Демоны Анны

Глава 16 Ищите и обрящете

Завтра я должна была уехать из Академии. Прошло двадцать пять дней после случившегося, драгоценных двадцать пять дней моей жизни. Все это время я избегала Чарли и вообще людей. Как и боялся ректор, слухи по Академии и за ее пределы разнеслись молниеносно, и теперь все студенты шарахались от меня как от прокаженной, если случайно сталкивались в коридоре.

Вчера я заходила к Дороти в лазарет, там оказалась ее мать. Она с такой злобой накинулась на меня, будто это я собственноручно избила ее дочь. Дороти же при виде меня просто молча отвернулась, и я вряд ли имела право осуждать ее, но было очень больно. Подавив рыдания, я побежала в общежитие и легла на кровать, отвернувшись к стене. Фелиция просила миссис Вонкс переселить ее от меня, но та отказала, и с того дня соседка вела себя так, будто она Иисус и вынуждена страдать за весь мир, живя со мной в одной комнате. Меня от нее тошнило. Меня тошнило от всех.

Чарли пытался поговорить со мной почти каждый день – он караулил возле столовой и кабинета мистера Пинклтона, с которым я занималась вместо остальных предметов, но всякий раз я избегала разговора под любым предлогом и предлагала встретиться в другом месте, а потом не приходила туда. Вчера вечером он оставил под моей дверью цветы и записку с просьбой о свидании, но я опять не пришла. Все это теперь не имело смысла, я не хотела подвергать Чарли такой опасности и втягивать в свои проблемы, твердо решив бросить его, чего бы мне это ни стоило. Но пока не могла найти в себе силы.

Мистер Пинклтон и мистер Тринеган обучали меня бросать ножи и стрелять из пистолета и двуствольного ружья. Правда, огнестрельное оружие я научилась разве что перезаряжать, а по мишеням отчаянно мазала. Учили меня также распознавать касиня в первом измерении, но дело в том, что эффективных способов за все столетия охоты так и не нашли. Они были либо недостоверны, либо предполагали слишком близкий контакт с демоном, который, скорее всего, тоже почувствует ловушку и оторвет охотнику голову.

В общем, действительно работающих способов имелось всего три. Один – распознавание с помощью портала, который менял свой цвет, если рядом оказывался демон, причем совсем близко – на расстоянии одного-двух метров. Второй – с помощью кровопускания на распятие, что тоже не пройдет безнаказанно и незаметно для разъяренного демона. А третий – с помощью зеркала реальности, оно не гарантировало стопроцентный результат, но все же мне его выдали. По инструкции, следовало посмотреть через него на предполагаемого монстра, но как быть, если он что-то заподозрит или почувствует?.. Все эти способы отлично знали не только охотники, но, к сожалению, и сами касини, и мои надежды на спасение таяли с каждым днем обучения все быстрее.

По нехитрым расчетам, мне не придется никого звать на помощь, так как между обнаружением твари и моим вероятным убийством пройдет всего пара минут – и это если я еще буду хорошо защищаться и пытаться бежать.

В комнату вошли Фелиция и Ириона Дженкинс. Они деловито переговаривались вслух обо мне, будто я их вовсе не слышу. Я вскочила с кровати и, схватив куртку, вышла на улицу, по пути чуть не сшибив Лиама. Он уже открыл рот, но я быстрым шагом прошла мимо и побрела в городок. Но Лиам догнал меня на полпути и, перегородив дорогу, не позволил уйти, пока к нам не подошел Чарли. Сегодня я уже была готова к этому и, собрав все силы, напустила на себя безразличный вид.

– Начинается! – сказала я, демонстративно закатывая глаза.

– Анна, надо поговорить, – произнес Чарли, и я резко развернулась к нему.

– О чем? О том, что мы больше не встречаемся? Это не проблема, – сообщила я и попыталась его обойти, но Чарли схватил меня за руку.

– Нет! Я хочу помочь! – сказал он, глядя на меня, как преданный пес, и мое сердце словно сделало мертвую петлю, причиняя ощутимую боль.

– А я хочу расстаться! – отрезала я холодно и резко вырвалась.

– Энн, это же неправда! – крикнул Чарли.

Я еще мгновение посмотрела в его глаза. Я не могла, не хотела делать то, что собралась, но знала, что так будет лучше для всех. А потом я развернулась к стоящему рядом Лиаму и, встав на цыпочки, поцеловала его в губы так, как целовала Чарли, вложив в поцелуй всю нежность, на которую была способна.

