12

Джордж чувствовал, что еще одного серьезного разговора с Джоан не избежать, поэтому придумывал всякие дела для того, чтобы оттянуть этот неприятный момент на неопределенное время. А Джоан оставалось только метаться по своей комнате, как льву в клетке, когда в очередной раз ей давал от ворот поворот внушительных размеров охранник, стоявший у дверей кабинета Джорджа. Глядя бесстрастным взглядом куда-то мимо нее, он неизменно талдычил как попугай:

— Хозяин занят, приказал никого не пускать.

Джоан реально оценивала свои силы, поэтому даже не пыталась вступать с ним в единоборство. И все же в один из вечеров, уложив Майкла спать, она решилась на последнюю попытку поговорить с Джорджем. И ей явно повезло: на этот раз охранника у входа не оказалось. Когда она вошла в кабинет мужа, Джордж сидел за столом и разговаривал с кем-то по телефону. Минут пять он делал вид, что не замечает ее, надеясь, что она уйдет. Однако Джоан терпеливо ждала, когда он закончит, всем своим видом показывая, что не собирается уходить. Ему пришлось положить трубку.

— Ты что-то хотела? Присаживайся. — На его лице сияла улыбка.

Это все больше и больше бесило Джоан.

— Я хочу поговорить с тобой, — сказала она требовательно.

— Ну ты же видишь, я очень занят. У нас еще столько времени впереди, мы всегда сможем поговорить в более подходящее время. — Его слова прозвучали почти издевательски.

Джоан сделала вид, что они ее не касаются. Пристально посмотрев Джорджу в глаза, она после небольшой паузы резко спросила:

— Скажи, ну зачем тебе все это надо? Ты же видишь, что я больше не могу здесь находиться. Как будто я отбываю наказание в тюрьме. Я задыхаюсь. Я не могу больше продолжать этот спектакль.

Джордж очень серьезно посмотрел на Джоан.

— А раньше могла?

Она не ответила, и он продолжил:

— Ты прекрасная актриса и очень долго разыгрывала передо мной гениальный спектакль. Что же изменилось? Может, тебе не хватает зрителей? — Его голос звучал глухо и почти отрешенно.

Джоан решила сменить тактику.

— Ну послушай, неужели у тебя нет никакого самолюбия? Разве настоящего мужчину может устраивать такая ситуация? Пойми, я не люблю тебя.

Джордж встал и прошелся несколько раз по комнате, чтобы скрыть напряжение. Каждое ее слово причиняло ему невыносимую боль.

— Несмотря на твой богатый жизненный опыт, ты все же очень наивна. Ты и вправду думала, что я не видел твоего отношения ко мне все эти годы? — спросил Джордж и сам же ответил на свой вопрос: — Я, конечно, знал, что ты меня не любишь.

Джоан изумленно уставилась на него, у нее даже округлился рот от удивления.

— Но тогда почему…

Он перебил ее.

— Но человек всегда надеется. Я думал, раз она вернулась, значит, что-то чувствует ко мне. Я искренне верил, что, возможно, твое расположение ко мне перерастет в нечто большее. — И, глядя с горечью на Джоан, совсем тихо добавил: — Ведь ты спала со мной.

Джоан осторожно возразила:

— Я тоже на это надеялась. Но давай признаем — мы оба ошиблись и пришла пора исправить это.

Джордж пропустил ее слова мимо ушей.

— Я был уверен — не может женщина ложиться в постель с мужчиной, не испытывая к нему абсолютно никаких чувств. — Он горько усмехнулся. — Наивный. Оказалось, еще как может. — Он снова сел. — Но, знаешь, я привык к мысли, что ты меня не любишь и, возможно, этого счастья вообще не случится в моей жизни. Я думал, моей любви хватит на нас двоих, и меня все устраивало. — Его лицо будто окаменело. В какой-то момент он оказался очень далеко от этого места, но потом, очнувшись, с горечью произнес: — Устраивало до тех пор, пока ты не стала бегать из супружеской постели прямиком в постель моего отца. К этому я привыкнуть не мог. — Он почти с ненавистью посмотрел на нее.

