Чудесное наследство. Книга 1

Глава двадцать девятая

К утру гроза прекратилась и наши славные приятели предстали друг перед другом в весьма плачевном виде: доспехи Ольгерда (особенно шлем) покрылись копотью, а Ганс-Бочонок умудрился собрать с крышки люка всю грязь и обмазаться ею с головы до пят.

– Скоро Гнэльфбург, а мы с тобой словно после путешествия по городской свалке, – заметил Ольгерд, осматривая себя и друга критическим взглядом. – Нужно привести свою одежду в порядок.

– Расслабься, Ольгерд, успеем! Дай мне немного разрядиться.

– Тебе нужно разрядиться? – удивился рыцарь. – Разве ты тоже нахватал зарядов?

– Не в электрическом смысле дай разрядиться… Дай отдохнуть, Ольгерд!

– Как знаешь… А я не могу появиться перед дамами в неприглядном виде. Мне нужен кирпич!

– Мы не стройке, а на барже, Ольгерд, – напомнил приятелю толстяк-привидение.

– Тогда мне нужна паста или порошок для чистки водопроводных кранов.

– Краны в туалете.

– Тебе тоже нужно помыться и почиститься, Ганс. Тебя могут увидеть и тогда мы не доплывем до Гнэльфбурга.

– Хорошо, уговорил. Иди, Ольгерд, я скоро тебя догоню.

Рыцарь заковылял по крыше баржи на поиски туалетной комнаты. Вскоре он обнаружил ее и вошел внутрь. Под раковиной умывальника он увидел ведерко с вожделенной пастой и тряпку. Радостно насвистывая, Ольгерд принялся за дело.

Он так увлекся чисткой шлема, что даже не заметил, как в туалетную комнату вошел один из матросов. Когда вошедший увидел тряпку, летающую то в ведро, то из ведра и делающую какие-то замысловатые кульбиты в воздухе, то его слегка парализовало. Но через несколько секунд он, все-таки, пришел в себя и даже сделал робкую попытку поймать тряпку. Но тряпка, почему-то, не далась ему в руки, а разлетевшись посильнее, хлестнула бедного матроса по щеке. Второй оплеухи гнэльф не получил: уже через миг он оказался вновь на палубе.

– В чем дело, Эрих? – спросил его капитан, шагая как раз ему навстречу. – Почему ты такой грязный? Нехорошо, нужно умыться, Эрих!

– Там тряпка, господин капитан… – доложил матрос, показывая на дверь туалетной комнаты. – Она сошла с ума…

– Бывает, Эрих, бывает… – невозмутимо произнес капитан и достал из кармана кителя заветную трубку. – Иди в душевую и умойся там. А тряпку я отправлю на экспертизу к психиатру… когда мы придем в порт. Ступай в душевую, Эрих, ступай!

– Слушаюсь, господин капитан… – Матрос послушно повернулся и зашагал смывать с лица засохшую пасту.

Но душ был занят: там плескался, смывая с себя грязь, Ганс-Бочонок. Матрос очень удивился, увидев включенными краны. Еще больше он удивился, обнаружив в шкафчике чьи-то призрачные одеяния. Не найдя поблизости их владельца, Эрих решил выключить душ. Он повернул сначала кран с холодной водой, потом…

Впрочем, повернуть кран с горячей водой он не успел. Ошпаренное привидение, побагровев от гнева и кипятка, обрушившегося на его тело, сделалось видимым для матроса-гнэльфа. Из хлещущих струй и горячих клубов пара высунулась красная физиономия и зарычала на перепуганного до смерти Эриха:

– Прочь!! Прочь отсюда, паршивец!! Или я сам окачу тебя кипятком и ощиплю, как жалкую курицу!!

Ганс повернул кран и горячая вода перестала течь. Красноватое видение в образе голого волосатого толстяка помаячило еще немного в широко раскрытых от ужаса глазах матроса и медленно расстаяло в воздухе. На ватных ногах Эрих вышел из душевой и… снова столкнулся нос к носу с вездесущим капитаном.

– Почему ты не помылся, Эрих? Разве у нас нет воды?

– Нет… – прошептал матрос и слегка попятился назад. – Нет… Только не это!

И он убежал прочь, не дав капитану никаких объяснений. Но опытный речной волк не нуждался в них, привыкнув до всего доходить своим умом.

– Боится воды… – прошептал капитан, рассуждая вслух и потягивая любимую трубочку. – Первый признак бешенства… Летающая тряпка, сошедшая с ума… Придется определять Эриха в клинику. А жаль: хороший был матрос!

– Господин капитан! – крикнул в этот момент из рубки рулевой Курт. – Уже виден Гнэльфбург!

На горизонте в утренней дымке и правда начали вырисовываться очертания большого города. Это был Гнэльфбург.