– Правда. Мне он всегда больше нравился. Вот, хоть перед смертью сказала. Пока, Лиам! – улыбнулась я и бодро зашагала вперед, давая понять, что мне это ничего не стоило.

Я не обернулась, чтобы посмотреть на Чарли. Я должна быть жестока, любовь теперь не имеет смысла.

На следующее утро перед отъездом я должна была зайти к мистеру Тринегану. Я не питала иллюзий, что смогу сюда вернуться, и потому упаковала все вещи. Так странно – еще полгода назад я не хотела здесь оставаться, а теперь мне чертовски трудно отсюда уходить.

Взяв свои тяжелые чемоданы, я поплелась в Академию. То и дело останавливалась, чтобы дать рукам отдохнуть, и изо всех сил делала вид будто не замечаю перешептываний и взглядов проходивших мимо студентов. Оставив багаж у дверей кабинета, я коротко постучалась и сразу же вошла. Декан стоял спиной ко мне, но, когда я вошла, развернулся и улыбнулся. Похоже, он не питал иллюзий, что я выживу, и был со мной предельно мил и вежлив.

– Здравствуйте, вы рано, – сказал он приветливо.

– Да, хочу поскорее уехать, – призналась я, и мистер Тринеган понимающе кивнул.

– Что ж, я вас понимаю, – из его уст это прозвучало очень искренне. – Я позвал вас, чтобы выдать оружие, – добавил декан и подошел к большому шкафу, занимавшему всю стену напротив стола.

Он открыл ключом одну из полок и принялся доставать оттуда всяческое снаряжение, выкладывая на стол.

– Это обычное двуствольное ружье двенадцатого калибра, заряжено дробью, урон нанесет приличный, его держите в доме на случай, если успеете воспользоваться, – пояснил мистер Тринеган, выдавая мне внушительного вида вещицу в черном чехле. – А это пистолет FNP-45, простенько, но надежно и со вкусом. Пользуйтесь при минимальном расстоянии, меткость у вас страдает, – честно сказал мистер Тринеган и протянул мне пистолет. – Его носите с собой всегда, он может дать вам шанс и время при нападении. Конечно, касиня не убьют ни пистолет, ни ружье, но точно ранят, и вы успеете собраться с силами и позвать нас на помощь. Даю три запасные обоймы, не думаю, что надо будет больше, уж извините. Так, перейдем теперь к основному блюду.

Декан полез на другую полку.

– Ножи. Даю пять, они очень хороши – балансировка идеальная. Потренируйтесь с ними побольше, у вас выходило неплохо. Вот это, – он достал маленькую баночку с прозрачной ядовито-салатовой жидкостью, – то, во что следует обмакнуть лезвие ножа, чтобы рана касиня не заживала так быстро. Путы – даю три комплекта на всякий случай. Так. Еще этот яд, его надо вколоть или впрыснуть в еду, если получится – касинь ненадолго отключится, где-то минут на пятнадцать-двадцать. Еще два портала, могут пригодиться. В общем-то, все.

Мистер Тринеган закрыл шкаф.

– Вам надо обнаружить демона по возможности незаметно и, воспользовавшись порталом, мгновенно сообщить нам – это самый безопасный вариант. Если же так не получится, вы должны максимально нанести урон нападающему. Сначала отравить или пристрелить, – он кивнул на пистолет и ружье, – потом связать и обезглавить. Не забудьте смазать ножи ядом, иначе ничего не выйдет. Лучше всего, конечно, если обнаружите его незаметно, худший вариант – яд, после связать и обезглавить, ну и наихудший – стреляй, вяжи, обезглавливай. А, вот еще насчет яда. Не стоит подсыпать его в еду всем подряд, человека он просто убьет. – Мистер Тринеган сделал глубокий вдох. – Что ж, мисс Донаван, удачи вам. И помните, кто бы ни оказался касинем, он вам не друг, пусть ваша рука будет твердой.

– Спасибо. За все, – поблагодарила я и вышла из кабинета декана, чувствуя себя убийцей – с таким-то арсеналом.