— А сейчас? — спросила Джоан. От его взгляда ей было не по себе.

Напряжение немного отпустило его, и он с усмешкой ответил:

— А сейчас ты снова со мной — и только это имеет значение.

Джоан сделала протестующий жест.

— Я не с тобой. Я больше никогда не буду с тобой. Наш брак закончился. Пора ставить точку.

Джордж, не без иронии глядя на Джоан, уже совсем спокойно ответил:

— Тебе никто не мешает поставить точку. Ты можешь уйти в любую минуту.

Он прекрасно понимал, что она не может уйти, но ему, похоже, доставляло удовольствие издеваться над ней. Он брал реванш.

Джоан со слезами на глазах — сдерживаться больше не было сил — и без всякой надежды спросила:

— А Майкл?

— Зачем повторять то, что уже сказано. Ты уйдешь одна.

— Ты решил мне отомстить с помощью своего родного ребенка?

— Я хочу сохранить для него нашу семью.

Его ответ показал, что все усилия Джоан бесполезны. У нее было ощущение, что она находится на арене цирка и как лошадка бегает по кругу. Она даже не подозревала, что ее муж может быть таким — холодным, непреклонным и даже жестоким.

Отчаяние полностью захлестнуло Джоан.

— У тебя нет сердца, — сказала она тихо.

Но Джорджа уже было не пронять. Он подошел к ней совсем близко, взял ее руку и прижал к своей груди.

— Нет, есть. У меня есть сердце. Но ты его заморозила, — сказал он жестко, глядя в упор в ее заплаканные глаза.

Она поняла, что разговора не получилось, выдернула свою руку из его руки и, не добавив больше ни слова, вышла из кабинета.

Когда она сидела вечером в библиотеке, ее позвали ужинать, но Джоан отказалась и попросила принести ужин в ее спальню. Однако служанка вернулась через несколько минут и сказала, что хозяин не разрешил и ждет ее в столовой. Когда она спустилась вниз, Джордж уже был там и разливал вино.

— Прекрасное вино, попробуй, дорогая. Проигнорировав его предложение, она спросила:

— Почему я не могу поужинать у себя?

— Потому что мы семья. И каждый раз объяснять Майклу, почему его мама не с нами, я не намерен, — парировал он без запинки, как будто заранее приготовил ответ на ее вопрос. — Ты хочешь, чтобы Майкл был посвящен в наши разборки? — Он снова ее шантажировал.

— Ты прекрасно знаешь, что не хочу и здесь я только ради него.

Джордж проигнорировал ее уточнение и, с улыбкой глядя на Джоан, произнес:

— Значит, все замечательно. Мария, — обратился он к прислуге, — несите ужин.

Джоан была вне себя. Резкие слова готовы были сорваться с ее губ, но тут вбежал Майкл и ей пришлось промолчать. Сын просто обожал своего отца. Он даже засыпал с трудом, если Джорджа не было рядом.

У Джоан в глазах стояли слезы, она попала в настоящий капкан. Она разгадала игру Джорджа. Он хотел выиграть время, чтобы все как-то само утряслось. Наверняка он надеялся, что Дэвид и Джоан постепенно забудут друг друга и все встанет на свои места. Он использовал последний шанс.


Потянулись дни, похожие один на другой. Джоан почти все время проводила с Майклом. У нее больше не было ее магазинов, поэтому было много свободного времени. Джордж часто уезжал на материк по делам, но это ее не волновало. Она только с грустью смотрела на отплывающую вместе с ним яхту. Ведь та плыла туда, где Джоан была счастлива. Неужели все это было правдой? Сейчас в это верилось с трудом.

Однажды, попрощавшись с Майклом на ночь, Джоан отправилась к себе. Пройдя несколько метров, она увидела охранника, приставленного следить за сыном. Его постоянное присутствие при ее общении с сыном жутко раздражало Джоан, но в глубине души она понимала, что после всего случившегося Джордж не доверяет ей.

