашки виднелись вытатуированные на белой коже рыжевато-коричневые пятна, присущие диким кошкам. Светлые когти, покрытые прозрачным лаком, были подпилены и скруглены.

Спутник пятнистого раздраженно усмехнулся – ответил на мысленную реплику, и пренебрежительно глянул на Алайни. Лицо у него было немного короче, чем у рыжего сородича, и белее, подбородок – глаже. Блестящие прямые волосы, по черноте сопоставимые с нефтяным болотом, он собирал в длинный хвост. Необыкновенно красивые глаза темно-синего насыщенного цвета мерцали, как искусно ограненные драгоценные камни. От среднего по величине, прямого носа при движении рта почти не разлетались лучики под щеками. Ухмылка тонких бледно-розовых губ жила своей жизнью, не вносила ощутимых изменений в недовольное, настороженное выражение иссиня-белой физиономии. Костюм черноволосого был сшит из темно-фиолетового, как морозная ночь, бархата. Хозяин наряда не оставил на привередливой ткани ни пятнышка, ни вмятины. Будто бы стоял неподвижной статуей в защищенном от пыли дворцовом зале с того дня, как его надел.

Прилежно исполняя обязанности конюха, Алайни взял белых великанов под уздцы и повел их в лагерь. Из последних сил он сдерживал желание обернуться и еще разок взглянуть на необычных всадников. От волнения он спотыкался, скользил на мокрой дороге.

“Они великолепны. Настоящие благородные рыцари. Вот бы мне пойти с ними… Стать одним из них… Я бы все отдал за то, чтобы они позвали меня с собой”.

На самом деле отдавать ему было нечего. Украденные рога прибрежного козла так никто и не нашел. Да и нужны ли важным господам козлиные рога?

***

Игорь

– Караул! Тревога! Спасайтесь, кто может! – на сцену взгромоздился кухонный гном и попытался допрыгнуть до микрофона.

– Ты перебрал самогонки, Гайви?!! А ну кыш! – Марина вцепилась гному в бороду и попыталась спихнуть его на землю.

Упрямый коротышка твердо стоял на ногах, продолжая вопить: “Караул!”

– Братва! Шухер! Пиарщики приехали! Беда, пацаны! Беда! – приковылявший откуда-то пьяный Борис встал перед сценой, высоко размахивая руками и перекрикивая музыку. – Срочно уберите гнома и мегеру со сцены! Сидим тихо, не расходимся. Никому не прятаться! Понятно?!

Готовые разбежаться кто куда “отважные воители” в недоумении замерли. Музыку выключили.

– Шота! – Борис подтащил Игоря к ступенькам опустевшей сцены и вручил ему автомат Калашникова. – Стой тут и стреляй на поражение в каждого, кто попытается смыться.

Реальная угроза в лице лучшего стрелка лагеря вынудила нескольких “смельчаков”, убегавших или уползавших по-пластунски в кусты, вернуться на свои места.

– Не спорю, политтехнологи – страшная сила, – шепнул Игорь Борису, не прекращая следить за притихшими наемниками. – Они могут заболтать до смерти, как историки, или вконец заморочить тебе голову, и ты поверишь, что белое – это черное, а черное – это белое.

– Все хуже, – вполголоса прохрипел браток.

– Куда уж хуже? Ну, подумаешь, прочтут нам занудную политическую лекцию, переоденут нашего шефа, сварганят ему стильную прическу. Круговую подтяжку лица ему вроде бы рановато делать. Заставят нас распечатывать и расклеивать в городах и селах Немейростэна плакаты с его портретом, участвовать в массовых мероприятиях.

– Мо-чить нас будут, – не устоявший на ногах Борис привалился к груди Игоря и всхлипывал, как ребенок, напуганный ночным кошмаром.

– Мать моя женщина, – в сердцах брякнул агент, посмотрев далеко за пределы концертной площадки.

В расфуфыренных наездниках, привязывающих лошадей королевской породы к сишелам, он узнал старых недобрых знакомых.