У портала Академии меня ждал мистер Пинклтон. Он должен был меня довезти домой. Сначала они с мистером Тринеганом думали организовать слежку за моим домом, но потом решили, что это спугнет демона – ведь касини далеко не глупы – и это понизит мои шансы еще больше. Потому в прямом смысле слова моя жизнь была в моих руках. Всю дорогу мы не разговаривали с профессором, я лишь думала, что он довольно мил, и стыдилась своих подозрений. Тот дом наверняка был заброшенным, и в нем никто давно не жил, кроме бродяг, которые тащили с помоек все те вещи, что лежали в углу, а ловушки-колокольчики наверняка были оставлены подростками…

На прощание мистер Пинклтон пожелал мне верить в победу и ничего не бояться. Искренне поблагодарив его, я поплелась к двери своего дома с чемоданами и зачехленной за спиной винтовкой.

Хорошо, что утром мой квартирант был на работе и я его не застала. «Да, надо для начала проверить именно его», – подумала я, бросая чемоданы в прихожей. Быстро распаковав вещи, я спрятала ружье и рассовала по старой мешковатой куртке остальное оружие. Вид был, несомненно, странный. Будь я полицейским, непременно бы что-то заподозрила. Оглядев себя в зеркало, я решила, что прилипший ко мне касинь тоже поймет, что я пришла к нему не с пустыми руками, и потому сбросила с себя эту странную куртку, оставив лишь два ножа в голенище каждого сапога, немного яда в баночке в кармане джинсов, пистолет в своей обычной куртке и зеркало реальности. Оно хоть и было не очень достоверно, но все же менее заметно чем, например, портал-сфера или распятие.

Я решила не падать духом и сегодня же начать поиски – направиться по всем своим знакомым, одноклассникам, бывшим коллегам. По совету мистера Тринегана я составила приблизительный список имен еще в Академии, накопилось четыреста двенадцать человек. В запасе осталось еще пять дней, а потом мой природный портал начнет преследовать меня, зазывая во второе измерение за верной смертью.

«Что ж, надо хотя бы попытаться что-то сделать», – мысленно повторила я фразу, которую теперь говорила каждый день.

Я взглянула на часы – всего полдень и как раз время обеда у Элен на работе. Я попыталась отогнать дурные мысли и решила позвонить ей, объявить о своем возвращении. Она ответила сразу.

– Привет, – сказала я в трубку сотового, который, несмотря на всю его бесполезность в стенах Академии, был всегда со мной.

– Привет, Анна, ты наконец нашла способ звонить со своей элитной тюрьмы? – воскликнула подруга, кажется, у нее было хорошее настроение.

– Не совсем. Меня как бы исключили, – призналась я, и Элен тихо присвистнула.

– Ничего себе. Я думала, у тебя все получается, – сказала она расстроенно.

– Я, в общем-то, тоже, – согласилась я.

– Ты расстроена?

– Не очень.

– Анна, милая! Хочешь, я сегодня заменюсь и мы всю ночь будем есть мороженое и плакать над твоей неудавшейся карьерой? – предложила Элен, и я нервно засмеялась.

– Нет, не надо. Тебе нужны деньги.

– Послушай, а может, тогда закатим вечеринку неудачников? Пригласим побольше народу и напьемся в хлам? – не унималась Элен, и я опять рассмеялась.

– Нет, не стоит.

Но тут же в голове пронеслось, что это не такая уж и плохая идея.

– Хотя да, Элен, давай. Вечеринка – это как раз то, что нужно. Пригласи, пожалуйста, от моего имени всех девчонок с нашей работы, кого я знаю, хорошо?

– Без проблем, завтра съездим в супермаркет и закупимся, так что зову всех на завтра, думаю, к семи подойдет? – согласилась Элен радостно.

– Да, к семи будет хорошо. Пока.

– Пока. Завтра к обеду зайду к тебе, ну, или ты заходи, – предложила она и отключилась.

Посидев еще немного в каком-то странном оцепенении, я наконец нашла в себе силы и, положив портал в приоткрытую сумочку так, чтобы краем глаза видеть его, отправилась на долгую прогулку по городу.

Я обошла весь маршрут, по которому часто передвигалась, когда жила здесь, при этом постоянно заглядывала в приоткрытую сумочку при виде людей и, наверное, производила странное впечатление на прохожих. На завтра у меня был запланирован обход другой части города, где я так же часто бывала. Карту маршрутов я тоже составила по совету профессора заранее.

Я села в парке и, достав карту и красный маркер из сумочки, вычеркнула пройденные сегодня места. Оставалось еще много, а значит, завтра у меня полно работы. Уже смеркалось, незаметно для себя я провела на ногах весь день и чудовищно устала. Я поднялась со скамейки и неторопливо зашагала домой, гнетущее чувство беспокойства росло и теперь, когда целый день был потрачен впустую, давило на меня сильнее.

