Девять в минуту. Наброски в дни войны

ОН ИЛИ Я

„Он или я...“ И каждый из них хочет владычествовать один над миром...

Один стоит за своей конторкой в Берлине, другой в Лондоне. И по дну моря и по воздуху летают их приказы: „Продать, купить... Купить, продать...“

Вдвоем им невозможно тесно в этой маленькой клетке — в мире...

Глаза их перебегают по столбцам приходо-расходных книг: „Столько-то... Столько-то... Столько-то... Нет, это невозможно!.. Тот, другой, получил на столько-то миллионов больше! Это невозможно. Право высасывать мир должно принадлежать одному! Вдвоем они не могут больше жить в этой маленькой клетке — мире»...

И они спускают с цепи своих рабов-народы, скованные цепями власти насилия и Капитала, — и кричат им:

— Ату его! За отечество! Ату его! За культуру! Ату его! За свободу!

И бросают их друг на друга, чтобы они отняли им у других владычество над кошельком мира...

И народы-рабы капитала — бешено рвут для них один другого.

И течет океан крови... И мир весь наполняется ужасом и страданьем...

А они стоят у своих конторок и считают на счетах: „Столько-то... Столько-то... Столько-то... Столько-то...“

И в воскресенье они идут в свои церкви и кладут пятачки в кружки для раненых и вдов убитых и сирот и, сидя на своих почетных скамьях поближе к Богу, поют устами хвалу Иисусу, который висит в алтаре, крепко прибитый гвоздями к кресту, не мешая им.

А в душе у них все звучит их собственный псалом: „Столько-то... Столько-то... Столько-то... Столько-то...“

„Если будут перебиты два миллиона немецких рабов, — я получу сто процентов на сто...“

„Если будет перебит миллион английских рабов, — я получу двести на сто...“

За кровь Иисуса Иуда получил всего тридцать серебряников... Какая невыгодная сделка! Только 30 серебряников за кровь самого Христа!

А они за кровь каждого раба получат сто на сто, двести на двести...

„Столько-то... Столько-то... Столько-то... Столько-то...“