– Ягуар и Темный Лорд, выходцы из наемничьей элиты, – Симону встревожила бурная реакция коллеги на необычное явление. Просвещая Игоря, девушка не сводила глаз с незваных гостей. В процессе наблюдения она машинально подобралась по-армейски, втянула пухленький животик. – Вампиры, – Симона подумала, что новичку трудно определить расу антигероев, замаскировавшихся под эльфов. – У них нет имен, только клички. Каждый из них стоит дороже, чем вся наша армия. Мы прозвали их Пиарщиками. Они вели предвыборную кампанию правителя Маитимэнна, помогли ему взойти на престол. Ситуация со сменой власти тут почти как у нас. Но не совсем. Эльфы выбирают правителя страны на тридцать лет национальным голосованием. У людей, гномов и прочих народов не спрашивают, нравится им лидирующий кандидат, или нет. Претендовать на трон могут только наследники монарших династий, потомки королей, когда-либо правивших любым регионом планеты. Единого властителя Анлары не избирают уже много веков.

– Сладкая должность вакантна.

– Никто не хочет брать на себя ответственность управления всей планетой. Потому и существуют до сих пор фактически никем не контролируемые земли, где лютуют разбойники и плодятся чудовища.

“Слишком большой геморрой – пытаться наводить порядок в орочьих степях или урочищах гоблинов”, – мысленно добавил Игорь.

“С телепатическим общением пора завязать, – Симона услышала его мысли. – Все разговоры – вслух”.

– Нет проблем.

– Есть, и большие, – встрял Борис.

– Почему вы так боитесь размалеванных клоунов под собачьими кличками? – напоказ удивился Игорь.

– Тихо! – шикнула Симона. – Ягуар и Лорд – представители власти. Советники нового правителя Маитимэнна.

– Хорош правитель, если у него киллеры ходят в политконсультантах. Не удивлюсь, если во время предвыборной кампании его конкуренты исчезали при невыясненных обстоятельствах, кончали с собой от жесткого стресса.

– Мы под колпаком у местного королька, – вздохнула Симона. – Задницы парней с собачьими кличками прикрыты боевой мощью армии его страны. Если их тут грохнут, нам заблокируют возможность открывать порталы и уничтожат лагерь.

– Нас не догонят, – усмехнулся Игорь. – У эльфов нет тяжелой артиллерии, авиации, баллистических ракет.

– В армию Маитимэнна зачислены три тысячи драконьих всадников, – предупредила Симона. – У нас есть одна Ровена, и та шьет наволочки для декоративных подушек на далеком вулканическом острове. Вышколенные драконы сработают по нам не хуже бомбардировщиков, истребителей или военных вертушек.

– Раз к нам приперлись Ягуар с Лордом, добра не жди, – твердо произнес Борис. – В прошлом году они положили половину лагеря… Ничего… Им воздалось за наших братанов. Было трое, стало двое.

– Лидер Пиарщиков по кличке Серый Туман сразу после выборов куда-то делся, – перевела Симона.

– Никуда бы он сам не делся, – поправил Борис. – Пришили его.

– Одни наши воины думают, что это была месть, а другие…

– Че тут думать? Мозги парить! – Борис перебил Симону. – Свои его чпокнули из-за бабла. Общак не поделили.

– Прошел слух, что новоизбранный правитель отблагодарил пиар-команду за свою победу на выборах баснословными деньгами и несметными сокровищами, – расшифровала Симона. – Долю каждого политконсультанта эльфик четко не определил. Парни с собачьими кличками не смогли разобраться, кто сколько заработал, и разругались в пух и прах. Или Серый Туман присвоил слишком много. Короче, произошел конфликт, и Туман развеялся. Лидером пиар-команды стал Ягуар.

– Банальная история, – кисло улыбнулся Игорь, – но я в нее верю.

– Затыкаемся, – Симона схватила его за нижнюю челюсть и сжала пальцами губу. – Они идут. Забудь об инициативе, Шота. Пиарщики не едят комбикорм.



Загрузка...