Еще издали я заметила свет в окнах своего дома, значит, мой квартирант уже пришел с работы. И он тоже мог оказаться касинем… Я напряглась всем телом, когда позвонила в дверь. В одной руке под курткой сжала пистолет, а второй придерживала сумочку с порталом в удобном положении. Послышались неторопливые шаги за дверью. Я сильнее сжала холодную рукоять пистолета и почувствовала, как пот выступил на лбу и спине, но оружие придавало уверенности. Дверь отворилась, на пороге стоял как всегда улыбчивый Джек. Я быстро взглянула в темное пространство сумочки на бледно-голубую сферу и тут же так расслабила руку, что чуть не выронила припрятанный за пазухой пистолет. Портал ничуть не изменился.

– Все в порядке? – спросил Джек, озабоченно глядя на меня.

– Да, вполне, – сказала я, слабо улыбнувшись. – Мне очень жаль, но я вынуждена вернуться в свой дом. Извини, что не смогла предупредить тебя заранее, я правда не знала. Можешь жить здесь, пока не подыщешь другое место, – предложила я.

– Ну что же, ничего. Я что-нибудь подыщу. К тому же я и так собирался это сделать, твой дом далеко от работы, – признался Джек, пропуская меня внутрь. – Я пью пиво перед телевизором, смотрю футбол. Не хочешь со мной? – предложил он.

– Прекрасная идея, я соглашусь, хоть ты и предлагаешь из вежливости, – ответила я, и Джек улыбнулся, протягивая мне запотевшую бутылку из холодильника.

– Ты же вроде училась где-то? – спросил Джек, и я вспомнила, что он всегда был любопытным, но теперь меня это не смущало и не раздражало – любопытство обычного человека, не более.

– Да. Не вышло, – отмахнулась я, и он понимающе кивнул.

– Моя мамаша тоже поначалу засунула меня не туда, но я бросил тот колледж и поступил в другой, который нравился мне. И знаешь, ни капли не жалею, – сказал Джек, и я улыбнулась.

– Да, может, и я так сделаю, – соврала я и сделала глоток холодного напитка.

– Ты, кстати, здорово рисуешь. Элен говорит, что все в доме картины твои, – сообщил Джек, откидываясь на спинку кресла.

– Тебе нравится?

– Да. Неплохо.

– Выбери любую себе, я тебе ее подарю!

– Правда? – воскликнул Джек.

– Конечно. Выбирай любую, – сказала я, и он быстро ответил, очевидно, давно выбрав для себя любимую:

– Мне нравится одинокое дерево.

– Это то, что напротив прихожей? Ты его так назвал? – спросила я, и Джек утвердительно кивнул. – Красивое название. Мне она тоже нравится. Забирай, мне будет приятно ее подарить.

– Спасибо, – сказал Джек, улыбаясь.

– Не стоит. Пусть украшает твой новый дом, – отмахнулась я и едва не добавила вслух, что мне уже, скорее всего, картины ни к чему.

Мы вместе смотрели футбол до половины двенадцатого, а потом разошлись по своим комнатам. Как я уже говорила раньше, Джек был очень милым парнем, и, если бы не тысяча дурацких «но» в моей ненормальной жизни, мы вполне могли бы дружить. Я еще немного полежала, погруженная в невеселые раздумья, но потом усталость и нервное напряжение все же взяли верх, и я провалилась в крепкий сон без сновидений.

Утром я чувствовала себя разбитой. Как самый настоящий параноик, вскочив, сперва посмотрела в окно – показалось, что кто-то стоял там всю ночь. Но потом я окончательно проснулась и, поняв, что это бред, немного успокоилась. Наспех выпив кофе и собрав все необходимое – конечно, кроме двустволки, – я отправилась по всем выбранным на сегодня маршрутам своей карты. Сходила на свою бывшую работу и на работу, которую брала еще в школе – разносила газеты, и теперь прошла почти по всем подписчикам. Под всевозможными дурацкими предлогами я заходила в дом, болтала с его обитателями и, посмотрев на портал, уходила.