Свет в коридоре был приглушен, поэтому Джоан, только подойдя к двери своей спальни, увидела стоявшего там Джорджа.

— Привет, ты не могла бы уделить мне немного своего драгоценного времени? — спросил он с иронией.

Последние несколько дней она разговаривала с ним исключительно в присутствии Майкла и сейчас не собиралась отступать от этого правила. Поэтому, молча зайдя в комнату, Джоан собралась было захлопнуть дверь перед самым носом Джорджа, но ей это не удалось, так как он подставил ногу.

— Я не намерена с тобой разговаривать — ни сейчас, ни потом. Уйди, — сказала она со злостью, пытаясь оттолкнуть его.

Но Джордж не собирался отступать. Он вошел вслед за ней в спальню и закрыл за собой дверь.

Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться.

— Ну хорошо, говори, что тебе надо, и убирайся! — потребовала она раздраженно, понимая, что так просто от него не отделаться. О чем ты хочешь со мной поговорить? Может, о том клоуне, который постоянно ошивается возле Майкла? Смешно, ты поставил его следить за женой и собственным сыном. Боишься, что я выкраду его? Но, ты ошибаешься, я не буду уподобляться тебе и втягивать ребенка в грязные игры! — Джоан все больше горячилась. Все это время она не смотрела на Джорджа, но, внезапно подняв голову, встретилась с ним взглядом и все поняла.

Он вовсе не затем пришел к ней, чтобы вести ненужные разговоры. Джордж смотрел на нее не отрываясь. Его глаза молили и требовали одновременно.

Испугавшись, она невольно отступила назад — как будто ее опалило огнем.

— Нет-нет, Джордж. Уходи.

— Я не уйду. — Его ответ прозвучал неожиданно твердо.

— Неужели ты не понимаешь, что между нами не может ничего быть. Все кончено. Я устала это тебе повторять.

По-видимому, он так не считал. Подойдя к ней совсем близко, Джордж обнял ее и поцеловал. Его дыхание обожгло ей губы — столько страсти было в этом поцелуе. А еще Джоан поразила покорность, с которой он внезапно разжал объятия и отпустил ее.

— Не прогоняй меня сегодня. Я прошу у тебя только эту ночь. — Было видно, что он дошел до точки. Жить рядом с любимым человеком и не иметь возможности дотронуться до него. Для Джорджа это было настоящей пыткой. — Не заставляй меня унижаться, — добавил он совсем тихо и отвернулся.

— Но я не могу, — ответила она почти с надрывом, однако по голосу было понятно, что она сдается.

Джордж не торопил Джоан, хотя все его тело буквально застыло в напряжении. А она еще некоторое время стояла не шелохнувшись, но потом, по-видимому приняв решение, выключила свет и начала раздеваться. Как в замедленной съемке, Джоан сняла платье и, протянув руку, положила его на стул, а потом сама так же осторожно легла на кровать и закрыла глаза.

Джордж молча наблюдал за ней. Слова были ни к чему, он и так понял, что выиграл это сражение.

Джоан почувствовала его нагое тело на себе, его руки, гладившие ее волосы. Он был безумно благодарен ей за эту уступку. Сначала медленные и робкие, его поцелуи постепенно становились все более настойчивыми и требовательными. Джоан сначала просто принимала их, но потом и сама стала отвечать на его ласки. Только ей было по силам утолить его чувственный голод.

Странная это была ночь. Не было сказано ни слова о любви, однако воздух был ею пропитан, пропитан его любовью. Джордж, казалось, боялся отпустить Джоан даже на миг. Он мечтал, чтобы эта ночь никогда не кончалась, мечтал, чтобы Джоан была всегда рядом и засыпала в его объятиях. И он знал, что это невозможно, поэтому боялся потерять даже минуту этой волшебной ночи.

На следующее утро Джоан не обнаружила Джорджа в своей постели, и на миг ей показалось, что это был только сон. Спустившись к завтраку, она поцеловала Майкла, который был уже за столом и кое-как справлялся с беконом.

