Девять в минуту. Наброски в дни войны

ПРИГОТОВЛЕНИЕ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ

В газетах напечатано сегодня известие о том, что какой-то инженер благороднейших Соединенных Штатов, пожелавших теперь присоединиться к общему побоищу, изобрел тетракол или тетра тол — или черт его знает как он называется! — новый разрушительный состав невероятной силы разрушения, превосходящий все, что было сделано до сих пор в этом направлении.

Газеты наши спешат поделиться об этом великом открытии наших союзников. И воображаю, с каким торжеством о нем напечатано во всех американских газетах! Тут все: и гордое самодовольство, что вот де знай наших, вот каковы мы, американцы,—вот каков наш гений! И радость захватчиков-грабителей: с таким средством можно будет оттягать хорошие куши из мирового разбоя! — И радость трусов: за таким способом никакой германский кулак не достанет нас и не вырвет у нас скопленную за три года наживу с европейской пролитой крови!

Отвратительная радость цивилизованных преступников, преступнейших из преступных!

Представляю себе этого инженера, готовящего этот состав, именно теперь, когда тетракол этот должен пойти прежде всего не на взрыв каких-нибудь горных пород, а когда он определенно готовит его сейчас для того, для чего, теперь все готовят в эти ужасные три года войны: готовит как страшнейший состав разрушения, чтобы разрушить жилища, города, села, гнезда человеческой жизни и культуры произведения величайшего человеческого труда, а, главное, для того, чтобы разрушить, издробить, разорвать на кровавые части человеческое тело, зачатое любовью двух соединившихся в святом таинстве брака существ, в муках рожденное матерью, ею нежно вскормленное, вспоенное, в величайших заботах, с величайшей любовью и самоотвержением матерью выхоженное, — разорвать на кровавые куски святое человеческое тело с бьющимся в нем святым человеческим сердцем, с мозгом, несущим драгоценные наследия сотен тысяч лет жизни человечества, — состав для того, чтобы разрушить священную жизнь человеческую, превратить ее в кровавый ком растерзанного мяса и раздробленных костей, изничтожить святую, человеческую жизнь.

И эти составы готовят не в адских подпольях фантастические человекоубийцы, пожиратели людей, возведенные в миллионную степень убийственности Джеки Потрошители, Фра-Диаволы, Сашки Семинаристы. Ничего подобного. Над изобретением их, торжественно священнодействуя, работают в великолепных лабораториях ученнейшие германцы, англичане, американцы при свете бела дня. За приготовление этих составов для гигантского человекоубийства не только не вешают, не сажают на убивающий электрический стул (как сажают в Соединенных Штатах людей, убивших одного человека), и не арестуют даже, а, напротив, газеты звонят во все торжественные колокола об изобретении состава, могущего сгубить мириады жизней, как о величайшем празднике, величайшем благодеянии, величайшем подвиге, и на изобретателя молятся, как на Бога.

Уберите же из мирового лексикона слова: „цивилизация, культура, человечность, христианство, просвещение“. Довольно! Довольно! Довольно нам морочить ими друг друга! Пора нам видеть себя на чистоту! Наш мир убийц и трупов не имеет ничего общего с этими словами. Забейте наглухо ваши библиотеки, университеты и церкви. Они все ни к черту, если люди выходят из них с мозгами убийц, изобретателей орудий человекоубоя и одобрителей убийств. Культурных стран не существует больше. Черный людоед, поедающий с голоду своего пленного врага, в миллион раз выше ужаснейшего с академическим знаком университетского дикаря в крахмальной сорочке, готовящего состав для истребления, как крыс, миллионов людей-братьев.