За день обошла сорок три дома, одиннадцать магазинов и три кафе. Уже была готова разрыдаться, когда вновь ни с чем вышла из большого торгового центра, где мы часто бывали с Элен. Я порылась в сумочке и достала оттуда пару таблеток успокоительного. Проглотив их, я побрела в следующее по графику кафе. В нем мы часто сидели с мамой, еще в моем детстве. Заняв столик у окна на обычном месте, я заказала клубничное мороженое. Но, поковырявшись в тарелке, отодвинула ее. Есть совсем не хотелось. Сфера так и не загорелась ни разу, хотя мимо меня проходило много людей, и я, разозлившись, едва не выбросила ее, но, вовремя остановившись, просто запихала поглубже в карман куртки, чтобы больше не видеть темного силуэта, предвещавшего мой конец. Смеркалось. Погруженная в безрадостные мысли, я поплелась домой, вспомнив, что сегодня у меня намечалась вечеринка.

– Анна! Ну где ты ходишь? – накинулась на меня прямо с порога Элен. – Нам пора раскладывать еду, стаканы и напитки и перенести колонки к тебе. Анна, ты плохо выглядишь. Что с тобой? – спросила Элен, взглянув на меня внимательнее, и тут же приложила руку к моему лбу, очевидно, по привычке, из-за Григори.

– Да все нормально, – отмахнулась я, грубо убрав ее руку.

– Анна, ты можешь все мне рассказать. Но я и так понимаю, что ты расстроена. Это нормально. Но учеба – это ведь такая ерунда! Ты поступишь опять в следующем году, я уверена! Ты такая умная! – сказала она, пытаясь меня обнять, но я не давалась.

Элен все же ловко обогнула стол и поймала меня. Я почувствовала, как к горлу подступает комок, и попыталась вырваться, но она не отпускала, пока я не разрыдалась.

– Анна, давай я позвоню твоему отцу и попрошу его дать тебе деньги на поступление в следующем году? – предложила подруга, и я замотала головой. – Я буду его умолять, наймусь к нему в рабство, все, что угодно!

– Нет, не надо. Я сама справлюсь с этим, – сказала я, уже немного успокоившись.

– Тогда расскажи, что тебя так гложет, если не учеба? – не унималась Элен, по-прежнему обнимая меня и поглаживая по спине. – Кстати, как дела у Чарли? – прищурившись, спросила она и попала в точку.

– Не знаю, я его бросила, – ответила я дрожащим голосом, не глядя на Элен.

– Я так и думала. И почему ты это сделала?

– Потому, что у нас нет будущего, – честно ответила я, вспомнив, что ждет меня через пару дней.

– Анна… Ну почему ты не разрешаешь себе быть счастливой? Он показался мне хорошим парнем.

– Да, он ничего. Но его семья точно никогда не примет меня, – ответила я, вспомнив милую сестру Чарли.

Элен вздохнула.

– Это мне знакомо, Анна, – сказала она грустно, и я удивилась тому, что, похоже, не знаю до конца ее историю.

– Эй, девчонки, куда тянуть эти здоровенные колонки? – бодро спросил Джек, вошедший на кухню, и мы тут же отступили друг от друга. – Я не помешал?

– Так, их мы поставим в углу гостиной вместо того старого комода, – распорядилась Элен, игнорируя его последний вопрос.

– Хорошо, вот так? – спросил Джек, устанавливая колонку, и Элен замотала головой.

– Нет, нет. Правее! – распоряжалась она. – Анна, займись закусками и стаканчиками. Выпивку оставь на кухне.

Элен умело и ловко командовала Джеком, и тот послушно таскал мебель и расставлял все так, как ей нравилось. А я выпила еще две таблетки успокоительного и нарезала на кухне быстрые закуски, высыпала в тарелки всевозможное драже, чипсы и прочую мелочь. Начали собираться гости. Первыми оказались две девушки, с которыми я работала в ресторане, и мы весело болтали, пока они помогали мне с закусками. Как ни странно, но настроение улучшилось, и я на время забыла обо всем плохом в моей жизни. Потом пришли остальные, мы включили музыку, наполнили стаканы, и вечеринка пошла еще веселее. К полуночи я уже вовсю танцевала посреди гостиной вместе с Элен. Под старый добрый рок-н-ролл мы выдавали разученные еще в подростковом возрасте хорошо отточенные движения под всеобщие аплодисменты.

После танца мы, разгоряченные, влетели на кухню за чем-нибудь прохладительным и едва не сбили с ног Гарри, бывшего парня Элен, с которым она вроде бы собиралась встречаться снова.