— А ты не знаешь, где твой отец? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее.

— Он уехал. Сказал, что хочет сделать тебе сюрприз, — беззаботно ответил Майкл.

Только этого мне не хватало, его сюрприза! — подумала Джоан.

— Папа обещал, что завтра отвезет меня к бабушке с дедушкой на целую неделю.

Джоан удивилась.

— Правда?

— Да, он так сказал. Представляешь, я первый раз полечу на вертолете.

— Но это может быть опасно. — Она действительно встревожилась.

Майкл рассмеялся.

— Ну, мама, разве настоящий мужчина может бояться летать на вертолете?

Джоан протянула руки.

— Иди ко мне, настоящий мужчина, я тебя поцелую.

— Мама, можно я пойду в бассейн? — Майкл не мог долго находиться на одном месте.

— Да, иди. Только будь осторожен, — рассеянно ответила Джоан. — Я скоро приду к тебе.

Майкла тут же как ветром сдуло, а она продолжала допивать кофе, помимо своей воли вспоминая прошедшую ночь. Она понимала, что, позволив Джорджу остаться, она тем самым поступила предательски по отношению к Дэвиду. Если он обо всем узнает, то вряд ли поймет ее. Да и сама она с трудом могла бы объяснить то, что происходило в ее душе. Судьба свела ее с двумя мужчинами, и ни одного из них она бы не смогла с легкостью вычеркнуть из своей жизни. Одного из них Джоан очень любила, а другой был отцом ее ребенка. Меньше всего на свете ей хотелось причинить кому-то боль, но, похоже, кроме нее самой, никто не примет за нее решение, которое все равно не сможет всех устроить. А еще она думала о сюрпризе. Ей казалось, что ничего хорошего внезапный отъезд Джорджа не сулит.

Однако все оказалось проще. Вечером, когда они вместе с Майклом — уставшие от долгого плавания в бассейне — уселись ужинать, неожиданно появился Джордж. Он выглядел очень довольным. Поцеловав Майкла, он подошел к Джоан и, припав к ее руке в долгом поцелуе, протянул ей небольшую бархатную коробочку.

— Открой.

Она немного замешкалась, но Майклу не терпелось увидеть, что там внутри.

— Ну же мама, открой.

Она нажала на невидимую пружину, и ее взору предстало кольцо с огромным бриллиантом. Посмотрев на Майкла, Джоан поняла, что должна что-то ответить.

— Спасибо, Джордж, оно очень красивое.

Джордж вытащил кольцо.

— Разреши?

Она протянула руку, и на ее пальце засверкал бриллиант стоимостью никак не меньше трехсот тысяч долларов.

— Спасибо, — только и смогла вымолвить Джоан. Она поняла, что этот подарок — как бы грубо это ни звучало — был платой за прошедшую ночь. Джордж не собирался говорить с ней о том, что между ними было, но своего отношения к произошедшему не выразить он не мог хотя бы и в такой форме.

Чтобы как-то разрядить атмосферу, Джордж подхватил Майкла на руки.

— Мы отправляемся на прогулку на яхте, а мама пусть отдохнет. Хорошо, дорогая?

— Да, идите.

Когда они ушли, Джоан еще некоторое время не могла подняться с места. Она не смела смотреть на кольцо, которое жгло ей палец как раскаленное железо. Не выдержав яркого блеска, Джоан сняла кольцо и положила обратно в коробочку. Ей действительно требовалось отдохнуть. Уж у нее-то точно эта ночь не вызывала приятных воспоминаний. Джоан чувствовала себя предательницей.

Вечером она зашла в кабинет Джорджа. Он сидел за столом, подписывая бумаги.

— Я пришла, чтобы вернуть тебе кольцо, — сказала Джоан.

— Оно твое, подарки обратно не возвращаются. — Его голос звучал ровно, но в нем чувствовалось разочарование.

Она усмехнулась.

