Босс для разведёнки

Глава 26

Ева

Мужчина будто окаменел, едва я прикоснулась к его шрамам.

Боль. Я не имею медицинского образования или хоть какого-то опыта в этой сфере, но понимаю, что случилось нечто, что оставило не только уродливые грубые знаки на теле, но и душу вывернули.

И да, у нас не было общего будущего, а этот мужчина, наверное, один из самых вредных на свете, но сегодня нас объединяла та боль, что жила и пожирала наши тела.

Моё смущение и страхи как-то сразу ушли и забылись. Я хотела этого мужчину, я хотела его горячих прикосновений. Значит, надо просто попросить, что я и делаю.

— Ева, — глухо отзывается он, и я чувствую, с какой силой сжимаются его руки на моём теле.

Но мне всё равно. В душе болит сильнее, а он мой шанс хоть на время забыться.

— Богдан, пожалуйста.

Аренский издаёт странный звук, похожий на смесь стона и рычания, прежде чем впиться в мои пересохшие губы жадным поцелуем.

Я возликовала.

Легла обратно на диван, утягивая мужчину за собой и вынуждая вжаться всем весом в меня. Мне нравилось, что он такой большой и тяжёлый, нравились его грубоватые движения по телу.

Скользнула пальцами в волосы у него на затылке, чтобы не сбежал и не прекращал.

Горячие губы Богдана опалили чувствительную кожу шеи, заставляя дрожать ещё сильнее, но теперь только от желания. Выгнулась, запрокидывая голову и давая ещё больше доступа к разврату. Он же на мои действия тихо зарычал, прикусывая кожу чуть выше ключицы.

Я не помню, чтобы со мной такое случалось- такого шквала эмоций, разбивающего сознание на мелкие осколки. Только голые чувства без тени фальши. Только наши тела и острые вспышки удовольствия.

Я не помню, когда Богдан окончательно меня раздел, только его горящие глаза и тяжёлое дыхание, сжигающее меня повсюду.

— Я больше не могу, — простонала я, ощущая, как меня нашпиговали адреналином, но не дали окончательного залпа.

Вместо ответа Аренский вошёл в меня одним быстрым движением, что я от неожиданности громко охнула.

— Блять, — тяжело выдохнул он возле моего уха, прекращая движения. — Перебор?

— Нет. Непривычно тянет, — честно ответила ему, елозя попой, чтобы стало комфортнее.

— Ева, ты как мышь. Ещё пару таких движений, и я кончу раньше, чем планировал.

Мужчина сердито пыхтел, что в эту минуту меня ужасно умиляло.

— Ну мне жаль ваших планов, Богдан Анатольевич, но вы сами связались со мной.

Взгляд чернее безлунной ночи чётко сообщил о сиюминутном наказании меня- строптивой и язвительной.

Пауза завершилась, а вот выносливости моего босса можно было бы позавидовать. Он со своим древним орудием уделал меня за рекордный по моим меркам срок практически до соплей оргазма.

Голые и мокрые мы разрывали тишину коттеджа своими шумными дыханиями.

В голове до звона было пусто. Единственное, что вспомнилось, это его предложение трахнуть меня на его рабочем столе. Вот зря не согласилась.

Вяло скользнула вверх по его искалеченной руке и с каким-то маниакальным наслаждением чувствовала под ладонью грубые толстые и более мелкие шрамы. Вся левая половина его огромного тела была в таких отметинах.

— Авария? — вдруг спросила я, поддаваясь внутренней интуиции.

— Да. Давно, — скупо, но ответил Аренский, начиная подниматься с меня.

А мне не хотелось выползать из-под него в холодный и угрюмый мир. Мой мир.

— Мне не тяжело, — попыталась всё-таки удержать мужчину подле себя.

Он хмыкнул.

— Да мне тоже, но доставка должна подъехать совсем скоро.

Точно! Ужин.

Осторожно села, наблюдая, как методично одевается босс. Носки, брюки, ремень, сверху вместо рубашки накидывает свитер, что висел на кресле рядом с диваном.

Моя голая попа ужасно прилипала к кожаной обивке дивана, так что, как только Аренский вышел, начала быстро одеваться.

Секс-сеанс закончен. Зрителям пора расходиться по домам.

Когда, натянув трусы, штаны и кофту, я в пятой попытке пыталась найти бюстгальтер, Богдан вернулся с двумя большими бумажными пакетами.

— Уже оделась? — вроде как удивлённо спросил он.

Поднялась с пола, оглядывая комнату. Да где он может быть?!

— Да. Мне пора, — как можно будничнее отозвалась я.

— Ева, ты хуже мужика.