– Гарри?! Откуда ты здесь? – воскликнула Элен, и я поняла, что она немного взволнована.

– Привет. Решил заглянуть к вам, тут так весело, – сказал он, непринужденно улыбаясь.

– Что тебе нужно? – спросила Элен деловито, но я заметила, как она напряглась.

– Ничего, говорю же, просто шел мимо и решил присоединиться к веселью, я не знал, что ты здесь, – ответил он, но Элен не унималась.

– Теперь знаешь! – загадочно глядя на него, сказала Элен, и я почувствовала себя лишней.

– Да, знаю, – ответил Гарри, улыбаясь.

– Эм… а я, пожалуй, пойду еще потанцую, – пробормотала я и поспешила их покинуть, хотя так и не попила.

И наконец вспомнила про портал. Нехотя достала его из куртки и обошла всех гостей, зажав сферу в руке, но яркой вспышки не увидела. Я почувствовала безумную усталость и, пройдя в коридор, вновь положила портал в карман. Музыка уже не заводила, вечеринка подходила к концу, гости потихоньку начали расходиться – кто-то парами, кто-то компаниями и поодиночке. Я стояла у выхода, потягивала из стакана какой-то слишком уж крепкий даже на запах коктейль и прощалась с гостями. На душе скребли кошки.

– Анна, Гарри пригласил меня к себе, понимаешь, о чем я? – услышала я заговорщицкий шепот Элен прямо над ухом.

– Езжай, конечно, он вроде хороший малый, – сказала я, и Элен улыбнулась.

– Да, я тоже так думаю, – согласилась она, надевая пальто. – Только забеги завтра утром ко мне и покорми Григори, пожалуйста. А то бабуля отвратно готовит, и он не станет есть, – попросила Элен, сложив руки и сделав щенячьи глаза.

– Да без проблем, – кивнула я. – Иди скорее.

– Пока! – попрощалась подруга и вышла на порог, где ее ждал Гарри.

Я помахала им и, развернувшись, собралась закрыть дверь, как вдруг увидела в кармане своей куртки, что висела у выхода, яркое голубое свечение. Все внутри у меня похолодело, я выскочила на улицу, но машина Гарри уже отъехала.

– Элен, нет! – закричала я и бросилась за машиной, но она не остановилась, а, поддав газу, скрылась из виду за поворотом.

Сердце бешено заколотилось, казалось, его стук отдается прямо в мозгу. Я кинулась домой и, быстро натянув сапоги и куртку, принялась запихивать во внутренние карманы все оружие, что дали мне в Академии. Едва устояв перед желанием схватить еще и двустволку, я выбежала на улицу и резко остановилась. Ведь я не знаю, где живет этот чертов Гарри! Страх сжал мое сердце еще сильнее.

Я схватила телефон и принялась набирать номер клуба «Неон», в котором он работал. Наконец дозвонившись, затараторила в трубку что-то о больном ребенке и о том, что его мать, моя подруга, уехала с Гарри и мне надо срочно ее оповестить, а она не берет трубку.

Девушка долго противилась, но все же голос у меня был настолько взволнованный, что, похоже, она поверила и дала адрес бармена, сказав, что точно не уверена. Я поблагодарила ее и тут же бросилась к Джеку.

– Джек, мне срочно нужна твоя машина! Дай ключи, ради бога! – завопила я, и подвыпивший Джек уставился на меня круглыми глазами.

– Да без проблем. На, – сказал он и взял с полки ключи.

Я схватила их и, даже не успев поблагодарить, побежала на улицу.

Старенький «Форд» Джека никак не хотел заводиться, я отчаянно била его по рулю, будто это могло помочь, и вдруг двигатель заурчал. Я нажала на педаль и, быстро тронувшись с места, поехала по указанному адресу. В голове мелькали жуткие картины, которые нам показывали на занятиях по демонологии о касинях. Я сглотнула ком в горле и подбавила газу.

Нарушив как минимум десяток правил дорожного движения, я резко затормозила у высотного дома и, выскочив из машины, помчалась внутрь. Дом был мрачным и старым, мое воображение стало рисовать еще более ужасные картины. Лифт был сломан, и я понеслась на девятый этаж по ступеням пожарного выхода, минуя пролет за пролетом и не чувствуя усталости. Очутившись у нужной двери, я тут же нажала на кнопку звонка. Пришлось звонить очень долго, но наконец за дверью послышались неторопливые шаги и тихий женский голос:

– Кто там? Вы знаете, который сейчас час?