— Неужели ты вправду думал меня как собачку приручить подарками? Как мало ты меня знаешь.

Джордж поднялся и подошел к окну.

— Я, кажется, совсем тебя не знаю. Но в одном я уверен твердо.

— Интересно, в чем же?

Он резко развернулся и посмотрел ей прямо в глаза.

— Я уверен в своей любви к тебе.

Она возразила:

— Или в своей ненависти к отцу?

Так и не дождавшись ответа, она поставила последнюю точку, как ей казалось, в этой истории.

— Не смей больше это делать — приманивать меня дорогими подарками. У тебя ничего не выйдет. Я не продаюсь.

Но она ошибалась, все только начиналось. Внезапно настроение Джорджа изменилось.

— Зря ты отказываешься от подарков. Надеешься, что твой любовник о тебе позаботится? Так вот знай, последнее время он был неаккуратен в делах и подписал, практически не глядя, некоторые бумаги, которые ему представил мой человек. Так что сейчас ему лучше заняться собственным бизнесом, чтобы не оказаться банкротом.

Оказывается, он только начал опасную игру и сейчас просто вытаскивает перед ней заранее припасенные козыри. Джоан с изумлением посмотрела на Джорджа.

— Зачем ты это сделал? Ведь я выполнила твои условия. — Она была поражена его вероломностью.

Джордж сел, закинув ногу на ногу.

— А это для того, чтобы ему и в голову не пришло сунуться на остров. Я думаю, сейчас он как раз должен обнаружить пропажу нескольких десятков миллионов, а скоро потеряет гораздо больше. Так что подумай, пока не поздно, с кем ты хочешь быть — с богатым и надежным мужем либо с нищим любовником, не отличающимся постоянством?

— Если ты еще не понял, я объясню тебе. Дэвид не является моим запасным вариантом на случай непредвиденных обстоятельств. Я люблю его. И, несмотря на то, что я не клялась в церкви, все же буду верна ему и в горе и в радости, — произнесла она, словно на исповеди.

— Скорее в горе, радости в ближайшее время ему не предвидится. — Джордж не злорадствовал, он просто констатировал факт.

— Да, ты можешь отнять у Дэвида деньги, можешь разлучить нас. Ты многое можешь. Но ты никогда не сможешь заставить меня разлюбить Дэвида. К счастью, это не в твоей власти. — Джоан била точно в цель, наверняка.

Однако Джордж не собирался сдаваться.

— А я все-таки рискну. Мне кажется, у меня еще есть шанс.

Джоан нечего было на это ответить. Прошедшей ночью она пожалела Джорджа, а он оказался не способным это оценить. Огромным усилием воли она совладала с собой и уже совсем спокойно сказала:

— Ну хорошо. Оставим на время выяснение отношений. Что ты там Майклу обещал по поводу вертолета? Ведь полет над водой может быть очень опасен.

— Ничего страшного. Фрэнк и Барбара соскучились по внуку, пусть Майкл немного погостит у них.

— Интересно, что ты им сказал, когда мы внезапно исчезли из города?

— Я сказал, что мне врачи прописали дышать морским воздухом, вот и все.

— Удобно использовать болезнь для манипуляции людьми и достижения своих целей, — сказала Джоан насмешливо.

Джордж ничуть не был задет.

— Да, очень удобно. И в дальнейшем я намерен, если мне будет выгодно, использовать свою болезнь, как ты говоришь, в своих целях. Я уже говорил тебе — в любви все средства хороши.

Джоан решила не продолжать спор.

— Но я хотела бы поехать с Майклом. — Сейчас она не требовала, а просила.

— Нет, ты останешься здесь.

— Но какой смысл…

Джоан не успела договорить, Джордж перебил ее:

— Поверь, смысл есть.

Джоан поняла, что продолжать спорить бесполезно. Она положила кольцо перед Джорджем на стол и отправилась в свою спальню — единственное убежище, где она чувствовала себя более или менее спокойно на этом проклятом острове.

Загрузка...