Глава 16

Смотрю, как он подходит к сидящей под проливным дождем на лавочке девушке, рывком подымая ее, как прижимает к себе, гладя по мокрым волосам и что-то нашептывая на ухо, — и уже ничего не чувствую, — ни заледеневших ног, ни бьющих как будто иголками льда холодных капель, которые текут по лицу, ничего! Кажется, даже тело перестает дышать, — просто забывает, как это делается.

Обнявшись, они уходят, — а я, будто в бреду, зачем-то иду за ними на несгибающихся в коленках ногах.

Как робот, как закаменевшее существо, — ничего не ощущая, кроме огромной льдины внутри, что распирает грудь так больно, так ненасытно жадно, как будто сейчас просто разорвет меня насквозь.

Они доходят до дома, заходят внутрь.

А я, задыхаясь, так и смотрю, как они подымаются наверх, все так же обнявшись — их видно через окна лестничных пролетов.

Зажигается свет в квартире, — а я все так же стою и смотрю, парализованная, неспособная двинуться.

Уже даже не различая их очертаний сквозь горящие окна.

Свет гаснет, — а я так и остаюсь стоять на улице, не мигая глядя на эти окна. Уже ничего не видя, — ледяной дождь смешивается со слезами в глазах так, что в них одна водная пелена.

Даже не представляю, сколько проходит времени, прежде, чем я, развернувшись, медленно бреду прочь, к собственному дому. Так до конца и не отмерев. Слыша только хлюпающий звук воды в туфлях, — он гудит у меня в голове пронзительными всхлипами. И ожог в области сердца, — разрывающий меня окончательно.

Он даже не собирался идти на нашу встречу. Но даже об этом я не могу сейчас думать, — все вытесняет вид их объятий и резко погасший к квартире свет — как щелчок выстрела.

Загрузка...