Дверь приоткрылась, удерживаемая цепочкой, и в щель выглянула старушка в синем халате, с растрепанными волосами и очками с толстыми линзами.

– Миссис, простите, здесь проживает Гарри Саливан? Это вопрос жизни и смерти! – выпалила я.

– Он съехал месяц назад, – ответила старушка, и у меня все оборвалось внутри.

– Куда? – спросила я, чувствуя, как пересохло в горле.

– Откуда я знаю? – возмутилась старушка. – Три часа ночи, а у нее вопрос жизни и смерти! Вот же наглая молодежь пошла!

Она бубнила что-то еще, но я больше не слушала и поплелась вниз.

Сама не помню, как доехала обратно. Очнулась я, уже сидя в своей гостиной со стаканом виски и пачкой сигарет Джека в руках. А передо мной на расстоянии нескольких метров появилась из ниоткуда светящаяся дыра, манившая к себе, и долго не исчезала, колыхаясь в воздухе прямо над журнальным столиком, приглашая войти навстречу своей смерти и наконец принять неизбежное. Я сделала глоток обжигающего напитка и тупо уставилась на портал, потом на часы.

«Боже, только бы он ничего не сделал с Элен!» – думала я, считая минуты до рассвета, но мне самой слабо верилось в это, и память охотно подкидывала строчку-другую из демонологии, добавляя к ним ужасные картины убийств.

Дыра над столиком исчезла. Я вынула сигарету и закурила, но, закашлявшись, тут же затушила ее. Время тянулось бесконечно. Элен отключила телефон, и я, попробовав в сотый раз дозвониться ей, швырнула мобильный в стену. На часах уже было семь, когда я заставила себя встать и пойти в дом Тетчеров, чтобы покормить Григори.

Открыв дверь ключом, спрятанным под второй вазой с засохшими цветами, я вошла в полутемный холл. Обитатели дома еще спали, и я тихонько побрела на кухню и принялась готовить завтрак для малыша. Сынишка Элен любил блинчики. Запах заполонил весь дом, и вот на кухню, топая босыми ногами, прибежал сонный Григори.

– Мама, ам-ам! – попросил он и бросился ко мне, но тут же отшатнулся, увидев, что я не мама. У меня сжалось сердце, и я чуть не заплакала.

– Григори, малыш, привет! – сказала я, взяв себя в руки. – Мама скоро придет, она попросила меня приготовить тебе завтрак. Ты ведь любишь блинчики с джемом? – спросила я, и Григори кивнул. – Тогда садись, я тебе сейчас налью к ним молока.

Я посадила Григори за стол и, поставив перед ним тарелку и стакан молока, тоскливо наблюдала, как он уплетает блинчики. После завтрака мы отправились в его комнату. Элен все не появлялась, и беспокойство во мне все росло.

– Зекала! – сказал Григори и вытянул у меня из кармана зеркало реальности.

– Да, малыш, зеркало… – рассеянно пробормотала я, погруженная в свои мысли.

– Большой. Я большой! – лепетал Григори, глядя в зеркало, и вдруг краем глаза я заметила нечто.

В отражении над маленьким телом Григори вздымались огромные извивающиеся щупальца, которые обхватили меня со всех сторон. Я в ужасе закричала и инстинктивно отпрыгнула в сторону, Григори испугался и едва не выронил зеркало, но я успела его подхватить и посмотрела снова. Щупальца касиня отпрянули от меня, Григори стоял с испуганным лицом и едва не плакал.

– Нет, нет… – шептала я, глядя в зеркало. – Оно недостоверно… Григори, не бойся меня, прости, что испугала! – сказала я и протянула к малышу руки, он ответил тем же, а в зеркале ко мне потянулись огромные щупальца, и я едва сдержала крик ужаса, повторяя себе, что это только иллюзия.

Взяв ребенка на руки, я поспешила вниз и с ужасом обнаружила, что портал в моей куртке пылает от яркого свечения. Я смотрела на него еще и еще, но видела все то же. У меня потемнело в глазах, и вдруг в дверь вошла Элен.

– Анна, привет! Плохо выглядишь, что случилось? – спросила она, улыбаясь как обычно, но я не в силах была вымолвить и слова.

Я тут же отдала ей Григори и, быстро натянув сапоги, схватила куртку и скрутила ее, чтобы скрыть свечение портала.

– Прости, мне нехорошо. Я отравилась, – выдавила я и побежала к дверям.

