Нет, ни хуя подобного! Ни хуя подобного!
Мы с Барбарой не такие! Наша мощная любовь всегда с нами! На хуй слабаков, мы на сучьем клиторе вертели всех сомневающихся, всех унылых и разочарованных! Бля буду, мы победим! Почему? Да очень просто: потому что мы эпигоны! Наша книга — эпигонская, заебись она конём. Однако мы страшно хотим возвести наше эпигонство в ранг действительно охуенной культуры. Другого выхода просто нет. Ведь образцы обосрались. Те, кому мы подражаем с удвоенной силой, просто-напросто у орались и продали гегемониальной культурке все провозглашённые ценности: свободу, равенство, сестринство! Всё продали. Поэтому нам ничего другого не остаётся: нужно просто довести эпигонство до уровня реального, охуенного сопротивления и тогда первоначальный усравшийся образец превратится во что-то немыслимо чудовищное — в новую небывалую культуру! Культуру освободившихся рабов! Вот! Единственная возможность сейчас — доводить до ублюдочного состояния всё старое, обосравшееся, и тем самым давать сладкие зачатки чего-то нового! Эй, ублюдки! Шевелитесь в своих могилах! Жан Жене, это ты? Вставай, разложившийся козёл! Покажи, на что ты ещё способен! Эзра Паунд, ёбаный обосравшийся фашистский сопротивленец! А ну-ка, помяукай! А ну-ка, помяукай! Потряси костями, продемонстрируй прежнюю удаль! Ёбс, ёбс!
Наша задача сейчас — показать, что значит подлинная преемственность в культуре! И что такое настоящие разрывы! Мы любим Берроуза, но рвём с ним на хуй. Старый мудак, ты зачем всё время позировал с револьверами? Фотографировался с наганом? Ты что, техасский шериф, что ли? На хуй, на хуй!
Да здравствует освобождённая от пошлости, кокетства и продажности сопротивленческая культура!!!
Ёбс, ёбс!
Мы ненавидим тебя, город Говновер! Мы презираем тебя, залупастый Нью-Йорк! Мы срать на тебя хотели, шлюха Париж! Да здравствуют африканские пустыни ненаёбного сопротивления! Да здравствуют плоть и кровь юных бойцов!
На самом деле мы, конечно, ничего не имеем против Седина, Берроуза и Компании. Всё это уже стало просто хорошим тоном. А с другой стороны, это не хороший тон, а австралийское мозгоёбство, турецкая еботня! Гораздо важнее сейчас просто человеческое участие, дружеское слово или даже нежное-нежное поглаживание. А Берроуз-Селин — это весёленький остренький клитор современной культуры. Но, конечно же, важный клитор, абсолютно необходимый, без клитора вообще не обойтись. Ёбс!