Остановила поиски и сосредоточилась на мужчине.

— Это интересно в каком смысле?

— В том, что даже мужик после секса на одну ночь и тот до утра задерживается.

Аренский вытаскивал формочки с едой и всякие пакетики на стол, сдвинув бутылку с бокалами в сторону.

— Не знаю, как там у вас у мужиков, а мне надо дочь у тётки забрать.

Богдан поднял на меня глаза.

— Уверена?

Не надо. Мы с Таней заранее обговорили и тот вариант, если сегодня я не приеду, и тогда она завтра побудет с Эвой. В сад мы решили её пока не водить, так как Кнопка никак не могла понять, куда делась её бабушка.

Мама. В сердце словно торпеда рванула, забрасывая всё вокруг кровавыми ошмётками моего тела.

Зажмурилась и сцепила зубы от боли, пытаясь не выдать ни одного звука.

— Рано, Ева, — прозвучало совсем близко, и мужские пальцы крепко обхватили подбородок.

Горький парфюм смешался с запахом дождя и ещё чего-то.

Пришлось открыть глаза.

— Рано?

— Ага, — и второй рукой медленно расстегнул замок спортивки почти до половины. — Мне так больше нравится.

Загипнотизированная тем, как темно серый взгляд превращается в черный, я не сопротивлялась оголению моей не прикрытой даже бюстгальтером груди и шеи.

— Накроешь стол, только не здесь. На кухне.

Меня отпустили, пропуская к частично разобранным пакетам.

В горле снова пересохло, так что в первые секунды начала просто складывать всё обратно.

— А почему не здесь?

— Там высота стола лучше, — ответил Богдан, снимая с себя влажный свитер.

Дождь всё не прекращался.

— Лучше? Для чего? — задумчиво спросила его, снова зависая на его широкой груди и шрамах.

— Для секса после ужина.

Я аж быстро заморгала. Думала, может, мне послышалось, но по довольной мордке начальства поняла, что нет.

— А до и после не слишком … калорийно?

Аренский выдал тихий смешок, направляясь ко мне.

— Ева, я не сижу на диете и тебе не позволю, — забрав пакеты из моих рук, он неспешно пошагал из гостиной.

— Ты куришь? — вырвалось из меня, когда до моего мозга медленно, но всё-таки дошла информация о новом запахе.

Сигареты с ментолом.

— Иногда. Не любишь курящих?

— Нет.

— Сочувствую. Не повезло тебе.

И Аренский скрылся за поворотом коридора.

Пошла следом, рассматривая дом более детально. Красиво, но, как и во дворе, внутри требовался небольшой ремонт.

Кухню нашла легко, а огромный круглый дубовый стол посередине большого помещения прямо врезался в глаза.

Вот на нём … и от собственных эротических фантазий у меня предательски загорелись щёки.

— Ев, ты сначала меня покорми. Я очень буйный, когда голодный.

Богдан вальяжно развалился на большом стуле, по форме напоминающий трон.

Он нарочно меня поддевает. Только сейчас это поняла. Чтоб я забылась, не думала и не вспоминала, а только на него злилась.

— Конечно, Богдан Анатольевич, покормлю.

— Посуда там, — кивнув в сторону большого шкафа, хозяин дома сам остался на месте, не сводя с меня взгляда.

— Есть мысли об отравлении и поэтому такая пристальная слежка? — не выдерживая, ехидно спросила я.

— Нет, Ева. Всё гораздо примитивнее. Решаю, руки вот тебе связать этим полотенцем или просто рукой удерживать.

Я уронила вилку, которую как раз собиралась аккуратно уложить возле его тарелки.

— И что решили? — глухо спросила я, чувствуя, как остро реагирует моё тело на него.

Запах. Движение. Дыхание. Я словно дикое животное, наделённое одними инстинктами.

— А ты сопротивляться будешь?

— А надо?

— На твоё усмотрение. Я-то всё равно получу свою порцию удовольствия.

На секунду прикрыла глаза, дабы унять бешеный стук сердца. Аренский, наверное, мой персональный афродизиак.

Пока изображала думающую статую, моё запястье властно обхватили сильные пальцы, дёргая в сторону, а когда я открыла глаза, то уже сидела на мужских коленях.

— Зря ты, Ева, оделась, — с сожалением в голове посетовал босс.

— Так всегда можно раздеть, — на автомате ответила я, хотя самой не верится, что такие прямые посылы на секс исходят от меня — холодной женщины.

— Не всегда, — и он наклоняется ко мне, сидящей с прямой спиной, дабы избежать соблазна и прижаться к мужской голой груди. — Иногда можно прямо в одежде.