– Анна, останься у нас, я дам тебе бульона! – крикнула мне Элен, но я как сумасшедшая понеслась домой, даже забыв надеть куртку.

К счастью, Джека дома не оказалось, похоже, он уехал на работу, и я, залетев в прихожую, тут же заперлась на все замки и, пытаясь подавить панику, принялась выкладывать на пол оружие. Тряслись руки, сначала я выхватила метательные ножи, но они со звоном упали на пол, потом схватила винтовку и тут так ясно представила сцену убийства Элен и ее малыша, что едва сама не упала на пол вслед за ножами.

– Боже мой, что я делаю?! – закричала я. – Я сошла с ума! Она не демон!

Я принялась запихивать все оружие в шкаф.

– Не может быть! Ошибка. Или я сумасшедшая! – воскликнула я и, захлопнув дверцу шкафа, бессильно села на пол и обхватила голову руками. – Нет, нет, нет…

Не знаю, сколько времени я провела в таком состоянии, но Элен приходила дважды и стучала в дверь, но я не открыла. Вечерело. Ненадолго вернулся Джек и, переодевшись, вновь ушел. Потемнело. Я все так же сидела на полу возле шкафа с оружием и смотрела в одну точку. Вдруг гостиная вспыхнула красным светом, и в темноте возник силуэт.

– Энн, ты здесь? – услышала я знакомый голос и приближающиеся шаги. – Господи, что с тобой?! – спросил Чарли, бросившись на колени рядом со мной.

Он прижал меня к себе, больше ничего не спрашивая, и я так разрыдалась, как, наверное, вообще никогда в жизни. Чарли пытался меня успокоить, что-то говорил, но я долго не могла остановиться, а когда наконец замолчала, то боялась поднять глаза.

– Прости меня, – говорил он. – Энн, я не оставлю тебя, слышишь? Мы придумаем что-нибудь! Я пойду с тобой, не бойся, прошу тебя.

– Нет, – прошептала я. – Ты зря пришел. Уходи!

– Я не уйду! – твердо сказал Чарли. – Мы найдем эту тварь! – сказал он, и я замотала головой, а сердце снова бешено застучало.

– Нет, нет… – бормотала я, чувствуя, что сейчас вновь расплачусь.

– Я взял с собой столько оружия, что можно убить хоть полгорода! – сказал Чарли, кивая на сумку в центре гостиной.

– Нет, не надо никого убивать! – воскликнула я, и слезы сами собой хлынули из глаз.

– Что?! – вскрикнул Чарли, и я осознала, что он все понял. – Энн, ты его нашла?! – Чарли сжал мои запястья, но я упрямо мотала головой. – Посмотри на меня. Кто он?

– Нет! Нет! Никто! – кричала я, вырываясь.

– Энн, кто?! – орал Чарли.

– Я не скажу! Никому! – кричала я, заливаясь слезами.

– Он убьет тебя! Ты это понимаешь?!

– Нет! Он ребенок! – закричала я, и Чарли тут же разжал руки.

– Что?.. Какой ребенок? Ребенок Элен?! – попал в точку Чарли: он всегда был очень наблюдателен.

– Нет, – выдавила я, но получилось совсем неубедительно.

– Энн, посмотри на меня и скажи, что я не прав, – потребовал Чарли таким тоном, что мне стало страшно.

– Нет, это не он! – твердо сказала я, глядя ему в глаза.

– Теперь я знаю, что ты можешь врать, – сказал Чарли расстроенно, и поняла, что он меня прочел, я была слишком слаба, чтобы сопротивляться. – Ты это перепроверила?

– Да! – ответила я, громко всхлипнув.

– Анна, они должны умереть, – сказал Чарли, и я замотала головой.

– Нет, я не верю в это. Я сошла с ума! – забормотала я, пятясь к шкафу с оружием и нащупывая рукой дверцу.

– Анна, надо рассказать в Академии.

– Нет. Поклянись, что не сделаешь этого! Ради меня! – попросила я, собираясь открыть шкаф и сделать все, чтобы остановить Чарли, но замерла на секунду.

– Клянусь! – неожиданно твердо согласился Чарли, и я отпустила ручку. – Но я пойду с тобой сегодня и помогу пережить этот час, а потом мы найдем выход.

– Хорошо, – согласилась я, чувствуя, что меня бьет озноб.

Чарли подошел и, обняв, прижал к груди.